Месяц август

Зима неумолимо заметала деревню снегом, её обитатели, и так не привыкшие часто ходить в гости, вовсе не покидали свои имения. Кузнецовы не поехали в город, так что, как закончились метели, Ирина всё же нанесла визит Арсению. От Рождества уже остались лишь воспоминания, потому они просто пьют чай и читают. Иван прислуживается как может. Он быстро понял, что девушка тут лишь на правах подруги, а потому было бы не лишним завоевать её хорошее отношение, глядишь, когда что и скажет о хозяине или поможет. Арсений никогда не был человеком открытым, и большого труда стоило знать не только о его мыслях и планах, но даже и о делах. Иван сам следит за приготовлением самовара и прочих вещей, приносит дров, а потом даже предлагает варенья из запасов, что не любил обычно растрачивать на гостей. Арсений улыбается себе в чашку, но ни слова не говорит. Ирина горячо увлеклась книгами. В деревне и в компании только лишь семьи она сильно заскучала, пусть девушка она молодая, но уже привыкшая к свету и каким-то делам, гостям, а тут-то пусто. Так что и за учебники, и за романы ухватилась она с одинаковым рвением, пролистывая все предоставленные книги, чтобы сейчас же задать вопросы, коли они появятся, а то неизвестно когда можно будет снова выбраться из дому. Разговор их медленен и прерывист. Иван со своим громыханием вещами и симуляцией делового человека сейчас из них самым громкий. Пока Ирина читает, Арсений начинает писать. При посторонних он не позволяет себе сильной эмоциональности, а потому обдумывает слова тщательнее, чтобы не черкать в листах. Спустя время, Ирина заметила это и тихо отложила своё занятие. — Что такое? — Арсений вздрагивает, через несколько минут заметив её изучающий взгляд. — Ты так увлечён, стало интересно понаблюдать. — Рад, что этот ужасный этикет с «выканьем» наконец оставлен. — Опять переводишь тему, — Ирина хмурится, её чёткие брови придают лицу ещё более строгое выражение, что вызывает в Арсении скорее умиление. — Давай покажу кое-что, а ты не будешь боле сердится и допытываться. Стихи. Последнее слово тут же произвело на девушку впечатление. Она отставила чашку и вся подалась вперёд, словно Арсений уже начал их читать. Он улыбнулся и вытащил откуда-то словно приготовленный намного заранее листок. Ирина жадно вцепилась в него и пальцами, и глазами, на время предоставляя Арсения самому себе. Арсений в спешке дописывает несколько строк, видно боясь позабыть мысль. Пока оба заняты, Иван, совершенно забытый, тихо выбирается в коридор, мотая себе на ус всё услышанное.

