Syndrome

      — Sé paciente, mi futuro campeón. (Терпи, мой будущий чемпион.)       Сквозь сон Далер постанывал и недовольно жмурился, ощущая лёгкое пощипывание.       — Тш-ш-ш-ш.       Лео кусочком бинта прочищал свежие порезы на ладони.       — Que niño. (Какое дитя.)

***

      Тихие шаги раздались по коридору. Паредесу не спалось. Лео сонно оглядывал квартиру Кузяева, в которой он был всего от силы раза пять за полгода. Но, кажется, за несколько приходов в обитель любовника аргентинец запомнил здесь абсолютно всё, начиная с расстановки мебели, заканчивая мелкими деталями. Где-то на третьем свидании Паредес умудрился взять дубликат ключей. До поры до времени он хранил их в бардачке личного спорткара. Как выяснилось, не зря.       — Paredes, estás jodido. (Мда-а, Паредес, ты влип по самые уши.)— Леандро сунул руки в узкие карманы джинс. Он бегло оглянул свой внешний облик в зеркале шкафа-купе. — Видимо, придётся выкидывать новую рубашку или натягивать её только на Хэллоуин.       Аргентинец схохмил, но на лице не было и тени улыбки. Псевдо деловито оттянув воротник, он опустил глаза и наткнулся на пальто, явно в спешке брошенное им на пол.       — Muy bien. (Шикардос.) — просочились лёгкие нотки сарказма. Губы цинично скривились в ухмылке.       Паредес быстро поднял свою верхнюю одежду и повесил на крючок прихожей.       — Нет. Нет. Не уходи! — русскоязычно послышалось из комнаты.       Лео со всех ног побежал к Далеру, который уже скинул с себя одеяло и беспокойно вертелся клубком по кровати.       — Нет! — бормотал Кузяев, чуть ли не всхлипывая наяву. — Прости меня. Прошу! Давай забудем, всё будет так как прежде. Прошу, только не уходи.       Всем телом Паредес прижался к парню, пытаясь угомонить.       — Всё хорошо, mi dulce, всё хорошо.       Неосознанный пинок в солнечное сплетение был неизбежен.       — Ай!

***

      — Ну как ты? Голова не болит?       — Чт-то? Чт-то ты здесь делаешь? — Далер еле сумел разлепить глаза.       — Что я здесь делаю? — Паредес выделил голосом местоимение, показательно указывая на себя пальцем. — Ох, mi conjito, вчера ты знатно перебрал.       — Что?.. — Кузяев не улавливал нить разговора.       — Иди на кухню, borracho.