Приключения на пятую точку. Что опять?

В доме все еще был бедлам, но детки с Яришем тихо-мирно сидели в центре комнаты на подушках, над чем-то дружно смеясь. Я подполз сзади и нежно обнял мужа за шейку. - Что у вас тут происходит? - тихо интересуюсь, перебирая довольно отросшие волосы. - Что с крекенами? - откинув голову, спросил муж. - А что с ними? - я зарылся носом в его волосы. Вот так бы и стоять... И не дай бог сейчас кто-нибудь придет и опять куда-то потащит! Самолично хвост откручу! Разумеется, нам не дали и пяти минут покоя. Дверь дома отворилась, и просунулся любопытный нос Яришевого помощника. - Там это...- послышался рык моего любимого, и помощника как сдуло ветром. - Не отвлекайс-с-ся, милый,- промурлыкал муж, потираясь об меня своим хвостом. Я оглянулся: "Хм, понятливые у нас детки, оставили нас наедине, тихонько сползаясь во вторую часть дома". Улыбаюсь и целую мужа в шейку, язычком проходясь по нежной коже за ушком. - Как скажешь, золотце... - в ноздри бьет такой знакомый и родной запах его возбуждения. Не удерживаюсь и прикусываю за шею. До ушей доносится тихий стон, я не выдерживаю и валю его на ковер, нависая над ним и жадно целуя в губы. Закручиваю его хвост, тесно переплетая со своим и нервно подергивая кончиком. - Ж-ж-женя, ну-у-у... - шипит Яриш, но мне хочется его помучить, слушая его стоны и упиваясь его идеальным извивающимся телом. Касаюсь пальцами сосков, слегка сдавливая и закручивая. Кончиком хвоста проникаю в тело, раздвигая лепестки его входа. Хвост нага это настолько потрясающая штука, что я ни разу не пожалел что приобрел его. А уж на сколько он эрегирован, тут и говорить не о чем. - Жень, - вдруг выворачивается супруг и нависает уже надо мной, - с-с-сегодня я хочу быть в тебе. Вздыхаю и покорно принимаю смену ролей. Мой муж удивительный любовник. Он легко достигает сам и доводит до мощнейшего оргазма меня в любой позиции и роли. К тому же, последние роды дались ему еще тяжелее. Старейшина посоветовала нам пока попридержаться с беременностями. А Яриш просто ласточка-летунья. Теперь уже я наблюдаю лукавые искорки в его глазах, и сам замираю в предвкушении самого сладкого. А Яриш, перенимая мою манеру, дразнит, распаляет меня едва ощутимыми касаниями, нежными поцелуями, и легкими трениями хвоста о хвост. Тихо стону, почти теряя разум от возбуждения, елозю под ним, царапая ему спину. "И это только ласки!" Наконец он кончиками пальцев касается моей плоти, и я судорожно кусаю губы, чтобы не пугать детишек своими стонами. А Яриш все активнее ласкает ее, чертя ноготочками узоры, большим пальцем размазывая обильно выступившую смазку. - Яриш, - стону ему в губы, делясь горячим воздухом, что буквально выжигает меня изнутри. - Любимый. Муж длинным языком скользит по раковине моего уха, спускаясь к шее, ставит засосы, как бы помечая таким образом. Яриш - большой собственник, я это давно уже заметил. - Что же, - сил договорить нет, внутри кровь вскипает от желания, а супруг все так же продолжает меня сладко мучить. С помутненным от страсти рассудком обвиваю моего мучителя хвостом и толкаюсь навстречу ему. Яриш недовольно зашипел, резко развернул меня на живот, и чуть приподняв нижнюю часть меня, вломился, сразу переходя на быстрые ритмичные толчки. От нахлынувших ощущений я потерялся в пространстве. Сворачиваю хвост кольцами, тем самым прижимая мужа к себе еще сильнее, не сдерживаясь (надеюсь, наш полуразумный дом сообразит заглушить звуки) выстанываю имя моего любимого. Подгоняя и умоляя его, дрожу от толчков, внутри ощущая опаляющий жар его члена. Толчки становятся сильнее и я, кусая губы, тянусь рукой к себе, обхватываю член и начинаю судорожно дрочить, постепенно подстраиваясь под ритм мужа. Чувствую его горячий язык между лопаток, его острые зубки на одной из них, и эта толика боли заставляет ощутить все еще острее. Выгибаюсь в его руках так, что достаю до его губ, впиваясь в них поцелуем. Пара движений его во мне и моих движений рукой - и мы кончаем, выкрикивая имена друг друга. Яриш осторожно сползает с меня, прижимает и шепчет на ухо. - Я не знаю, где я был, но я с-с-скучал... Прижимаюсь к нему, успокаивая наши, бешено стучащие в унисон сердца. Не могу и не хочу думать, как бы я существовал без него. Окунаюсь в его глаза, полные любви, нежности и заботы. - Не важно, где ты был, важно, что сейчас ты со мной, - услыхав голоски деток, поправился. - С нами. Но помощник Яриша опять-таки проявил настойчивость, засунувв прямо в спальню свой любопытный нос. - Простите Яривир, но Клауссастерпановка гневается и обещает сделать из вас помесь шизы с триксом, если вы не поторопитесь, - виновато опустил глаза. Но я уже успел заметить, что вины в них ни на грош. Вздыхая, отпускаю мужа из объятий. - Уже идем, - наг выскользнул из комнаты, а супруг, лизнув меня в ухо, помчал переодеваться. Со вздохом я поднялся и тоже начал приводить себя в порядок. Так, причесон в норме, все остальное... Кхм, пришлось ближайшей тряпочкой стирать с себя последствия единения