Имя воина

Далее венчались ещё три пары, и Нина заметила стоящих в стороне Гранта и Гульназ с её DEX-охранницей. Платон улыбнулся и отправил Гранту сообщение: "Теперь ваша очередь, подходите". Грант ответил: "Мы не договаривались вообще-то. Но… если можно, попробуем", чуть слышно что-то спросил у спутницы, выслушал ответ - и вместе с ней подошёл к волхву: - А нам можно пройти обряд? - Нужно. А завтра сможете и расписаться. В требу принесли что-нибудь? Забыли? Клара, - обратился он к стоящей сбоку кибер-девушке, - принеси, пожалуйста, хлеб и полотенце из модуля. Когда Клара принесла на полотенце круглый плодовый ржаной хлеб, волхв от имени Гранта и Гульназ возложил его на алтарь, спросил у идолов согласия на венчание этой пары, внимательно прислушался к чему-то, и торжественно сообщил, что боги не возражают против венчания этих людей. - Но я киборг, - возразил Грант, - я не совсем человек. - И что? Не имеет значения, что твоя душа заперта в теле киборга. Значение имеет то, что душа у тебя человеческая. Согласен ли ты создать семью с этой девушкой, беречь её, охранять и обеспечивать всем необходимым, быть с ней вместе в горе и в радости, в богатстве и бедности? - Да. Согласен и готов жить с ней всю жизнь. Я люблю Гульназ. - Ты имеешь право изменить имя своей жены. Её жизнь изменится и имя её может измениться. - Имя Гульназ означает "нежная, как цветок розы". Мне нравится. Моё имя значит "дар". Тоже хорошо. - Этими именами и буду венчать. Дар и Цветок Розы, согласны ли вы жить в мире и согласии, в богатстве и бедности… Нина с улыбкой слушала спор волхва с Грантом и вспоминала появление этого Bond' а. Он пришёл в музей на должность заместителя директора по науке, молодой, наглый и амбициозный - и мгновенно не понравился Нине. Чем-то он был подозрительно не таким… так не должен себя вести молодой столичный учёный, попавший в провинциальный музей на такую должность. А Грант всего лишь старался быть похожим на Вольдемара, по чьим документам он прилетел на Антари. По иронии судьбы его резюме выбрала и подала директору музея Тамара Елизаровна, работавшая в музее юрисконсультом и не любившая киборгов. Возможно, именно поэтому он показался Нине подозрительным настолько, что она велела своим двум DEX'ам наблюдать за ним по камерам слежения. Именно Платон высказал мысль о том, что Вольдемар - киборг. По его поведению, по его незнанию жизни, по его характеристикам - и по несовпадению его поведения с его записями на странице в соцсети. И вскоре появилась возможность проверить его, когда "Вольдемар" начал командовать и приказал приводить на дежурства своих киборгов из дома. Нина приняла казавшееся совершенно бредовым предположение Платона и предложила своим DEX’ам довести предполагаемого киборга до срыва, совершенно не ожидая, что Bond' а можно таким образом разоблачить. Но, на её удивление, довести до срыва "Вольдемара" удалось. Он пришёл в её кабинет совершенно взбешённый - и она нажала на кнопку спрятанного в рукаве блокатора. Зам директора по науке оказался киборгом! После длительного разговора Нина пригласила его в свой дом и помогла ему завершить его последнее дело в качестве помощи полиции. Он как "Вольдемар" утонул на глазах его "друзей", а как Грант вынырнул далеко в стороне от зимовки, где планировал "развлекаться" с "друзьями". "Друзей" увезли в галаполицию, а его как Гранта Нина отвела в ОЗК. А теперь этот киборг стоит перед волхвом с красивой хрупкой девушкой и клянётся ей в любви и верности. - А они хорошо смотрятся вместе! - чуть слышно сказал ей Платон, - красивая пара. - Вот если бы ты тогда не предположил, что он киборг… было бы всё иначе, - тихо ответила Нина. - Но ведь всё получилось, - ответил он, - и всё хорошо. - Всё просто замечательно… обряд заканчивается, пора идти… праздновать свадьбы. Несколько пар улетели в свои деревни сразу после обряда, а остальных Нина пригласила в дом. Столы были поставлены и накрыты на площадке перед входом, так как в столовую