Часть первая. Ллойд и Кровавый Король

2

      Какая-то странная метаморфоза произошла со мной прошлой ночью. Хотелось бы мне всё подробно объяснить, но чтобы это сделать, надо самому сначала разобраться. Итак, по порядку:       Вчера был понедельник, так?       Так.       Вчера был обычный учебный день, так?       Ну да.       Я не употребляю алкоголь (если, разумеется, исключать тот случай, когда я проспорил, и мне пришлось выпить банку пива залпом, но лучше об этом не вспоминать…), то есть — у меня не бывало никогда провалов в памяти, так?       Конечно.       Тогда почему я заснул в своей кровати, а проснулся здесь?       Впрочем, что я имею в виду под словом «здесь»? Поляна, окружённая непроходимыми густыми еловыми и сосновыми лесами. Ни одной живой души в округе, кроме меня. Единственного. Уж лучше бы я напился. Так, по-моему, было бы менее страшно. Наверное. Во всяком случае, я в такой ситуации оказался впервые.       Хорошо, что я тут очнулся хотя бы в пижаме, в которой уснул. Нынче холодает, и спать в одних трусах под одеялком уже несколько прохладно.       Ещё раз: что произошло?       Быть может, это какой-то секретный эксперимент? Как в романе «Рыцари сорока островов», прочитанного мною недавно? Да ну, бред какой-то. Там пришельцы были… Да и то всего-навсего книга. Просто книга.       А родители? Что подумают мои родители, когда не увидят меня с утра в постели? А может, и родителей не стало?..       От этих мыслей мне стало реально жутко. Аж дыхание перехватило. Так. Стоп. Поддаваться панике ни в коем случае нельзя. Самое страшное, что со мной здесь может случиться, — я сойду с ума. Так, ещё разок: что же всё-таки произошло? И это как-то связано с тем, что у меня вчера был шестнадцатый День Рождения?..       Что там у нас по книгам?.. Кто на день рождения узнавал о тайнах?.. Ответ прост: Гарри Поттер. Он же на свой, если не ошибаюсь, одиннадцатый День Рождения узнал о существовании магии, волшебников и прочей фигни. Только не говорите мне, что я — Ллойд Нилрем, обычный подросток со своими «загонами» — реальная версия Гарри Поттера. Вот не поверю. Не поверю, и всё на этом. Но то, что я в другой мир попал, откладывать пока не стану, эта теория имеет право на существование. Много в мире неясностей и тайн. Быть может, я стану одной из них?..

3

      Солнце припекало. В месте, куда я попал, было довольно жарко. И это несмотря на то, что я одет в пижаму.       В лес я не уходил, а гулял по поляне, успокаивая себя и стараясь не пускать в голову дурные мысли. Хотя, теория с Гарри Поттером была самой очевидной здесь. И да, кстати, это всё не сон, ибо я чувствовал боль, когда порезал палец о камень, чего во сне (даже в кошмарном) не бывает.       — Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо, — бормотал я себе под нос. — Это какой-то прикол. А если нет, то во всём надо искать плюсы. Плюсы в том, что это — другой мир. Итак… Какой бы плюс найти?.. — И тут он мне пришёл в голову, и я его озвучил: — Я — первооткрыватель! — сказав это, я встал на месте. — Ой, ну от этого вообще легче не стало! На моё шестнадцатилетие меня перенесло в богами забытое место! М-да. А может, я такой дурак, который не осмелился выйти из леса? Страшно. С другой стороны… что я теряю? Хорошо! — я направился в сторону леса неуверенными шагами, но всё же — я на это решился.

