Герои тёмного времени

***

      «Как самочувствие, охотник?» — проворковал медовый голос. — «Нигде не болит? Не колет? Не трещит буйная головушка?»       «Трещит», — ответил Рэйн, — «когда в неё влезают те, кому не положено».       «А кому положено? А что кладут? А где это взять?»       «Сделай одолжение, изыди».       «Ах, как грубо», — повела плечом демоница, делая обиженный вид. — «Я же просто забочусь о тебе. Переживаю, можно сказать. Неблагодарный».       «Ну извини. Мир — довольно грубая штука».       Она рассмеялась:       «Ну давай, расскажи мне об этом. А заодно и тем крестьянам, которых вы приласкали сталью, когтями и зубами. Кстати, почему ты не убил её? Зачем тебе эта лисья девчонка?»       «Не твоего ума дело».       «Ооо», — парящая в мысленном пространстве суккуб заинтересованно подалась вперёд, — «вот уж не знала, что ты настолько сменил предпочтения. На детишек перешёл? Или, может, на животных?»       Рэйн приподнял бровь:       «У кого что болит, Аби».       «Отчего же сразу болит? Порой это бывает очень даже приятно», — суккуб невинно похлопала ресницами.       «Смотрю, жизнь демона пришлась тебе по вкусу».       «Жизнь демона не по вкусу лишь тому, кто сам не демон», — ответила она, накручивая на палец прядь длинных волос, чёрных как бездна. — «Хочешь, дам кусочек попробовать, м? Вдруг понравится?» — сладко потягиваясь, промурлыкала Абиссаль, сверкнув алыми глазами и эротично закусив нижнюю губу.       «Как интересно. Взамен могу предложить отведать немного отличного серебра».       Аби расхохоталась:       «Всё сопротивляешься, охотник», — внезапно исчезнув, суккуб возникла за спиной мыслеформы парня; тонкий змеистый хвост обвил его шею, потихоньку сдавливая всё сильнее. — «Боишься своих желаний, отрицаешь хаос внутри себя», — длинные когтистые пальцы пробежались по рыжим волосам, пощекотали Рэйна по щеке. — «Посмотрим, на сколько тебя хватит, когда всё завертится. Начало уже положено, так что желаю удачи».       «Умеешь ты подбодрить, Аби. А теперь — прочь из моей головы».       «До встречи, охотник», — когти полоснули по щеке и суккуб, очаровательно улыбнувшись, растворилась в пустоте.

***

      —Эй! Ты живой? Ты ведь живой?! Эй! Ну пожалуйста, просыпайся! Ну Рэйн! Эээй!!       — Незачем так кричать, — наконец, приоткрыл он глаза, — я и так прекрасно тебя слышу.       — Ура! Живооой! — радостно воскликнула лисичка и потянула его за рукава. — Вставай скорее! Посмотри, что это за странное место?       — Это море, а мы на его берегу, — констатировал охотник, медленно поднимаясь с песка.       — Море! — ахнула девочка. — Я так и знала, я слышала о нём, старшие рассказывали! Оно просто невероятное! Но как мы здесь оказались? Ты знаешь, как вернуться в Стрибор? Ой, ты в порядке?       — Как будто упал с верхушки дуба, — поморщился парень, потирая гудящую голову; щека неприятно саднила, хотя ран на ней не было.       — И что нам теперь делать? — Легна села на песок, обхватив руками колени и вопросительно глядя на охотника. Тот усмехнулся:       — Пользуясь случаем, лично я собираюсь помыться. А затем — попробовать съесть вот это, — сказал он, вытаскивая из-под ног девочки куриную тушку, вмятую в песок.

***

      Волны лениво набегали на берег, шурша остывшим за ночь песком.       Вылетевшая на раннюю охоту чайка заметила внизу две фигуры — одна была чёрная, вторая белая. Черная двинулась к воде, белая сосредоточенно выдергивала что-то из какого-то комка, показавшегося птице смутно знакомым. Но всё это было не так интересно, как выпрыгнувшая из воды рыбёшка.

