Таблетки любви

17.11 10:15        Лера с усмешкой наблюдала за тем, как её Андрюша и его друг запихивали спиртное в рюкзак одному наивному однокласснику, который так хотел быть принятым в их компанию, чем друзья явно пользовались в подобные моменты, перекладывая весь риск на Саню.        — Не, выпирает… — выносит вердикт кудрявый, когда Самсонов запихивает последнюю бутылку.        — Сойдёт!        — Дим, это пиздец, как палевно. Одну вытащи.        — И что с ней делать? Она последняя!        Брюнет пожимает плечами, смотря на набитый рюкзак.        — Ребят, эм… А вы уверенны, что сумки не будут проверять? — неуверенно влез Саня в их дискуссию.        — Конечно! — в один голос соврали юноши.        — Хорошо…        Вероятность везения была, но небольшая. Оба понимали, что это ужасно мерзко и эгоистично, но было не до этого. Совесть пинала мячик где-то в самом далеком углу подсознания.        Автобус готовился к отправке, скоро придут учителя, а может, уже сейчас…        — Друг, беги… — с издевательской усмешкой произнёс Фролов, посмотрев на пиво в руках друга, а затем за его спину.        — В смысле?        — В прямом, дурак, беги.        — Зачем?        — Потом объяс… А, уже поздно. Молись, — буднично кинул брюнет, шагая от него в противоположную сторону, словно и не знает его.        — Что за…        — Самсонов, а ты теперь у нас в рядах алкоголиков? — прищурилась классная руководительница.        — Александра Владимировна! — выпучил на неё глаза парень, начиная невинно оправдываться, — это не моё! Оно лежало прямо здесь, я как раз хотел выкинуть! Я — пьяница? Боже упаси, я не испробовал в жизни ни капли спиртового! Что вы говорите такое, Александра Владимировна?!        — Самсонов, просто, иди, и выкинь эту случайно оказавшуюся здесь, полную, никем не тронутую бутылку.        — Конечно, что же я ещё могу сделать с ней?        — Ох, Самсонов… А где твой друг? Прячется от меня с остальной заначкой?        — Александра Владимировна! Что вы такое говорите?! Андрюша — святой человек…        — Фролов! А ну-ка подойти ко мне, засранец! — замечает в толпе знакомые кудри, — Фролов, я уже заметила тебя!        Парень закатив глаза, все же двинулся в сторону учителя.        — Да, Александра Владимировна?        — Покажи сумку.        — Вот…        — Открой.        — Зачем? — слегка прищуривается кареглазый.        — Фролов!        — Ладно, ладно…        Он открывает чёрный рюкзак, где руководитель ничего не находит.        — Хорошо… Но я слежу за вами.        — Мы понимаем, Александра Владимировна.        — Смотрите у меня! — погрозив пальцем, женщина направилась считать детей.        Только ей стоило уйти, как два друга, уже совершенно не сдерживаясь, заржали в голос, как кони, влепив друг другу пять, отпустив пару шуток и подстебав друг друга.        Красноволосая, наблюдая за всем этим, тоже не сдерживаясь вместе со светловолосой подругой. Видит, что кудрявый улавливает её смех и движется к ней.        — А ты, что смеёшься? — уже отходя, поинтересовался кудрявый.        — За вами наблюдаю…        — А я то думаю, кто там ржёт всё это время, — складывает руки на груди Дима.        — Вы очень смешные, — в один голос выдали девушки.        Лера чувствует, как Фролов смотрит на неё, будто заглядывая очень глубоко, пытаясь изучить каждую мелочь. Это был по-настоящему влюблённый взгляд — Климовой даже стало не по себе, ведь это, скорее всего, было не по-настоящему… Она грустно вздохнула, отводя от него взгляд.        Быстро сменившееся настроение девушки, с легкостью улавливает брюнет, продолжая вглядываться в лицо.        — Перчинка, что-то случилось? — ощущает, как ложится большая ладонь на талию, притягивая к мускулистому телу.        — Всё хорошо, — довольно жёстко из-за своих мыслей отчеканила Климова, слегка озадачив парня.        В голову лезут раздражающие мысли, путая всё между собой и провоцируя девушку на плохое настроение.        — Жаль Яна не едет… — эхом пронёсся голос подруги.        — Ага, — не особо дружелюбно.        Раздался возглас классного руководителя и все начали заползать в автобус, переполненные желания занять хорошие места.        — Конечно, с ним тебе сидеть лучше… — ядовито выплюнула красноволосая.        — У тебя тоже есть подруга, сядь с ней, — до последнего не вёлся кудрявый на её провокационные высказывания.        — Ага. Ты не об этом думаешь, когда садишься с Димой, — не переставала дерзить девушка.        — Лера, — от ожесточённого баса всё внутри сразу похолодело, — хватит меня провоцировать, — сглатывает, смотря в шоколадные глаза, — сядь к Диле и успокойся, — приказным тоном, выдал брюнет.        Лера надулась, но плюхнулась рядом со светловолосой. Было плевать, что всё это происходило на глазах всего класса, у неё на душе скребутся кошки.        — Это, ведь, неправильно… — спустя чуть менее, чем через двадцать минут, не выдержав, подаёт голос Климова, — Противоестественно, что ли…        — Ты всё же думаешь, что это таблетки? — в момент подхватила Диля, про что именно идёт речь.        — Ага… Он так резко начал проявлять внимание, на самом деле… Может это мой мозг построил розовые замки, что так совпало. Просто… — они говорили довольно тихо, ведь парень сидел перед ними.        — Не включай пессимистку.        — Ну, просто, иногда, на меня находят такие мысли. Это, ведь, закончится… Рано или поздно, а я к нему привязываюсь уже не по-детски.        — Фролов, хоть и не так сильно, но всё же обращал на тебя внимание ещё давно, — тепло улыбнулась подруга, — тем более, по твоим словам, срок действия закончился чуть ли не две недели назад, а то и больше… — Лера заостряет взгляд на кудрявой макушке, что виднелась перед её глазами.        — Ладно, возможно ты и права, — как-то высокомерно выдала красноволосая, — И заморачиваться так не надо, просто, знаешь, бывает…        — Я понимаю.        — Похуй. Будь что будет. Поживем — увидим, так сказать.        Девушки обнялись, включая один из фильмов, загруженных для четырёхчасовой дороги, но неожиданно под пятой точкой завибрировало. Климова вынула телефон из заднего кармана, глянув на светившийся экран. «Моя маленькая стервочка»        Лера пошловато прикусила губу, двусмысленно улыбаясь самой себе.        — Дай угадаю… Это от объекта нашего недавнего обсуждения?        — Ага…        Девушка не сдерживается, без лишних слов поддаваясь порыву нежности, и, вытягивая ручки через сидение, приобнимает брюнета. Не видит его, но спустя секунду, ощущает, как он укладывает на её кисть свою ладонь, слегка поглаживая, а затем целуя шелковистую кожу дамской ручки.        По девичьему тельцу, проносится разряд, покрывающий её мурашками. Захотелось застонать, от такого внимания.        — Как мило… — радуясь за подругу, произнесла на ухо Диля.        Климова возвращает руки себе, усаживаясь удобнее с глупой улыбкой на лице.        Они ехали с ночёвкой на экскурсию в неизвестный маленькой городок. И, понятное дело, чего греха таить, за знаниями, туда ехало не более трёх человек от силы.        Поездка выдалась спонтанной, если сравнивать с предыдущими школьными мероприятиями, которые готовились не менее, чем три месяца, в отличие от этой, где приготовление не длилось и недели. Странно, конечно, но готовых веселиться в любой момент старшеклассников это мало волновало. Два часа спустя        Лера, оторвав глаза от экрана компьютера, случайно наткнулась на фильм, что смотрели Самсонов с Фроловым. Чуть прищурившись, Климова не могла понять, что здесь не так… Пока на весь монитор не показали лицо известного на весь мир вампира. — Вашу мать! — начала смеяться девушка, тыкая подругу в бок и указывая пальцем на увиденное, — Смотри… — Что… Серьёзно?        Обе начали смеяться, замечая, что на них уставились две пары глаз, развернувшиеся к ним.        — Вы смотрите Сумерки?        — Ага… — слегка скривился кудрявый, — этот долбаёб, скачал не тот фильм, — кинув недовольный взгляд на друга, ответил парень.        — Я не виноват!       — Конечно. Скажи ещё по классике…       — Оно само! — перебил Дима.       — Именно, — чуть закатил глаза Фролов, пуская смешок.        Автобус тормозит.        — Дети! Мы совершим небольшую остановку! Можете перекусить или сходить в туалет!        Дождавшись, пока все выйдут, святая четверка, направилась к выходу.        