Имя воина

Платон чувствовал изменение эмоционального и гормонального фона Нины и всё это ему очень не нравилось. Он пытался ей говорить, что он не хотел её беспокоить, что не хотел сообщать об этом всем и прекращать праздник, что это случайность и что все живы, что Змей улетел в зимовку потому, что рядом с Мирой были её братья… но Нина его не слушала. И почти не слышала. Она быстро шла впереди, рядом был Платон, последним шёл совершенно мрачный Хельги. Когда через полчаса они пришли к медпункту, обе операции были успешно закончены, пациенты тихо спали, а медики и кибер-техник начали пить чай. Сэм памятником стоял у входа в медпункт, его кобайк с включенными огнями стоял чуть в стороне. Предупрежденный Платоном Саня вышел навстречу Нине и совершенно спокойно доложил: - Операция завершена успешно, все переломы зафиксированы, гематомы будут ещё пару недель… Дробот крепкий парень… - Много переломов? – остановила его Нина, - ходить сможет? - Два ребра, правая ключица, обе голени и шейка левой бедренной кости. Раздроблено левое предплечье и кисть. Чудом не пострадал позвоночник. Сотрясение мозга, отбиты почки, повреждён кишечник. Ушибы и гематомы. Его счастье, что первая помощь оказана вовремя, и сюда доставлен максимально быстро. В какой-то степени он сам виноват, пожалел денег на платную стоянку, поставил флайер далеко от камер. Ещё и дождь… и это дерево… его реально подпилили так, чтобы упало на флайер… да, ходить сможет, но для службы в армии непригоден, так как рука заживёт не скоро, сложное смещение. Нужна длительная реабилитация. - Поняла. С ним можно поговорить? - Сейчас у него мать. Он сам ей попросил позвонить. И Алёна. Я попросил Фриду задержать Миру в модуле, негоже ей видеть такое… Нина, не дослушав его, прошла в палату реанимации, где под одеялом под горло лежал Дробот. Рядом на стуле сидела женщина с низко опущенной головой. Она повернулась на звук открывшейся двери, и Нина узнала мать парня. Алёна сидела на стуле рядом с ней. - Здравствуйте… извините, что так получилось, - тихо обратилась Нина к матери Дробота. - Здравствуй… но тебе незачем извиняться, ты тут совсем не при чём… он сам выпросил у отца флайер, и сам пригласил девочек кататься. - При чём. Это я упросила Голубу принять в своём доме Алёну. Думала, Мире подружка будет на лето… а она на твоего сына влиять начала. Уговорила взять флайер… уговорила лететь… - Не было бы Алёны, была бы другая… и вот эта другая не смогла бы сразу ему помочь… я ему сколько раз говорила, что не только о себе думать надо, но и о тех, кого везёшь… и что надо уметь защищать тех, кто тебе дорог. То физиком хочет стать, то механиком… а теперь в актёры нацелился… ветер в голове… - и расплакалась. - Но он способный, у него получится… - начала было Алёна, но под взглядом Нины остановилась. И тут парень открыл глаза, мутно оглядел присутствующих, и снова закрыл их. Выдохнул, через пару минут снова открыл глаза, нашёл девушку и тихо спросил: - Алёна… кто ты? Водишь флайер, как гонщик, дерёшься, как парень, разбираешься в медицине, в моде, в театре… бегаешь быстрее лошади… я видел, это ты их гоняла… Алёна вскочила, застыла у стенки, побледнела - и Нина тихо, но решительно заявила: - Алёна киборг. Bond. Мне её прислали дексисты по договору с ОЗК… а я отправила её в деревню, как человека… - Нина Павловна просто хотела, чтобы я жила по-человечески, и чтобы никто не ходил посмотреть на меня как на киборга, - стала объяснять Алёна, - но… всё равно пришлось бы признаваться… - Алёна, помолчи, пожалуйста, дай мне сказать, - Нине было очень неловко, и она понимала, что Алёна это понимает. И было очень стыдно потому, что она понимала причину нынешнего состояния парня: ведь если бы она не велела Алёне присмотреться к Дроботу, то та не подначила бы его на эту поездку в Серебрянку. Нина посмотрела на собравшихся, заметила одобряющий взгляд Платона, села на стул и начала рассказывать, как она подозревала парня в желании похитить Миру и что предприняла, чтобы защитить её. - Так я же пошутил тогда, - воскликнул Дробот, - мы просто поприкалывались с парнями. Ну кто же в наше время верит в предсказания? - Сын, сын… вырос, а ума не нажил, - покачала головой его мать, - такими вещами не шутят… это очень серьёзно. Нина была права… за тобой смотреть надо… было. - Но… не один же я ложку в стакане воды принёс… - прошептал парень, - почему именно ко мне такое внимание? - Алёна проверяла всех, кого назвала Мира, - Нина присела на поданный Платоном стул. - Из семи парней только ты являешься её братом и жениться на ней не можешь. А это значит, что ты её выбрал не для себя. И что захочешь передать её кому-то… другому. А что ещё я могла подумать? И я