Послушница Красного храма

«Иногда лучший способ погубить человека — это предоставить ему самому выбрать судьбу». Михаил Булгаков, "Мастер и Маргарита"

- Как грубо! После такого оскорбления я могу не отвечать! – обиженно протянул Мефистофель и ехидно улыбнулся, зная, что не умеющий себя контролировать Рин, окончательно взорвется. И оказался абсолютно прав. Синее пламя полыхало, освещая огромное пространство цеха, и его обладатель, потерявший голову, несся вперед, не видя ничего, кроме мерзкой улыбки ненавистного клоуна. - Рин! – заорал вдалеке Юкио. - Стой, болван! – послышался оглушительный крик Сюры, в считанные секунды обнажившей меч и подрагивающими от гнева руками, занесшей его в атаке. Бетонный пол с оглушительным треском, поднимая столпы пыли, мусора и мелких осколков, крошился от мощной ударной волны, змеей огибающей, кажущиеся хрупкими и никчемными фигурки людей, к которым приближался Окумура. Но это не сработало. Расширившимися от удивления глазами, она наблюдала, как в несколько резких и стремительных прыжков, идеально рассчитанных и сильных, парень избежал ее атаки, и на секунду зависнув в воздухе, ринулся на абсолютно спокойного демона, лениво наблюдающего за происходящим. Но как только он достиг пределов печати, его с неимоверной силой, сопровождающейся красными вспышками света и россыпью искр, отбросило назад. Рин пролетел весь цех и был впечатан в стену, оставляя внушительную вмятину в ее, и так поврежденной временем, поверхности. Куски штукатурки, бетона и грязи сыпались на его голову, когда он упал на пол, застонав и заскрежетав зубами, пытаясь выбраться из - под обломков. - Придурок чертов! – заорала Каригакуре, подлетая к нему и откидывая мусор. Сугуро и Юкио, появившиеся с другой стороны, помогали ей. - Кретин Окумура! Хоть бы раз подумал своей тупой башкой! – рычал Бон, здоровой рукой хватая Рина за рукав, напрочь забыв об осторожности, ведь тот все еще полыхал, только совсем слабо. - Отвалите! – прошипел парень, сбрасывая его руку и поднимаясь, вытирая тыльной стороной ладони, тонкую струйку крови, струящуюся со лба. – Я прикончу его! – его глаза дьявольски поблескивали из - под челки и он снова поднял свой меч. - У тебя ничего не выйдет, мальчишка! Ты лишь жалкая сошка против моей магии, сдерживающей и одновременно защищающей его, - подал голос Фудо, надменно смотря в глаза Окумуре. – Лучше выполни свою часть уговора, и он ответит за все, а я верну тебе девчонку! – он резко притянул к себе Манию, как ни в чем не бывало, стряхивающую со своих волос бетонную крошку. - Аи… - ошарашенно произнес Рин, словно у него, наконец – то спала пелена с глаз, но это была лишь доля секунды, и он закричал. – Почему? Почему ты впустила в себя эту дрянь? – он подался вперед, напряженный, как пружина, но Юкио преградил ему дорогу. - Она не услышит тебя, Окумура, - спокойно произнесла Мания, убирая руку Фудо, и делая несколько шагов навстречу, - но можешь быть уверен, что она сделала это только ради тебя. Для того чтобы ты спокойно выполнил свою часть обязательства, а я защитила ее тело и душу. Ты же видел, что я сделала. Экзорциста передернуло от воспоминания о звоне сотен колокольчиков, отозвавшихся в голове, и резкой, непонятной боли внутри грудной клетки, словно что – то лопнуло. - Почему я должен тебе верить? - Потому что у тебя нет другого выбора, - усмехнулся оммедзи. - Не делай этого, брат! Это ловушка! – воззвал к здравому смыслу Юкио, по - прежнему находясь на пути Рина. - У тебя есть план лучше? – хмыкнул