Проповедник

— Жди здесь, — бросил через плечо Бен, но нутром чувствовал, что черта с два она его послушается. Хорошо, следом за ним не побежала, но по сосредоточенному лицу Бен понял, что отсиживаться просто так Рей не намерена, а уже выходя в главный зал, услышал за спиной грохот на кухне. Решил не оборачиваться. Двери церкви были выломаны с мясом, щепки вперемешку с ошметками белой краски разлетелись по полу. — Дело к тебе есть, Преподобный. — Тот, что с перекошенной рожей, Грэг, кажется, затянулся сигаретой и швырнул тлеющий бычок на пол. Бен обвел глазами визитеров: всего одиннадцать человек, все — бойцы низшего и среднего звена, знакомых среди них он не обнаружил, оно и неудивительно, скольких Сноук угробил за последние пять лет? Грэг стоял впереди, несколько человек заняли позицию позади него, парочка вальяжно развалилась на скамьях в ожидании представления, а блондин, растянувшись в хищной ухмылке, держал за волосы Базин. Женщина истошно завопила, когда он сильнее дернул ее на себя, запрокидывая голову, а второй рукой удерживая за локоть. — Ну-ну, красавица, потише, — проворковал блондин над ее ухом, и Базин зажмурилась, истерично всхлипывая. Бен сделал глубокий вдох, длинный выдох, успокаиваясь. Безэмоционально заговорил. — Я слушаю. Грэг сделал шаг вперед, играя пистолетом. Ткнул им в сторону Базин. — Вот эта милая леди, которую мы встретили по пути, любезно рассказала нам, что та, кого мы ищем у тебя. Тупая дура… — Ай-ай, Падре, — протянул Пол-блондин, — нехорошо. — Отпустите ее и поговорим, она ни в чем не виновата, кроме своей глупости, — Бен обратился к Грэгу, он явно был главным. Разговаривать он, конечно же, ни с кем не собирался, просто тянул время, прикидывая, кого снять первым. Мышечная память — штука, вне всяких сомнений, хорошая, но он боялся, что его скорости и реакции хватит максимум на троих, прежде чем остальные сообразят, что происходит. — Э нет, Преподобный. — Мужчина присел на угол спинки скамьи. — Ты сейчас не в том положении, чтобы диктовать условия. Хотя, мы можем договориться, ты нам нашу девушку, мы тебе твою. Что скажешь? — Бен, пожалуйста… — рыдала Базин. Он промолчал, шумно выдыхая. Неравноценный обмен. — Да что ты с ним церемонишься, давай просто убьем всех и заберем мелкую сучку! — Заткнись, Пол, мы же в церкви, в конце концов, — рявкнул мужчина и повернулся к Бену. — Не стоит тебе в это ввязываться, Преподобный, она того не стоит. — Пожалуй, я не соглашусь, — хмыкнул Бен. Полуулыбка на лице Грэга сменилась холодным безразличием. — О, киса, слышала? Ты теперь наша, — Пол слегка ослабил хватку, но только чтобы сильнее намотать на кулак запутавшиеся темные волосы. Он уткнулся носом ей в шею, достал из-за пояса нож, поднес лезвие к щеке. Базин, захлебываясь слезами, жалобно заскулила, когда он провел острием от челюсти до виска и слизал с нее кровь. Долбанный психопат. — Ты не знаешь, с кем связался, — процедил главный сквозь зубы. Только вот все было с точностью до наоборот. — Где она?! — Не выдержал, вскочил с места. Видимо, надеялся испугать. Бен собирался достать Беретту через один, два… — Обыскать! — Я здесь. Пастор обреченно прикрыл глаза. Непослушная девчонка. — Легка на помине, — хохотнул Пол, который уже принялся лапать Базин за грудь. — Вали отсюда, Грэг, пока ещё можешь. — Рей тихо подошла к Бену, как была — в его рубашке и босая. Только теперь личико стало настолько жёстким, что ее с трудом можно было узнать. — Ты больше не можешь мне приказывать, ты знаешь, зачем мы здесь, так что не делай глупостей и сдайся сама, и