Вася ищет друзей

      Следом за сгорбленной фигурой архимага Парадина в богато украшенные личные покои императора со стороны балкона вошел высокий человек среднего телосложения. Он был облачен в длинный, походный, кожаный плащ с глубоким капюшоном, скрывающим лицо. Зиркниф отметил, что качество и отделка плаща весьма скромные, местами он был испачкан и даже имел прорехи. Явится на личную встречу с правителем целой страны в таком виде — сродни оскорблению. Архимаг Парадин тоже был одет необычно. Плечи покрывал ничем не примечательный серый плащ, а под ним виднелась простая, одноцветная мантия без украшений. На его груди Зиркниф не заметил имперской печати и зачарованного ожерелья, защищающего от заклинаний контроля разума, с которым дед не расставался никогда. На пальцах рук не было «магического кастета» из зачарованных колец. Дед любил магические кольца и носил их постоянно. Иногда сразу на всех пальцах и никогда не позволял себе выглядеть при нём столь неподобающе статусу. Это было очень подозрительно. Хотя он узнал голос Флудера Парадина, Зиркниф не исключал применения против себя заклинания из школы иллюзии и не спешил отпускать охрану. Оставался вопрос, достаточно ли хороши Анхель и Борг, чтобы справиться с двумя заклинателями, как минимум третьего ранга. Если бы тут был Базивуд «Молния» он разобрался бы с ними и в одиночку, но верный помощник уже покоился в склепе столичного храма Шести Богов. По спине Зиркнифа пробежал холодок. До сих пор дерзкие попытки проникнуть в его апартаменты с помощью заклинания «полет» не предпринимались. Над территорией дворца, да и всей столицы непрерывно курсировали наездники на грифонах, что позволило императору не бояться нападения с воздуха. Иногда фекалии крылатых монстров падали невезучим горожанам в еду и на голову, что вызвало моду на широкополые шляпы и зонты, а также сократило число желающих принимать пищу на открытом воздухе. Мощные металлические решетки на окнах личных покоев Императора и оббитая железом балконная дверь должны были задержать преступников в случае, если те все же предпримут дерзкую попытку вторжения и будут обнаружены слишком поздно. По ряду причин, одной из которых была оплошность самого императора, не закрывшего за собой балконную дверь, подозрительные гости оказались в опасной близости от Его Императорского Величества. Если эти люди действительно были убийцами, то нельзя было терять ни секунды, а если нет, можно было объясниться позже. Зиркниф следовал отрепетированному до автоматизма плану. Он нырнул под стол, перекатился к книжному шкафу, нажал на еле заметный рычажок и, спустя секунду, скрылся в открывшемся проходе. Когда император исчез в укрытии, телохранители обнажили мечи, а в руках главы тайной службы появился укороченный, зачарованный эсток. Он видел, что человек перед ним выглядит точь-в-точь, как великий архимаг Парадин, но также знал, что тот погиб на равнинах Каз две недели назад и не стал бы врываться в покои императора через балкон. Флудер, прекрасно знал о множестве покушений, пережитых императором и необходимости проходить процедуру проверки. Будучи старшим по положению, глава тайной службы приказал телохранителям задержать нарушителей. — Ради Шести Богов, Зиркниф, сейчас же вернись в комнату! Не позорь меня перед гостем! — вознеся руки вверх, потребовал старик. Его слова не произвели на беглеца никакого эффекта, а охрана императора уже начала действовать. Вася поднял вверх правую руку, собираясь запустить в ближайшего мужчину слабейшее из атакующих заклинаний, носившее название «Магическая стрела». Он намеренно не использовал жезл и даже ментально скинул в инвентарь одно из колец, усиливавших интеллект, чтобы нанести заклинанием как можно меньше вреда. Флудер опередил его атаку. Применив неизвестное Васе заклинание, активируемое словом «сдвиг», старый архимаг с легкостью отшвырнул стоявшую перед ним мебель в сторону приближающихся мужчин. Диван сбил обоих рыцарей с ног и, откинув к стене, на некоторое время лишил возможности сражаться. Стоявшему чуть справа главе тайной службы повезло меньше. Ему в лицо прилетел не мягкий диван, а тяжелый стол. Острым углом столешницы ему раскрошило передние зубы и выбило нижнюю челюсть из суставной сумки. Мужчина вопил, держась за лицо, но старика, похоже, это совсем не волновало. Он подошел к книжному шкафу и не глядя, нажал ногой на секретный рычаг. Шкаф с шумом подался вбок. За ним, в каменной нише сидел съежившийся император. — Ты совсем из ума выжил? Не узнаешь своего наставника? Сейчас же выходи, и веди себя