с супругом. Отбросив в сторону салфетку, оказавшуюся носовым платком кого-то из деток, я развернулся было позвать Яриша, но тут же впечатался в его грудь. - О, и звать не пришлось! - улыбнулся я и мы чинно за ручку, как в детском садике, поползли к старейшине. Правда, зная нашу старушку, ползли мы быстро-быстро, по дороге не успев перекинутся даже парой слов. - И где ж вас нос-с-сило, иродов окаянных!? - кипела Клауссастерпановка, от этого здорово походя на свой незабвенный котел. - Я уж ради них вс-с-се тут скачу как молодушка, а они! С-с-супружники! - ее скрипучий голос заставлял меня нервно ежиться, и жаться к мужу. - Ну вс-с-се, тут мы, тут... - виновато опустив глаза, прошипел Яриш. - Что там новенького обнаружилос-с-сь? - Значитс-с-ся, так, - я опасливо покосился на половник, которым она размахивала. "Убойная штука, я вам скажу". - Когда эти чешуйчатые ироды поймут, что более не с-с-смогут призвать к себе наш-ш-шего повелителя, то нас-с-строение у них изрядно попортитс-с-ся. А, с-с-следовательно, дури прибавится и они прилетят с-с-суды. Стражников я уже предупредила, Яровиру не с-с-стоит более ускользать от них. И желательно, чтобы этот мелкий с-с-стервец Яхши тоже был где-то поблизости. Одаренное дитя, должна признать, - вздохнула нагайна, - да только покамест один, проказы с-с-сыпятся из него, словно труха из с-с-старого пня. Мы покивали головами и направились к выходу, когда у меня в голове созрел вопрос: - А зачем им нужен был Яриш? - Для потомс-с-ства, - фыркнула змеииха. - Если дракон зачнет с другой рас-с-сой, то дитя все равно родитс-с-ся драконом. Они полнос-с-стью подавляют все с-с-свойства другого родителя. Я завис: "Для потомства, значит... Ну-ну, прилетайте, гости дорогие, я вам перья, или что там у вас есть, повыщипываю-то". Затем во мне вскипел праведный гнев: "Да какое они имеют право брать моего Яриша для какого-то там потомства! Яриш мой, мой и только мой! Совести у них, этих драконов, нет совсем! Еще и наследственность они подминают!" - Тихо, Жень, тихо, я здесь, я с тобой... - глядя на эмоции, явно отражающиеся на моем лице и поглаживая меня по плечу, пытался успокоить меня муж. "Но какой там!" - Яриш, а если бы ты все-таки им родил!? Мало того, что тебе нельзя сейчас, так еще и неизвестно, во что бы это вылилось! Их там трое и они, как видишь, друг другу нарожать не могут! И если мы их здесь не пристукнем, то они могут потом и к Анкаре смотаться! А эти тоже "караул караулят"!!! - со стороны я, должно быть, походил на ветряную мельницу, ибо природная моя неусидчивость, подогретая нервами, хотела выхода наружу. - Какой "грабят", какой "караулят"? А вообще, старейшина просила найти Яхши и держать его поближе... - Яриш заозирался, ища глазами нашего сынишку. Я усмехнулся. - Нет, ты не так ищешь… Его по-другому надо... Я-Я-ЯХШИ-И-И!!! - из-за угла тотчас показалась его фигурка. - Да, папуль? - игривые искорки в его глазах навели на мысль, что кто-то нас подслушивал. - Значит так, ты сегодня не отходишь от папы Яриша ни на длину хвоста. - Что, и в уборную идти за ним? - весело поинтересовалось чадо. - И в уборную, и в бочку с водой, и в обещ... - И к вам в спальню? - сына явно нарывался, я дал ему легонький подзатыльник. - Нужно будет - позовем. Развернувшись, повилял пятой точкой в район конюшен. Как-то я разговаривал с одним нагом, и тот рассказал, что крекены невосприимчивы к магии. А, следовательно, если договорюсь с Пру, то заберу его в дом, думаю, это будет нелишним. В конюшнях было темно и очень спокойно. Будто снаружи вовсе и не было всей той суеты и ощущения надвигающейся угрозы. Пру лежал у себя, и на мой приход отреагировал как-то вяло. - Хэй, Пру, ты чего? - я наклонился и погладил его по носу. Фыркнув и чихнув пару раз, крекен все-таки поднял на меня глаза, и я заметил в них тревогу. - Ты тоже чувствуешь их? - его хвост взвился и едва касаясь ядовитым жалом, погладил меня по плечу. - Тогда ты поймешь меня и не откажешь. Пойдем со мной в дом, ты нам нужен. Поможешь в случае чего? - животинушка задумчиво покосилась на свой все еще частично оставшийся окрас. - И обещаю, детки тебя не тронут! Коняшка резво подскочила и потянулась на выход. Но тут же звякнула цепь, к которой привязывали любого скакуна. Крекен обиженно скосил на меня взгляд и засопел. - Ой, прости, я забыл, - начал шарить по карманам. Где-то в одном из них валялась связка ключей, но искомое никак не находилось. Пру начал нетерпеливо выбивать чечетку копытами, и уже раздраженно хрипеть. - Я сейчас, я быстро, - собрался уже мотнуть за Яришевой связкой, но меня придержали скорпионьим хвостом. Растерянно замираю, Пру вышкирил зубы, встал, по-кошачьи потянулся и легко сдернул привязь. Моя челюсть со стуком упала на пол. - А-а-а… а зачем тогда вас привязывают? - недоуменно смотрю на обрывок цепи, волочащейся за скакуном. Крекен насмешливо всхрапнул и гордо поднял голову. "Все ясно - типа, традиция. Ну и фиг с ним". - Эй, нам сюда,- завернул я довольно прущегося крекена в наш переулок.