тогда мы, может быть, пощадим пастора. — Нет, — сделала шаг вперед, оказавшись чуть впереди Бена. Краем глаза он увидел, что за спиной она держит два ножа — маленький и шинковочный. Невольно улыбнулся, когда она стала отгибать пальчики. Один. — Ну все, блядь, мне надоело… — взревел блондин. Два. Полоснул ножом по горлу Базин, но слишком небрежно — не убил сразу. Женщина упала на пол, хрипя и хватаясь за горло. Бен и бровью не повел, положил руку на ствол. Пол переступил через бьющуюся в предсмертных конвульсиях женщину, наступив в лужу крови. Три. Время замедлилось, виски стянуло точно железным ободом, сердце пропустило удар. Бен выхватил пистолет. Первой пулей он снял блондина — выстрел пришелся в голову, и тот присоединился к Базин на полу. Рей, зарычав, точно тигрица, метнула маленький нож в одного из стоящих сзади бойцов и бросилась на Грэга, тот даже успел крикнуть, что ее нужно взять живой, прежде чем в его голову воткнулось двадцатисантиметровое лезвие. Эффект неожиданности сыграл свою роль — Бен сразу смог застрелить еще двоих, прежде чем на него посыпался град из пуль. Только вот, сделав шаг, он поскользнулся и грохнулся в кровь, что натекла из глотки Базин. Из глаз полетели искры, он и забыл, что такое падать на спину, будучи почти стокилограммовой тушей, а ему, между прочим, уже не двадцать лет и даже не тридцать. Возникло желание проверить, не высыпался ли в трусы позвоночник. — Ебать… — закряхтел пастор и едва успел спрятаться за скамьей, но все же получил касательный в плечо.       Сиротливо стоящий стакан из-под виски разлетелся на осколки прямо рядом с его головой, в разные стороны полетели отломанные куски дерева. В Рей не стреляли, трое кинулись на нее, чтобы обезоружить, а оставшиеся трое пытались достать Бена. Он выстрелил несколько раз, не глядя, вроде, даже в кого-то попал, судя по стонам, только вот патроны у него на этом закончились… Сука, да чтоб тебя! Он сделал глубокий вздох, готовый броситься на них в рукопашную. Он, блядь, сквозь землю провалится, но не позволит им забрать Рей. Но очень кстати увидел лежащий рядом с телом Грэга пистолет. — Рей, пушка! — крикнул он, чуть успев пригнуть голову от очередного выстрела. Рей завозилась с ножом — большое лезвие застряло в черепе, и она никак не могла его вытащить, но в последний момент схватила пистолет Грэга и несколько раз выстрелила в живот одному из нападавших, сразу швырнула оружие Бену, а сама одним четким ударом перебила второму трахею. Придавила босой ногой голову Грэга и дернула рукоять ножа сильнее — вслед за лезвием в разные стороны полетели ошметки кости и мозгов. Через секунду он уже воткнулся в сердце третьего нападавшего. Если бы Бен не был непосредственным участником процесса, он бы просто стоял и любовался. Как у нее вообще получалось двигаться так быстро? Оставшиеся двое, видимо, прикинув, что шансов у них нет, покинули свое укрытие с поднятыми руками, моля о пощаде. Трусы. При Кайло Рене такого беспредела не было… Бен повернулся к Рей, та пожала плечами, мол, решай сам. Пастор молча двумя выстрелами уложил бойцов. Остался последний, тот, которого Рей нашпиговала свинцом. Он полз к выходу, оставляя за собой кровавый след, но недолго. Девушка же его мучения и прервала.       Бен дышал так, будто только что пробежал марафон, пропитанная потом рубашка неприятно липла к коже, длинные волосы задевали впившиеся в щеку мелкие осколки стекла, рана на плече неприятно горела, во рту был привкус металла. Он огляделся вокруг и ничего не почувствовал. Ни раскаяния, ни отвращения, был только бушующий в крови адреналин и облегчение, что все закончилось, словно не они только что положили отряд бойцов Сноука, да еще где. Все… привычно, и потому так страшно.       