4

      В голове звучал вчерашний разговор с сестрой:       «С дэ-рэ тебя, братик».       «Ой, спасибо. Но я не вижу особой радости в этом празднике».       «Потому что на год ближе к смерти?»       «Да, ты угадала, Анна».       «Пф, конечно. Депрессия — вперёд!» — это она тогда нелепо произнесла. Максимально нелепо.       «Действительно, исполнилось мне шестнадцать лет, и что изменилось? Вот тебе, Анна, несколько месяцев назад исполнилось двадцать».       «Ага».       «И как тебе ощущения?»       «Ну, исполнилось и исполнилось. И что с того? Обычный день. Только поела, как боженька».       «Я к тому же».       «Ну, знаешь, Ллойд, я в день своего шестнадцатилетия… у меня было какое-то ощущение… Блин, даже не знаю, как тебе сказать…»       «Что? Говори как есть».       «Да подожди ты. Как бы это грамотнее описать…»       «Анна-а-а…»       «Ну, я тебя по-человечески, Ллойд, прошу: дай подумать!»       «Ладно-ладно, а то ещё День Рождения мне испортишь…»       «Вот! Я хотела сказать, что меня в мой день шестнадцатилетия не покидало ощущение, будто за мной кто-то следит. Как будто в спину мне весь день кто-то дышал. Я ещё тогда ночью в холодном поту проснулась. Мне кошмар какой-то приснился…»       «С тем человеком в красной мантии?»       «Ну да! Шестнадцать лет, а страшно, я тебе скажу, Ллойд, было. Вот сейчас у тебя такого нет?»       «Ощущения?»       «Ага».       «Не-а. Чувствую себя так же, как и вчера, и позавчера, и позапозавчера».       «Да? Вот я тогда вес день ещё всего как-то остерегалась».       «Да, я помню, ты нервной немного была».       «Ага, ну и вот. На меня какая-то странная паранойя напала. Думала, что меня украдут».       «Ой, Анна, да кому ты нужна?..»       «Ха-ха, Ллойд, очень смешная шутка, прямо в твоём «стиле».       — Шутка — нормальная, — вслух произнёс я. — Ежели это ты, Анна, я тебя убью.       Я не заметил, как прошло уже несколько часов моих блужданий по этой заросшей зеленью части мира. Леса лишь с виду лежали близко, но на деле — они оказались намного дальше, чем я мог себе представить.       Я более не паниковал. Во всяком случае — это чувство мне удалось временно подавить. Я убедил (и продолжал убеждать) себя так: «Я уверен, это подстроили родители. Они казались последнее время какими-то подозрительными». Да, такие мелочи ты замечаешь, вспоминая, когда что-то уже случилось. А порой — эти мелочи ты выдумываешь сам и начинаешь в них верить, чтобы не паниковать. По-моему, я так и сделал. Сделал, чтобы не обезуметь.       Солнце находилось в зените, когда я окончательно понял, что лес расположился недалеко. За всё это время я так изрядно проголодался, что готов был съесть быка вместе со слоном. Ещё и пижама прилично испачкалась. Уверен, я в данный момент больше походил на психопата в усмирительной рубашке, сбежавшего из клиники для душевнобольных людей. Хотя, здесь тоже можно откопать плюс. В таком странном одеянии на меня точно обратит внимание полиция. А вот там уже и выясниться, откуда я и куда мне надо (однако, вряд ли выяснится, по чьей прихоти я оказался не дома, а, возможно, в сотнях километрах от него).       Почему — не знаю, но я шёл на север. Куда ни посмотри — вид везде одинаковый. Однако с одной стороны могучие леса всё увеличивались и увеличивались. Когда я подошёл к импровизированному входу в лес, по-настоящему удивился размерам деревьев. Они предстали передо мной, как небоскрёбы мегаполиса, города-миллионера. Казалось, ели своими верхушками достают до самого Солнца, а то и до других звёзд, что находятся на просторах бесконечного космоса.       Я выдохнул:       — Итак, надо выйти на трассу.       И я всё теми же неуверенными шагами направился в лесную глушь, куда солнечного света проникало намного меньше.