все не поместились бы. Морж в смокинге и Авиэль в костюме эльфа распоряжались официантками, носившими угощение с кухни столовой, Клим и Май снова играли на инструментах, но в этот раз более весело и быстро. После поздравления молодых и первых чашек чая гости разбрелись по островам: старшие снова обсуждали предстоящий сенокос, младшие играли в «платочек» и «сахаринку», парни в стороне бузили… всё закончилось почти в полночь. Уставшая Нина молча рухнула на кровать и мгновенно уснула. Платон раздевал её предельно осторожно, потом уложил под одеяло и лёг рядом. Завтра предстоит не менее трудный день. День их второй свадьбы – официальная роспись в присутствии сотрудницы ЗАГСа. *** Двадцать пятого июня во всех деревнях началась заготовка кормов - и уставшие от долгих праздников люди радостно вышли на поля несмотря на накрапывающий мелкий дождик. Нина вздохнула с облегчением, когда с восьми утра крестьяне один за другим стали звонить с поздравлениями и извинениями, что не смогут присутствовать на торжестве – она тоже изрядно устала и хотела отдыха, а не гостей. - Ничего страшного, - поддерживал её Платон, - они устали праздновать… да и основная свадьба у нас уже прошла, теперь будет только формальность. Роспись, штамп в паспорте, новый паспорт с новой фамилией у тебя… ты ведь не передумала менять фамилию? - Не передумала. Ведим прав… это будет уже в третий раз… придётся привыкать. Вот почему ты мою фамилию сразу не взял? - Сразу я стал бы тебе сыном… а так стал мужем. А это как-то не одно и то же. Не переживай, всё будет хорошо. - Знать бы только, когда… ладно, до прилёта гостей время есть… сегодня ещё начало сенокоса. Аглая с бригадами уже начали работы… и небо серое… - Это пройдёт… дождь не навсегда. Съезди на конюшню, посмотри на жеребят и успокойся… сейчас попрошу Свена запрячь Ливня, прокатишься и станет легче. А я тем временем всё подготовлю. Когда Нина вышла из дома, дождь прошёл, а небольшая коляска уже стояла у входа. Почти полуторачасовая неспешная прогулка её успокоила, день оказался неожиданно тёплым, целых двадцать пять градусов, Хельги, отказавшийся остаться дома и отказавшийся сесть рядом с Ниной, сказав, что ему так лучше видно дорогу, легко бежал рядом с коляской - и всё было правильно, и всё было хорошо. У ангаров она попросила остановиться, посмотрела на жеребят от Селянки, потом Свен провёз её мимо левад с мезенками (и Хельги с сожалением заметил, что ни один из жеребят на роль его боевого коня не подходит), потом зашла на медпункт… домой она вернулась спокойной и уверенной в себе. У крыльца она попросила Хельги помочь Свену распрячь коня и вымыть коляску после прогулки – и её верный телохранитель, подумав пару минут, кивнул и пошёл на конюшню. В половине одиннадцатого неожиданно для Нины прилетела на трёх флайерах делегация из музея во главе с директором. Это было приятно - значит, не забыли. Помнят её работу и всё, что она сделала для музея. Охранники предупредили Платона о появлении гостей, и он распорядился выделить им место для посадки на Славном острове между домом и дамбой. Нина с Платоном встретили гостей на крыльце своего дома. Первым к ним подошёл директор музея, следом за ним вышли ещё шесть человек и пять киборгов. - Добрый день! - поприветствовала она бывших коллег, - очень рада всех вас видеть… вам, наверно, сначала хочется посмотреть дом и острова? Это всё после церемонии… и сначала завтракать. - Добрый день! - ответил за всех Ильяс Ахмедович, протягивая огромный букет белых хризантем, - это от нас всех. Нина мгновенно шарахнулась, а Платон, не прикасаясь к букету, ответил вместо неё: - Зря Вы так. Она не любит срезанные цветы, они без корней мертвы… и несут смерть. В дом вносить их нельзя. - Совсем забыл, - смутился директор, - и что теперь делать? - Я уже сообщил нашему садовнику, он постарается их реанимировать, - ответил Платон и посмотрел в сторону зимнего сада. Когда Вальтер унёс цветы, Нина пригласила гостей в дом и сразу