Рей, устало прикрыв глаза, присела на подлокотник скамьи прямо посреди всего этого кровавого месива. Бен, на ходу дрожащими пальцами выуживая из внутреннего кармана помятую пачку сигарет, молча опустился на скамью рядом с ней. С досадой обнаружил, что целой осталась только одна сигарета, сунул ее в рот, закурил — получилось только с третьего раза. Глубоко затянулся, позволив горькому дыму полностью заполнить лёгкие. Рей забрала сигарету, сделала парочку тяг, вернула. — Мне жаль, — тяжело выдохнула, глядя на Базин. Бен дёрнул плечом и скривился. — Даже мне не жаль… — Грустно усмехнулся. На Базин ему было плевать, она сама подписала себе смертный приговор, а вот на текущую у Рей из-под рубашки по бедру кровь — нет. Но девушку травма, кажется, несильно волновала. — Что мы будем делать? — спросила. — Ничего, — пожал плечами Бен. Он с самого начала схватки понял, что они здесь не останутся. Как только отряд не выйдет на связь, здесь через пару часов будет все кишеть рыцарями. Да и эту кровь с пола церкви уже никакой святой водой не отмыть… — Что ты имеешь в виду? — Рей вскинула бровь. — Мы уезжаем, — жестко ответил. Похоже, чересчур, потому что Рей, слегка дрогнув, только поджала губы и коротко кивнула.       Бен поставил выломанную дверь к проему, выключил свет, искренне надеясь, что никто ничего не услышал, благо, церковь находилась достаточно далеко от поселка. — Перевяжешь меня ещё раз? — неуверенно спросила Рей, когда мужчина остановился рядом с ней, чтобы помочь встать и дойти до жилой части. — Конечно, — непонимающе хлопнул глазами. Она спрашивала так, будто он мог бы ей отказать. Добравшись до кухни, девушка, опираясь о стену, двинулась прямиком в ванную. У двери остановилась и подняла на Бена виноватый взгляд. — Ты… — запнулась, смешно сморщила нос. — Ты мог бы пойти со мной? Мне нехорошо…       Бен, задохнувшись, прочистил горло, согласно кивнул и последовал за ней. Рей неловко стянула рубашку и включила душ, отвернувшись к стене. Трусы на ней надеты всё-таки были, хотя что есть этот жалкий, теперь ещё и мокрый, клочок полупрозрачной ткани, что нет — разница небольшая. В какой-то момент она пошатнулась, и Бен, не думая, ступил под воду, придерживая девушку. Почувствовал, как под его огрубевшими пальцами бархатная кожа покрылась мурашками, и едва не умер на месте. Собрав всю свою волю в кулак, помог ей смыть остатки чужой крови и, накинув на нее полотенце, повел в спальню. Ему и самому было бы неплохо помыться и снять с себя изгвазданную одежду, он в крови Базин и Грэга вообще почти что искупался, но свои собственные нужды сразу отошли на второй план. Конечно же, шов разошелся, но все было немного лучше, чем он ожидал. Бен честно пытался не пялиться на обнаженную грудь. Небольшую, но такую аккуратную, соблазнительную и… Он вернулся к своему делу, а пока занимался раной, старался при этом не заработать косоглазие. Сама Рей отвернулась в другую сторону, только пальцы левой руки нервно перебирали одеяло, а когда Бен нечаянно сделал ей больно, вцепилась в его раненое плечо, но услышав сдавленное шипение, испуганно уставилась на мужчину. — Ты ранен? — Херня, лежи спокойно, — нахмурился, делая последние стежки. — Готово. — Наложил повязку, плотно прижав бинтами, чтобы наверняка. — Спасибо, — Рей поспешила завернуться в покрывало, поморщившись, села на кровати. Убрала ему за ухо