5

      Пение птиц и шелест листьев забился мне в уши. Я шёл строго прямо по лесу. Да, я оглядывался (и оглядывался с интересом) по сторонам, но не сворачивал с пути, чтобы окончательно не заблудиться в этом огромном лесу. На деревьях местами появлялись белки самых разных окрасов. Я ещё удивился, когда увидел белку-летягу, это точно была она. Звук, будто стреляли из пулемёта, исходил от дятлов, с неподдельным усердием долбивших древесный ствол в поисках соков или жучков. К счастью, диких зверей я не встретил (и, надеюсь, не встречу). Одно дело — слушать на уроках ОБЖ технику безопасности при столкновении, скажем, с медведем, другое дело — реально встретиться с медведем и, не опомнившись, быть им съеденным. Плохая перспектива, не так ли? Тем не менее, хищников мне так и не встретилось. Что я видел реже всего в этом лесу, так ульи диких пчёл (или что это за пчёлы?). Огромные ульи, что свисали с толстых древесных веток, так и гудели, казалось, на весь лес. Насколько мне было известно, точнее — насколько я располагал повседневными и просто базовыми знаниями, — эти ульи принадлежали лишь шершням — огромным пчёлам, обозлённый рой которых легко может убить человека. Шершни, пожалуй, мой второй страх после пауков. Хотя, я помню, как ловил одиноких шершней в стакан. Как мне это удалось? Дело в том, что одиночных шершней легко встретить летом в доме, если не закрыть окно (кончено, там может налететь туча ещё всякой мошки, но не об этом). Эти огромные пчёлы будут биться в стекло в надежде, что оно исчезнет, и они вновь окажутся на природе. Именно в этот момент и открывается возможность поймать шершня. Берёте стакан (ясное дело — он прозрачный, не станете же вы ловить шершня в кружку, чтобы потом просто послушать жужжание) и ловите отчаянно бьющегося в стекло шершня. Готово. Далее необходимо этот стакан вверх дном поставить на твёрдую поверхность, для этого идеально подходят книги. И всё. Наслаждайтесь шоу. Шершень от вас на минимальном расстоянии. Если хотите его выпустить (я всегда выпускал), то лучше выйти на улицу, положить книгу на землю и какой-нибудь палкой аккуратно опрокинуть стакан. Шершень улетит. Как-то так я однажды развлекался.       Тем временем деревья всё уплотнялись, пуская в чащу всё меньше солнечного света. В этой части леса, где я блуждал, пение птиц приглушилось, стало заметно тише.       — Как бы я не зашёл в чёртовы болота, — сказал я себе под нос.       Дятлы утихли вообще. Они долбили деревья где-то там, в начале леса, но не здесь, где всё своим видом кричит о презрении ко мне. На секунду мне показалось, что даже гриб под деревом скажет мне: «ЧУЖАК, УХОДИ!» Так, это бред. Грибы не разговаривают,       (если не съесть их)       во всяком случае, никогда не разговаривали.       И стало деревьев здесь так много, что я уже ничего не мог увидеть дальше десяти-двадцати метров. Но я по-прежнему шёл строго прямо. На север. Я был полон уверенности, что через минуту-другую выйду на свободную местность и увижу трассу. Однако, как выяснилось чуть-чуть позже, трассы в этом месте никакой нет. Не было. И не будет.       И я шёл.       И шёл.       И продолжал идти.       И с каждым моим шагом листья деревьев пропускали всё меньше света. Темнота сгущалась в округе. Какие-либо звуки стихли окончательно. Лишь жуткий шелест листьев доносился сверху. И ещё треск сухих веток под ногами. Медленный и томный треск. Такой же, какой ты слышишь, когда открываешь дверь из фильмов ужасов. Только там это скрип.       То и дело под ногами мне встречались канавы, чудом мною обходимые.       И через какое-то количество времени, в котором мне уже не удавалось ориентироваться, я вышел в пустую лесную местность. Небо по-прежнему закрывали лиственные шапки, но сами деревья здесь отсутствовали. Невысокая трава росла не земле, а близ центра этой полянки я увидел какую-то насыпь… неестественную и искусственно образованную. Подойдя, ближе я присмотрелся…       Это был давным-давно сгнивший человеческий скелет, присыпанный землёй и заросший мхом.       Так-так-так, это уже не похоже не прикол. Ни капельки не похоже. Скелет настоящий! Скелет определённо настоящий!       Без паники, без паники, без паники!       Из места в черепе, где когда-то находился глаз, выползла кучка пауков. И тут мой желудок скрутился, перевернулся, и меня вырвало. Я успел развернуться прежде, чем рвотные массы вышли из меня (тут-то и был не до конца переваренный торт). Я отошёл от этого места метров на десять и, похоже, сбился с прямого пути. Пока отходил, не отрывал глаз от частично развалившегося черепа. Что это?! Кто это?! Откуда это здесь?! А потом что-то отвлекло меня. Что-то я уловил краем глаза. Что-то двигалось справа от меня. Я перевёл взгляд со скелета на это и увидел оленя. Этим оказался северный олень. Животное с большими рогами, густой белой шерстью и, в целом, — с могучим телом. Северный олень тупо уставился на меня. Но погодите-ка, по моим ощущениям сейчас здесь — лето, а северные олени водятся исключительно на севере. Что этому парнокопытному животному делать в этой части света? Ответ один: ничего.       Олень спокойно подошёл ко мне (как это он успел так бесшумно появиться здесь?) и принялся всего обнюхивать. Мне на секунду показалось, что он меня может лизнуть, но северный олень этого делать не стал. Я заглянул в его глаза с горизонтальными зрачками. Такие глаза бывают только у парнокопытных животных и ещё у осьминогов. Но странно всё же… глаза у оленя, стоявшего передо мной и с интересом нюхавшего меня, загадочно мерцали. Это мерцание издалека увидеть, думаю, было бы сложно, но не вблизи… Олень, перестав меня нюхать, направился в сторону, к которой я стоял спиной.       «Погодите-ка, — подумал я, — может, этот северный олень сбежал с фермы какого-нибудь оленевода? Но всё же — что здесь делает северный? Да и тем более — оленеводство в большинстве своём развито лишь на севере, а, судя по тому, как здесь печёт солнце, это ни разу не север. В любом случае, я думаю, что этот олень одомашненный. Буду держаться вместе с ним».       Я обернулся к оленю, и в это же мгновение до моих ушей донеслось громкое-прегромкое лошадиное ржание. На противоположном краю этой поляны я увидел всадника в чёрных доспехах. И в шлеме, похожем на ведро, с длинной прорезью для глаз. Этот «рыцарь», оседлавший коня, грозно размахивал мечом. А потом чёрный конь сорвался с места и побежал на меня.

