House of cards

— Ты в деле. Тэхён никогда бы не подумал, что из всего услышанного его испугает именно эта фраза. Логичнее было бы бояться других слов, типичных и более неясных. Что-то вроде «у вас рак» или «не кричи, и я не причиню тебе боль». Сильнее всего он испугался, однажды услышав «мы сделали всё возможное, но, к сожалению, вашего отца спасти не удалось». Но «ты в деле»? Почему-то столь простые слова вызывали у него чувство страха. Прошло много времени с тех пор, когда он чувствовал подобное. Возможно, это было во время вступительного экзамена. Тэхён прекрасно помнил, как сидел за партой: только что окончивший среднюю школу, с ручкой в руке и листами, лежащими перед ним. Листами, которые решат его будущее. Для некоторых подростков вступительные экзамены в университет были самыми пугающими и волнительными. Но для Тэхёна экзамен в полицейскую академию был билетом в новую жизнь, провал которого разрушил бы все его планы на будущее. Именно поэтому он был так напуган тогда. Сейчас те же чувства. Желудок будто сжался, а горло сковало нервное напряжение. В кабинете было тепло, но он почувствовал озноб. Намджун смотрел на него, будто ничего необычно не произошло. Судя по выражению его лица, он мог бы так же спросить, сможет ли Тэхён зайти в базу данных и подправить некоторые записи для него. Намджун присел на край столешницы. Он положил файлы рядом с ноутбуком, после чего сложил руки на груди и посмотрел на Тэхёна сверху вниз. Тот нервно выпрямился в кресле. Такая поза придавала Намджуну авторитета. Тэхён чувствовал, будто стоял перед ним на коленях, а не сидел за письменным столом. Эффект добавляли падающая от ноутбука тень и прожигающий взгляд. Он словно муравей перед ним. Крошечный, ничтожный муравьишка в тени огромного башмака, который его раздавит. — Прости? — спросил его Тэхён, подняв брови. Он надеялся, что выглядел озадаченным, а не высокомерным. Последнее, чего он хотел, это проявить неуважение к Намджуну. Даже если технически Намджун не был начальником, он не мог его разозлить. Не сейчас, после всего. — Говорю же, — Намджун даже не моргнул, — ты в деле. Тэхён некоторое время изучал его лицо, а затем взглянул на свой ноутбук. До этого он перебирал серию перехваченных писем в надежде найти зацепку. Возможно, кто-то облажался и использовал именно то слово, которое станет основанием получить ордер на арест. Нормальное слово, а не очередное «шкура» или «товар». Почему бы не быть честными, и не написать «метамфетамин» или «проститутки», или старое хладнокровное «убийство»? Почему они чертовски хитры и усложняют его работу? Тэхён потратил пять часов и ничего не обнаружил. Они не могли получить ордер на арест без доказательств. Без хорошей базы иск никому не предъявят, не важно сколько переписки он перехватит и проверит. Ну и как их команда может арестовать кого-то без вещественных доказательств? Иногда Тэхёну казалось, что если он просто будет биться головой о монитор, это принесёт больше пользы. — Тэхён? — Д-да, босс? — Сколько раз я говорил тебе не называть меня так, — ему было легко говорить, якобы это просто опущение формальностей и ничего больше. Тот факт, что внезапный перевод Тэхёна с работы в офисе на оперативную службу одобрили, явно намекал, что Намджун не простой сотрудник. Что-то подсказывало Тэхёну: опущение формальностей ничего не изменит. — Что с тобой? Скажи мне. Ты выглядишь немного… — Тэхён отвёл взгляд от монитора и посмотрел на Намджуна. Тот недовольно нахмурил брови, — удивлённым. — При всем моем уважении, Намджун, я работаю в этом отделе меньше года, — начал объясняться Тэхён. — Я не самый умный из нашей команды, поэтому я не… — Кто тебе это сказал? — Намджун с легкостью свел довод на нет. Тэхён пробормотал что-то невнятное и уставился на столешницу. Недалеко от файлов, принесенных Намджуном, стояла его кружка с кофе, вероятно, уже остывшим и загустевшим. Рядом была небольшая коробка завтрака из кафе, но аппетит внезапно пропал. В комнате повисло ненавистное молчание, нарушаемое лишь тиканьем часов. Тэхёну хотелось, чтобы кто-нибудь еще был в кабинете, например Сона или Хосок. Это разрядило бы удушающую атмосферу. Намджун тяжело вздохнул. Тэхён нервно кусал нижнюю губу не произнося ни слова. У Намджуна было больше опыта, поэтому он считался лидером их команды. Он был ненамного старше Тэхёна по званию. У них даже в возрасте разница небольшая. Но отец Намджуна был главным инспектором, и это означало, что он был намного выше своего звания с точки зрения уважения и влияния. И если Намджун говорил, что Тэхён должен что-то сделать, ничего не оставалось, кроме как выполнять. Он мог бы запросить перевод, но при этом никогда бы не вернулся в этот отдел. Намджуна лучше не злить. Даже если Тэхёну совсем не хотелось в это ввязываться. — Сколько мы уже работаем вместе, Тэхён? — Семь месяцев, — ответил Тэхён не глядя на него. Он предпочел сфокусировать свой взгляд на кружке с кофе. — Семь месяцев… Да, прошло действительно семь месяцев с тех пор, как его перевели с прошлой должности, где он сортировал записи базы данных и характерные нарушения, которые направлялись в отдел по борьбе с наркотиками и незаконными веществами. Сам Тэхён до сих пор не совсем осознал, что его повысили. Это было нечто большее, чем обновление баз данных и поддержание порядка в документации. Он пересмотрел всю базу, до того, как его ввели в курс дела. Слишком много бумажек, наполненных бесполезной фигнёй и вечной недостачей нужного и полезного материала. Может, поэтому Намджун выделил его из команды, но была одна серьезная