Ледяной поцелуй.

      Я сидела в углу огромной кровати, мокрая, в своем купальнике, а поверх него в кенгурухе, укутавшись мохнатым покрывалом. С концов косичек капало на длинные ворсинки покрывала, и блестящие капельки дрожали на них. И у меня внутри тоже все дрожало, а из глаз градом текли горячие слезы. Я больше не сдерживалась.       Пришел Рома, закрыл дверь на щеколду и сел рядом со мной.       Я спрятала лицо в покрывале, но прежде увидела у него на скуле ссадину.       Это из-за меня.       — Коля уехал, — глухо сказал парень.       Я посмотрела на него, его лицо расплывалось у меня перед глазами.       — Наверно, это было случайно, — прошептала я.       А сама не знаю. Я чувствую, что сильно не нравлюсь Коле. Может, он не нарочно направлял на меня мяч., но так все равно получилось, поскольку он этого подсознательно хотел.       — Неважно, — сказал Рома. — Я ему сказал: либо он извиняется за снежок и мяч, либо валит. Он выбрал второе.       Рома был вес еще в плавках, мокрый.       Я вытерла глаза и уже спокойнее сказала:       — Я Коле не нравлюсь.       К моему удивлению, Рома не стал спорить — утвердительно кивнул.       — Ты говорил, они твои лучшие друзья…       — Да, притронулся он к ссадине на скуле. — Мы помиримся. Дело времени. И он примет мой выбор.       — Твой выбор?       Парень поднялся, подошел к шкафу, вынул из него полотенце, вытерся и зашел за дверцу. За ней оделся и вышел уже в старых голубых джинсах и сером шерстяном джемпере.       Я решила, что он не хочет продолжать разговор, потому что он сменил тему.       — У тебя есть какая-нибудь сухая одежда?       — Нет.       Он достал теплую рубашку в большую белую клетку и положил на кровать.       — А я думала, ты не любишь рубашки.       — Моя двоюродная бабушка этого не знает, собственно, как и размер, который я ношу. Рубашка как раз на тебя.       Я протянула к ней руку, но не взяла, спросила:       — Многим ты ее даешь?       Он усмехнулся.       — Нет, Даша, тебе первой. Обычно я раздеваю девушек, а не одеваю их.       Мои щеки горят. Меня трясет от холода и стыда.       — Спасибо.       — Я принесу твои джинсы.       Когда он вышел, я быстро сняла кенгуруху, мокрый купальник, взяла из рюкзака сменное белье и облачилась в рубашку.       Она такая мягкая и очень приятная к телу. Да и видно, что ее никто ни разу не надевал. Такая пушистая. Сижу, глажу себя.       Рома за этим занятием меня и застал. Улыбнулся.       — Вижу, тебе нравится, — он протянул мне джинсы.       Я надела их. Он мне еще дал большие шерстяные носки и вручил кружку с горячим чаем, а на кровать высыпал горсть конфет.       Я пила чай маленькими глоточками и поглядывала на него, пока он не сел рядом со мной, вытянув ноги.       Когда он наклонился ко мне, у меня внутри все сжалось. Рома отпил из моей кружки, но, как я съежилась, заметил. Мне показалось, он расстроился, но скрыл огорчение за веселым голосом:       — Ешь конфеты, вкусные.       Я немного придвинулась к нему и протянула руку с чашкой, чтобы он тоже мог пить.       Он отшутился:       — Ага, понял, хочешь, чтобы кружку держал я. — Рома взял кружку и, удерживая передо мной, прибавил: — Кто бы мог подумать, что ухаживать за девушками такое непростое дело.       — Ты ухаживаешь за мной?       — А не похоже? — с преувеличенным ужасом посмотрел он на меня.       Я засмеялась, а он спросил:       — Будешь со мной встречаться? — И, помолчав, прибавил: — Кажется, так надо говорить.       Я обрадовалась и испугалась одновременно.       Я пыталась понять, что именно происходит между нами, и вот он обозначил. Но за моим согласием должно что-то последовать… поцелуй?       — А говорить нужно сейчас? — придушенно спросила я.       — Ну, я не знаю, — пожал он плечами.       — А обычно тебе…       — Обычно мне сразу говорили «да».       Понятно.       Мы молчим, пьем чай.       Я согрелась. Наверно, от скорости мыслей, проносящихся в моей голове. Мыслей очень много, они мечутся, одни испуганные, другие счастливые.       — А я очень-очень тебе нравлюсь?       Будь неладно это мое кокетство! Он же предложил встречаться явно не просто так! Хотя… а может, он всем предлагает встречаться?       Я испуганно посмотрела на него и, прежде чем он ответил, выпалила:       — А ты предлагаешь девушкам встречаться, чтобы спать с ними?       Он растерялся. Отбросил конфету, которую вертел в пальцах.       — Если я предлагаю переспать, то я так и предлагаю, а если предлагаю встречаться, то, поверь, это нечто больше постели.       Я кивнула.       Он пристально изучал меня и медленно, подбирая слова, сказал:       — Возвращаясь к твоему вопросу: да, ты мне очень-очень нравишься.       — Но ты плохо меня знаешь. Совсем почти не знаешь.       — Я хочу узнать. Для этого люди и встречаются, разве нет?       Я достала из кружки лимон и съела его.       Рома усмехнулся.       — Каждую минуту я узнаю тебя. И теперь знаю, что тебе нравятся лимоны.       Я посмеялась.       — А я теперь знаю, что тебе нравлюсь я.       Он поднялся и подошел к окну.       — Тебе, конечно, льстит этот факт — Несомненно.       Послышался звук подъезжающей машины.       — Коля вернулся? — сразу догадалась я.       — Похоже, — Рома ушел. А вскоре я услышала шаги на лестнице и ворчание Коли:      — Да извинюсь, мне похрен. Все это ненадолго, сам знаешь, пара недель, месяц! Я считаю, ссориться из-за какой-то малолетки нецелесообразно.       Твое мнение относительно нее я понял, — прошипел Рома, — буду премного благодарен, если ты заткнешься и перестанешь его выражать. И да, кстати, ты должен кое-что знать, — шаги затихли, — я предложил ей встречаться. Если она согласится, я не потерплю твоего пренебрежения к ней. Понял?       Коля процедил сквозь зубы какие-то ругательства. Дверь распахнулась.       Прежде чем парень открыл рот, я изрекла:       — Малолетка все слышала, засунь свои извинения себе в задницу.       Скулы парня напряглись, он характерно посмотрел на Рому и приподнял брови.       Тот тяжело вздохнул и попросил:       — Давайте вы хотя бы попробуете?       — Попробую, — буркнул Коля.       Я кивнула.       Рома удовлетворенно потер руки.       — Внизу играют в карты, идем?       Мы обменялись с Колей враждебными взглядами. Я слезла с кровати и взяла Рому за руку. У меня это получилось так естественно и как будто привычно, что я сама удивилась.       Его дружок, наблюдавший за нами, поморщился и первым побежал вниз по лестнице.       Рома легонько пожал мою руку, и я улыбнулась.       Мне хорошо с ним. * * *       Утром, направляясь в кухню, я услышала голоса. Разговаривали Коля с Лехой.       — Тебе понравилась эта — Галя? — спросил Леша.       — Да ну, у них еще даже ничего нет, — фыркнул Коля. — не видел в бассейне, что ли? А ты знаешь, какие мне тетки нравятся!       Оба засмеялись.       Я замерла на полпути. Меня охватила обида. А девчонки перед сном только и говорили, что об этих двух козлах. Моя Гаха была уверена, что она понравилась Коле, говорила, он делал ей комплименты. Лицемер! А мы — глупые!       Моего плеча кто-то коснулся, и я тихонько ахнула.       Это оказалась Света. Она извинилась.       — Выспалась?       — Да.       — Идем завтракать?       Я помешкала.       — А Рома?       — Сейчас подойдет, он с Арнольдом во дворе.       Значит, уже проснулся. Я улыбнулась при воспоминании, как после игры в карты он проводил меня до дверей своей комнаты и, легонько сжав мои руки, пожелал доброй ночи.       Мы со Светой вошли в кухню, разговор тут же смолк.       — Есть хотите, сплетницы? — весело обратилась к присутствующим девушка.       Коля оценивающе скользнул по ней взглядом голубых глаз.       — Ох, я бы тебя съел!       Она дала ему легкий подзатыльник.       — Но-но, я уже почти замужняя женщина, аккуратнее!       И тут я подумала, как же хорошо быть вот такой красивой и взрослой, шутить с парнями наравне. Коля про нас может невесть что говорить и оскорблять по-всякому, а со Светой он попробовал бы что-то лишнее, мало бы ему не показалось.       Леша довольно дружелюбно пожелал мне доброго утра — он абсолютно ровно ко мне относится, Коля лишь кивнул.       Вчера я обыграла его в «Тысячу». Еще один повод ненавидеть меня.       Да и плевать на него. А Гальку жалко, она-то заблуждается. Думает симпатична ему, а он только смотрит, лишь бы было за что ухватиться. До чего же он мне омерзителен. За одним столом сидеть противно.       На завтрак Света приготовила оладьи с брусникой вкуснотища. Они еще пудрой посыпаны, теплые, толстенькие.       Все уплетали с удовольствием. Хорошая жена достанется Арнольду — хозяйственная. А если подумать, сама я ничегошеньки не умею. Конечно, мама постоянно дома, накормит, напоит, зачем мне уметь? Наверно, пора бы и учиться что-то самой делать. Мне вот парень встречаться предложил, а я даже яичницу приготовить ему не смогу. Стыдоба. Решено, куплю себе кулинарную книгу и научусь!       От этого решения на душе стало легче. После завтрака мы все вместе собрались погулять. Уже без лыж. Света взяла фотик и постоянно нас щелкала в разных позах. А потом сосредоточилась на мне с Ромой.       Только и слышалось: «Рома, обними Дашу», «Даша положи руку ему на плечо и чуть отклонись назад». «Отлично», «Волшебно!»       Мы смеялись, позировали, и я постоянно чувствовала его взгляд на моих губах. От него им становилось как будто теплее.       Но вот пришло время уезжать. Мы пообедали — Света приготовила макароны с сыром. Затем собрались и расселись по машинам.       Обратно мы с Ромой ехали на заднем сиденье машины его сестры. А мои подруги сели к парням. Я не увидела в этом ничего предосудительного, со мной и с Ромой девчонкам скучно. Я была так счастлива за себя, что ничего вокруг не замечала, а потому прямо у себя под носом пропустила назревающую бомбу. * * *       В понедельник после уроков мы, как и условились, пошли в наш клуб фанатов «Сумерек». Только Мирка уклонилась, сославшись на то, что ей нужно куда-то с мамой ехать.       Собралось человек пятнадцать девчонок и один парень. Он вообще семиклассник.       В течение часа мы обсуждали героев книги и актеров фильма. Я была в своей любимой кенгурухе. Все остальные члены клуба тоже. Кроме мальчика, он еще не успел купить. Но он безумно влюблен в экранную Эллис и просто умолял пустить его в наш клуб.       Под конец собрания мы дружно сошлись на мнении, что у каждого еще должен быть значок с любимым героем из «Сумерек».       Когда выходили из школы, Галя сказала:       — Мирка какая-то странная.       Я пожала плечами:       — А по-моему, она всегда такая. Как что-то организовать — так она первая, а как потом пойти на мероприятие — ищи-свищи.       Гаха засмеялась.       — Да не, я не про то. А вообще, ладно, забей. — И, хитро посмотрев на меня, поинтересовалась: — Как думаешь, как скоро ты еще куда-нибудь поедешь с Ромой и его друзьями?       Меня так и подмывало ответить: «Надеюсь, что с его друзьями мы больше никогда никуда не поедем», но я лишь пожала плечами.       — Он ничего не говорил.       Галя вздохнула.       — И все-таки странно, что вы не целовались. Я в шоке! Чего столько времени в комнате делать-то вдвоем, если не целоваться?       — Вообще-то у меня болела голова, из-за мяча, который в меня пульнул Коля! — напомнила я.       