6

      Я даже не успел заметить, как олень исчез среди деревьев. Я моментально развернулся и побежал в лес. Что это фигня на лошади за мной гонится?!!! Если это глобальный прикол надо мной, то он вообще не смешной!!!       В лес всадник пошёл один, без коня. Он меня видел и бежал за мной. Что ему, чёрт возьми, надо?!!! Этому всаднику мне захотелось что-то крикнуть, но я не смог найти слов. Я слышал, как он срубал мечом кустарники, встречавшиеся на пути. Я же таранил их, разрывая свою пижаму и создавая порезы на ногах.       Бежать. Бежать! Бежать!!!       И в какой-то момент…       Я оступился, споткнулся об корягу и почувствовал, как в левой ноге что-то треснуло, хотелось закричать, но у меня не имелось возможности, ибо я полетел вниз по голому склону. Хоть лес кончился, и стало намного светлее, ситуация лучше не становилась. Мир вращался перед моими глазами. Вслед за моим телом точно образовывалось облако пыли. Не знаю, сколько я метров или километров пролетел, но могу сказать точно, что на мне после этого и места живого не осталось. А в один миг я увидел обрыв этого склона. И вот… когда я его пересёк, ухватился руками за плющ, разросшийся на краю, и увидел на самом верху склона того самого всадника, но по-прежнему без коня. «Рыцарь» смотрел на меня и, видимо, думал, как до меня добраться.       «Не получится! — подумал я и, мигом отцепившись от плюща правой рукой, показал всаднику средний палец. Одной левой рукой я удержаться не смог и упал вниз. Но куда? Громкие звуки журчания воды навевали лишь одну мысль: — Водопад».

7

      В тот самый момент, когда Ллойд скрылся в воде и чудом не разбился, чуть ли не со скоростью света из леса выбежал тот самый северный олень. Животное не покатилось по склону, оно прыгнуло над ним, растянув ноги в обе стороны. И в один момент северный олень трансформировался. Теперь это была фигура в алой мантии. Фигура устремилась в водопад.

8

      Чудом я не потерял сознание при падении, но вода…       Какой-то ужас творился: ледяная вода тянула меня одновременно и вперёд, и на острое дно. Я на миг вынырнул и увидел, что до обрыва, откуда падала вода в самый-самый низ, осталось совсем чуть-чуть.       Немного.       Ещё меньше.       На самом обрыве возвышался кусок скалы, вечно обтачиваемый потоком воды.       И я вновь на короткий миг вечности ушёл на дно и почувствовал боль в целой ноге. Судорога. Нет-нет-нет! Только не это!       И вновь я вынырнул, жадно хватая воздух. И       (помутнение, галлюцинация, иллюзия)       увидел, как на каменный выступ приземлилась фигура в мантии цвета артериальной крови. Этот ярко-красный цвет так и резал глаза, но я на это как-то не обратил внимания, ибо слепящая боль в правой ноге всё перечёркивала. Мышцы сокращались. От болевого шока я потерял сознание.