проблема. Тэхён не имел никакого практического опыта в этой области. Он принимал участие в небольших уличных и дорожных патрулях, когда был новичком. И вот сейчас, два года спустя, Тэхён по-прежнему чувствовал себя новобранцем. Офицер, который никогда не проводил арест, не попадал в самую крупную банду страны в качестве шпиона. — Семь месяцев, — повторил Намджун, немного поменяв позу. Тэхён поднял взгляд с кружки и осмотрел кабинет. Он иногда напоминал ему классную комнату: прямоугольное помещение, несколько столов внутри, пробковые доски тут и там покрывали листы с фотографиями и записями. — И за это время ты вырос от секретаря до аналитика, а твои выводы позволили нам засудить не одного преступника. — Такое было только раз или два, я не… — Тридцать осужденных и пять дел на рассмотрении суда, — прервал его Намджун, – это не раз и не два. Нам удалось поймать безумца Чхве лишь потому, что ты связал тот единственный звонок, который он сделал, с До Ховоном. Не я. Я даже представить не мог, что Чхве был настолько глуп, чтобы договориться о встрече по телефону. Но ты вспомнил их разговор, время, место, и мы выбили признание из До. — Хмм… — Тэхён нервно покусывал нижнюю губу. — Арест Безумца Чхве стал самым важным делом нашего отдела за последние десять лет, Тэхён. Это всё благодаря тебе, — Намджун положил ему руку на плечо, пытаясь донести свою точку зрения. — Но мы к этому вернёмся позже. Позволь мне объяснить. У нас есть основания полагать, что ты можешь быть именно тем, кто нам нужен, — он потянулся к файлам и взял один со стола. Намджун открыл папку, пробегая глазами по фотографиям и листам бумаги. Тэхён просто смотрел на него и старался не ёрзать на стуле. — Ты знаешь Мальчика, верно? Намджун задавал бессмысленный вопрос и они оба это знали. Конечно, Тэхён знал Мальчика. Он отслеживал и сопоставлял связи в синдикате уже несколько месяцев. Тэхён знал имена и лица, возраст и профессии. Он практически выучил предпочтения в одежде около ста человек, принадлежащих империи, это въелось в память за то огромное количество времени, проведённое им за фотографиями и записями. Тэхён ответил, что знает. — Что на счёт него? — В последнее время его часто видят на улицах, почти каждый день. Хосоку удалось сделать довольно много удачных снимков, — Намджун, должно быть, смотрел на один из таких снимков. — Ты знаешь, как редко он появлялся на виду раньше. Так что это значит? Они оба знали ответ. Было совершенно очевидно, почему он превратился из невидимой силы в внезапно появившегося повсюду человека. На шахматной доске новый игрок. Тэхён ничего этого не сказал, потому что в этом не было необходимости. Его молчание было тем, что Намджун и хотел услышать. Через несколько секунд Намджун взглянул на него, приподняв бровь — движение размеренное, но полное уверенности. Тэхён сдался и потянулся за фотографией, которую Намджун подал ему. Как всегда, Хосок снова проявил свою способность оказываться в нужном месте в нужное врямя. Это относится не только к его выдаче ордеров на арест или к его идеально спланированным рейдам, во время которых он ловит несколько крыс в их же сетях. У Хосока так же была самая невероятная удача, которую когда-либо видел Тэхён. Он знал, что его коллега пошёл в вооружённые силы сразу после окончания средней школы, и с тех пор он использовал свой опыт, чтобы его направили в этот отдел. Если Тэхён был гением за компьютером, то Хосок был гением на улицах. Благодаря невероятно удачливому Хосоку, у них были эти снимки. Судя по изображению, фотография была сделана внутри здания, возможно, кафе. На снимке запечатлены несколько человек, но было понятно, на кого направлен фокус. Предполагалось, что молодой человек вышел из магазина костюмов, и направился в лимузин Mercedez-Benz S-класса. На нём был чёрный и идеально подогнанный дизайнерский костюм. Не нужно быть экспертом, чтобы заметить это. Тэхён не сомневался, что только жилет, скорее всего, стоил его месячной зарплаты, хотя считал, что имеет приличный оклад. В кадре Мальчик расстегивал пуговицу пиджака, а взгляд его был направлен на человека слева. Тэхён перешёл ко второму снимку. На нём был более крупный план. Чёрные волосы аккуратно зачесаны назад, что придавало ему довольно хмурый вид. Глядя на его лицо, Тэхён видел не мальчика и не мужчину, а нечто среднее между этими понятиями. Хоть ему и было восемнадцать, он ещё не потерял юношеские черты. Его черты лица казались слишком крупными, чтобы называться зрелыми: большие глаза (оленьи, как подумал Тэхён, но быстро отбросил эту мысль), выдающийся нос и полноватые губы. При этом брови и высокий рост придавали ему мужественности. Взрослый ребёнок. Словно застрял между двумя мирами. На фото он выглядел, как избалованное дитя, и, словно обижаясь, дул губы. Но то, как он держался, придавало ему непоколебимый авторитет. Последний снимок был настолько чётким и ясным, что можно было разглядеть мельчайшие детали на его лице. Стал заметен довольно глубокий шрам на левой щеке. Тэхён мог практически сосчитать его чёрные ресницы. Юноша смотрел вниз по улице, слегка нахмурив лоб и прищурившись из-за яркого солнечного света. — Сона взбесится, когда узнает, что Хосок сделал фото до неё, — весело сказал Тэхён, взглянув на Намджуна. — Это невероятные снимки. Наверное, самые лучшие из тех, что у нас есть. — Лучшие с тех пор, как ему исполнилось… одиннадцать, — согласился Намджун, кивнув. Да, это был всё тот же человек, но выглядел совсем по-другому. Исчезла та молодая невинность, нет больше длинных волос и брекетов. Мальчик вырос. — Совсем не