решила перебдеть. А тут как раз очень вовремя мне привезли Алёну… я не могла не воспользоваться этим. Значит, ты пострадал из-за меня... - По своей глупости он пострадал, - сердито прервала её мать парня, - если бы они тогда не… "пошутили"... - То я не встретился бы с Алёной, - договорил за мать Дробот, - я люблю её. И мне всё равно, что она киборг. Алёна, сколько тебе лет на самом деле? Алёна вопросительно посмотрела на Нину, дождалась её кивка, и ответила: - Один год, пять месяцев, шесть суток, тринадцать часов… - Достаточно. Я понял, - остановил её Дробот и обратился к Нине: - Я люблю её и готов принять в своём доме в качестве жены. У вас здесь киборги живут свободно и могут выбирать себе занятие… и потому я прошу отпустить Алёну со мной. И никто, кроме нас, не узнает, что она киборг. - Это всё хорошо, - остановила его мать, - но она не может жить в нашем доме до свадьбы, если ты намерен жениться на ней. Платон, до этих слов не вмешивающихся в разговор, решительно заявил: - Давайте сделаем так. Дробот будет проходить лечение и реабилитацию здесь. Я оплачу лекарства. Его поступление в училище откладывается на полгода, но за это время он сможет подготовиться получше и пойти учиться не в Ново-Московское училище, а в Ново-Самарское. Оно и ближе, и не хуже. - Но это дорого, - попыталась возразить мать парня, - мы лучше дома… - Дома вы не сможете провести правильно курс реабилитации. К тому же может понадобиться ещё одна операция на руке. У Алёны есть медицинские программы… - Какие программы? - раздался голос Миры, - у кого? - У меня, - обречённо ответила Алёна, - я киборг. Я должна была стать твоей подругой и обеспечивать твою безопасность. И не справилась с заданием. - Справилась, - уверенно заявила Мира, - меня ты уберегла. Даже царапин нет. Я всё слышала… - она обернулась к Нине: - Нина Павловна, вы меня обманули… - Девочка, она спасла тебя. Ведь и без Алёны ты всё равно полетела бы с Дроботом… - стала объяснять его мать, - он ведь такой взбалмошный, один сын у нас, с пятью сёстрами жил, единственный наследник, всё внимание ему… а ты ему доверяешь и полетела бы с ним не только на другой континент, но и на другую планету… Алёна… раз уж Макошь привела тебя к нам, я приму тебя женой своего сына… но только через три года, когда ему исполнится двадцать один год. - Мира, я просто хотела, чтобы ты была в безопасности, - устало повторила Нина, - раз уж твои родители отпускают тебя с братьями… я ведь действительно думала, что Дробот хочет тебя похитить и увезти с планеты. А это было бы позором для твоей семьи. Платон, заметивший, что мать парня не обвиняет Нину и готова принять его предложение, завершил разговор: - Тогда так, Дробота мы вылечим здесь. Так как он ещё долго не сможет работать, вместо него в деревню отправим трофейного DEX’а, отданного нам полицейскими в качестве компенсации ущерба. Летом дел много, впереди сенокос, он вполне сможет работать вместе с отцом Дробота. Его немного подремонтируют, завтра приглашу программиста и послезавтра доставим в вашу деревню. Зима прооперирована и неделю отлежится здесь. Алёна вернётся с Мирой в Орлово и будет вести себя как человек, но с признанием, что она киборг… Сэм вернётся к Змею и по-прежнему будет охранять лес и присматривать за Мирой и Алёной. Мира, не обижайся, но Алёне ты нужнее, чем она тебе. Она реально не знает жизни и ей очень многому надо учиться. Это по документам Алёне в июле будет семнадцать, фактически – неполных полтора года, а тебе уже семнадцать исполнилось… за лето успеешь подготовиться к поступлению в пединститут и сдать экзамены. - Ты будешь решать за нас, что нам делать? – изумлённо спросила Мира. - Я уже решил, - совершенно серьёзно ответил Платон. - Проучишься год, получишь межпланетный паспорт, и тогда будешь решать сама, учиться тебе далее в этом пединституте или перевестись в другой вуз. Тебя интересует возрастная психология, а глава нашего ОЗК как раз психолог, и в пединституте есть факультет Социальной Психологии. Сейчас ты пойдёшь с Алёной к Голубе, и все вместе вернётесь в Орлово… я ей сейчас сообщил, что ты здесь, она уже идёт сюда. Алёна, твоё задание не закончено. Ты будешь охранять Миру и учиться у неё… как минимум год, до её замужества. Как максимум – до окончания института… а там как Мира решит. - А жить сможете в моём городском доме, - продолжила успокоившаяся Нина, - Дробот до конца лета поживёт здесь, потом переедет и будет учиться в городе… - На кого? – язвительно спросил парень, - вы так тут всё хорошо решили за нас… что мне тоже стало интересно. - Ты же хотел поступать в театральное? – ответил Платон. - А там двигаться уметь надо и танцевать уметь надо тоже. А тебе ноги