волосы, деловито взяла его подбородок и повернула в сторону, разглядывая щеку — Нужно обработать. И руку тоже. — Потянулась за развороченной аптечкой. Бен перехватил ее руку — сам не понял, чего испугался. — Отдохни лучше, это пустяки. Рей с интересом наклонила голову, хмыкнула. — Я не фарфоровая, Бен, — сказала почти с обидой, — ты уже достаточно помог мне, позволь и мне сделать что-нибудь? Пастор, немного поколебавшись, кивнул. — Снимай рубашку, — приказала со знанием дела. Бен повиновался и увидел, как девушка закусила губу и залилась краской. Осознание, что не только он находит ее привлекательной, заставило пульс участиться. — Садись на пол, мне так удобнее будет.       Следующие полчаса, пока Рей латала его то тут, то там, касаясь кожи холодными мягкими пальчиками, а потом еще и ногу к его спине прижала, потому что та затекла, Бен искренне благодарил себя за то, что классическим брюкам предпочитал черные плотные джинсы, иначе его стояк было бы и в поселке видно. — Все, заклеивать не буду, все равно ещё мыться пойдешь. Он мог бы вот всю жизнь просидеть рядом с ней, но у них было не так много времени, чтобы убраться подальше отсюда. Сказал Рей, где лежат документы, попросил собираться, а сам поплелся в душ. Встав под поток ледяной воды, закрыл глаза и прислонился лбом к холодной плитке. Зарычал, ударил кулаком в стену. За несколько часов все, к чему он привыкал, пять долгих лет заново учился жить, превратилось в ничто, но единственное, о чем он сейчас мог думать — это Рей. Когда он вернулся в комнату, она уже собрала все его вещи, которых в общем-то было не так уж и много, в небольшую спортивную сумку, и сидела на кровати, держа в руках фото, а рамке. — Это твои родители? — спросила, не поднимая глаз. — Да, — Он присел рядом с ней, забирая фотографию. Они — два напрочь отбитых психа, раз могут вести себя так, будто прямо за стеной не лежит двенадцать трупов. — Где твоя мать? — Они развелись, когда мне было десять. С тех пор, как я ушел к Сноуку, мы не общаемся. Рей ничего не ответила и, забрав фото, положила его в сумку. Вопросительно посмотрела на Бена. — Сейчас погоню машину и поедем.       Гараж, вернее ветхая развалюха, находился в пятистах метрах от церкви. Бен так и не нашел в себе сил отремонтировать его после смерти Хана и сам удивлялся, как этот сарай еще не рухнул. Очевидно, только с Божьей помощью, не иначе. Старенький серый Ford Falcon шестьдесят седьмого года был единственным, что осталось в память об отце. Не считая церкви, конечно. Бен завел машину. Стрелка указателя топлива остановилась на половине бака. Долго не размышляя, пастор слил четверть бака в канистру, оставшегося должно было хватить, чтобы дотянуть до ближайшей заправки. Поставив канистру в багажник, Бен осмотрел гараж в поисках того, что ещё могло пригодиться. Ящик с инструментами и так лежал в машине — Falcon просто обожал ломаться в самый неподходящий момент — поэтому Бен взял только дробовик, Глок 17, маленький «дамский» револьвер и патроны, которые кинул на заднее сиденье и прикрыл парочкой пледов.       Когда он вернулся к церкви, Рей уже вышла на улицу через задний ход и нервно приминала ногой сухую траву. — Иди к машине, я сейчас, — Бен был очень сосредоточен, поэтому опять получилось грубо. Рей, косо глянув на канистру, забрала у него ключи. — Возьмёшь сумку? Я не смогла поднять, — она машинально коснулась раны, разглядывая свои ботинки. Боже, она же, мать ее, киллер! Профессиональный убийца. Так почему Бену хотелось все бросить, сгрести ее в охапку и успокоить? — Ну разумеется, — он слегка улыбнулся, на этот раз проконтролировав интонацию. Меньше всего он хотел, чтобы Рей думала, что он на нее злится.       