похож на старого ублюдка, — заметил Тэхён, разглядывая снимок, — его мама, должно быть, красотка. — Без понятия, я никогда её не видел. Чон скрывал их с сыном, — Намджун взял папку у Тэхёна. — Но не теперь. Чон Чонгук наконец появился на улицах как наследник. — И мы получили лучший снимок. Чёрт, Хосок не заткнётся об этом ещё несколько месяцев. — Мы думаем, что Чон старший готовит себе замену. Это значит, что теперь у нас появился шанс внедриться в структуру. Времена будут неспокойными, повсюду грядёт смена сил и влияния, — объяснил Намджун и отложил папку в сторону. — И тут в игру вступишь ты. — Я? — Да, — согласился Намджун, оживлённо кивнув. — Видишь ли, у нас есть основания полагать, что они начнут… вливать свежую кровь. Будет чистка. Старое освободит место для нового, — Намджун остановился, словно собираясь с мыслями. — Мы получили наводку от информатора. Старики им ни к чему. Они будут набирать молодую кровь. Нужно новое поколение, чтобы империя могла процветать. — Хорошо, но почему я? Почему нельзя заслать того информатора? — По двум простым причинам. Во-первых, — Намджун поднял руку и показал один палец, — он уже стар для этого. Нам нужно, чтобы он оставался там, где сейчас, — он поднял второй палец. — Во-вторых, это наш билет в банду. Вот почему нам нужен ты, Тэхён, кто-то, кого не смогут связать с отделом. — Но ты же умнее, и знаешь что делать, если… — Чёрт, Тэхён. Может я и умный, но и ты не дурак — твои тесты на профпригодность были выше всяких похвал. Знаю это, потому что проверял их. Да, я умный, и поэтому мне нужно оставаться здесь, в отделе. Подумай об этом с другой стороны. Не используй туз, когда можешь использовать джокера. Ты умный, очень умный. А ещё ты чертовски хорошо блефуешь. — Да, в мелочах у меня может и неплохо получается, Намджун, — возразил Тэхён, — но это тебе не мелочи. Если я скажу что-то не то, лишусь головы, а мне, знаешь ли, она нравится. Это замечательная голова, если я могу похвастаться ею. — Я слишком связан с департаментом. Этот отдел повлиял на меня, я не могу работать под прикрытием. Я бы провалил операцию. Сона не может, потому что она женщина. Хосок как и я. Он солдат, а не шпион. Отлично справляется со своей работой, но не подходит. Дэсу слишком стар, а Ёндже просто выглядит, как грёбаный полицейский, даже если попытается это скрыть. Намджун перечислил всю команду, кроме Тэхёна. Они были небольшой группой офицеров. Для рейдов им выделяли группу спецназа, которая следовала указаниям Хосока. В отделе числилось лишь шесть офицеров. Печально, если бы не тот факт, что активность наркоторговцев снизилась в их регионе. Больше всего сажали покупателей, а не дилеров или производителей. При том, что большинство наркотиков поставляли из Северной Кореи, Китая, Филиппин и других стран. — Тэхён, это наш шанс проникнуть в Хэдокче Па. Смену поколений мы ждали чуть ли не вечность. — Я знаю, знаю, — бормотал Тэхён, — Знаю, что лучший шанс но… я? — Намджун смотрел на него, не собираясь отступать. — У меня нет практического опыта. Какого чёрта я буду там делать? — Ты пройдёшь обучение, Тэхён, — пояснил Намджун, — научим работе с огнестрельным оружием и многому другому. Ты не пойдёшь туда неподготовленным. У нас есть почти три месяца. К тому времени ты будешь знать всё о Хэдокче Па. — Я уже знаю всё, — возразил Тэхён. — Всё, что мне необходимо. И большего мне не надо. — Не всё, пока что не всё, — сказал Намджун, вставая из-за стола. — Единственный способ узнать всё о Хэдокче Па, — сказал он, положив ему руку на плечо, — это присоединиться к Хэдокче Па. Намджун ушёл, оставив файлы на столе. Они лежали, словно ящик Пандоры, и будто ждали, когда кто-то откроет их. Намджун прекрасно знал, что Тэхён не устоит. К тому же, офицеру нужно было проверить их на наличие ошибок. Тэхёну захотелось вернуться за свой ноутбук, проверить множество других писем и притвориться, словно разговора вовсе не было. Но он знал, что не может. Его загнали в угол. Нельзя было отказаться, даже пытаться не стоило. Тэхён вздохнул, отодвинул коробку с завтраком в сторону и притянул файлы поближе. Он открыл папку и достал фотографии, разложив их на столе. Глянцевые поверхности отражали солнечный свет, падающий на снимки. Тэхён потянулся к ящику стола, взяв из него довольно потрёпанную записную книжку. Сейчас остальное не важно, другие файлы могут подождать. Он хотел провести собственное расследование, начиная с опознания людей на фотографиях, сделанных Хосоком. А потом уже разбираться, что именно всё это может означать. Если кто-то из их команды и мог предсказать будущее Хэдокче Па, то это был Тэхён. Вот почему Намджун оставил ему файлы и выбрал на роль шпиона. И он это знал. Тэхён вздохнул и осмотрел фотографии снова. Никто на снимке не смотрел в камеру: либо на улицу, либо на часы; пальцы мужчин были прижаты к наушникам, можно даже разглядеть чёрные провода, уходящие под рубашку. Ничего необычного. Скорее всего, просто телохранители наследника империи. Тэхён отвел взгляд от лысого охранника и, задумчиво постукивая пальцем по ноутбуку, посмотрел на Чонгука, на Мальчика. Новый игрок на шахматной доске. Не пешка, а скорее король. Сейчас Чонгук был ограничен в своих действиях и не мог контролировать обширные области своей империи. Вся власть ещё была сосредоточена в руках его отца, который теперь был чем-то близким к королеве. Самая могущественная, но не самая важная фигура на доске. Тэхён умел играть в шахматы, и это означало, что он собирается занять место ладьи. Предстояло проделать огромную работу. Ему понадобится ещё кофе.