достойно. Я так расхваливал тебя перед господином Васей, а ты выставляешь меня посмешищем! — возмущался старик, нахмурив брови. Златовласый парень пристально посмотрел на кустистые брови и длинный нос стоящего перед ним человека. Он надеялся на возвращение деда, но сам оказался морально не готов к этому. Пристыжено покинув укрытие, Зиркниф окинул взглядом жуткий беспорядок, который Флудер умудрился устроить всего за несколько секунд его пребывания в укрытии. — Ты и ты — на выход! — ткнув пальцем в лежащих у стены телохранителей, сказал старик, — а ты, идиот, иди подлечись в храм и больше не появляйся тут без моего разрешения! Получив подтверждающий кивок от императора, охрана и глава разведки покинули комнату. Зиркниф впервые видел деда таким решительным и резким. Он бывал задумчивым, молчаливым, холодно-отстраненным, иногда занудным, но всегда рассудительным и сдержанным. Сейчас же старик просто кипел энергией и демонстрировал своё превосходство в каждом жесте и слове. Его глаза горели живым огнем, а двухсотлетнее тело излучало необычайную живость. Для прибывшего с ним гостя он достал и принес из кучи поломанной мебели единственный уцелевший после погрома стул. Старик с готовностью встал на одно колено перед присевшим на стул незнакомцем и жестом указал внуку занять такое же положение. — Могу я узнать, кто вы такой? — упорно продолжая стоять в полный рост, спросил император. Незнакомец скинул капюшон и его длинные серебристые локоны заструились по плечам. Волосы приобрели дополнительный, золотистый оттенок в оранжевых лучах заката. — Я тот, кто нанес поражение вашей армии на Равнинах Каз, — ответил парень, мельком глянув на заходящее светило, и поправил выбившийся из челки локон. — Вы и есть король гномов? — подозрительно прищурившись, спросил Зиркниф. — Я? — усмехнулся незнакомец и, немного призадумавшись, добавил, — ну, если учесть, от чьего лица я участвовал в сражении, можно и так сказать. Зиркниф считал информацию, полученную от своих шпионов вполне надежной, но она плохо сочеталась с представлениями, которые он имел о Королевстве гномов. Император знал из рассказов деда, что в прошлом оно было довольно могущественным, обладало огромными запасами золота и других ценных металлов, но более пятидесяти лет назад его столица была разорена драконами, которые и по сей день обитают там. Король гномов и его наследники были уничтожены в своём замке прислужниками драконов, хищными жителями подземелий — кваготами, после чего королевство распалось на несколько отдельных образований, управляемых старейшинами. Когда предшественник его отца, мудрый король Августус, привез из восточного торгового поста гномов мастеров горного дела и началась интенсивная разработка собственных рудников, торговля с гномами постепенно сошла на нет. А когда уже отец Зиркнифа занял трон, Королевство гномов, фактически, перестало существовать и о нем говорили, как о разрозненных шахтерских поселках, ютящихся в вонючих подземных катакомбах. Услышав, что поражение ему нанесли войска давно забытого Королевства, Зиркниф еще больше впал в депрессию. Парень не поленился и поднял все архивные данные о недооцененном союзнике врага. Данных оказалось крайне мало. В основном амбарные книги, фиксирующие товарооборот между двумя странами за последние сто лет. Тут всплыл интересный факт. До начала торговли с гномами, все расчеты в тогда еще Городе-крепости Бахарут производились только медными и серебряными монетами. Почти всё золото, составлявшее сейчас основу имперской казны, было получено от гномов. Этот факт поразил Зиркнифа. Еще задолго до начала рассвета его Империи, гномы обладали ресурсами, о которых он мог только мечтать. То, что Империя считала гномов исчезнувшей страной и почти не вела с ними торговлю, совсем не означало, что гномы не могли снова возродиться и вернуть себе былое величие. Так кем же в действительности был этот молодой парень в рваном плаще? — Значит, информация о военной помощи «короля гномов» является правдой? Рунные жезлы, творящие ужасающую магию, принадлежат вам? — невольно стиснув зубы и до боли сжав кулаки, спросил Зиркниф. — Рунные жезлы творящие ужасную магию? А, ты, наверное, говоришь о пушках?! В таком случае — да, рунные жезлы мои. Собственно ими я и устроил… то, что устроил. — Кто же вы такой на самом деле? Вы не очень-то похожи на гнома. Или теперь гномы выглядят именно так? Кто вы? Могучий заклинатель из далекого королевства или один из множества потомков богов из Теократии? Зачем вмешались в дела Империи и выступили на стороне Королевства? А