Сказки Демиурга

      Пинто мрачно взглянула на небо, которое быстро серело, скрываясь под слоем дождевых туч. Будет ливень. Отлично. Просто замечательно. Девушка отстегнула от ремня и надела на плечи непромокаемый плащ, накинула капюшон. Тяжело вздохнула, и, наконец, заставила себя сделать шаг вперед с крыльца Академии. Если продолжать размышлять о том, что ждет её впереди, то так можно и до старости простоять, потому что впереди её ждала только пустота. Да, разумеется, она теперь, черт подери, дипломированный волшебник, вернее, волшебница, ну а дальше-то что? Куда теперь идти? Директору легко сказать: "Иди и зарабатывай своим искусством" (в своей напутственной речи выпускникам он сказал, разумеется, не это, но смысл тот же), он-то уже нашел свое место и живет себе, весьма неплохо живет.       Стоило Пинто пройти пару шагов по двору Академии, как начался дождь, словно ждавший, когда же она наконец выйдет из-под крыльца. Девушка мрачно натянула капюшон поглубже, пересекла двор и постучалась в двери арсенала. За ними послышалась какая-то возня, через минуту дверь приоткрылась, в образовавшийся проем выглянул завхоз, коренастый бородатый и лысеющий тип. - Кто... А, привет, Пинто! По какому делу?       Судя по румяным щекам и слегка заплетающемуся языку, завхоз уже праздновал выпускной, ну или по крайней мере начинал праздновать. - Мне нужно снаряжение. - А, ээ... Можно поконкретнее? - Может, ты меня хоть внутрь пустишь? - Пинто раздраженно одернула мокрый, но уверенно справляющийся со своей задачей плащ. - Дождина такой, а ты на пороге держишь! - Ой, да, конечно! - завхоз открыл было дверь, но опомнился. - А ты, это... никому не скажешь, что мы тут... - Да надо оно мне, как троллю чайный сервиз. - пробурчала девушка. Завхоз собирался изобразить недоверие, но взглянул на мрачную физиономию выпускницы, передумал, и, наконец, пропустил.       Изнутри арсенал Сейджмонтской Академии Магических Искусств представлял из себя гигантский сарай с не менее гигантским бардаком внутри. Прибирались здесь не иначе как раз в пять лет, когда приходила проверка (а так как проверка активно искала и вскрывала всяческие иллюзии, то в арсенале ДЕЙСТВИТЕЛЬНО прибирались), но этого хватало самое большее на неделю. Единственным местом, которое всегда было в чистоте и порядке, был уголок направо от входа, в котором располагалось рабочее место завхоза и где сейчас сидели дворник, конюх, две служанки и неожиданно Ириэль, эльф-однокурсник Пинто. - Приет, Пнитто! - обрадовался этот ушастый пьяница при виде знакомого лица. - Састаишь, ик!, нам кампанию? - Нет, спасибо. - напиться в обществе прислуги и величайшего алкоголика со времен как минимум основания Академии, как максимум - со времен Сотворения Мира, в планы Пинто никак не входило. - Ну смари сама, рыжая, - пожал плечами и глупо хихикнул. - Я предлагал, но ты отказалась! - Кхм - завхоз вежливо напомнил о себе, и как только Пинто повернулась к нему, спросил - Так какое именно снаряжение тебе нужно? - Походное, комплект. - девушка вручила бородачу подмокший листок, на котором были перечислены все предметы, выдаваемые выпускникам при уходе из Академии на заработки. Завхоз хмыкнул, почитал листок, посмотрел на горы хлама - видимо, все необходимое было закопано именно там, а ему вместо праздника теперь в пыли рыться, - перевел взгляд на собутыльников, снова перевел взгляд на хлам, видимо, надеясь увидеть нужные предметы на поверхности, последний раз посмотрел на собутыльников, открывавших, судя по их внешнему виду, уже третью бутылку вина, и решительно двинулся навстречу трудностям. Пинто, немного постояв, решила помочь завхозу, здраво рассудив, что вдвоем они справятся быстрее.       Меч выбрали довольно быстро, хоть и с восьмой попытки: из семи предыдущих мечей три были сломаны, один проржавел даже рукояткой, один оказался настолько тупым, что даже простой палкой проще порезаться, да к тому же без ножен (да и зачем они ему, с таким-то лезвием), и ещё один был загнут аж вместе с деревянными ножнами (иногда умения волшебников действительно поражали. Если ещё можно примерно представить "как", то вопрос "зачем" оставался открытым). Восьмой меч оказался на удивление нормальным - не заржавевший, не гнутый, не тупой и... не длинный. Девушка задумчиво смотрела на лезвие заметно короче обычного, насаженное на рукоять полутораручного меча, а завхоз чесал затылок, пыхтел и поглядывал то на выпускницу, то на бардак, то на собутыльников. - Зато не тяжелый и в руку удобно ложится! - вынесла вердикт Пинто, ответив на немой вопрос относительно длины меча, явно не соответствующего стандартам. - Перейдем дальше.       