***

Тэхён знал о Хэдокче Па. Так же, как и те, кто работал в полиции, правительственных секторах и судебной системе. Их называли раком, злокачественной опухолью, которая скрывается и никогда не исчезает. Они были выше любой банды страны, потому что уже давно вышли за пределы понятия «банда». Никаких уличных стычек и борьбы за власть. Хэдокче Па были империей: самой большой и безжалостной во всём Сеуле. Все знали о них, но никто не мог уничтожить империю. Девиз Хэдокче Па: у вас — яд, у нас — лекарство. Яд может подразумеваться под многими вещами. Банда имела дело с огромным количеством наркотиков: от легких марихуаны и отпускаемых по рецепту валиума и ксанакса, до более тяжёлых — метамфетамина, героина и кокаина, которые пользовались большим спросом. Наркотики были масштабным, но не единственным промыслом организации. Второй и отнюдь не последней специализацией была проституция. Тэхёну не нравилось это название, ведь оно означало секс-работников, когда на самом деле люди были секс-рабами. Называть работниками по доброй воле закованных в цепи женщин и мужчин - далеко от истины. Это были наркоманы, иммигранты, сбежавшие дети или просто отчаявшимися люди. Были подпольные стрип-клубы, бордели, наполненные такой грязью, о которой Тэхёну и думать тошно. Сона работала над их разоблачением, прежде чем перейти к ним в отдел, и Тэхён порой слышал мерзкие истории. Истории, которые он предпочёл бы никогда не знать. Кроме того, Хэдокче Па промышляли азартными играми, порнографией, вымогательством и прочим дерьмом. Хоть это были и небольшие части бизнеса, они стали ещё одним столпом силы, который делал банду нерушимой. Чтобы найти трещину в броне, полиции требовалось много лет работы, но чаще всего не хватало времени и сил. Тэхён не был глупцом. Он знал, что империя была построена не только на уме и деньгах. Требовалась сила, влияние, а также защита. У Хэдокче Па были связи со всеми властями страны: политики, генеральные директора, судьи и все те, кто хотел помочь сохранить бизнес и снизить риски синдиката. Эта империя — самый известный секрет Сеула, и ничего нельзя было с ним поделать. Когда он присоединился к отделу по борьбе с наркотиками и запрещёнными веществами, сразу узнал о Хэдокче Па. Не было и дня, чтобы эта группировка не засветилась в его отчётах как минимум десять раз. Не удивительно, учитывая то, что они контролировали всё криминальное подполье Сеула. Когда Тэхён начал углубляться в изучение базы данных, обнаружил полезную способность вспоминать имена, лица и фрагменты информации. Тэхён хорошо изучил высокопоставленных членов и мог составить единую сеть из их связей. И это был не просто отдельный аспект, а целые иерархические системы. Он до конца не понимал, насколько невероятна его визуальная память и как просто для него сортировать и хранить информацию, добавляя к ней новую. Его навыки не раз выручали команду. Тэхён был не просто офисным планктоном, застрявшим за столом с ноутбуком и чашкой кофе. Он был гораздо большим. Намджуна повергло в шок, когда Тэхён назвал имя конкретного подозреваемого в случайно услышанном разговоре. Они с Ёндже обсуждали убийство дилера по кличке О. Факты и версии занимали своё место на доске. Тэхён услышал, как эти двое пытались выяснить кто, черт возьми, убил своего дилера. И имя Чхве Уена всплыло в голове за секунду. Незадолго до этого он слушал запись месячной давности, где мужчина озвучил свои опасения по поводу потери прибыли в округе. Тот самый район, в котором работал О до своей смерти. Тогда Намджун и Ёнджэ смогли всё сопоставить, но для этого им понадобился первый толчок в правильном направлении Это был первый раз, когда Тэхён воспользовался феноменальной памятью, чтобы помочь следствию. И не последний. Сона однажды назвала его университетским лектором, экспертом по знаниям о Хэдокче Па. А Десу добавил, что ему стоит сменить образ жизни. Способности Тэхёна и привлекли внимание Намжуна. Если нужно внедрить агента в синдикат, что что может быть лучше, чем тот, кто прекрасно знал имена и лица, как будто уже давно был в банде? Вот почему Тэхёна вытащили из-за рабочего стола и продумали программу изнурительных тренировок. Через неделю его представят Хэдокче Па. Поэтому он сидел со своим осведомителем в кафе, а не на обычном рабочем месте. — Итак, — Лим открыл папку и разложил фотографии на столе, над липкими кофейными пятнами и рассыпанными крупицами сахара, — давай попробуем ещё раз. До начала подготовки Тэхён ни разу не пересекался с Лимом. Будучи информатором, ему