старший брат, резко вложив меч в ножны и уверенными шагами двинувшись к Фудо. - Стой! – попытался схватить его Юкио, но Сюра помешала ему, одернув. - Не мешай ему, лучше подумаем, что делать с нашим планом и этой хреновой печатью? – процедила она сквозь зубы, кивая в сторону звезды. Рин вплотную приблизился к Мании, пристально всматриваясь в ее ехидные, чужие глаза. - Защищай ее как себя, иначе я прикончу тебя одним ударом, кем бы ты ни была! Губы девушки растянулись в лукавой улыбке: - Как прикажешь, сын Сатаны! - Что я должен сделать? – он повернул голову к колдуну, смотря на него так, словно перед ним был мерзкий слизняк. Оммёдзи резко схватил его за руку, обнажая его запястье и проводя ногтем по коже: - Стать донором, - зловеще произнес молодой мужчина, оскаливаясь, как шакал на добычу. - И только? – Окумура выхватил меч и резко полоснул руку, оставляя глубокую рану, из которой засочилась кровь, крупные капли которой заалели на полу. - Серьезно? – за их спинами раздался хохот. – Ты серьезно, Фудо? Неужели ты думаешь, что Сатана на твоей стороне и желает заполучить меня? – Мефистофель держался за живот, с трудом выдавливая из себя слова. – Наивный глупец! Тебя просто использовали от скуки и от желания посмотреть, что же из этого выйдет! Глупец… - Замолчи! – взревел Фудо, бросаясь к краю печати. – Замолчи! Я не собираюсь слушать тебя, дьявольское отродье! Я нарушил заповедь оммёдзи ради этого! Пожертвовал своей душой и жизнью! Я знаю, на что я иду! Но ректор продолжал смеяться: - Не переживай ты так, мой дорогой друг, а то здоровью навредишь! – пытался успокоиться он. – Хотя, какое уж здоровье у мертвецов, разгуливающих в позаимствованном теле. - Завязывайте уже! Я вам тут не бездонная бочка! – оскалился Рин, снова и снова бередя, норовившую затянуться рану, не замечая, как позади него происходит странная пантомима между ребятами и Манией, жестами объясняющейся с Каригакуре, на удивление, внимательно следящей за ней. Последовал сдержанный кивок и Сюра попятилась в самое темное место цеха, а Юкио в противоположную сторону. Фудо склонившийся, над растекающейся лужей крови и, как обезумевший шепча какие – то заклинания, потерял бдительность, оставив без внимания луч звезды, на котором покоился человеческий череп и Сюру, продвигающуюся вдалеке за спиной у Рина. И самое главное, он не уделил внимания Мании, тихо обошедшей будущее место для открытия врат и оказавшейся у него за спиной. Только Мефистофель и, не способный ничем помочь Сугуро, наблюдали за этими маневрами, как зрители в кинотеатре. Кровь Рина стала расползаться по полу, словно живая, но пока ее было недостаточно, и колдун все яростней шептал. Мания, оказавшаяся точно у него за спиной, встретилась глазами с Каригакуре и кивнула. В то же мгновение рыцарь взмахнула мечом и волна, взрывающая бетон, словно рыхлую почву, рассекла кровавый квадрат, отбрасывая Рина и Фудо в разные стороны. - Чтоб тебя! – взревел в полете Фудо. – Куда ты смотрела, Мания?! – он приземлился прямо в ее руки, ведь она успела отскочить, сумев рассчитать, куда он отлетит. - Прости меня, Фудо! – прошептала она, глядя в удивленные глаза мужчины и с нечеловеческой силой вонзила прямо в его сердце странный клинок, и провернула его. – Давай! – закричала она. Юкио, за ее спиной, прицелившись, без промедления разрядил почти всю обойму в поблескивающий на полу череп, не встретив никакой магической преграды. Мелкие осколки разлетелись в разные стороны, и Мания выпустила из рук, обмякшее тело Фудо, тяжело