Плащ у выпускницы уже был, меч - теперь тоже, сумку она упаковала ещё в здании Академии, забрав чуть ли не в два раз больше бутылочек и "базовых" ингредиентов зелий, чем было разрешено - никто ж не видит, да и ей они пригодятся больше. В общем-то, на этом комплект и заканчивался. Оставалось расписаться в получении (чтоб этот меч потом не искали, хаха), и всё, иди куда хочешь. Завхоз бодро вернулся к своему столу и, шумно втягивая носом аромат вина и закусок со стороны собутыльников (которые, к слову, уже пятую бутылку открывали), извлек из стола большущую книгу, пролистал до последней записи и добавил ещё одну о выдаче меча, Пинто поставила роспись. Девушка уже развернулась на выход, но бородач остановил её: - Погоди. Ты ж насовсем уходишь, так? - Да, наверное. - Пинто добавила "наверное", потому что в голосе завхоза слышалась грусть. Он был приятным в общении человеком, знал много интересного, поэтому девушке нравилось гостить у него в свободное время, пить чай и слушать байки. Жаль, что это время прошло. Он, видимо, все ещё надеялся, что подруга будет его навещать, и ей не хотелось его расстраивать. - Ну, тогда вот. - завхоз порылся в ящике стола и извлек нечто небольшое, завернутое в тряпицу, и протянул девушке. - Что это? - спросила она, разворачивая подарок. Им оказалось кольцо с цветком из черного металла, не слишком дорогое, но явно какое-то необычное. - Детектор магии. - ответил завхоз. - нагревается при приближении к источнику магии. Может, пригодится. - Спасибо - Пинто обняла бородача и поспешила на выход. - Проводи! - раздалось ей вслед, и её догнал конюх, явно недовольный перспективой попасть под дождь.       От лошади выпускница отказалась - скотину ещё и кормить нужно, а ей бы саму себя кормить научиться. Конюх пожал плечами и открыл калитку наружу. Пожал руку, тепло улыбнулся на прощание. Девушка улыбнулась в ответ. Приятно, когда кому-то на тебя не наплевать, и не потому, что у тебя есть деньги, которые к этому кому-то могут перейти.       Полчаса пешей прогулки под проливным дождем окончательно испортили и без того нерадужное настроение Пинто, но сама мысль о том, чтобы сидеть в Академии и ждать, пока дождь закончится, ей была противна. Да, у всех выпускников был праздник, но принимать в нем участие девушка не собиралась, настроения заниматься чем-либо не было, а тупо сидеть и смотреть в окно она не хотела, потому что это создавало у неё ощущение ненужности никому во всей Академии, и к тому же быстро наскучило. Так что Пинто была недовольна происходящим, но считала, что это был единственный вариант.       Наконец ей повезло: проезжавший мимо крестьянин предложил подбросить до ближайшего трактира, а так как у его телеги крыша была, а желания топать под ливнем по грязи еще с полчаса у Пинто не было, то она согласилась.       Под крышей царил полумрак, и девушке сразу захотелось спать. Она поудобнее устроилась на каких-то мешках, видимо, с зерном, укрылась плащом и закрыла глаза.       И этот сон приснился ей снова.       Солнечное летнее утро, тепло, прохладный легкий ветерок дует в лицо. Что может быть лучше этого ощущения легкости и свободы? Пинто поворачивается навстречу ветерку, разводит руки в стороны. - Пинто! Эй, Пинто! Это Мартин зовет её на речку поиграть. Девочка разворачивается на голос и видит, как братец машет ей рукой, подзывая к себе. Она бежит к нему, он широко улыбается.       Они играют в догонялки рядом с речкой, забыв про время. Кажется, так всегда было и будет - только бег, рыжие волосы развеваются на ветру подобно флагу, никаких забот.       Неожиданно Мартин останавливается и Пинто на всем ходу врезается ему в спину. Брат не удерживается на ногах, и они оба падают в траву. - Поймала! - радостно кричит Пинто, но замечает, что Мартин серьёзен и насторожен. - Эй, ты чего? - Не чувствуешь? - брат встает и помогает подняться сестре. - Пахнет дымом. Кажется, со стороны деревни. Скорее! Они бегут по тропинке к деревне. Мартин бежит быстро, Пинто не успевает за ним. - Мартин, подожди! - кричит она. Девочка не замечает камень под ногой, запинается, теряет равновесие, почти восстанавливается, но наступает на платье и падает носом в землю. Когда она наконец-то встает, то брат уже далеко. Пинто поднимается и бежит к нему. Неожиданно брат останавливается на повороте к деревне, долгие несколько секунд смотрит в ту сторону, откуда, кажется, доносится запах дыма, а затем с криком "Мама! Папа!" бежит к деревне ещё быстрее.       