ты дед? Почему величайший архимаг человечества пресмыкается перед союзником врага? — Заткнись, идиот! — вскочив на ноги, прогремел старик, обращаясь к внуку. От неожиданно грозного крика даже Вася невольно вздрогнул, а стоявший перед ним златоглавый мужчина опустил голову и принял побитый и смиренный вид. — Простите моего внука, господин Вася. Он немного заносчив, но уверяю вас, он достаточно умен и образован, чтобы с пользой служить вам. Он просто не понимает, перед кем стоит, как не понимал и я. Искренне прошу, дайте ему шанс. Он будет служить и исполнять ваши приказы, я обещаю, — забубнил старик. Зло глянув на внука, он прошипел:  — Прекрати вести себя как ребенок! Сейчас решается твоя судьба. Ты не можешь побороть свою гордость и склониться перед Новым Богом? — Богом? — растеряно переспросил Зиркниф и, слегка кособоко из-за непривычки, опустился перед сереброволосым парнем на одно колено. Возникла неловкая пауза, заполнить которую решился так же смиренно склонившийся старик. — Господин, прошу позвольте моему внуку служить вам в качестве наместника. Он будет так же предан вам, как я. Обещаю. Распоряжайтесь нами по своему усмотрению. Под управлением Зиркнифа империя Бахарут сможет предоставить вам все необходимое. — Хорошо, Флудер. Думаю, ты действительно в это веришь, а я хочу верить тебе. Завтра в полдень я устрою вам встречу с будущим наместником Королевства Ре-Эстиз. С ним вы сможете подписать мирный договор на взаимовыгодных условиях. Подготовьтесь к этой встрече и подумайте, что вы можете предложить Королевству и хотели бы получить взамен. Если вы меня поняли, увидимся завтра. — Простите мою дерзость, Повелитель, — по новому восприняв существо перед собой, воскликнул Зиркниф, — если это возможно, перед завтрашней встречей вы не удалите мой уродливый шрам? — Зиркниф, — строго одернул его старик. Вася встал со стула, сделал несколько шагов к стоящему на колене парню и, прикоснувшись к его лбу кончиками пальцев, активировал «регенерацию». За считанные секунды у парня восстановился слух, и отросло оторванное ухо. Область головы, лишившаяся волос покрылась коротким ежиком новых, но полная длина волос не восстановилась. Глянув на результат, Вася удовлетворительно кивнул, шепнул «телепорт» и растворился в воздухе. Продолжая стоять на коленях, Зиркниф осторожно коснулся обновленного уха и перевел восторженный взгляд на хмурого старика. — Ты показал себя трусом и самодовольным эгоистом. Думаю, не быть тебе наместником Империи, — печально констатировал архимаг и, поднявшись на ноги, добавил, — чего медлишь, собирай советников. Все, кому мы можем доверять, завтра должны присутствовать во дворце. У тебя будет еще один шанс показать господину Васе, что все достойные внимания люди лояльны тебе, и ты способен управлять ими. Повелитель устраивает нам экзамен. Знаешь, кто является его наместником в Королевстве? — Даже не представляю. — Ну, хоть секунду подумай. — Неужели Реннер? — Она. Ты всегда говорил мне, что если принцесса Реннер дорвется до власти, она будет опаснейшим из всех правителей, которых когда-либо имело Королевство. Похоже, Повелитель тоже высоко оценил её таланты. Мы должны выглядеть на её фоне не хуже. — Дед, что происходит? Почему все вдруг стало так сложно? — по привычке выискивая на полу колокольчик для вызова слуг, спросил император. — Совсем нет, мой дорогой. Все стало предельно просто. Если ты будешь поступать по совести — получишь награду, если нет — жди наказания. Повелитель видит людей насквозь. Нам просто нужно следовать его примеру и служить верой и правдой. Знаешь, кого он взял себе в телохранители? — Газефа Стронова? — Бери выше. — А кто в Королевстве так же силен и до безобразия честен? У меня больше нет достойных кандидатур. — А если я скажу, что телохранитель из Теократии. — Не томи, я знаю множество сильных воинов из Теократии. Любой из них мог бы занять это место. Они же все фанатики. А тут перед ними живой Бог объявился. — Ладно, подскажу — кто сильнее всех в Теократии? — Это легкий вопрос. Разумеется, Верная Смерть. Я ведь правильно ответил? — Правильно. — Ты шутишь? Господин Вася взял себе в телохранители полубогиню Теократии, которую Верховный совет сотни лет скрывал в своей цитадели? — Да. Он явился туда, сразил её в бою и лишил божественного снаряжения. Она сама мне об этом сказала. А еще он использует её, как наложницу. Даже не знаю почему, я бы не назвал её красавицей. У неё нескладное тело девушки-подростка. Твои наложницы куда привлекательней. — Ты сам это видел? — Леди Зесши Зецумей ежедневно