Девушка, прихрамывая, поплелась к машине, Бен же зашёл внутрь и сразу направился в спальню. Подхватил сумку, перекинув ее через плечо, засунул в карман колоратку, оглядел свое маленькое жилище и откупорил канистру. Но прежде, чем начать, забрал из маленького потайного отделения в тумбочке два золотых обручальных кольца. Теперь можно было идти. Плеснул немного бензина от задней двери до входа в церковь, вышел в главный зал и обильно полил трупы, чуть разлил по периметру. Вырубил предохранители, на всякий случай, чтобы не рвануло, когда проводка загорится, и вышел на улицу. Остатки бензина вылил на порог. Подошёл к Рей, кинул канистру и сумку с вещами на землю. Ещё один, последний, раз посмотрел на обшарпанные белые доски, старый черный рубероид, небольшую башню с колоколом, в который он так ни разу и не позвонил. Похлопал себя по карманам в поисках зажигалки и вспомнил, что оставил ее внутри. Кажется, где-то были спички… Рей, словно прочитав его мысли, нашла в сумке коробок, протянула ему. А ещё достала полупустую бутылку виски. У Бена даже откуда-то взялись силы удивиться. Но нет, пить его Рей не стала, а запихала туда небольшой кусок ткани, судя по рисунку, она, вместо того, чтобы выкинуть, разодрала на тряпки его залитую кровью рубашку. Тяжело выдохнув, отдала бутылку Бену. — Ты уверен, что это действительно необходимо? — спросила, все ещё хмурясь. — Да. — Бен был непреклонен. — Скоро здесь будут рыцари, там повсюду мои отпечатки, им понадобится не очень много времени, чтобы сложить дважды два. А так, даже если она не целиком сгорит, пока будет работать служба спасения, они не смогут сюда сунуться. У нас будет несколько часов форы. Скривившись, она отдала ему бутылку. Пастор поднес зажженную спичку к пропитавшейся спиртом тряпке, та мгновенно вспыхнула. Он замахнулся. — Прости, отец… — прошептал и кинул бутылку на крыльцо. Языки пламени в мгновение ока поглотили вход в церковь, стремительно продвигаясь дальше. Дерево чернело, краска скатывалась на глазах. Еще немного, и без того жаркий ночной летний воздух станет совершенно невыносимым, наполнится запахом горелой плоти. — Извини меня, — Бен услышал рядом с собой тихий шепот. — Я не должна была оставаться. Мужчина оторвал взгляд от церкви и посмотрел на девушку. Рей, казалось, боролась с собой, чтобы не заплакать. — Ты ни в чем не виновата, — это была чистая правда. После всего, что ему пришлось пережить, он бы просто не смог бросить Рей на произвол судьбы. Он ощутил невесомое касание на своей руке, застенчивое, утешающее, будто спрашивающее разрешения, и только этого оказалось достаточно, чтобы сердце пустилось в галоп. Бен тут же отозвался и переплел ее пальцы со своими, сжал сильно, словно боялся, что она передумает. Ради этого момента можно было и целый город спалить. Оба снова посмотрели на пылающее здание. Им нужно было как можно быстрее убираться отсюда, пока в городе не заметили пожар. — Куда мы поедем? — спросила Рей. — Куда захотим, — Бен пожал плечами, — но сначала навестим старого друга. Рей резко развернулась, в недоумении уставившись на мужчину. И открыла рот, когда поняла, что он не шутит. — Ты рехнулся? — Она одарила пастора таким взглядом, что на мгновение Бен испугался за свою жизнь. — Я бежал пять лет, Рей. Пять гребаных лет. Мне осточертело просто существовать, оглядываясь назад. Мы не сможем бежать от прошлого всю жизнь, значит, придется его убить. Бен неотрывно смотрел в обеспокоенные ореховые глаза, ожидая ответа. Помолчав некоторое время, Рей обреченно покачала головой. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