Вокруг был лес. Перед ними стоянка и какая-то забегаловка.        Лера вдохнула полной грудью, наслаждаясь свежим воздухом, слегка прикрыв веки. Ощущает спиной твёрдую грудь. Распахнув глаза, видит уже далеко ушедших друзей и поворачивается к кудрявому. На улице — никого, только автобус. Поднимает на него глаза, смотря на издевательскую улыбку, что слегка отдавала пошлостью.        — Что ты задумал, Фролов? Девушка не успевает сообразить, когда парень за секунду перекидывает её через плечо, направляясь в сторону леса.        Лера не переставая, что-то кричала парню, иногда пытаясь укусить, но получала по заднице.        — Что, ты творишь? — наконец спросила она.        — Надо поговорить, Перчинка, — обыденно бросил брюнет.        — Так и знала, что Сумерки на тебя отрицательно повлияют. Всё, докатились. Ты тащишь меня на спине разговаривать в лес! — смеётся красноволосая, улавливая смешок Андрея.        Зайдя в глубь деревьев, Фролов припечатывает Леру к сосне, нависая, как несдвигаемая гора. Чувствует, как аккуратные ладошки ложатся на его грудь, пуская разряд. Зеленые и карие глаза встречаются, но даже такая дерзкая натура, как Климова, смущенно отводит глаза, нервно сглотнув. Ощущая, как большие ладони поддерживают её под ягодицы, расставляя ножки, из-за чего мужское тело по-собственнически устроилось между ними. Её сердце забилось в немой истерике, внизу связался ноющий узел, а кожа покрылась мурашками.        — Как ты себя ведёшь? — с издевкой, словно отчитывая, начал Фролов.        Климова в такие моменты не то, что дерзить не может, а слово нормально вымолвить.        — М, Перчинка? — он изучающе смотрит на такую желанную девушку.        — Андрюша, правда, зачем ты притащил меня в лес? А? Хочешь изощренно изнасиловать меня под деревом, как банальный маньяк? — дерзость и смелость удосужились выглянуть хотя бы на мгновение.        Брюнет без капли стыда, раздевающе и ужасно пошло пялился на красноволосую, осознавая, как он хочет её. Такими темпами, он и правда изнасилует её здесь.        — Знаешь… Твоё молчание… И взгляд... меня очень напрягают… — чувствует, как она слегка отталкивает его ручками, отчего крыша едет ещё больше.        Чёрт! Он же и правда хотел лишь поговорить, просто в такой атмосфере, но всё так складывается…        — Андрюш, ты меня пуг…        Нежная шейка испытывает разряд, стоит мужским губам коснуться вкусно пахнущей кожи, засасывая и оставляя ревнивые отпечатки.        Лера громко выдыхает. Тело в мгновение расплавляется от такого внимания, но внутренне напряжение только растёт. Страх за секунду поселяется в ней, когда ласки становятся всё настойчивее.        Кудрявый с разрастающимся желанием не отрывается от своей девочки. Ощущая, как усиливается её возбуждение, в той же мере, что и страх.        — Малыш… — опаляет её ушко дыханием, — не бойся.        Её стук сердца отдаётся в ушах. Желание туманит разум, но страх заставляет сжиматься.        — Но знаешь… Осознание того, что стоит мне увести свою девочку хоть немного подальше, где я смогу тебя взять, — он придвигается ещё теснее, но не отрывается от её шеи, жадно целуя и покусывая, — отыметь, как захочу… И мне никто не помешает, а ты и вовсе не сможешь мне противостоять… Не даёт мне покоя, подогревая ещё больше, — слышит, как она сглатывает. — Ты… Ты же шутишь? — нервно, боясь спровоцировать.        Он отрицательно мотает головой, неотрывно смотря на девушку. Андрей серьёзен, Боже…        Осознание того, насколько она слабее, насколько он силён, дарит ужас и неописуемое возбуждение.        Узнай об этом Яна, убила бы всех. А затем, занявшись бы нравоучениями, что женщина не должны быть слабее, что это ужасно, что должно быть равноправие, что мужчина не должен доминировать, но… Черт возьми, какие странные ощущения он приносил ей сейчас. Такие смешанные, непривычные, противоречивые.        — Ты же не будешь… — дыхание ужасно сбито, голос подрагивает.        — Нет, — почти не задумываясь говорит брюнет.        Он сминает девчачьи губки. Целуя. Углубляя и подчиняя себе.        