повела в столовую на завтрак. Предупрежденный Платоном Дерек уже сервировал стол на всех - и людей, и киборгов - и удивлённые этим гости сели есть. Потом Нина повела гостей на Жемчужный остров, а Платон вместе с Моржом и Авиэлем начали устанавливать и украшать навес на металлическом каркасе для предстоящего торжества. В половине первого прилетел на флайере Змей и привёз мешок рыбы в столовую, примерно через час опустился флайер с регистраторшей и паспортисткой. К этому времени Нина успела показать модули, мастерские и лошадей в левадах. Инна Сергеевна с Дитой сразу застряли у гончаров, Аида Петровна начала лекцию о значении символов на вышитых полотенцах, начисто забыв, что перед ней киборги, Василий и Зоя остановились у левады с жеребятами, Марина с двумя музейными мэрьками наблюдала за работой кружевниц, главный хранитель выбирала, что бы такого ещё взять на хранение в музей… бесплатно - пока подошедший Морж не заявил им, что пора идти к дому на торжество. Пока гости неспешно перетекали с Жемчужного острова на Славный, Нина сначала зашла в дом, чтобы переодеться. Платон вошёл в квартиру через пару минут, успев дать Моржу последние указания по оформлению праздничного навеса - только ленты и никаких "живых" (в смысле - отрезанных от корней) растений. Но растения в горшках можно было использовать, и потому Вальтер осторожно выносил из зимнего сада горшочки с розами. В своей спальне Нина надела то самое платье, которое сшил для неё Платон в прошлом году… теперь оно по-настоящему стало свадебным. Когда она выходила замуж за Бориса, никто не слушал и не слышал её тихие возражения, что белый цвет - цвет траура у многих народов, и у славян в том числе. Борис хотел видеть её в белом, и всё. Но белый - цвет савана, цвет ухода в Навь, к предкам, цвет смены статуса… но, чтобы белые праздничные одежды не привлекали внимание навьих, их обильно украшают обережной вышивкой, и тогда одежда становится не чисто белой. Ведь словосочетание «чисто белый» имеет значение не только «не имеющий грязи», но и «не имеющий оберегов»… идущие на смерть воины надевали чистые белые рубахи – рубахи без вышивок, а не только свежевыстиранные… Вот и она в белом платье была своего рода смертницей… ведь не любила Бориса никогда и замуж пошла за него, чтобы быть подальше от отца. Она взглянула на одежду Платона - вроде простые рубашка и штаны из небелёного льна, но с вышивкой красными нитями по вороту, рукавам и подолу, не были «чисто» белыми. Бело-красный тканый пояс был подарен Лизой. Шерстяной жилет был в красно-синюю клетку, а на штанах обереги были вышиты белыми нитками по белой ткани и внешне незаметны. А её платье - цвета восходящего солнца, нежно-бежевое с вышивкой жёлтыми нитками – просто восхитительно… - Готова? - перебил Платон её размышления, - нам пора. Пойдём. - Пора… вообще-то костюм невесты должен быть красного цвета… но я в этом платье венчалась с тобой… ты ведь не будешь против, если и расписываться я буду в нём. - Я счастлив, что ты выбрала именно его, - тихо ответил Платон и осторожно поцеловал её: - Значит, ты помнишь прошлую нашу свадьбу… а давай уедем от всех на медовый месяц? На море, на тот остров? - Хорошо бы… но не получится на месяц… а на неделю можно… с одного острова на другой остров… у тебя есть деньги на путёвку? Когда? Поедем… тогда было очень здорово. Но… опять придётся взять Хельги и Алю… не то они оба переживать будут за нас. - Всенепременно! Пойдём. Только… распусти волосы, тебе так лучше сегодня. Из дома Нина вышла вместе с Платоном, а нарядно одетые Хельги и Аля шли на пару шагов сзади. Она смотрела на прилетевших гостей и про себя радовалась тому, что про неё вспомнили не только в музее. Были те, кого она приглашала, и были те, кто сам вспомнил о ней. Она заметила Светлану с Златко, Прохора Петровича, Эку и Аргуса, Ведима и Кору, Степана и Снежану, Пашу и Уму, Карину с Леоном и Эву с Бернардом… Чуть в стороне от Карины Нина заметила незнакомого ей молодого