уединялась с господином в его покоях для «питья семени». Для неё это прям ритуал высшего служения. За две недели я столько удивительного узнал о Повелителе! А еще, он показал мне потрясающую магию непостижимого уровня. Его магические возможности безграничны. Если бы он захотел, вся наша армия умерла бы в одно мгновение. Зиркниф, мальчик мой, поверь мне, служить такому могущественному и при этом справедливому Повелителю — это не бремя, а высшее благо. Но, если в твоей душе затаился страх или желание как-то навредить господину, лучше сразу скажи мне и сам откажись от роли наместника. — Я понял, — ответил парень, а сам задумался. Какое будущее его ждет, если он перестанет возглавлять Империю? Зиркниф с рождения готовился к роли правителя. Он никогда не сомневался, что займет это, положенное ему по праву рождения место. Сейчас перед ним впервые возникла неопределенность. Если он не сможет лучшим образом организовать мирные переговоры, божество может выбрать на место своего наместника кого-то другого. Парень испугался. Он не знал ничего другого, кроме роли правителя. Если его вышвырнут из дворца, куда он сможет приткнуться, где найдет средства к существованию? Раз во главе его страны теперь будет стоять Бог, бороться против него тоже было бессмысленно. Его дед, архимаг Парадин, первый заставит его пожалеть о том, что он воспротивился воле Бога. Испугавшись худшего исхода, Зиркниф с троекратным рвением взялся за подготовку запланированной встречи. *** В эту важную для будущего всей Империи ночь, Зиркниф почти не сомкнул глаз. Чтобы не тратить драгоценное время зря, первым делом были разосланы курьеры с приглашением на прием всем тем, кто физически успеет на него попасть. В первую очередь это касалось знати и уважаемых людей столицы и двух ближайших городов. В письме указывалось точное время, к которому приглашенные должны были прибыть во дворец. В случае затруднений, связанных с болезнью или другой уважительной причиной не позволяющей прибыть во дворец в срок, адресатам разрешалось не являться, но Зиркниф прекрасно понимал, что с его репутацией «кровавого императора», мало кто посмеет уклониться и к нему явятся даже смертельно больные. Он обсудил с помощниками, какие условия мирного договора с Королевством устроили бы Империю, уточнил текущее состояние казны, размер возможной контрибуции в золоте, ресурсах и невольниках. Обсуждались суммы при лучшем и худшем исходе переговоров. Размер контрибуции вызвал больше всего споров. Часть советников была уверена, что при выплате слишком большой контрибуции Королевство вложит её в продолжение военной компании, чем Империя лишь усугубит свое невыгодное положение. Те, кто присутствовал на Равнинах Каз, были готовы откупиться любой доступной суммой, лишь бы пережитый ужас не повторился. Определив рамки, в которых он может торговаться, Зиркниф распустил советников и приказал слугам заняться уборкой дворца. Каждый его сантиметр должен был сиять идеальной чистотой к завтрашнему утру. Пока прибирались в его покоях, он вышел на балкон и, шаря глазами по освещенным фонарями улицам ночного города, задумался о недавних словах деда. В голове крутилась мысль о сексуальных предпочтениях новоявленного господина. Раз он допустил к себе полуэльфийку, хотя сам выглядел как человек, значит, он считал эльфиек привлекательными. Зиркниф был в этом вопросе более консервативен. В качестве партнерш для любовных утех, ему нравились исключительно человеческие женщины. Они были легко читаемы, ведь всегда имели соответствующую возрасту внешность. В этом плане представительницы «бессмертного» эльфийского народа казались императору «котом в мешке». Их сложно было прочитать, и было крайне сложно определить, молодая перед тобой особа или ей уже стукнуло за двести. Они пугали парня умением скрывать свои истинные намерения. Он боялся быть убитым ими в момент слабости и поэтому не держал в своем гареме. Правда, там все же присутствовала одна наложница, которая, несмотря на округлую форму ушей, на самом деле являлась эльфийкой. Её внешность была лишь искусной подделкой. Зиркниф это прекрасно знал. Ни одна из человеческих женщин не могла выглядеть на двадцать пять, посетив гаремы всех правителей со времен отца короля Августуса. Сто лет назад правители стран нередко дарили друг другу красивых женщин, но при всей их красоте, дарить эльфиек считалось признаком дурного тона. Они считались существами второго сорта. Уже пожилой отец короля Августуса получил в дар двух прекрасных наложниц от одного из членов Верховного совета Теократии. Старый