Клубочек и его рождественское путешествие

В одном маленьком городе, запрятанном в заснеженном лесу, на самой его окраине, в доме, который казался сделанным из имбирного пряника, жили девочка Мари, её бабушка и Клубочек. И если вы сразу представите и Мари — она вся состояла из улыбок и детского смеха, — и её бабушку — она любила вязать шерстяные носки и вечерами смотрела любимый сериал о любви давно забытых актёров, — то, чтобы представить Клубочка, вам следует постараться. Несмотря на то, что вам могло показаться, что у Клубочка острые ушки и мягкая шёрстка, он не был похож на котёнка. У Клубочка были ножки, и ручки, и небольшая головка со светлыми вьющимися волосами. А ещё у него был вязаный жилетик и, конечно же, любимая шапочка, слегка великоватая для маленькой головы, от чего она то и дело сползала ему на глаза. Клубочек никогда не выходил из дома, но всё равно всегда носил её, а вечером, устроившись в корзинке с шерстяной пряжей, из которой бабушка вязала носки, он забирался в шапочку, помещаясь в ней почти целиком, и умиротворённо засыпал. Клубочек не был гномиком из волшебной сказки или эльфом. Он был просто Клубочком. В этом доме он жил уже почти год. Мари рассказывала ему много раз, как на прошлое Рождество они с бабушкой обнаружили его в одном из шерстяных носков, развешанных над камином. Он был точно такой же, как и сейчас — крохотный, не больше котёнка, и с большими голубыми глазами, которые были готовы вечно глядеть в окно, наблюдая смену дня и ночи, холода и тепла. Клубочку нравилось часами в тихом ожидании замирать, вглядываясь в набухшие почки на деревьях, чтобы на следующий день с радостью увидеть первые робкие листочки, свежие и пахнущие древесным соком даже сквозь стекло и раму окна. Но выйти погулять и присмотреться поближе к листочкам не позволяла бабушка. «Маленький ты ещё, — говорила она, качая головой. — Того и гляди потеряешься в траве. А если рядом окажется собака — всё, кошмар». И потому Клубочек смирился с жизнью в уютном и тёплом доме, которая, говоря по правде, была и так хороша. Листочки на деревьях росли, набирали силу, колыхались на ветру всё лето. А затем повяли, пожелтели, высохли и опали, стоило первому октябрьскому похолоданию коснуться их своей мокрой от дождя рукой. Клубочек тогда очень волновался за деревья, но Мари утешила его, сказав, что деревья просто уснули, а листики сбежали от них, потому что не любят холод, который придёт с наступлением зимы. А ещё зимой Клубочку исполнится год. И так как такое событие происходит не так уж и часто, он был немного взволнован и постоянно спрашивал бабушку: — Сколько показывает календарь? Может, вырвать лишние листы? Тогда и мой день рождения наступит быстрее. Бабушка негромко смеялась, перебирая спицами, и отвечала: — Нет, так просто ход времени не ускорить. Да и куда торопиться? Всему своё время, и Рождество наступит, что бы ни произошло. А время до него можно провести так же хорошо, как и этот единственный день. В один из таких вечеров, жмурясь возле горящего камина, Клубочек вновь спросил Мари и бабушку, и ответ не мог его не порадовать: — Всего-то три дня осталось! — с счастьем в уголках улыбки сказала девочка, оторвавшись от уроков. — Наконец отдохну от скучной школы! И Клубочек принялся ждать, считая минутки до Рождества. Но вскоре ему это занятие надоело, и тогда он снова вернулся к окну. Мари и бабушка давно ушли спать, а Клубочек всё не мог оторваться от стекла. Декабрьская вьюга, которая выла и кружилась на улице весь этот день, завораживала его. Если свежая листва или яркое солнце радовали Клубочка, то эта строптивая, неугомонная круговерть пугала и в то же время задевала что-то в самой глубине души, волновала маленькое, часто-часто бьющееся сердце. Он слышал голос зимней вьюги, которая монотонно пела ему свою странную песню. Клубочек не мог понять, почему Мари или бабушка ничего не различают в её зове, ведь ветер, свистящий в замочной скважине, непрерывно шипел: — С-с-сынок! Вернис-с-сь, с-с-сынок! И то же завывала вьюга, которую было слышно даже здесь, в тёплой от огня камина комнате. «Наверно, грустно потерять ребёнка», — подумал Клубочек. Он тут же представил, как схватилась бы за сердце бабушка, если бы Мари однажды не вернулась из школы, и как принялась бы пить свои таблетки и капли, дрожащей рукой неверно отмеряя дозу. Если бы вьюга могла держать бутылёк с пустырником, она бы тоже давно выпила бы его по капелькам за столько дней тоски. Клубочек был очень добрым — так воспитала его бабушка. Он знал, что прийти на помощь — великий подвиг и счастье для пережившего потерю. И сейчас внутри его маленького, быстро-быстро стучащего сердца боролись желание выскочить на улицу и помочь вьюге найти давно потерянного сына и страх потеряться… Но ведь травы уже давно нет, да и все собаки в такой поздний час спят в будках, и им снятся сладкие косточки. А потому Клубочек, застегнув единственную пуговку на вязаном жилете и натянув по самые уши шапочку, смело направился к двери. Зима встретила его колющим порывом ветра, который подхватывал острые снежинки и морозил Клубочку щёки. Едва устояв на ногах, Клубочек схватился за шапочку, боясь, что ветру она понравится, и тогда хулиган подхватит её и унесёт далеко-далеко от дома. А затем, выпрямившись во весь свой небольшой ростик, Клубочек выждал паузу в вое вьюги и крикнул: — Тётушка вьюга! Я слышал, что вы ищете своего сына! Могу ли я чем-то помочь вам? Ещё мгновение снег падал в тишине. А затем круговерть подхватила Клубочка прямо с порога дома и подняла в воздух, словно пушинку. Он вскрикнул от неожиданности и с опаской повторил свой вопрос, но тот затерялся в ликующем снежном свисте. Бедного Клубочка понесло над землёй, через дома, площади и дороги маленького городка. Он изо всех сил держался за любимую шапочку и уже не предлагал вьюге помощь, а почти со слезами умолял: — Простите, тётушка вьюга! Не надо! Отпустите меня! Отпустите домой! А затем комок снега прилетел прямо ему в лицо, и больше Клубочек ничего не видел. Лишь за секунду до того, как потерять сознание, он почувствовал, как ветер затихает и сам Клубочек, держа шапочку, как парашют, планирует вниз, на укрытые снежной шапкой деревья.