всегда нужно было держаться подальше от отдела. Поэтому Тэхён получил новый телефон и поддельную биографию. Он никак не ожидал, что Лим окажется довольно пухлым человеком с щетиной на лице, слишком длинными немного неопрятными волосами. Помимо этого, он видел, на сколько хорошо тот работал. Нос на морщинистом лице ломали явно не раз и щетина не могла полностью скрыть шрам на его скуле. Но дело было не только в лице. Лим держался с уверенностью, свойственной только влиятельным людям. Дизайнерский костюм, тяжёлые часы Rolex, которые можно было заметить из-под манжеты, когда мужчина за чем-то тянулся — всё это признаки кругленькой суммы на его банковском счёте. Он даже дышал медленно и размеренно. Тэхён поражался такому контролю и заметил, что копирует его во время занятий. Лим жил и дышал стилем Хэдокче Па и никогда не прерывал игру. Даже во время их встреч он был гангстером, а не полицейским. Поначалу Тэхен был просто в ужасе от его резкого и грубого характера. Однажды он ошибся, на что Лим схватил нож со стола и ударил его тупым концом. — Всё. Ты мёртв, — Лим плюнул и откинулся на спинку стула. Тэхён, не ожидавший такого, свалился на пол. Он ведь всего лишь сказал, что Пак Убин торгует метом. Пак Убин, а не Пак Уён, как следовало бы. Пак Убин занимался стрип-клубами. Безусловно, это было не то имя, с которым можно ошибиться, если не хочешь нарваться. Всякий раз, когда Тэхён совершал ошибку, он делал что-то подобное — удар в руку или грудную клетку тупым концом ножа для масла. Так Лим научил Тэхёна бояться оплошности в названии улиц или стандартной плате за марихуану. Тэхен понял, что думать, прежде чем ответить, было более безопасным вариантом. Он предпочитал потратить три секунды на раздумья и дать правильный ответ, вместо того, чтобы ошибиться и, возможно, потерять голову. Лим объяснял ему, что дело не в правильности ответов и скорости, а в умении воспользоваться выгодной информацией. Чем больше он знал, тем сильнее становился. Его обучали именно так. Знания — это сила, и каждый член Хэдокче Па обладал ею. — С некоторыми будет довольно легко, — Лим разложил снимки, как карты, — Ты видел одного или двух из них раньше. Если не узнаешь, больше не буду сдерживаться и прикончу тебя, как чёртову свинью. — Ценю твою поддержку, — пробормотал Тэхён, смотря на фото. Лим не просто научил его быстро принимать решения и думать, он так же обеспечил его присутствие в компании членов низкого ранга. Тэхён же не мог появиться из ниоткуда. Гардероб больше не был наполнен повседневной одеждой, парой рубашек и черных брюк, которые нужны были для работы в офисе. Это всё было заменено в пользу костюмов. Не брендовых, зато качественных и хорошо подогнанных. Ему нужно следить как за внешним видом, так и за тем, как он держался. Тэхён провел много времени перед зеркалом, поправляя манжету рубашки и стараясь привыкнуть к костюму. Было трудно, но он достиг необходимой точки уверенности в себе. В основном потому, что стоял в комнате с другими гангстерами, кроме Лима, и всё ещё дышал. Такие встречи были адом для него. Первые три Тэхён провел в страхе, что ляпнет что-то не то. Даже когда он не был в центре внимания, страх не отпускал. До сих пор Тэхён был молчаливым свидетелем согласования сделок, взяточничества за выборы в местные органы власти, принудительного удаления с должностей законопослушных граждан и организации незаконных застроек. Это было дело Лима в Хэдокче Па, значит, Тэхёну нужно внимательно следить за ходом небольших встреч, которые, к слову, проходили в публичных местах, принадлежащих банде: кофейни, заполненные мужчинами в костюмах и девушками из эскорта, рестораны с охранниками в дверях. Его даже затащили на встречу в подпольный стрип-клуб. Сделка напрягала Тэхёна, так ещё и обнажённые парни и девушки, танцевавшие у шестов, не помогали расслабиться. Но это окупилось тем, что его заметил Нам, член Хэдокче Па. Очень важный человек в организации. Тэхён видел его с Мальчиком, а это что-то, да значило. Он спросил про Тэхёна, как про подчинённого, и Лим объяснил, что тот был рекрутом, дабы отдать дань господину Чону. Нам внимательно изучил новичка, позабыв о сделке. Затем он обратился к одному из своих с усмешкой на лице, и Тэхён услышал, как он сказал: — Хах, он ему понравится, да? Посмотри на это лицо. Встречи в течении этих трёх месяцев были адом. Хотя его страх так никто и не заметил. Пока что никто не увидел и не узнал, что после каждой такой встречи Тэхёна ужасно тошнило. — Давай, рассказывай, — Лим откинулся на спинку