Архиепископ схитрил, очень искусно подрезав уши двум своим пленницам. Это были две очень непростые пленницы — Лиана и Тирана. Одна приходилась дочерью королю светлых эльфов, а вторая плодом его внебрачной любви с королевой южных темных эльфов. Обе девушки являлись принцессами своих народов и были захвачены во время коварного нападения на делегацию обманутого Короля эльфов, прибывшего в форт Теократии на мирные переговоры. Короля пленили и освободили за выкуп, его свиту перебили, а двух юных и симпатичных принцесс архиепископ оставил себе. Несмотря на обстоятельства своего пленения, Лиана не обозлилась. Она была словно не от мира сего. Стремилась к общению, пела эльфийские песни и даже танцевала. Тирана, имевшая уникальное для темных эльфов сочетание бледной кожи и черных волос наоборот, стала воплощением ненависти и скорби. Вдоволь насладившись обществом пленниц, архиепископ задарил слегка подправленных девиц старому приятелю. Поговаривали, что именно Тирана отправила старого короля в могилу, придушив его в постели подушкой. Принц Августус, не особо печалился утрате, даже дал ускорившей его восхождение на трон наложнице денег и отправил куда-то на восток в свой охотничий домик у леса. Оттуда она благополучно сбежала и, присоединившись к банде других беглых эльфов, основала новое "Королевство темных эльфов" в лесах на востоке от Королевства Бахарут. В нынешние времена за доступ к этим лесам с многократно разросшейся бандой пришлось воевать уже Зиркнифу. Самым забавным было то, что Августус избавился от всех наложниц отца, кроме Лианы. Или она успела его очаровать еще при живом отце или у него были к ней какие-то другие интересы, но факт оставался фактом — она оставалась в его гареме до конца, пока отец Зиркнифа не основал новую династию, свергнув Августуса. И снова история повторилась. Лиана стала единственной, кто перекочевал в новый гарем после смены правителя. Когда десятилетний Зиркниф занял место своего отца, из всех его наложниц он тоже оставил лишь её. Избавится от наложницы, знавшей секреты его отца и двух предыдущих правителей, не поднялась рука. Зиркниф пожаловал ей покои в новом дворце, выделил прислугу и деньги на содержание, но никогда не спал с ней. За десять лет он даже ни разу не наведался в её покои. Все её запросы решал через третьих лиц. Слышал, она не тратила времени зря, изучила человеческую письменность и читала книги из имперской библиотеки. Пожалуй, она была единственной из всех наложниц императора, которая воспользовалась этой возможностью. Что даст Зиркнифу её присутствие на приеме? Он даже не знал, как она выглядит сейчас, но учитывая «вечную» эльфийскую молодость, об этом можно было особо не волноваться. Императору стало интересно, распознает ли Повелитель в женщине подделку и как отреагирует на её измененную внешность. Для определения его сексуальных пристрастий, он решил оценить реакцию сразу на нескольких наложниц. В конкурентки эльфийке выбрал тех, кого считал ценнейшим сокровищем своей коллекции. Конечно же — первую красавицу Империи Бахарут, яркую, златоглазую и златовласую Виконту Райль Никс. Она являлась очень дальней родственницей Зиркнифа и попала во дворец всего полгода назад. За это время он уделил ей больше всего внимания и неплатонической любви. Вторым индикатором должна была стать прошлая зазноба императора, старшая сестра Виконты, Адель Райль Никс. Голубоглазая девушка способна пленить своей улыбкой и одним пронзительным взглядом и обладала поистине уникальным цветом волос — цветом спелой вишни. Яркая, веселая и к месту остроумная, она была безраздельной примой в его гареме до появления младшей сестры. Красота третьей любимицы императора немного отличалась от яркой красоты двух других девушек. Джезебель эль Бах Арут была далеким потомком основателя королевства и не могла пленить завораживающим взглядом или свежестью алых губ, но в её строгом и хрупком образе таилась какая-то необъяснимая, благородная притягательность. Если сестер Адель и Виконту император брал в любые понравившиеся места уже на следующий день после размещения в гареме, к Джезебель он так и не решился прикоснуться. Наслаждался её таинственной красотой платонически, встречаясь за завтраком и общаясь на разные темы за чашкой ароматного напитка или просто наблюдая за её прогулками во внутреннем саду дворца. Представляя, какой могла бы быть его супруга, если бы он искал пару не по расчету, то именно Джезебель казалась ему той самой, единственной, кого ему захотелось бы посадить рядом с собой на трон, а не только приласкать на ложе. На