***

Дни, хотя короткие, тянулись будто бы дольше летних, Арсений проводил их почти полностью за письменным столом. Он писал Антону да управлял имениями. Но больше всё же писал по новым делам. Почти вся почта, что собирали раз в неделю (неслыханно часто для этой деревни) была из дома Попова. Редко когда набиралось три письма из других домов. Дворовые люди даже поговаривали, что так хорошо наладили почту исключительно из-за графа. Ирина стала приходить чуть чаще. Арсений стал рассказывать намного больше. Девушка читала некоторые стихи (обычно те, что Арсений всё же не рисковал вписывать в письма) и даже письма. В этом странно-тихом доме она порой чувствовала Арсения юношей, а себя намного старше. Он стал чаще впадать в некую грусть и задумчивость, совершенно ни с кем не говорил кроме Ирины и Ивана, даже когда в прошлый раз заглянула Ольга Николаевна, он не смог поддержать разговор. Стало ясно, что Арсения гложут спрятанные глубоко чувства и, возможно, какие-то происшествия, что он не смеет никому рассказать. Только в одном случае он становился по-старому энергичен — когда погружался в свои деловые переписки. Ирина не раз наблюдала, как загораются его глаза некой духовностью, но вместе с тем азартом и даже жестокостью. Однако стоило только его окликнуть, как он одергивал себя и тушил этот странный взгляд. Лишь в феврале Ирине удаётся выяснить, что хоть пишет Арсений многим, но в основном всё кружится вокруг князя Выграновского. Из-за военного положения верхи не тратят силы на выяснения ситуаций во дворянстве, давая таким людям, как князь, время и место на осуществление их планов разного характера. Ирина не доверяет князю, боится его скрытых идей и больше всего боится, что Арсений впутается в какую-нибудь опасную ситуацию. Она также видела, что во время возбуждения, несколько нервного, между прочим, с Арсением тяжелей говорить, потому для разговора дождалась его тоскливого настроения. Они сидят в креслах совсем близко друг к другу, раскладывая книги на прочитанные и нет. Ирина решается спросить о всём сразу. — Что тебя так сильно тревожит? — она с озабоченным видом заглядывает ему в лицо и ловит секундную гримасу недовольства, — Что с твоими чувствами к Антону? Что с твоими планами и делами? — Не волнуйся обо мне, это всё сущие глупости. Пройдут вместе с холодами. — Ты пишешь ужасные стихи, почти не ешь, не спишь, читаешь письма чаще, чем видишь людей и всё ещё говоришь, что это глупости? Арсений, отбрось свою тоску и меланхолию, — Ирина улыбнулась, поправляя рукой его разлохмаченную чёлку. — Я чувствую необъяснимую апатию. Между нами слишком, слишком много городов. И я не знаю, вернётся ли он. — Конечно, вернётся, с ним ничего не случится. — Да, такие, как Антон, нечасто оказываются везучими, но он тут явное исключение. Вернётся ли он сюда — не знаю, — он выделяет голосом это «сюда», давая Ирине понять всю глубину переживаний. — Поэтому ты пойдёшь к князю? — Что? Не-ет. Нет, это дело ещё старое, там я неспешно, но всё решаю. А откуда ты знаешь? — Его дочь ко мне приходила. Если быть откровенной, я хотела прогнать её из дома, но как только сёстры и матушка вышли из комнаты, она обернулась сущим ангелом, я даже поверила! — Я не удивлён, — Арсений искренне смеётся, — Её отец точно такой же. — Так зачем он тебе? И ты ему? По виду не скажешь, что он ищёт помощников. — Видом это показывать нельзя, конечно. Но, как выражался Антон: я «удовлетворяю его высокие требования». — Значит, Антон знает? — Не совсем, — было видно, что этот вопрос тоже терзает Арсения, — Он знает, что я имел разговор с князем. — Тебе нужно быть чуть более открытым, — Ирина вздохнула. Но закончить разговор им не дали. Иван робко заглядывает в дверь: хозяин не любит внезапных гостей, особенно теперь. — К Вам приехали. — Кто? — удивились Арсений и Ирина в один голос. — Барышня Выграновская. Снизу послышалось нервное копошение слуг. Ирина испуганно глянула в окно, Арсений встал и несколько побледнел. Её приезд не вызвал бы таких чувств в любое другое время, но прерванный приездом разговор именно о Выграновских расшатал всем нервы. Удивительные совпадения иногда сильно влияют не только на мгновенные чувства, но и на дальнейшие наши действия, так и Арсений сейчас твёрдо решил, что гостья эта неспроста попала в такой момент. — Это знак Божий. Ирина, подождите здесь с минуту, — он говорит это шёпотом и поспешно сбегает вниз, в гостиную. Ирина качает головой, даже эта вера в Бога, особенно в мелочах, не в характере Арсения, но последний месяц сделал из него сумасшедшего. Эдуарда Выграновская ростом много выше Ирины, почти ровня самому Арсению, черноволоса, с нетипичным, но привлекательным, лицом. Отведя от неё взгляд, хотелось посмотреть вновь, что-то удивительное было в ней. Одним своим видом привносила в дом статность и силу воли. Её обыкновенно тёмные одежды придавали не загадочности, как часто бывает, а угрозы, словно в дом входила большая дикая кошка. Никто не смел сказать такие сравнения вслух, но у большинства они были на уме, включая её отца. Однако стоит провести с ней больше времени, а тем более завести дружбу, как становятся видны добрые искорки в глазах, тут же неловкие, против обычных высокопарных, разговоры. Весь её угрожающий образ вмиг покажется тогда напусканным. Арсений, в силу своего особого опыта, хорошо читает людей. Сейчас же он увидел в Эдуарде это тепло и скрытую улыбку. И тут, неожиданного для всех и самого себя, улыбнулся. — Отец много говорил о Вас, — она по своей привычке начинает с дела, даже без приветствия, — Очень много. — А мы о Вас знаем, напротив, мало. Ирина не стала долго ждать и тоже спустилась к ним. Её слова смутили Эдуарду, и она раньше, быть может, чем хотела, показала свою смущённую улыбку. — Я тут помешала… — Нет, Вы не так поняли, я лишь подруга, а сердце Арсения… — Совершенно свободно от девушек, — поспешно перебивает он и сам смущается своих слов. Ирина смотрит на него с толикой осуждения, Эдуарда с непониманием, что вообще происходит, Арсений же внимательно разглядывает собственное плечо. — Ну так я по делу, — всё же вновь берёт себя в руки гостья, — После разговоров отца я решила, что нам необходимо познакомится, Арсений. Если позволите. Он наконец задерживает взгляд на её ясных серых глазах и учтиво улыбается. Выграновская привлекала, хотя нельзя было сразу сказать, чем. Арсений, ведя её к креслам, успевает подумать, что ровно такое же чувство излучает и её отец. Эдуарда не говорит ни о слова о том, как узнала, где живёт Арсений, как попала в деревню и прочие бытовые вещи. Она много говорит о Петербурге, о политике, много расспрашивает и Арсения, и Ирину и, опять же, ни слова о войне. Уезжает поздно, вместе с Ириной, которая успевает переменить свою изначально не очень лестное мнение о княжне. Арсений, провожая девушек, ловит себя на мысли, что Эдуарда теперь прочно войдёт в его жизнь, и оказывается прав. Следующий месяц княжна приезжает более пяти раз, иногда с письмами от отца, а иногда и без причины.