дыша. - Ты нарушил грань между богами и демонами, грань, по которой держит свой путь настоящий оммёдзи, не принимая чью – любо сторону. Ты должен был служить ради людей и духов, но ты нарушил свой обет, как и я. Прости… - она отвела взгляд от остекленевших глаз мужчины и перешагнула через него. В наступившей тишине раздались аплодисменты. Мефистофель, грациозно ступающий к Окумуре, хлопал в ладоши, улыбаясь. - Прекрасное представление, догорая Мания! Не ожидал, что ты и Каригакуре перетянешь на свою сторону. Я хотел увидеть большее, но и это сойдет для начала. Было весьма познавательно! – он почти вплотную приблизился к Рину, который, не раздумывая выхватил меч, пронзая сгущающуюся темноту ярким пламенем. - Один напыщенный ублюдок устранен, можно и за тебя приниматься! – с вызовом посмотрел он в смеющиеся глаза ректора. - Прекрати, Рин! – одновременно закричали Юкио и Сюра, готовые к атаке. Мания же медленно шла на встречу, спешащему к друзьям Сугуро. - Тебе даже не оцарапать меня, Рин, - спокойно продолжил ректор, - потому что ты слишком слаб. А все могло быть иначе, если бы ты воспользовался кормушкой, которую я тебе предложил, но нет, ты решил пойти сложным путем, как сумасшедший, борясь за свою призрачную жалкую любовь, которая появилась только благодаря мне. Твой отец ничему не научил тебя! – его губы растянулись в усмешке. – Надо было сказать спасибо за годы твоего драгоценного счастья и выпить ее до кон… Он не успел договорить, потому что после его слов, трясущийся от ненависти Окумура бросился на него, пытаясь поглотить его своим пламенем и вонзить в него меч. Но все что он смог поглотить – пустота. Мефистофель парил в воздухе в другой стороне цеха, продолжая усмехаться. Рин взревел и, оттолкнувшись от земли, стрелой полетел в его сторону, сметая перед собой пламенем хлипкие балки под потолком. - Ложись! – крикнул Сугуро, здоровой рукой хватая Манию, закрывая ее собой и падая на землю, перекатившись подальше от падающего куска бетона. Но Мефистофеля было невозможно поймать, Рин только метался как мотылек в банке, оставляя борозды в стенах от разрушительной силы пламени. - Остановись, Рин! – изо всех сил закричал Юкио. – Приди в себя! Ты можешь убить Аи! Но парень не успел сам остановиться, потому что, мотылек словно попал в паутину, застыв на мгновение. С ужасом осматривая замершее вокруг него время, застывшие в полете куски стен и балок, летящие вниз, ребят и приближающегося к нему, серьезного Мефистофеля. - Я вижу каждый твой ход и могу играть нечестно, как сейчас. Замедлив время, например. Ты проиграл и проиграешь, пока будешь цепляться за свою человеческую сущность. Я не оставлю тебя в покое, пока ты не станешь для Сатаны достойным противником. На этом все, вы и так заняли слишком много моего времени! – он повернулся спиной к Рину, испепеляющему его взглядом и обернулся, ухмыльнувшись на прощанье. – А время всегда дорого! Все пришло в движение, когда он исчез, и парень, на лету вложив меч в ножны, коснулся пола, содрогаясь всем телом. - Достойный противник значит… - прошептал он, когда на его спину обрушился ботинок разъяренной Сюры, которая готова была избить его до смерти за подобное безрассудство. Но ему было плевать, поднявшись на ноги, он искал глазами Аи. - Свою часть сделки она выполнила, - перед ним возникла Мания в своем истинном обличии, - все прошло идеально, теперь пришло время и мне исполнить свою часть. Но Рин не слушал ее, он побежал к Сугуро, на коленях которого, как сломанная кукла, лежала