стула, подняв вверх обе руки, мол, покажи мне, на что способен. Тэхён наклонился над фотографиями, ему потребовалась секунда, чтобы пробежаться по ним глазами — Нам, — он указал на первый снимок. — Кто он? Давай резче. — Поставщик шлюх. Получает девушек и парней из Лаоса, подростков. Со взрослыми не работает. Владелец клуба «Blue» в Каннам-гу. Клуб — это инвестиции, все наличные деньги попадают ему в карман, а не в Хэдокче Па. Из-за этого у него проблемы с Чхве Суёном, — Тэхён постучал пальцем по другой фотографии, — он ищет повод для ссоры. — Почему? — Чхве мнит себя филантропом. Он жертвует часть заработка в приюты для бездомных в Тобон-гу. Проповедует, что Хэдокче Па должны быть хранителями своей территории: заботиться о людях, и они принесут выгоду. Наму плевать. Они уже несколько месяцев хотят перегрызть друг другу глотки. Их никогда не заметишь вместе. — Чем занимается Чхве Суён? — Этот лицемерный мерзавец проворачивает аферы, — сказал Тэхён и переключился на следующее фото. — Бэ Гухи. — Мерзкий подонок. Факты? — Торговец оружием. В основном, пистолетами, но при необходимости может подогнать штурмовое. Оружие в основном китайское, массового производства. Получает товар из России, но больше из Китая и Вьетнама, — Лим одобряюще кивнул. — Жёсткий ублюдок. С ним не шутят. Уважают и страшатся лишний раз пересечься взглядом. — Да, этот уёбок и глазом не моргнул, когда порезал меня, — пробормотал Лим. Тэхён замер на секунду и неловко поёрзал в кресле. — Бэ очень тесно общается с Мальч… — Нет, не называй его так. Это слишком… — Лим махнул рукой вместо того, чтобы схватиться за нож, как обычно. — Называй его по титулу, иначе рискуешь нарваться. Не важно, как делают это другие, для тебя он — господин. — … с господином Чоном, — продолжил Тэхён, — он останется у власти. Слишком большое влияние. Я не смогу избавиться от него, Бэ очень опасен. — Значит, остальные просто пешки, да? — Нет, не все. Он, — Тэхён постучал пальцем по последней фотографии, — Ким Чжину. Симпатичный. Сын старого партнёра Чона — Ким Джинтэ. Владеет казино Golden Monkey в Сингапуре. Это, вероятно, самое влиятельное представительство Хэдокче Па за рубежом. Они были знакомы господином Чоном с детства, но… — Но? — Ходят слухи, что господин Чон и Ким недолюбливают друг друга. Что-то связанное с религией. Ким библейский фанатик и не одобряет поведение господина Чона. — Если бы мы знали, что он замышляет, — Лим скрестил руки на столе, — но парень всё ещё слишком скрытен. — И тут в игру вступаю я, — сказал Тэхён, не намеревался показаться дерзким, но не в силах промолчать. — Ким, хочу сказать тебе ещё одну вещь, — выражение лица Лима стало серьёзным. После нескольких секунд молчания мужчина рассмеялся, Тэхён чуть не подпрыгнул от удивления. — Ты сумасшедший, но мне это нравится. Нужно быть психом, чтобы согласиться на это.

***

Изучение информации о Хэдокче Па было не единственным его занятием за последние три месяца. Хосок затащил Тэхёна в спортзал, начав тем самым свою часть тренировки. У офицера был период, когда он пытался работать над физическим и психологическим состоянием так, чтобы казалось, будто он выполнял свой военный долг незадолго до работы на Лима. По словам информатора, это поощрялось, поскольку если человек прошёл военную службу, то он будет выполнять приказы. Тэхён искренне полагал, что команда в скором времени поймёт: он совсем не подходит для этой работы. Но через месяц понял, что привык к нагрузкам. Тэхён не наслаждался этим, но, по крайней мере чувствовал, что готов к предстоящим трудностям. Хосок отвечал не только за физические тренировки. На него была возложена обязанность научить Тэхёна обращаться с оружием. Ким надеялся, что ему никогда не придётся это делать. Не секрет, что люди Хэдокче Па носят пистолеты. Не все конечно, но те, кто поважнее — обязательно. Поначалу, когда Хосок впервые вложил ему в руку пистолет, Тэхёна пугал даже его вид. Но теперь он начал понимать и принимать огнестрельное оружие. Тэхён понял, что его первоначальный страх перед пистолетом — страх перед неизвестным. Научившись обращаться с ним, разбирать, чистить, откидывать предохранитель и менять обойму, он понял, что был не прав в своём страхе. Тэхён должен был бояться не пистолета, а человека, который его держит. Было непривычно видеть Хосока с оружием. Он привык к пистолетам в кобурах, заправленных в пояса брюк или стоящих на столе, как сувенир. Если Тэхён увидит, как кто-то из банды выхватывает оружие, то скорее всего это приведет к смерти. А он