Когда Пинто добегает до того же поворота, перед её глазами предстает жуткое зрелище: деревня горит. Она видит каких-то людей, они вытаскивают селян из домов и пронзают мечами. Одному селянину удается вырваться, он бежит к лесу, но получает арбалетный болт в затылок.       Пинто в ужасе бежит к дому, стараясь не попадаться на глаза убийцам.       Дом горит. Вернее, пока горит только пристроенная к дому кузня, однако пожар вот-вот перекинется на крышу самого дома, если только его не потушат. Но тушить его уже некому. Пинто видит лежащего на земле отца, из его спины торчат два арбалетных болта. Рядом на коленях стоит Корвус, отставной капитан Сейджмонтской гвардии, близкий друг семьи Пинто. Он левой рукой зажимает кровоточащую рану в боку, правая сжимает рукоять эстока. Лезвие меча покрыто кровью, в стороне валяется убитый разбойник. Корвус шепчет: - Прости, друг... Я... я не... успел... прости... Он сжимает зубы и не без труда встает. Это привлекает внимание троих разбойников, они идут к нему. У двоих есть арбалеты, но они не спешат пристрелить Корвуса - видимо, хотят поразвлечься. Зря.       Корвус дожидается удобного момента и резко с места делает прыжок с выпадом к ближайшему врагу. Длинное узкое лезвие, предназначенное как раз для колющих ударов, легко входит в незащищенное горло бандита, и тот с хрипением падает на землю. Второй разбойник, рыча кидается в атаку, но Корвус парирует удар бандитской булавы и, приставив основание лезвия эстока к горлу врага, делает молниеносный разворот на месте. Второй готов. Третий вскидывает арбалет и спускает тетиву в самый неподходящий момент, Корвус не успевает отреагировать и падает на землю с болтом в виске. - Неееет! - кричит Пинто, слишком поздно осознавая, что крик привлекает внимание. Бандит разворачивается и идет к ней.       Перепуганная девочка бежит в лес в надежде спрятаться, но он неумолимо догоняет. Пинто зацепляется платьем за куст, падает, переворачивается, пытается встать, но поскальзывается на грязи и снова падает. Бандит догоняет её и заносит над ней кривой меч. Пинто кричит и вскидывает руку. Неожиданно пальцы начинают зудеть, рука сильно дрожит и немеет. Через секунду ладонь пронзает резкая боль, а онемение сменяется ощущением, что рука раздувается и вот-вот лопнет. Пинто уже не знает, как реагировать на происходящее, но тут случается то, чего она и представить не могла. С руки срывается ослепительно белая вспышка, бандит кричит, отшатывается, и с воплем "Чтоб тебя, ведьма!" удирает назад, к своим.       Дальше все как в тумане. Слезы. Пустота на душе. Надо куда-то идти, подальше от этого места, неважно куда... - Приехали, госпожа волшебница! От неожиданно прорвавшегося через пелену сна громкого голоса крестьянина Пинто подскочила как ошпаренная. Ещё толком не проснувшись, тупо заозиралась вокруг, пытаясь понять, что происходит. Спустя минуту пришла в себя, похлопала по щекам. Это всего лишь сон. Это давно прошло. Всё, незачем так нервничать. - Не называй меня волшебницей. Я не волшебница. - Пинто вылезла из повозки, напрочь забыв про ливень, и потому быстро промокла. Торопливо накинула плащ, но - поздно. - А кто ж вы тогда, раз не волшебница? - справедливо удивился крестьянин. - Алхимик. - Кто? - Алхи... Зельевар, короче. - Пинто сообразила, что таких слов крестьяне могут и не знать, а вот что такое зелье, объяснять никому не нужно. - Прощения просим, госпожа зельевар! - крестьянин поклонился. - Не страшно. Бывай. - девушка бодрым шагом направилась в трактир.       В трактире было относительно людно, но и еда, и столик, и даже свободная комната нашлись, так что повод для радости был. Девушка поужинала и сняла комнату на ночь, где стащила мокрую одежду и забралась под одеяло - досыпать.       Проходит день, или около того. Перепачканная землей, голодная и заплаканная, Пинто выходит на широкую дорогу. Кажется, это купеческий тракт, но ей уже все равно. Она прижимается спиной к дереву на обочине, подтягивает коленки к подбородку, утыкается в них лбом. Все, это конец. Она просто сидит и ждет, что произойдет хоть что-нибудь. Сил нет ни на что.       Ей очень везет - спустя примерно полчаса на дороге появляется караван, который, проходя мимо неё, замедляется. Но ей все равно. Пусть делают, что хотят, какая теперь разница? - Эй, ты чего тут сидишь? Что случилось? - спрашивает приятный женский голос совсем рядом. Девочка поднимает глаза и видит молодую женщину Юэнь-цзи. Она тепло улыбается, всем видом показывая желание помочь.       