9

      Фигура в алой мантии раскинула руки, и вода расступилась, разошлась в разные стороны. Бессознательное тело, оставшееся лежать на дне, плавно воспарило в воздух, будто вновь упало в воду. Но медленнее.       — Как же долго я ждал… — прошептал человек, который спас Ллойда от холодной смерти.       Впрочем, Ллойд не должен был умереть. Ни в коем случае это допустить было нельзя. Пока нельзя.

10

      Покалывания в левой руке заставили меня пробудиться ото сна. Оказывается я лежал на левом боку и, по совместительству, на руке, что находилась на той стороне. Покалывания были вызваны некоторым онемением руки из-за нехватки крови. Именно от этого я и проснулся. А мгновением позже, обнаружив источник неприятных ощущений, я лёг на спину. И лишь потом удивился, в каком месте оказался.       Это была большая, просторная и светлая прямоугольная комната с двумя огромными окнами напротив кровати. С левой стороны — в углу расположился книжный шкаф с какими-то фолиантами, ближе к середине стены — камин. С правой стороны — в углу стоял красивый вычурный стол, выполненный, насколько я могу судить, в стиле ампир. И три таких же стула рядом. А прямо в середине правой стены разместились огромные врата, вход, который при всех усилиях нельзя было не заметить. Этот вход идеально вписывался в общий стиль комнаты. А, собственно, кровать, где я лежал, предназначалась, скорее всего, для двух человек, чем для одного. Из-за этого она и была такой большой, просторной и весьма удобной. С потолка свисала огромная свечная люстра, однако сами свечи пока не горели.       В руке больше не было покалываний. Тут я вспомнил, что накануне сломал себе левую ногу, но… погодите-ка… Я смог спокойно пошевелить ступнёй. По моим ощущениям она стала целее, чем обычно. Разве это возможно? Да, возможно, если я провёл пару месяцев в коме и не застал момент сращивания костей. Судорога, ясное дело, прошла.       — Та-ак… — выдохнул я, откинувшись на гору подушек. — Что произошло? Я искал выход на трассу, увидел оленя, а потом — какого-то чёрта на лошади. Затем я упал в водопад, и кто-то меня спас. М-да. Я цел, и это уже хорошо, — я приподнялся, чтобы посмотреть в окна. Они оба выходили на запад. И туда же в данный момент медленно опускалось солнце. Понятно, вечерело. — Так-с, надо выбираться, — я откинул одеяло и резко поднялся с кровати. От этого у меня даже кровь отошла от головы, в глазах потемнело, я чуть не упал, однако секунд через десять циркуляция стабилизировалась. Я широкими шагами направился к огромному входу (хотя, комната сама по себе была реально высокой, она достигала метров пяти в высоту точно). Подойдя к нему, я убедился, что двери наглухо заперты. «Может, из окна?» — пронеслась в голове мысль, и я направился к ближайшему окну. — Вот блин… — вырвалось у меня, когда я увидел, что бежать из окна — вообще не вариант. Ни разу не вариант. Там, далеко-далеко внизу разлеглись каменные улицы и площади, защищённые толстыми стенами. Близ меня стояло несколько меньших башен, чем та, где я находился. Дальше — сплошные стены с дозорными башнями в них. Ещё дальше — какие-то «более людские» постройки, дома. А совсем-совсем далеко — длинный-предлинный мост, что вёл с этого острова       (где расположился замок)       на остальные земли, усеянные непроходимыми лесами.       Я, мягко говоря, охренел.       — Во-о-оу… Это как я обкурился, что меня сейчас так штырит?.. — да, я до сих пор не верил в происходящее. До конца не верил. Главное — я не паниковал. Вроде бы как… — Но я же никогда не обкуривался… Так, мне кто-то обязан объяснить, что тут происходит!       Я отошёл от окна, ступив босыми ногами на мягкий ковёр.       «Так, Ллойд, спокойно, без паники!» — успокаивал я себя, но не получалось до тех пор, пока я не посмотрел на фолианты, что находились на полках книжного шкафа. — Это шутка? — вырвалось у меня, когда я подошёл к шкафу и посмотрел на названия, красовавшихся на корешках книг. Чтобы проверить, не обманывает ли меня зрение, я вытащил случайную нетолстую книгу (средней тяжести) тёмно-зелёного, болотного цвета. На обложке золотыми заглавными буквами выстроилось название:       

