klance (драбблы)

— Хэй, Кит, подожди, — Кит жмурится от досады и понимает, что сбежать уже не получится. Его поймали с поличным. Лэнс стремительно налетает на него со спины и едва не виснет на шее. — Я отложил немного денег с обеда, сходим в ту крутую кофейню? Кит не хотел устраивать драму. Хотел просто свалить по-тихому. Возможно, немного трусливо с его стороны, но Кит никогда не умел прощаться. Он привык жить на чемоданах, привык к постоянным переездам из города в город, из штата в штат. Но вот к чему он совсем не привык — это к тянущему чувству тоски. Такое с ним впервые. Прощальное письмо для Лэнса жжется через нагрудный карман жилетки и просит поскорее от него избавиться. Теперь он уже не сможет незаметно подбросить его в шкафчик. Киту жаль. — Лэнс, — он пытается звучать буднично, но когда их взгляды случайно сталкиваются, яркая улыбка Лэнса тускнеет на пару тонов. Неужели понял, догадался? Неужели все настолько очевидно? В носу начинает щипать. О нет, думает Кит, этого еще не хватало. Какого черта вообще? Кит не просил этой дружбы. И уж тем более — слез. Он привык быть сам по себе. А тут этот парень со своей заразительной (дурацкой-глупой-отвратительной-идеальной) улыбкой и самыми теплыми в мире руками. — Кит, — Лэнс делает осторожный шаг навстречу. — Что-то случилось? Хочешь, я угощу тебя кофе, или мы… — Да к черту твой кофе, — Кит трет глаза и отворачивается. — Я вообще хочу отказаться от кофе. Это вредно! Он уходит, не оборачиваясь, и Лэнс долго смотрит ему в след, оставшись в одиночестве посреди пустеющего школьного коридора. *** — Следующий заказ! — Доброе утро, мне, пожалуйста, — оторвавшись от смартфона, Кит едва не давится словами, когда встречается взглядом с баристой. — Лэнс?! Он тут же морщится и мысленно дает себе по лицу. Но вот и кто его за язык дернул? Ведь мог просто притвориться, что не узнал. А теперь… Лэнс складывает руки на груди и смотрит на него насмешливо: — Ну привет, Кит. Ему срочно хочется развернуться и убежать, но проклятые ноги будто бы приросли к полу. За ним целая очередь, а он не может выдавить из себя ни одного слова. Когда он вообще так робел в последний раз? Может, только в школе. Когда Макклейн обнимал его при всех или отвешивал неожиданные, но очень смущающие комплименты. Улыбчивый, бесхитростный, такой близкий… Кит не может перестать пялиться на него. Лэнс так сильно изменился с тех пор. Когда они учились в старшей школе он был совсем другим: нескладный, курносый, со смешным лицом, усыпанным веснушками. Да еще и брекеты носил к тому же. В общем, идеальная мишень для хулиганов. Кит тогда впервые узнал, что значит драться за кого-то кроме себя. А теперь, вы только посмотрите на него. Хренов лебедь. Подрос и разлетелся в плечах. И ему так идет эта новая прическа… — А я смотрю, ты так и не состриг свой дурацкий маллет. — Сам ты дурацкий, — огрызается Кит, так по-детски, глупо, аж самому стыдно становится. — А можно, пожалуйста, побыстрее? — подгоняет их кто-то из толпы. На выручку приходит помощница Лэнса в таком же темно-зеленом фартуке, как и у него, Лэнс кивает ей благодарно и они отходят к закрытым кассам.  — А что ты… — Что я делаю в Нью-Йорке? — опережает его Лэнс и, дождавшись кивка, отвечает. — Переехал сюда сразу после школы. И поступил. Удивлен? — Немного, — кивает Кит, ему безумно неловко и он путается в словах. — В смысле, удивлен встречей, а не тем, что ты смог поступить. Кит никогда не сомневался в способностях Лэнса, может, он и был немножко разгильдяем, но уж точно не глупцом. Между ними повисает недолгая пауза. — А вообще, — припоминает ему Лэнс. — Помнится мне, ты решил отказаться от кофе. Ох, лучше бы он просто промолчал. От этих слов все внутри Кита переворачивается вверх дном, и он моментально вспыхивает. Лучшая защита — нападение, и Кит делает свой выпад. — А кто сказал, что я пришел сюда за кофе? — Тогда зачем ты сюда пришел? Кит бросает быстрый взгляд на выведенное мелом меню за спиной Лэнса и произносит: — Один ромашковый чай, пожалуйста. — Как скажешь, — Лэнс приступает к заказу и больше в его сторону даже не смотрит. Кит старается не тешить себя мыслями, будто ему послышалось легкое разочарование в голосе Лэнса. *** Кит правда не понимает, почему он продолжает ходить в эту кофейню, почему он раз за разом давится этим пресным травяным чаем и едва ли не выкручивает себе пальцы под столом, глядя на то, как любимец дам (да и не только дам, чего уж) Макклейн флиртует со своими постоянными клиентами. Сегодня Кит приходит к закрытию. В кофейне уже никого нет, а Лэнс только закатывает глаза, завидев его за витриной. Колокольчик звенит над его головой, и Лэнс кричит ему, выходя из-за стойки: — Переверни табличку, мы закрываемся. Лэнс, кажется, хочет добавить: «и закрой дверь с другой стороны», но вместо этого делает кислое лицо, глядя на то, как Кит молча выполняет его просьбу. Лэнс переворачивает стулья, и Киту очень неловко, но он все равно интересуется: — Тебе помочь? — Ну все, хорош! — Лэнс резко ставит стул на ножки и разворачивается к Киту. — Что? — Хватит уже комедию ломать. Чего ты хочешь, Кит? — спрашивает Лэнс и смотрит прямо в глаза. Строго, по-взрослому. — Ты решил взять меня измором? — Лэнс… — неуверенно начинает Кит, но тот сразу же перебивает его и начинает тараторить. — Конечно! Отшил меня, когда я был забитым лузером, а потом свалил, даже не попрощавшись. — Лэнс, — бесполезно, он уже разошелся. — А теперь вьешься вокруг меня целыми днями, сидишь тут весь такой из себя мрачный, как коршун, я тебя не понимаю. Совсем! — Лэнс, — он даже не замечает, как Кит подходит к нему почти вплотную и осторожно берет за руку. — Я просто хочу снова выпить с тобой кофе. — Он же вредный, — капризно фыркает Лэнс, но руку не отнимает. Кит про себя решает, что это хороший знак. — Вредный тут пока только ты. У Лэнса от такого рикошета аж ноздри в негодовании раздуваются. — Ах ты! — возмущенно произносит он. — Ты невыносим, ты такой… — Дурак? Я знаю, — Кит кивает примирительно, а затем виновато улыбается. Он в курсе — это запрещенный прием, но, черт возьми, в его сердце сейчас столько нежности, что он не знает, куда ее девать. — Но я немножко поумнел с тех пор, а ты все еще слишком красивый. Даже когда злишься. — Черт, маллет, — щеки Лэнса стремительно краснеют. — Тебе это дорого обойдется. — Готов загладить вину любыми способами. — Тогда с тебя сто поцелуев! — А может сразу двести? — Поговори мне тут, — ворчит Лэнс. Кит мягко обнимает его за талию и тянется к губам. — Одиииин.