Прижимает её всё сильнее и сильнее, из-за чего красноволосая, вдруг, чувствует его возбуждение. Желание прижаться сильнее и вырваться из железной хватки, крича о помощи, словно играли в армрестлинг.        — Как я хочу тебя, как я хочу тебя взять, малышка, — его пальцы со страстью сжимают ягодицы, болезненно впиваясь, — знала бы ты, как я сдерживаюсь…        Он сводит её с ума. Своим басом, телом, запахом, поведением, касаниями… Не может совладать с собой, нежно обнимая парня за шею и поглаживая мужскую кожу.        Сердце вырывается из груди наружу. Того, что она испытывала сейчас, она никогда не испытывала. В расстёгнутой куртке, стало невыносимо жарко. Андрей, ещё никогда не заставлял её чувствовать подобное.        Всё тело сжимается от страха, незнания, желания, требуя ласк всё сильнее. Лера сама всё теснее жмётся и ластится к мускулистому телу. Всё отчетливей ощущая мужское достоинство.        Эмоции переливаются через край, будоража кровь, заставляя кипеть в жилах.        — Боишься?        Красноволосой, так захотелось сказать ему всё, что она чувствует. До дрожи, до желания почувствовать больше.        — Да… — обрывисто иинтимно шепчет ему на ухо. Сглатывает, — но, Андрюш, мне так хорошо… Так хорошо с тобой… — будто в бреду несла девушка.        — Шшш… Успокойся, малыш, — обжег её шею Андрей успокаивающими словами, сам еле контролирующий себя, — Ты очень перевозбудилась, — слегка улыбнулся Фролов.        «Она такая беззащитная, доверчивая и робкая, стоит мне начать доминировать как следует», — промелькнуло в мыслях.        Брюнет снова припечатывается губами к изящной шейке. Ставя отметины, он улавливает стон, настолько чарующий и манящий, что хочется прижимать к себе, целовать и слушать её стоны, не отрываясь всю вечность. Лера разжигает в нем костры, всё больше подливая керосина.        Раздаются голоса одноклассников, что уже выходят из забегаловки. Желания отпускать огненную красотку нет совсем.        — Андрюш… — этот голос так сладок для его ушей, так ласкающе его имя звучит из её ротика… — Нам надо идти, Андрюш…        Она слегка отталкивает его, на что получает утробный, ужасно недовольный рык. Он напоминал ей волка, что загнал овечку в угол, не намереваясь с кем-либо делить. Андрей всё не прекращал впиваться в излюбленную шейку.        — У меня следы останутся…        — Я знаю.        Девушка прикрывает глаза.        — Дети! В автобус! — Доносится издалека знакомый голос.        — Ан…        Фролов целует её. Жадно, ненасытно, всем видом показывая, что он хочет большего, что ему нужно большее. Впивается в желанные бёдра сильнее.        Парень, нехотя отрывается от распухших губ. Аккуратно опуская хрупкую фигурку на ноги, хватая её за тонкую кисть, двигаясь вон из леса.        Лера, смотрит большими зелёными глазами в широкую спину. Закусывает губу, от осознания своего желания.        Они выходят на парковку, к остальным, направляясь к автобусу.        — Перчинка, а ты не голодная? А то я не предоставил тебе возможности перекусить, — дыхание всё ещё сбито, голос немного хрипит.        — Да, я бы хотела поесть.        — Ты, тогда иди в автобус. Я щас приду, принесу тебе, что-нибудь…        Брюнет зашёл последний, держа в руках какие-то упаковки.        — Наконец-то, Андрей! Мы уж, хотели ехать!        — Я ценю ваше терпение.        Подойдя к нужному ряду, Фролов оценил обстановку.        — Диль, сядь к Диме. Сумерки посмотрите, — хохотнул кареглазый.        Светловолосая, без особых сопротивлений пересела, освобождая место.        — Ммм! Мои любимые! — заулыбалась красноволосая.        — Держи… — протянул ей упаковку с мармеладом Андрей, но отдавать не собирался.        — Отдай!        — А спасибо? — приподнял парень тёмную бровь.        — Спасибо… — особо не сопротивлялась Климова, снова пытаясь забрать сладость.        — А поцеловать?        — Андрей! Дай поесть.        — У-ля-ля. Детка, какой у тебя дерзкий язычок.        — Твою мать! Дай мне еду!        — Мне что, всё время надо напоминать тебе, чтобы ты не дерзила мне? Мм? — грубовато произнёс Фролов.        Лера просто закатила глаза, чмокнув слегка колючую мужскую щеку и мгновенно заметив самодовольную улыбку.