надо разрабатывать… попрошу Светлану Кирилловну позаниматься с тобой. Она балерина и педагог со стажем… хоть и не имеет чисто педагогического образования. За полгода она тебя подготовит, Фома научит бузе, он рядом живёт, драться тоже уметь надо… и через полгода можешь лететь поступать в театральное. Дом в городе большой. А присматривать за вами я уже попросил Зарину Баженовну… - У бабушки две кибер-девушки, а в доме и так живут два киборга, Радж и Фред, - на всякий случай напомнила мужу Нина, - да и двое квартирантов никуда не делись. - Ты забыла, как в доме одновременно жили два десятка киборгов? Именно для этого потребовалось ремонтировать мансарду. Там есть и санузел, и кухонька. Девушки будут жить в мансарде по двое в комнате, парни и бабушка внизу… прекрасно разместятся. К сентябрю сделаем небольшую перестановку, в мансарде перегородками выделим две комнатки, Фреда переселим на двухъярусную кровать в мастерскую к Раджу, Сэм будет в гостиной на диване, бабушке отведём спальню… все поместятся. - Помечтать не вредно… полгода… с моими травмами я не успею за полгода… восстановиться… И тут на видеофон Нины прилетело сообщение от волхва: "Ты где? Пора хороводить, только вас нет. А ты хозяйка острова и праздника". - Нам пора идти, - виновато сказала Нина, - без нас хоровод не начинают… нас потеряли. Дробот, если захочешь – сможешь. Подумай, ведь Платон дело сказал. - Идите, - согласилась мать Дробота, - мне тоже надо идти, там мои дочери… без присмотра. Сын, тебе придётся остаться… - Мама, со мной всё хорошо, я спать буду… но… мой электронный билет на лайнер… - Скинь мне, я его сдам, - ответил Платон, - на следующий год будешь поступать. У тебя уважительная причина, чтобы не лететь в этом году. Спи. Здесь хорошие медики… но без прав управления. Когда обе женщины и Платон вышли из медпункта, Нина проводила Голубу и девушек, потом приказала Сэму лететь обратно к зимовке, а Платон приказал ему быть постоянно на связи. *** К кострам Нина подошла уже спокойной. Старый учитель удивлённо спросил: - Что случилось? Ушла и пропала… - Потом всё расскажу… сейчас надо продолжать праздник. - Согласен. Начинаем… в этом году ты можешь идти в женском хороводе. Или не пойдёшь? Многие уже улетели… и многие прилетели из тех, кто на смотринах не был. Нина кивнула и встала в хоровод с женщинами своего возраста. Среди них были как знакомые ей крестьянки, так и те, кого она видела впервые. Волхв зажёг большой костёр и три хоровода двинулись вокруг взметнувшегося пламени - внутренний и внешний посолонь, а средний – противосолонь. Пламя центрального костра горело ярко и с искрами, все три круга хоровода двигались всё быстрее и быстрее, но не переходя на бег – и Нина чувствовала единение с этими людьми, с этой землёй, с этой водой и этим огнём. Клим и Май играли что-то бодрое и быстрое, причем у них получалось очень органично и здорово. Клим вынес большой синтезатор и что-то пел вроде бы народное, Май играл то на гуслях, то на новом для себя инструменте, случайно купленном в И-нете - глюкофоне. Глюков у инструмента не наблюдалось, но продавался он с этим названием, хотя Клим уверял, что это ханг, только намного меньшего размера. Клим пел, Май ему подыгрывал, а Нина вспоминала истоки этого праздника. «Кострома, Кострома, государыня моя, Кострома... А у Костромушки кисель с молоком, молоком А у Костромушки блины с творогом…»* Клим пел что-то другое, но именно эта песня в голове Нины возникла сама собой и уходить не собиралась. Она шла по кругу и вспоминала праздник прошлого года… и мифологию этого праздника. Бог огня Семаргл и богиня ночи Купальница встречаются только один раз в году - поэтому люди жгут костры всю ночь и ходят вокруг них. Плод их любви - близнецы Кострома и Купала - в детстве были разлучены… а потом так странно встретились. Кострома сплетённый из трав и цветов венок опустила на воду, а плывущий в лодке Купала поднял его и надел на голову. Поэтому девушки опускают на воду рек и протоков венки, а парни эти венки ловят - и парами уходят на поиски цветка папоротника. Зачатые в эту ночь дети считаются детьми бога Купалы. История Костромы и Купалы - единственный случай инцеста во всей славянской мифологии, причем случившийся по незнанию и закончившийся трагически. Оба погибли. И после смерти были взяты на небо в число богов…** Пока Нина вспоминала легенды и предания, мистерия хоровода закончилась, девушки и парни разошлись кто по одиночке, кто парами, кто-то пошёл пить чай с самодельными конфетами и с блинами, взрослые мужики наблюдали за плясками и поединками парней, девушки помладше качались на качелях, а кто постарше - начали прыгать через костры… вскоре прыгать начали парами…