человека, который всё же показался ей где-то виденным. «Это Левон, сын Карины, демобилизован по ранению, ампутированы и снова выращены обе ступни и заменены лёгкие» - мгновенно пришло сообщение от Платона в наушник. Платон вёл её так медленно, как это только было возможно, но всё же рано или поздно любой путь заканчивается - Нина с Платоном вошли под навес и остановились метрах в трёх перед регистраторшей. Вся церемония заняла около четверти часа, Нина с Платоном обменялись кольцами под мелодию вальса, который играли находящиеся чуть сбоку навеса Клим и Май. После этого паспортистка сголографировала Нину и через пару минут вручила ей новый паспорт на новую фамилию. Нина стала Лебедевой. «Непривычно, странно… - мелькнула у неё мысль, - надо снова привыкать расписываться по-другому… и электронную подпись сменить придётся…» И в этот миг небо просветлело и стала видна яркая двойная радуга – и под раздавшийся неведомо откуда звон колоколов разошлись облака и взлетели в небо два лебедя. - Боги за нас, - прошептал Платон, - Перун и Дива-Додола, Макошь и Лада… они здесь, с нами. - Значит, всё правильно делаем, родной мой, - таким же шёпотом ответила ему Нина. После этого торжественно расписались Грант и Гульназ, затем к паспортистке обратился Ведим, чтобы ему и жене поменять документы на фамилию Сомов – и это было сделано в течение получаса. В три часа пополудни регистраторша и паспортистка улетели, а Арнольд предложил всех сголографировать. Чтобы не мешать киборгам убирать навес и расставлять столы с угощением, голографирование пришлось перенести на Жемчужный остров – и там Арнольд почти два часа снимал всех желающих на ручную камеру и три дрона. Привезенные гостями подарки Морж и Авиэль сканировали и несъедобные предметы (новый головизор, книги, инфокристаллы, предметы мебели и посуда) переносили в гостиную в доме, а съедобные (конфеты, шоколад, кофе, торты и пирожные) - в столовую. В шесть часов все сели за столы, поставленные на площадке перед домом. После первых поздравлений за столом гости стали расходиться по группам: кто-то ходил по парку, кто-то осматривал дамбы, кто-то смотрел на лошадей у левад. Ян снова с гордостью показывал Рыжика, на площадке у модуля стихийно возникли танцы, Клим и Май играли что-то модное и быстрое, Светлана и Златко пытались обучать прилетевших гостей вальсу и танго. Карина познакомила Нину и Платона с прилетевшим сыном. Левон оказался общительным молодым человеком, он был не женат и только собирался устраиваться куда-нибудь на работу. Возможность работать в ОЗК уже обсуждалась - и пока, как поняла Нина, это согласовано не было, так как Левону по состоянию здоровья был показан более тёплый климат. - Вообще не проблема! – воскликнул Платон, - мы можем открыть в тропической зоне планеты ещё один филиал ОЗК. И Левон его возглавит. Киборги есть в отелях, и есть у туристов, будет, кого и от кого охранять… а здание под офис… можно арендовать островок с коттеджем, вроде того, в котором мы отдыхали в прошлом году. - А деньги на аренду? И на выкуп киборгов? И на зарплату сотрудникам? – недоверчиво спросил Левон, - нужны бухгалтер, программист, и секретарь… и кормосмесь нужна… - Проведём ещё один аукцион работ Златко, - мгновенно нашёл выход Платон, - его картины пользуются спросом. Паша – гениальный краснодеревщик, в рамах его работы картины будут ещё дороже. Плюсом к этому будут другие изделия Паши и кружева Ларисы и Умы. И мы поможем поделками. Его предложение было принято, Карина пригласила к разговору Светлану и Златко – и Светлана тут же пошла в мастерские, чтобы узнать, что из готовых изделий возможно выставить на аукцион. В половине девятого собрались улетать музейные гости - до города ещё долететь надо, и Нина попросила Моржа завернуть каждому гостю в отдельные пакеты пироги. За ними засобирались и все остальные, и к половине одиннадцатого гостей не осталось, и Морж с Авиэлем, Дереком и Фролом начали уносить столы обратно в столовую.