Пинто некоторое время разглядывает женщину. Округлое лицо с большими темно-синими глазами, на каждой щеке по три полоски того же цвета, светлые волосы, кажется, собранные в "булочку" внизу затылка, по бокам головы - два пушистых уха, по форме напоминающих оленьи. Одета в самый обычный походный костюм. Ещё внимание привлек покрытый длинной шерстью ухоженный хвост. Пинто слышала, что есть такие люди - с оленьими ушами, хвостами, полосками на щеках в цвет глаз и врожденными способностями к магии - и что их называют Юэнь-цзи, но никогда в живую их не видела. А теперь передней целый караван таких Юэнь-цзи - представители ушасто-хвостатого народа мелькают в караване тут и там и с интересом разглядывают причину заминки. - Ты не хочешь говорить? Может, хоть скажешь, где твои родители? Я отведу тебя к ним. - Снова спрашивает Юэнь-цзи. Упоминание родителей снова пробуждает приутихшие воспоминания Пинто, и та разражается новым водопадом слез. - Эй, эй, ты чего? - у Юэнь-цзи округляются глаза и от волнения начинают мелко дрожать уши. - Тише, тише! Успокойся, тише!       Спустя некоторое время отмытая, переодетая и накормленная Пинто засыпает в повозке у той самой Юэнь-цзи, которую, как выяснилось, зовут Шан Сян Цзен. [примечание автора: Юэнь-цзи носят японские и китайские имена. Последнее слово в полном имени - всегда фамилия, но нужно учитывать, что некоторые китайские имена могут быть двойными, как, например, Шан Сян]       Проходят долгие четыре года путешествий в караване. Пинто за это время успевает мало-мальски научиться фехтовать и пользоваться магическим даром (хоть пользование и подразумевает по большей части контроль над выбросами силы в чистом виде на эмоциях, чем формирование этой самой силы в заклинания). А затем, наслушавшись за время путешествий рассказов о Сейджмонтской Академии Магических Искусств, уговаривает Шан Сян помочь ей туда устроиться...       За ночь дождь так и не прекратился, но хотя бы стал не таким сильным, чему уже можно порадоваться. Пинто немного полежала, зевнула, и решительно вылезла из кровати. Хватит уже этих снов о прошлом, пора за работу, и было бы просто замечательно, если бы таковая в наличии имелась.       За завтраком рыжую алхимичку ждали неприятности: в таверну ввалились четверо мужиков, нетрезвых, но относительно уверенно державшихся на ногах. Они, покачиваясь и поддерживая друг друга, добрались до барной стойки, а сидевшие за ней посетители (в том числе и Пинто) тихонько отодвинулись подальше. Однако ближайший к девушке пьяный нахал обратил-таки на девушку внимание и с маху шлепнул её по попе. - Руки убрал! - прорычала Пинто, едва сдерживаясь. Если она ещё была готова терпеть его общество, то сносить эти пьяные выходки не собиралась! - А то что? - нахально спросил пьяница, и не думая убирать руку. "Ну, ты сам напросился!" - подумала Пинто. Поднесла пальцы левой руки почти вплотную к губам, одними губами прошептала короткое слово заклинания и резким движением шлепнула наглеца по лбу. Тот сильно отшатнулся, задергался и рухнул на пол. "Это его остудит. - удовлетворенно улыбнулась девушка. - Полежит пару минут парализованный, может поумнеет." Шоковое Касание, кратковременно парализующее мышцы цели, было простым, быстрым и эффективным, как и говорил декан. Вот только приятели парализованного явно не разделяли радость алхимички, мигом насупившись и двинувшись к ней. Но Пинто они совершенно не пугали. Ближайший размахнувшийся на девушку был отправлен в дальний конец зала Ударной Волной, следующий этой же Ударной Волной был сбит с ног, резво поднялся, но получил в ухо ближайшим табуретом, брошенным при помощи Телекинеза. Радуясь разминке и возможности выместить на ком-то вчерашнее плохое настроение, Пинто спрыгнула со стула и Телекинезом выплеснула содержимое ближайшей кружки в лицо четвертому, подскочила к нему и врезала Шоковым Касанием. Она уже развернулась к своему месту, довольная преподнесенным нахалам уроком, как увидела летящий её в лицо кулак первого пьяницы. Девушка, осознавая, что не успеет ни сотворить заклинание, ни даже просто закрыться от удара, уже приготовилась получить по лицу за дерзость, как в нескольких сантиметрах от её лица кулак перехватила чья-то рука. - Эй, невежливо бить даму! Тебя что, мама манерам не научила? Нет? Ну, значит, опять мне учить...