Подруга отмахнулась:       — Да ладно, два дня у вас было, не все же время у тебя голова болела? — Неожиданно Галя остановилась и схватила меня за руку. — А ты вообще хочешь?       — Конечно, — горячо заверила я.       — Тогда в чем дело?       — Не хотим торопиться!       Гаха издала смешок.       — Да-а-а, он-то явно из тех, кто не торопится. Мы вообще про одного и того же парня говорим? Даш, это тот самый Рома Чернов, который потанцевал с тобой половину медляка, а потом затащил в парк и там поцеловал?! Уж извини, если это он не поторопился, то я не знаю, как называть…       — Да, тогда поторопился, а теперь искупает свою вину, — нашлась я.       Подруга прищурилась. tab>— Странное искупление вины, на наказание больше похоже. Но если вы довольны…       И мы пошли дальше. К счастью, к теме поцелуев больше не возвращались.       Домой я пришла в паршивом настроении. Галя много говорит о Коле, а у меня язык не поворачивается сказать, что для него у нее слишком маленькая грудь. Вот если бы надо было сказать Мирке, я бы уж как-нибудь, ну как я умею, намекнула прозрачно. А Гале не могу, я очень ее люблю. И по мне, у нее самая лучшая грудь. А Коля просто дурак.       А тут еще и мама.       Поставила передо мной тарелку с борщом и напрямик спросила:       — Когда Рома к нам придет?       Черт. Я совсем забыла про свое обещание. И даже с ним об этом еще не говорила.       — Придет-придет, — успокоила я маму.       — Когда?       Я поднимаю глаза от супа.       Она серьезно? Может, часы и минуты до его прихода ей высчитать?       — Мам, ну сказала, придет, чего ты пристала?       Больше мы не говорили. Я поела и ушла к себе.       До вечера проторчала в «ВКонтакте». Трепалась с Галькой в аське и по скайпу. Она мне сообщила радостную новость, мол, подала заявку в друзья Коле. Теперь ждет.       Долго ждать, видать, придется.       Но подруга свято верила. Главным аргументом было то, что Леха Мирку уже добавил. Саму Гальку еще нет, она у него на рассмотрении, но если Мирку уж добавил, то и ее точно добавит.       Я не спорила.       Составила Роме сообщение и долго боялась отправить. Сто раз перечитала:       «Привет. Мои родители хотят на тебя посмотреть. Придешь в гости?»       Приглашаю для смотрин. Как-то не очень. В конце концов я все стерла и написала другое, которое и отправила:       Дарья Канарейкина: «Привет. Я побывала у тебя в гостях. Теперь твоя очередь. Приглашаю в гости. Например, завтра вечером? Если ты не занят. : -)»       Вечером, в девять часов, от Гали пришло сообщение:       Галина Васютина: «Где Мирка? Ты ее видела онлайн? В аське ее нет. На телефон не отвечает?»       В «ВКонтакте» вошел Рома, поэтому я быстренько ответила подруге: «Она же с мамой! Наверно, приедет поздно, в Интернет уже не выйдет. Завтра ее увидим!» — и скорее пошла на Ромину страницу.       Ему на стене написала какая-то знойная красотка Анжела Сладенькая:       «Скуча-а-аю» и штук двадцать улыбок.       У меня дыхание перехватило. Я попыталась посмотреть, что за девчонка, но у нее страница оказалась закрыта.       Я бы, наверно, голову себе сломала, думая об этом, но тут от Ромы пришло сообщение:       Рома Чернов: «Договорились. Завтра в восемь (если это не поздно?) у тебя!»       Я хотела написать в ответ «Ок», но получилось другое:       Дарья Канарейкина: «Ага, если Анжела Сладенькая, конечно, не будет против!»       Он ничего не ответил, зато обновил статус: «Сладкие мои, я на диете» — и сообщение Анжелы Сладенькой удалил со своей стены.       Я сижу, откинулась на спинку кресла и как безумная улыбаюсь. Любуюсь его аватаркой.       Завтра непростой день. Что же скажут родители, когда узнают, что Рома уже вовсе не мальчик? Точнее, мальчик, но несколько старше, чем они себе думают…