***

      – Ага, вот ты где!       Легна свесилась с края большого валуна. Охотник сидел на камне внизу и из-под полуприкрытых век рассеянно смотрел на бликующие на солнце волны; мысли его бродили где-то далеко, обнажённое тело обдувал теплый ветерок, на светлой коже блестели не успевшие высохнуть капли морской воды. Рядом на песке лежали меч, дорожная сумка и аккуратно сложенная одежда.       – Ты чего тут расселся? Я уже все перья выдернула, веток насобирала, как просил, а тебя всё нет. Где там твой огонь?       – Ворчишь прямо как бабуля Агнесса из таверны «Пьяный ёж», – хмыкнул парень.       – А ты сидишь тут, как дедуля Боудорф, и ворон считаешь, – она бросила в него маленький камешек и показала язык.       – Это не вороны, а чайки, – парировал Рэйн, подхватив с земли какую-то мелочь и бросая в девчонку в ответ.       – Ча-а-айки, – Легна ловко поймала «снаряд» и со звериной грацией спрыгнула с валуна вниз. Затем плюхнулась на песок рядом с охотником: – Голоса у них больно скрипучие. Ого, смотри! А это что за странный камень? – она разжала кулак и с интересом рассматривала незнакомый предмет.       – Это не камень. Это ракушка.       – Ра-куш-ка? – Легна поднесла его к лицу, обнюхивая и смешно морща носик. – И что это?       – Дом для маленьких раков и моллюсков.       – «Мол...» что? Ай!       – Вот об этом я и говорил, – улыбнулся Рэйн.       Девочка сердито отбросила раковинку прочь, потирая кончик носа, за который её ущипнула крошечная клешня.       – Мне больше нравятся улитки. Ух, сколько у тебя шрамов-то... – протянула лисичка, обходя вокруг охотника и рассматривая его со всех сторон. – Это тебя ракушки так покусали? Ух, а вот эти... от чьих они когтей?       Рэйн приподнял бровь:       – А тебе не кажется, что маленьким девочкам не стоит так пялиться на голых взрослых дядь, м?       Несколько секунд девочка непонимающе смотрела на охотника, затем фыркнула:       – Пф-ф-ф! Что за глупости? Это у людей такие обычаи? Или взрослые дяди у вас боятся маленьких девочек? – спросила она, хитро сощурив глаза с вертикальными зрачками. – Это хорошо-о-о!       – Увы, Легна, но чаще всего опасаться нужно самим девочкам, – он серьёзно посмотрел на неё. – У некоторых дядь от такого нездоровый аппетит просыпается. Ну, я-то да – боюсь, боюсь!       Легна хихикнула.       – Странные вы, всё-таки. У нас в стае никто не носит эту вашу одежду. Без неё ведь гораздо удобнее: двигаться не мешает, за кусты не цепляется, – она оттянула край рубахи. – И никто никого не съел, ни разочка. Да-а, люди странные, – повторила она задумчиво. – И слабые. Без ваших тряпок и палок совсем беззащитные. Даже ты ни за что меня не поймал бы в таком виде, – вздернула нос лисичка.       И тут же замерла, насторожившись: на песке возникло движение. Из устья отброшенной раковинки одна за другой показались несколько тоненьких хитиновых лапок; убедившись, что путь чист, рачок засеменил к воде, таща за собой свой дом и ношу. Пара метров до линии прибоя были долгой дорогой для такого маленького существа. Легна, словно щенок, припала к земле и наблюдала за ним, блестя любопытными глазами.       – Да-а, у нас ни клыков, ни когтей, ни теплого меха, приходится как-то выкручиваться. Поэтому мы такие умные, – ухмыльнулся парень, одеваясь и поглядывая на то, как девчонка в его «парадной» рубахе елозит животом по песку.       – Раз уж ты такой умный, то наверное знаешь, как мы здесь оказались? – проворчала она, не отрываясь от своего занятия. Рачок уже почти добрался до своей цели.       – Знаю, – ответил Рэйн, подхватывая Легну под мышки, отчего та ойкнула и возмущённо затрепыхала руками и ногами. – Идём.       Волна пенисто лизнула берег, смывая с песка следы двух пар босых ног, унося маленького жителя моря домой.