секунду Зиркниф представил, что Повелитель увидел красавиц и увлекся одной из них. Анализируя свои внутренние переживания, он осознал, с легкостью расстался бы с эльфийкой и двумя обласканными любимицами, но при мысли, что господин что-то сделает с Джезебель, в его горле встал ком, мешающий дышать и трезво мыслить. Значило ли это, что он не готов был уступить наложницу Богу, если тот пожелает забрать её с собой? Представив, как господин Вася принуждает её к ритуалу «питья семени», Зиркниф с трудом справился с приступом удушья и попытался разобраться, чем еще он не готов делиться со своим Повелителем. Список оказался на удивление длинным. Зиркниф не желал отдавать ему Джезебель, свой замок и столицу. Даже то, что архимаг Парадин служил уже не ему, а другому господину, выкручивало суставы и причиняло парню почти физическую боль. То, что он всегда считал исключительно своим, отрывалось от души с мясом. Сможет ли он принять необходимость делиться с господином всем, что любит или ему лучше сразу отказаться от роли наместника и уповать на милость Повелителя? Надеяться, что тот позволит оставить себе город, замок или хотя бы одну наложницу. Завернув ход мыслей в другое русло, Зиркниф попытался представить, чтобы он желал получить за свою верную службу. Если Бог мог всё, то ему не составит труда воскресить Базивуда «Молнию» и даже погибшую во время покушения восемь лет назад мать. Если он уже не будет единоличным правителем, то и отравленного матерью отца и старших братьев он желал увидеть живыми и здоровыми. Для защиты интересов Империи, можно было бы отобрать у Теократии все божественное снаряжение, которым она всегда держала соседние страны в страхе. В будущем можно было подчинить Драконье королевство и таинственный Альянс Совета Агранд. А из насущных проблем — господин мог бы быстро свести на нет крайне затратную и бесперспективную войну с темными эльфами, действующими, как банда налетчиков, неожиданно атакующих то там, то тут. Купировать и уничтожить это эльфийское отродье, даже силами всех доступных ему конных рыцарей было проблематично. Чуть что, банды длинноухих растворялись в лесах и выловить их там, не вырубив весь лес под корень, становилось просто невозможно. Пускай Повелитель устроит им встречу с рунными жезлами и Теократии тоже. Зеленокожие на юге давно напрашивались на полное уничтожение, да и нежить на Равнинах Каз пора упокоить навсегда. Под покровительством Нового Бога эти сложные проблемы казались действительно разрешимыми и не когда-нибудь, а в ближайшем будущем. Зиркниф вдруг стал испытывать наслаждение от мысли, как он мог бы использовать силу Повелителя для процветания Империи. Хотя завтра его могли низвергнуть, он все еще мыслил о процветании "своей" страны. Прикинув в уме список того, что бы он желал попросить у господина в первую очередь, Зиркниф, наконец, заснул сладким сном. Но его сон продлился недолго. Уже через два часа наступил рассвет и ему пришлось снова открыть глаза, ведь у дверей его покоев шумно толпились советники и его надоедливый дед. *** Полтора месяца назад в стычке у юго-восточной границы удерживаемой территории, Иллана получила неприятное ранение. Она не успела укрыться от стрелы с бритвенно-острым наконечником, и та пробила её правое запястье, полностью перерезав сухожилия. Кисть повисла безвольной плетью и больше не слушалась. Теперь она не могла держать в руках лук, а без него была в бою фактически бесполезна. С кинжалом в левой руке сильно не навоюешь. Восстановление руки займет несколько долгих месяцев, а королеве Лананаэль были нужны смелые и меткие лучники! Иллана была именно такой. Не зря же она оказалась среди ближайшего окружения лидера. Девушка была всего лишь главой небольшой группы рейнджеров, но мнила себя одним из генералов Великой Матери. Она всегда была мечтательной личностью и постоянно влипала в неприятности, ведомая глупыми идеями. Но Иллана не падала духом. Она привыкла переживать тяжелые времена. Если говорить строго, то других времен на её памяти у темных эльфов и не бывало. Война темных и светлых эльфов, начавшаяся еще до её рождения, в те далекие времена, когда глупый король светлых эльфов лишился своей дочери и дочери Великой Матери, из-за предательства Теократии, завела оба народа в тупик. С запада угрожали разросшиеся до невиданных размеров орды зеленокожих, Теократия постоянно наносила болезненные уколы с востока, а светлые и темные эльфы продолжали сокращать свою, и без того скромную численность, в непрекращающейся вражде, вызванной давними обидами. Уже давно погиб в