никогда не хотел оказаться жертвой на том конце ствола. Подобно тому, как Лим допрашивал его снова и снова, чтобы Тэхён помнил имена и лица, Хосок так же заставлял его просматривать механизмы каждый раз, когда они приходили на стрельбище. Это был не полицейский, а частный участок, принадлежащий охранной компании. Тэхён помнил всё о деталях, он разбирал и собирал учебные пистолеты почти каждый день в течении трёх месяцев. Тэхён знал, что постоянное обращение с оружием в конечном счёте приведёт к мышечной памяти. Он сможет перезарядить пистолет с помощью быстрого взгляда и ловких движений пальцев. Хосок натаскал его, и теперь Тэхён перезаряжал оружие за три секунды, если под рукой был магазин. Но это всё равно было слишком долго. Три секунды, затаив дыхание, Тэхён представлял, сколько ещё пуль может пролететь за это время. — Видишь? Что это? — Хосок указал на механизм, установленный чуть выше спускового крючка. Тэхён взглянул на пистолет. — Предохранитель, — и, прежде чем услышать следующий вопрос, добавил, — если смотрит на дуло, то включен. Если на рукоять, то выключен. Ещё у этой модели за предохранителем должен быть небольшой индикатор, который мигнёт красным, как будто у меня будет время, чтобы его высматривать. — Забавно, — ухмыльнулся Хосок, — я теперь должен опасаться тебя? — Я всё ещё в ужасе от оружия, — Тэхён взглянул на пистолет, — но практика — это одно, а стрельба в реальных людей совершенно другое. Этому ты меня не научишь. И как с этим жить — тоже. — Ну, могу сказать, что я стрелял в людей. Не на поражение, но всё равно мало приятного, Тэ, это и должно быть плохо. Тебе нужно помнить, что учат стрельбе для самозащиты. Если нужно кого-то застрелить, стреляй. Они не остановятся. Либо ты, либо они. — Думаешь, мне придётся стрелять? — Тэхён взял пистолет из его рук. Хосок наблюдал за тем, как тот извлёк обойму и вставил новые патроны. Она встала на место со звонким щелчком. — Думаешь, они будут достаточно доверять мне, чтобы дать пистолет? — Думаю, ты подберёшься как можно ближе к Мальчику, — объяснил Хосок, скрестив руки на груди. — Чем ближе к вершине, тем опаснее становится. У них у всех есть пистолеты. У них, блин, даже разрешение на ношение есть. Кобура скрыта пиджаком, но я вижу это по их походке. Если носишь оружие, даже поведение меняется. — Ты и Намджун-хён, чёрт, да все почему-то уверены, что я пробьюсь наверх. А что, если нет? Что, если запнусь на первом же препятствии? — Ты не упадешь, Тэ. Перестань загоняться, — Хосок снова натянул защитные наушники. Тэхён посмотрел на него. Он никогда не видел хёна таким серьёзным, тот не шутил и не смеялся. Он свято верил в то, что сейчас сказал. Осталось теперь и Тэхёну в это поверить. — Целься на поражение, хорошо?! — Да, конечно, — он протянул руку и поправил наушники, но они не блокировали звуки полностью, только приглушали. Тэхён снял пистолет с предохранителя и поднял его. Хосок установил на крепление чистый лист мишени, затем нажал кнопку на стене. Механизм издал слабый звук и перенёс цель на указанное расстояние. Тэхён сделал глубокий вдох, как советовал Хосок, и медленно выдохнул, прежде чем нажать на курок. Пистолет резко дёрнулся в его руке от отдачи. В конце концов, ему удавалось держать руки прямыми и ровными при каждом нажатии на спусковой крючок. К тому же, плечо больше не болело после тренировок. Когда вместо выстрелов послышались глухие щелчки, он опустил руку и снова вздохнул. Он стянул наушники, а Хосок нажал на кнопку, чтобы приблизить мишень. Тэхён отложил пистолет на стойку и стал разминать пальцы. — Посмотрим… — Хосок вытащил лист и поднял его так, чтобы они могли видеть пулевые отверстия. — Живот, два выстрела. Может быть, достаточно, чтобы сбить человека с ног, но мы ещё над этим поработаем. Выстрел в грудь отлично, прямо в середину, — Тэхён нервно грыз губу, смотря на плечо и зная, что это его ошибка. — Подберись ближе к артерии и всё будет хорошо, но выстрелом в плечо только подбить сможешь, он не смертелен, — Хосок замолчал, они оба уставились на два точных отверстия в голове цели, — отличные выстрелы, но помни… — Выстрел в голову сложный. Движущаяся мишень и небольшая площадь, — сказал Тэхён, повторяя слова своего учителя, как ребёнок начальной школы. — Точно, поэтому мы должны поработать над выстрелами в живот. Я хочу увидеть как минимум пять выстрелов в грудь, прежде чем мы закончим сегодня. — Чёрт, — простонал Тэхён, глядя на то, как хён крепил новый лист, — Хосок, сделай одолжение Хэдокче Па и просто убей меня сейчас.