***

      Им предстояло проехать ни много ни мало две тысячи миль. Они были в пути уже несколько часов, начинало светать. Рей почти сразу отключилась, свернувшись калачиком на пассажирском сиденье. Он и сам уже порядком вымотался, а то, как это маленькое хрупкое создание так долго продержалось, вообще было чем-то на грани фантастики. Когда легкая внутренняя дрожь, возникшая от пережитого стресса, усталости и банального недосыпа, стала доставлять дискомфорт, Бен решил, что надо хоть немного отдохнуть. К счастью, по пути им очень кстати встретился небольшой аутлет с парочкой дешевых магазинов, кафешкой и заправкой. Припарковавшись, он посмотрел на Рей. Девушка все еще мирно посапывала, будто спать в движущейся машине было для нее чем-то само собой разумеющимся. Бен аккуратно убрал упавшие на глаза волосы, слегка коснувшись пальцами щеки. Неосознанно улыбнулся, когда девушка мило сморщилась, несильно потряс ее за плечо. — Рей, просыпайся. Она недовольно засопела, приоткрыла один глаз, глядя на пастора, а потом, похоже, осознала, где находится, и подскочила так резко, что коленкой открыла бардачок. Потерла глаза. — Где мы? — Огляделась по сторонам. — Недалеко от Орд-Траси. Как ты себя чувствуешь? — Как будто у меня дыра в животе, — усмехнулась, разминая затекшую шею. — Как насчет завтрака? И думаю, нам стоит переодеться. Тебе так точно. — Убила бы за бургер! — воодушевилась Рей. Бен нервно засмеялся. — Может, все-таки просто купим? Девушка игриво прищурилась, хмыкнула. — Ну ладно, уговорил, — махнула рукой и полезла в сумку, что лежала на заднем сиденье, достала оттуда свои документы, потрогала покрывало в нескольких местах и удивленно вскинула бровь. — Глок, чур, мой. Бен чуть не поперхнулся, она что, на ощупь узнала? — Как пожелаешь, — улыбнулся. — Идем.       На парковке у магазина почти никого не было — несколько простеньких машин, и то они, вероятнее всего, принадлежали продавцам. Кто вообще приезжает в эту глушь? Рей, ощупав рану, удалилась в уборную вместе с остатками аптечки. Бен порывался помочь, но девушка его остановила, аргументировав тем, что они вдвоем в кабинке женского туалета будут выглядеть, по меньшей мере, странно. Поэтому пастору ничего не осталось, кроме как заказать им еду и ждать. Рей появилась точно, когда приготовили бургеры, словно чувствовала. Его рубашка — светло-голубая в полоску — с закатанными рукавами вполне могла сойти за модное сейчас у молодежи свободное платье и смотрелась на девушке очень органично. — Все в порядке? — первым делом спросил Бен, пододвигая Рей ее бургер, картошку и кофе. Она коротко кивнула, разворачивая бумагу с таким видом, будто это не булка с котлетой, а фуа-гра. Бен, не отрывая взгляда от девушки, откусил бургер. И, о Боже, такого дерьма он еще не ел — корова, а может и свинья, судя по жесткости, и так умерла миллион лет назад, а к ней еще и безвкусной сои добавили. Бен едва смог прожевать и проглотить кусок, пришлось даже водой запивать. Отложил бургер в сторону. Реакция Рей слабо отличалась, но она просто вытащила котлету, саму булку с подобием свежих овощей доела. Картошка так сильно его не разочаровала, нет, она конечно тоже была дерьмовой, но навеяла ему воспоминания о детстве. Тогда очень мягкая, жаренная в горелом масле, перемороженная, будто порошковая картошка казалась самым вкусным лакомством на свете. После завтрака немного полегчало, по