Аи, но он не успел добежать до нее, когда Мания окрикнула его: - Дотронешься до нее, и она навсегда останется безумной. Я решила, что не ты будешь тем, кто спасет ее. - Что?! – развернулся к ней, пораженный Рин, сверля ее взглядом. - Скажу больше только тогда, когда тот, кто может спасти ее, уберется отсюда, потому что времени совсем мало. Слышишь меня, Сугуро? Ошарашенный Бон, смотрел, в сторону подплывающего к ним, духа, сильнее прижимая к себе здоровой рукой, девушку. - Что я могу сделать? – нахмурился он. - Просто позови ее, пока не поздно, - улыбнулась прислужница Гекаты. Рин стоял, не шелохнувшись, с трудом осознавая, что происходит, только Сюра соображала быстрее всех, ведь в ее голове четко сложились все действия Мании и то, зачем ей нужен был бесполезный сейчас в битве, Бон. - Юкио, возьми ее на руки, Бон не сможет! Бон! Шевели конечностями и двигай к машине! – резко командовала она, заставляя парней двигаться, и обернувшись к Мании, играющей в гляделки с Окумурой – страшим, вздохнула. - Тебя это тоже касается, Рин, поторопись, - и они исчезли в темноте, направляясь к выходу, оставив их вдвоем на поле битвы. - Я вижу в твоих глазах то, что ты хочешь спасти ее, только ты! Тебе так важно, чтоб она принадлежала только тебе и никто другой не смел, прикоснуться к ней, не смел, отобрать у тебя лавры ее героя. Досадно, - она печально склонила голову набок, смотря на напряженного парня напротив себя, - неужели все окажется так скучно и примитивно? В одно мгновение она пересекла разделяющее их расстояние и положила руки на его плечи, склонившись к уху. Рин вздрогнул от ледяного прикосновения ее ладоней и запаха каких – то приторных благовоний, исходящих от ее волос, которые щекотали шею. - Я хочу знать, - прошептала Мания, - какова твоя любовь, сын Сатаны? Эгоистичная, тщеславная, ревнивая и жадная или все же нет? Ты действительно можешь стать ее спасителем, не тем, кто вытащит ее обратно, как Сугуро, а тем, кто изменит ее жизнь, исполнит ее сокровенное желание вместе со мной. Окумура не мог пошевелиться, его, словно парализовало и единственное, что он сейчас мог – слушать. Ему казалось, что его эмоционально выпотрошили и ступор, в котором он находился после всего, что только что было, удивлял его самого. - Ее сокровенное желание – свобода. Свобода выбора своей жизни, обычной жизни, ведь она так хочешь стать человеком. Человеком, который не сражается сутками напролет, размахивая пистолетами, следуя чужим идеалам. Человеком, в чьей жизни почти нет места мистики. И ты понимаешь, о чем я… Она никогда не получит этого рядом с тобой – Рин. И я исполню ее желание, так как считаю нужным, но вот только тебе это не понравится. Поэтому, я даю тебе шанс сделать выбор вместе со мной и стать ее спасителем. Докажи, что твои чувства не фальшивые и эгоистичные – отпусти ее. Сможешь ли ты? – она резко оказалась перед ним, всматриваясь в побледневшее лицо. – Сможешь ли ты оставить ее, или же подтолкнешь ее к Бону, который, ты и сам в глубине души знаешь, даст ее намного больше, чем ты - мир, дом, любовь, защиту, человеческую жизнь. Или же дашь ей сделать самой свой выбор? Решай! Окумура судорожно сглотнул и стиснул зубы, как от дикой боли. «Все это произошло из – за меня. Аи снова оказалась жертвой из-за меня. Эта дрянь права. Я должен…». Животный рык, полный отчаяния прокатился по помещению, эхом разносящийся от обломков пустого здания. Мания улыбнулась, смотря, как терзается сын Сатаны. «Бойтесь своих губительных желаний» - подумала она.