Там, под облаками.

— Эй, ты, суицидница! — к девушке подошёл одноклассник и ударил её в живот кулаком. — Не надоело ещё себя резать? — парень ухмыльнулся и ещё раз всадил ей, но на этот раз уже коленкой. FLASHBACK Тихие всхлипы. Девушка сидит, вжавшись в угол комнаты. Хёсун — 15–тилетняя ученица. Потеряла мать в возрасте 5–ти лет и никак не могла с этим смириться. Хё посмотрела на свои руки и ноги. Все они были в синяках, кровоподтёках и ссадинах. Юная Чон встала и подошла к зеркалу. Отодвинув воротник своей блузки, она открыла вид на грудь, что была в следах от сигарет. Отец ненавидел её. Постоянно пил и избивал за всякие провинности. Она стала реже появляться дома, чтобы хоть как–то отдохнуть от этого дурдома. Как ни странно, Хёсун училась хорошо, несмотря на вечную нехватку времени. По горячим щекам текли слёзы. Руки дрожали, пытаясь сделать лезвием, что всегда лежало в рюкзаке девушки, полосу на запястье. — Ненавижу... — резкое движение и вот уже по руке текла алая струйка крови, а крик раздался гулким эхом по всему туалету. Всё тело бросило в дрожь, а боль растеклась по венам. Ещё одна полоса, но на этот раз глубже. На пол капали капли крови, перемешанные со слезами. — Хёсун? Хёсун! — в туалет вбежала Ёнсу, близкая подруга Чон. Ким — единственная, кто дружил с этой самоубийцей. — Хё, милая, ты что наделала?! — Су начала набирать номер скорой, одной рукой держа Хёсун за запястье, чтобы хоть как–то остановить кровь. — Чон, не покидай меня! Хёсун слышала слова Ёнсу, но они звучали так, будто Хё находилась под водой. Перед глазами всё расплывалось и она ничего не могла сказать, лишь жадно глотала губами воздух. Она закрыла глаза и отключилась. Уже в больнице она чуть–чуть пришла в себя. Яркие лампы, переговоры врачей, плач подруги... — Вены режутся сами... — Хёсун еле–еле могла что–то сказать. — Что?.. — Ён не могла сдержать слёзы. — Аа! — Хёсун вскочила на постели, прерывисто дыша. На часах было 3:47. Пак посмотрела на свои руки, которые слегка покалывали. Они были перебинтованы. — Чёрт... — Хё ударила руками о кровать, отчего те сильнее заныли. /Год спустя./ Попытки суицида не оставляли Хёсун ни на минуту. Она прыгала и с 4–го, и с 7–го этажей, но отделывалась переломами и лёгким сотрясением мозга. Её «бывшая» лучшая подруга Ёнсу, как бы нелепо это ни звучало, оставила её после первой попытки самоубийства. Хё замкнулась в себе и ни с кем не разговаривала. У неё не было друзей, даже в интернете. Ей никто не звонил и не писал, ведь она была не нужна. Чон научилась сдерживать свои чувства, свои слёзы. Она перестала доверять людям. END FLASHBACK — Что тебе нужно от меня?! — Хёсун схватилась рукой за живот. — Хочу, чтобы ты наконец сдохла, мразь. — Удар. Ещё один. Девушка рухнула на пол. Хё часто и прерывисто дышала. Последовал пинок ногой ниже грудины, отчего изо рта Хё прыснула кровь. Одноклассник схватил её за горло и приподнял над землёй. — Какая же ты жалкая... — последний удар в челюсть. Хёсун снова упала на пол, кашляя кровью. Губа разбита, а на теле появятся новые синяки и кровоподтёки. Пытается встать, но в глазах двоится. Кое–как добравшись до главного входа, она врезается в стену и чуть сползает по ней. Всем учащимся в этой школе было насрать. Никто не воспринимал её всерьёз. «...Какая же ты жалкая...» — в голове у Хёсун пронеслись слова одноклассника. — Я НЕНАВИЖУ ЭТОТ ЁБАНЫЙ МИР. СЛИШКОМ МНОГО РАВНОДУШИЯ! — Хё кричит через боль, вытирая слёзы, наворачивающиеся на глаза. — ВЫ НИЧЕГО НЕ СТОИТЕ, ВЫ – ПУСТОЕ МЕСТО, НИЧТОЖЕСТВА, ВЫ НЕ ДОСТОЙНЫ ЖИТЬ. ВЫ САМИ УНИЧТОЖАЕТЕ СЕБЯ, УБЛЮДКИ! — девушка убегает из заведения, всхлипывая. Не успев переступить порог школы, она валится в обморок. Соизволив проявить хоть каплю сочувствия, его отвозят в больницу. Перелом трёх рёбер.