***

      – Значит, это твоё проклятие? – спросила Легна, с аппетитом обгладывая куриную косточку. Жареное мясо показалось ей очень непривычным, но изумительно вкусным. К тому же она была ну просто зверски голодна.       – Ага, – кивнул Рэйн. Он расстелил на песке свой плащ и выложил на нём содержимое котомки; длинные пальцы перебирали предметы и проверяли, всё ли в порядке: не отсырели ли карты, не побились ли тщательно завёрнутые в ткань склянки в деревянном коробе, на месте ли куча разных мелочей, названия которых Легна не знала, но о назначении смутно догадывалась. Нос уловил запах хлеба и сушёного мяса. Так славно пахло в домах в Стриборе, куда она изредка осмеливалась наведываться в компании других, куда более дерзких лисят.       – Брехня. Не понимаю.       – Я тоже, – он пожал плечами. – Лишь знаю, что с некоторых пор в любой момент могу оказаться где угодно. Внезапно и абсолютно непредсказуемо.       – И давно ты так?       – Семь лет.       – Сколько?! – вытаращила глаза лисичка. – Семь? Да как же ты жил всё это время? Как же твой дом? Твоя семья? Неужели тебя не искали?       – Некому искать, – улыбнулся Рэйн уголком рта, и Легне показалось, что в невозмутимом голосе прозвучали едва уловимые нотки горечи.       – Но ты ведь не всегда был один? Тогда, семь лет назад? – допытывалась девочка, тем временем протягивая руку к какой-то занятно выглядящей вещице.       – Когда-то у меня была сестра, но она исчезла, – Рэйн легонько шлёпнул по любопытной руке, заставляя её отдернуться.       – Куда?       – Не знаю. Просто её больше нет, и всё, – ответил он, укладывая вещи в сумку.       «Врёт», – подумала девочка, – «причем бессовестно».       – Ну ладно... А как же ты жил, надолго нигде не задерживаясь?       – Я раньше у кузнеца в подмастерьях ходил, с оружием с детства дружил. Так и перебивался, то тут, то там. Да какое-то время с бывалыми людьми водился. Так и стал охотником.       «Опять врёт. Видела я этих кузнецов в Стриборе – такими руками бы русла рекам прокладывать. Другие у них руки».       – Понятно... – вздохнула девочка. – Знаешь, мне тебя жаль. Меня-то наверняка уже ищут, папа с лап сбился... Ох! – она хлопнула себя по лбу и вскочила на ноги. – Точно! Они меня ищут, а я даже не знаю, где мы!       – Мы примерно вот здесь, – охотник буднично ткнул пальцем в точку на развернутой карте.       – Да откуда ты знаешь?! – она в раздражении всплеснула руками. – Тут вокруг один песок, скалы да это твоё море.       – Ну, во-первых, потому что я колдун, – ответил Рэйн, раскуривая трубку, – а во-вторых... Видишь башни вон там, вдалеке?       Легна сощурилась, приглядываясь. Вдали действительно можно было разглядеть тонкие иголочки башен, должно быть, очень высоких, если их было видно на таком расстоянии.       – Других таких нет на всем побережье. Это Эрмилионт, столица Юга.       – И ты пойдешь туда?       – Да.       Закончив со сборами, он поднялся. Приладил ножны, вложил в них меч, закинул котомку на плечо. Посмотрел на девочку сквозь завитки сизого дыма. Лисичка стояла, глядя себе под ноги и теребя шнуровку на уже далеко не белоснежной рубахе. Наконец она сглотнула и тихо, но решительно произнесла:       – Я с тобой.       – Там много людей.       – Угу.       – Очень много. Не как в Стриборе, Легна, а гораздо, гораздо больше.       – ...Угу.       – И нельзя обращаться, когда вздумается.       – Да знаю я!       Внезапно парень закрыл лицо рукой и рассмеялся. Легна захлопала глазами:       – Что?       – Да ничего. Просто всегда мечтал завести щенка.       – Чего-о-о?! Да я тебе сейчас!...

***

      До города было примерно три дня пути. Девочка-оборотень не знала, что её ждёт в этом непривычном мире, оказавшемся неожиданно большим, но пока рядом был этот странный молодой человек, мир определённо был ей по душе.