***

Оставался день до ожидаемой даты проникновения, когда они должны были уехать с Лимом. А сейчас Тэхён оказался перед дверью квартиры Намджуна. Он не знал, почему стоял в большом коридоре, уставившись на систему безопасности на стене и не нажимая кнопку звонка. Что-то в глубине сознания говорило ему, что уже слишком поздно. Было почти одиннадцать вечера, и всё же он стоял здесь, застыв на месте. Тэхён должен был просто повернуться и уйти, но не мог. И это было не просто так. Он был в ужасе и даже не думал о том, чтобы перебраться в столицу и проникнуть в Хэдокче Па, не поговорив с Намджуном хотя бы в последний раз. Вот почему он стоял здесь, рука зависла над звонком, а мозг был полон безумных мыслей. Ему очень захотелось закусить губу, но вместо того, чтобы поддаться желанию, он нажал на кнопку. — Намджун, это я, Тэ, — сказал он, наклонившись ближе к коммуникатору, — мне нужно с тобой поговорить. Тэхён отпустил кнопку и потёр свободной рукой глаза. Он устал, очень устал. Всё утро провёл в тренажёрном зале, а вечер на собрании, где он снова встретил Нама, который говорил о нём, как о предмете мебели. Тэхёну не нравилось, это заставляло его чувствовать себя некомфортно. Но слова, казалось, намекали на то, что у него всё-таки может быть шанс пробиться в банде. Остаток дня он старался запомнить больше информации и тренировался в одиночку, так как Хосок координировал рейд. Вот и всё. Три месяца наконец подошли к концу и Тэхён был в ужасе. После десяти секунд ожидания он услышал что-то с другой стороны двери. В проёме стоял Намджун. Он был в своей рабочей одежде и, казалось, всё ещё работал. Рубашка была смята и выпущена из-за пояса брюк, а чёрные волосы взъерошены. — Не следовало тебе приходить сюда, Тэ. Ты должен отдохнуть. Завтра всё-таки день Икс. — Знаю, знаю. Я ненадолго, я просто… поговорить надо, — ответил Тэхён, отводя взгляд в сторону, вместо того, чтобы смотреть на хёна. Намджун отошёл, позволяя ему войти внутрь. — Как раз про завтра. — Понятно. Тэхён мельком взглянул помещение и решил дальше не проходить, не в гости пришёл. Ему просто нужно выговориться, сбросить камень с души. Из комнаты доносился явственный запах чаджамёна. Видимо, Намджун работал дома, перекусывая едой из местной забегаловки. — Намджун? — Да? — Ты… Ты думаешь, я смогу? — Тэхён старался не переминаться на месте от волнения, — я имею ввиду, будь честен со мной. Думаешь, я смогу сделать это, не облажавшись? Я слышу от команды, что могу, но я не знаю. Мне нужно услышать это от тебя. Что скажешь? Намджун не ответил сразу, не дал прямой и спонтанный ответ. Тэхён был рад этому, потому что слышать «да, можешь», даже не задумываясь, не утешало его. Важно было знать, что он действительно думал над вопросом, взвешивал все плюсы и минусы. Когда Намджун ничего не говорил, Тэхён почувствовал что-то близкое к облегчению. Через минуту Намджун ответил: — Думаю… — он положил свои теплые ладони ему на плечи, успокаивая. — У нас есть только один шанс, и ты… лучший вариант. Я не скажу, что ты можешь это сделать, потому что не знаю. Я не буду врать, да и успокаивать совсем не умею. Я хочу быть честным с тобой. — Это я и хочу услышать, — кивнул Тэхён. — Пожалуй, лучше тебя нам никого не найти. Я верю в тебя, а ты знаешь, что я редко доверяю кому-то важную работу. Не потому, что я думаю, что они облажаются, а потому, что предпочел бы рисковать сам. Я не могу этого сделать, вот почему я полностью доверяю тебе. — Я не хочу подвести команду, — тихо сказал Тэхён. В конце концов, ему ведь не придется с этим жить. Нет, если он все испортит, то умрет задолго до того, как команда хоть что-то поймет. Но больше всего Тэхёна пугало не это. Провал повлияет на команду даже спустя долгое время после его смерти. Смерть ужасала, но больше всего ему не хотелось оставлять после себя наследие неудач. Нет уж, спасибо. — Тэхен, перестань думать о команде. На самом деле, вообще не думай о нас. С завтрашнего дня мы уже не команда. Не рискуй. Есть только ты. Вот и все, только ты имеешь значение. Да? — Тэхен кивнул. — Будет… это будет очень страшно для тебя. Я не собираюсь лгать. Однажды я раскрыл наркокартель, Тэхен, это не весело и не просто. Но ты сильный, ты можешь справиться с этим. — Ты делал что-то ужасное? — спросил Тэхён. Намджун убрал руки с его плеч и потянулся к поясу. Он приподнял концы своей рубашки, открывая нижнюю часть живота. Тэхён увидел рваный шрам, протянувшийся бедренной кости вверх. — Я провел год в Цзюлуне, разыскивая поставщика героина, который переправлял его в страну. Я был одним из новичков, посланных туда. Мне удалось пройти через это. Но многие так и не смогли, — Тэхен уставился на шрам и мысленно пытался понять, чем его оставили, — не могу выразить словами то, что там происходило. Я говорю не только о смерти. Бедность, отчаяние, жадность, настоящий ужас. На героин подсел. Тэхён резко поднял взгляд. Героин? Он знал, что тайным агентам часто приходится иметь дело со злоупотреблением наркотиками, чтобы обеспечить себе прикрытие. Но героин? Теперь, глядя на Намджуна, он смотрел не на своего товарища-офицера. Он видел ветерана войны. Человека, который служил стране, но у него не было медали, не было поздравлений. — Да, такое просто так не проходит. Какая-то часть меня чувствует, что я уже никогда не буду прежним. Но я сделал что-то хорошее. Значит, оно того стоило. — Господи, Намджун. — Я делал ужасные вещи, и тебе тоже предстоит это. Потому что только так ты выживешь, — сказал Намджун, отпуская концы своей рубашки. — Но ты должен знать, Тэхен, что бы ты ни делал, ты все равно хороший парень. — Х… хороший? — Да, ты собираешься их уничтожить. Ты не являешься частью Хэдокче Па. Ты их враг, и ты разрушишь империю. — Даже если я буду делать ужасные вещи, все равно останусь хорошим парнем, Намджун? — спросил Тэхён, покусывая нижнюю губу. — Ты думаешь, я хороший парень? — Тэхён кивнул в ответ, — даже после того, как ты узнал, что мне приходится делать вещи, которые иногда преследуют меня и будят по ночам? — Да, потому что я знаю тебя, знаю, что ты хороший. — Ну, а я знаю тебя, Тэхен. Что бы ни случилось, я знаю, что ты не позволишь этой грязи уничтожить тебя.