бою глупый король и развязавшая войну Великая Мать, а темные и светлые эльфы юга продолжали смотреть друг на друга, как враги. Никто не пытался положить конец бесконечной вражде, и тут из Империи Бахарут в родные леса вернулась одна беглая рабыня. Её звали Вим. Иллана встретила её в тот самый день, когда получила ранение. Беглянка впечатлила девушку своим длинным зачарованным клинком, и другими магическими предметами снаряжения. Все они оказались трофеями, добытыми в многочисленных стычках с рыцарями Империи. Чтобы послушать рассказ беглянки собралась вся деревня. Вим поведала, как сбежала от жестокого хозяина и скиталась, прячась от людей днем и воруя пищу ночью. Однажды она столкнулась с другим вором. Это оказался эльф полукровка. Он рассказал ей о целой стране эльфов, которая по его сведениям располагалась где-то на востоке. Они отправились туда вместе и, достигнув огромного леса в горах, столкнулись с разношерстным племенем эльфов, состоящих в основном из таких же беглецов и удерживавших этот лес под своим контролем. Она утверждала, что темные и светлые эльфы, а также эльфы полукровки жили там в полном мире и согласии. Каждому длинноухому там были рады. Каждого ценили и уважали, как сестру и брата. История Вим поразила слушателей, но самым шокирующим для Илланы стала новость, что дочери глупого короля и Великой Матери всё еще живы. Лиана жила в небесном замке Императора, а Тирана и её избранник, Лисандр, возглавили новое Королевство эльфов на востоке Империи. Иллана тут же загорелась новой идеей. Глупая вражда, подрывающая силы всех эльфов юга могла быть закончена, если эту историю услышали бы и светлые эльфы. В ту же ночь она пересекла границы удерживаемой территории и столкнулась с патрулем светлых эльфов. Она понимала, что это может случиться и оставила всё своё оружие в деревне. Словам безоружной и раненной пленницы, клявшейся, что она несет важное послание лидеру светлых эльфов, поверили на удивление легко. Девушку доставили в столицу и дали возможность передать сообщение. Разумеется, слушал Иллану не лично король, а один из его доверенных лиц. Может, великая вера в свои слова, а может, искренность намерений Илланы убедили мужчину, что её рассказ достоин внимания и его стоит повторить перед советом старейшин. Иллана еще неделю ждала ежегодного сбора старейшин, фактически, находясь в положении пленницы, а когда ей дали слово, растопила своим искренними речами о мире и братстве их очерствевшие от бесконечных потерь сердца. Девушка надеялась, что король светлых эльфов и Великая Мать встретятся для заключения мира, но её мечты разбились об суровую реальность. Вместо проведения мирных переговоров ей приказали отправиться в Империю и вернуть потерявшихся принцесс в родные леса. Когда это будет сделано, светлые эльфы будут готовы признать войну бессмысленной и подписать мирный договор. Всё, на что старейшины расщедрились в условиях войны с Теократией, чтобы помочь осуществить вылазку в Империю, это приставить к Иллане двух своих опытных рейнджеров. До границ территории светлых эльфов на обратном пути её сопровождала угрюмая и молчаливая Силлау и болезненно худощавая Оссу. За время пути от последней Иллана не услышала вообще ни одного слова. Она бы так и считала её немой, если бы на границе та грубым тоном не сказала: — Жду тебя здесь до завтрашнего полудня. Ты должна привести Вим. Если не появишься в срок от нас помощи больше не жди. Мы вернемся обратно в столицу. Получалось, что для сохранения помощи светлых эльфов, наивной девушке нужно было успеть добраться в приграничную деревню, отыскать там Вим, которая уже могла уйти в другое поселение и вернутся с ней назад. Иллана искренне пыталась осуществить поставленную задачу, но везде и всюду её преследовали неудачи. Сначала её задержал патруль соседней деревни. Выслушав длинные объяснения девушки, почему она идет с вражеской территории и почему её надо отпустить, ей почему-то не поверили. Иллану взяли под стражу и сопроводили в соседнюю приграничную деревню и бессмысленно продержали до утра в клетке для пленных. Только под утро нашелся тот, кто подтвердил слова девушки и ей позволили уйти в свою деревню. Там, взмокшая от быстрого бега Иллана узнала, что Вим уже отправилась в столицу Королевства и все её старания уже не имеют смысла. К полудню ей уже никак не удалось бы вернуться туда, где её ждали. План был провален. Кроме того, девушка была сосем не уверена, что Вим захочет рисковать своей жизнью и без приказа Великой Матери опять оправляться в опасное путешествие, через три человеческие