крайней мере, руки больше не тряслись. Но засиживаться долго они не могли, надо было быстро купить Рей одежду и сваливать. Выбор магазинов был невелик, но девушка все же смогла найти более-менее пристойные шмотки. Бен вызвался пойти с ней, и не просто так, для его плана, одежда ей нужна была особенная. Он быстро прошелся по магазину и сунул в руки ошарашенной девушке несколько платьев. Рей молча отправилась в примерочную, напоследок бросив на Бена еще один подозрительный взгляд. Сам он в соседней примерочной переоделся в одну из своих черных пасторских рубашек. — Как у тебя дела? — позвал свою спутницу. В ответ услышал тонну отборнейшего мата. — Что, неужели ничего не подходит? — Я это носить не буду… — пробурчала Рей. — Да ладно, не может быть все так плохо. Дай мне посмотреть, — протянул мужчина.       И Рей, отпустив еще пару грязных ругательств, нервно отдернула шторку примерочной. Закатила глаза, развела руками, а Бен довольно улыбнулся. — Идеально! — Хлопнул в ладоши. Нежно-голубое платье из мягкой материи длиной чуть ниже колена с небольшим вырезом-лодочкой прикрывало все, что должно было прикрыть, а под расклешенной юбкой даже не будет видно выбранного ей пистолета. Да и как бы Рей не возмущалась, оно ей действительно шло и эффектно подчеркивало все ее достоинства. В голове сразу сформировалась непрошенная фантазия, в которой она — одна из его скромных прихожанок, пришедших покаяться в грехах. О, она бы долго вымаливала прощение… Бен тряхнул головой и махнул продавцу! — Мы берем! — Что? — Рей округлила глаза, скрестив руки на груди. — Нет! — Да, — улыбнулся Бен, — потом объясню.       Гневно засопев, Рей фыркнула и демонстративно пошла в отдел нижнего белья. Туда за ней следовать пастор не решился. Жизнь ему была дороже, а маленькая киллерша была не из тех, с кем хочется шутить. На самом деле, она пусть и была слабее физически, но оказалась невероятно быстрой и ловкой — пары точных ударов хватило бы, чтобы Бен если не сдох, то с земли уже точно никогда не поднялся. Мужчина остался сидеть на маленьком неудобном пуфике около кассы. Через пятнадцать минут Рей, определенно назло, кинула на прилавок два комплекта белья и пустую вешалку с ценником (значит, один она уже надела) так, что кружевные трусы чуть не приземлились прямо пастору на голову. Следом туда же полетели джинсы и пара маек, а продавец так обрадовался, что даже сделал скидку на сумму бежевых балеток к платью. Заплатить девушка Бену не позволила, лихо отсчитав наличку из своей документницы. — Ну и что это был за цирк? — спросила, когда они вышли на парковку. — Зря ты так, тебе очень идет, — пожал плечами. — Я не ношу платья, не такие… — Поправила пояс. — Придется немного потерпеть. Жены пасторов другие не носят. — Что? — Рей уставилась на мужчину, брови поползли к волосам. Бен, хохотнув, достал из кармана колоратку и ловко нацепил. — У нас с тобой на заднем сиденье куча оружия под покрывалом, а тебя ищет Сноук. Если не хотим неприятностей, конспирация — залог успеха. — Так бы сразу и сказал, — Рей, несильно пнув его, кинула пакет с вещами в багажник. — Ну поехали тогда, Преподобный, — съязвила. — Еще один штрих, — Бен, подняв вверх указательный палец, полез в карман, достал кольца. — Их носили мои родители, — пояснил, пока Рей не напридумывала себе ничего лишнего. Сразу надел свое, потянулся к левой руке девушки и аккуратно одел кольцо на безымянный палец. Заметил, как она смущенно покусала щеку и залилась краской. Бен, хитро ухмыльнувшись, открыл ей пассажирскую дверь. — Прошу, миссис Соло.