ТЕЛЕКИНЕЗ ПРАКТИЧЕСКОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

             И тут на меня накатила волна истерического смеха. Что за бред? Какой ещё телекинез?       Я аккуратно положил книгу обратно на прежнее место, а затем увидел толстую книгу чёрного цвета. Взяв её, я убедился, что она весила не меньше трёх килограммов. Да и страниц там было около тысячи. Название этого фолианта по оформлению напоминало название предыдущего.       

СТИХИЙНАЯ МАГИЯ ПОЛНЫЙ КУРС

             После полного курса о стихийной магии я посмотрел ещё несколько книг, а именно: «Телепортация. Базовый курс. Перемещение предметов в пространстве и времени», «Телепортация. Высший курс. Перемещение живых организмов в пространстве и времени», «Манипуляции над материей. Управление действительностью логики Вселенной» и ещё «Зоикинез и танатокинез. Управление жизнью и смертью» (последняя стояла на полке с названием «Алхимия»). Там были ещё книги, но смотреть я дальше не стал. Я понял главное: это — учебники, ибо полкой выше стояла книга с названием «Хронокинез. Возможно ли управлять ходом времени?». И рядом с ней — «Ио. Энергия звёзд. Начало магической эры». Видимо, книги-дискуссии.       Так-так-так. Это всё больше походит на реальность. Серьёзно? Какая магия??? Мне хотелось уже смеяться от одних названий этих книг. Вновь подступивший смех мне удалось прервать, когда я увидел внешне обычную книгу, но с довольно подходящим для меня названием. Я взял этот нетолстый и лёгкий томик, который стоял в самом начале, перед учебником «Стихийная магия. Полный курс». Название это небольшой книги кричало:       

ВВЕДЕНИЕ В МАГИЮ

             Да, как мне стало понятно, магия здесь — наука, и именно с «Введения» её и надо начинать учить.       — Серьёзно? — вновь удивился я. — Это точно не шутка?       Я раскрыл «Введение в магию» на форзаце. Имена авторов показались мне какими-то чуждыми, а вот год издания меня удивил:       

4078 год от О. П. К.

             «Что может значить «О. П. К.»? И какой сейчас год по этому летоисчислению?» — подумал я, затем продолжил вслух: — Буква «О» по логике скрывает за собой слово «основание» (в нужном падеже, разумеется). А «П» и «К»? Хм, странно… — я закрыл «Введение в магию» и вернул на полку.       Да, странно это всё, конечно, но с каждой секундой именно это всё становится для меня реальностью. Изучение названий на обложках учебников временно меня отвлекло от тревоги. От тревоги за мою семью. Что же с ними там происходит? Как они отреагировали на моё внезапное исчезновение?       От этих мыслей меня отвлёк скрип дверного замка — замочной скважины. Я резко обернулся и увидел, как могучие двери раскрылись, и в комнату вошёл человек, которому немного лет осталось до того момента, что я без угрызений совести мог бы назвать его стариком. Этот человек был одет в белую мантию, уходящую прямо в пол, с серым меховым воротником на шее, чёрным блестящим ремнём на поясе и откинутым назад белым капюшоном. Лицо местами морщинистое, местами даже натянутое на череп (доказательством этого являлись скулы, что были отчётливо видны). Волосы на голове — короткие, седые и немного растрёпанные. А вот глаза — голубые, но что-то в них было. Это что-то я уже однажды видел.       — Д-добрый вечер, — я заикнулся от волнения.       — О, здравствуй, — человек торжественно вскинул руки, — добро пожаловать в Подлунное Королевство, я — Арлин, его король.       «Так вот что означают буквы «П» и «К»…» — пронеслось у меня в голове.       Да, это происходило всё на самом деле. Теперь мне верилось.