страны. Существовал маленький шанс, что беглянка все же согласиться, поэтому Иллана продолжила её поиски, для чего в тот же день отправилась в столицу Королевства темных эльфов. Здесь череда неудач наивной девушки временно прекратилась, но ненадолго. Ей удалось довольно быстро разыскать Вим в столице, пока та не отправилась в родную деревню на западе, но на предложение вернуться в Империю та ответила твердым отказом. Видя расстройство собеседницы, Вим вручила ей свой зачарованный меч и пожала руку. — Я уже напутешествовалась, — с горькой усмешкой сказала она, — не хочу снова попасть в руки работорговцев и тебе этого не желаю. Будь осторожна. Развернувшись, чтобы уйти, Вим несколько раз поправила свой и так идеально подвешенный колчан и добавила: — Не будь наивна. Путь в Империю слишком опасен. Ты будешь голодать и в любую минуту тебя могут схватить жестокие люди. Лучше тебе не знать, что они могут захотеть с тобой сделать. Тебе не добраться к Восточным эльфам в одиночку, тем более, пока твоя правая рука повреждена. Если с Тираной ты еще сможешь встретиться, то Лиану вернуть ты точно не сможешь. Она не просто гостья во дворце Императора. Она его наложница и находиться в гареме и просто так он её не освободит. — Спасибо, многоуважаемая Вим, я запомню все ваши советы, — выкрикнула Иллана ей в след и сделала очередную глупость Никогда не покидавшая эльфийских лесов темная эльфийка в одиночку отправилась разыскивать пропавших принцесс. Следуя наспех составленной карте она чудом смогла достичь границ Империи. Используя подсказки случайных путников и огибая человеческие города, Иллана три недели шла на восток и добралась до окрестностей Имперской столицы. Девушка все еще не могла добывать пищу охотой и сильно изголодалась. Она попыталась раздобыть еды забравшись в амбар придорожной таверны. Позарилась на человеческие съестные припасы. Тут её и сцапали бдительные стражи правопорядка, проезжавшие мимо. Одинокая бродячая темная эльфийка в глазах стражников не могла быть добропорядочным гражданином Империи. Храбрая вылазка Илланы могла закончиться смертью в столичной тюрьме. После обвинения в воровстве имущества гражданина Империи, девушку никто не желал слушать. У неё отобрали ценное оружие и держали на хлебе и воде в крохотной одиночной камере, ожидая, что кто-то заинтересуется девушкой и внесет за воровку залог. Посиди она там еще недельку другую без выкупа и её перевели бы в общую камеру. Там её могли пустить по кругу сокамерники или бравые охранники, но судьба распорядилась иначе. После недели в темной и сырой одиночной камере её привели к начальнику городской охраны. Он приказал вымыть преступницу и даже выстирать её одежду. Девушка испугалась, что её отправят в бордель, но вместо этого её отправили в казематы секретной службы, располагавшейся в подвальных этажах императорского дворца. Глава тайной службы собирал интересующие Императора сведения и потребовал доставить всех пойманных в столице за месяц темных эльфов к нему на допрос. Кроме Илланы таковых в столичной тюрьме не оказалось, поэтому ей обеспечили особые условия. Она ожидала свидания с пыточной в личной камере недалеко по соседству. Пытки в империи были обычной практикой. Пытать приходилось не всех и не всегда. Многие выкладывали все, что знали лишь оказавшись прикованными наручниками к окровавленной стене и услышав чужие крики. Иллане пришлось ждать своей очереди весь день. Каких только криков и мольбы о пощаде она не наслушалась. Неизвестно как бы сложилась дальнейшая судьба девушки, если бы на её допрос не явился сам император. Наверняка бродячая воровка пошла бы на корм собакам, разорванная на части острыми крюками или умерев на дыбе. Иллану спасло не милосердие императора, а её чистосердечное признание, что она прибыла из Королевства темных эльфов, чтобы отыскать принцессу Лиану и её сестру Тирану. Они, по её утверждению являлись залогом прекращения войны в южных эльфийских королевствах. Такая интересная особа не могла не заинтересовать императора. Он отпустил её из-под стражи в тот же день. Девушке даже вернули её личные вещи. Пара стражников сама отправилась в тюрьму за их присвоение. Иллану отпустили не просто так. Она должна была завершить свою миссию — разыскать в дремучих восточных лесах неуловимую Тирану. Эльфийку поселили в приличную гостиницу и приказали ожидать дальнейших распоряжений от Императора. К ней не приставили охрану, но запретили покидать город и надолго отлучаться из своего номера. Девушке оставалось только ждать, как судьба распорядится ею дальше.