Прожить заново

      Какаши на автомате брел по оживленным улицам Конохи, мастерски лавируя между прохожими, прекрасно знакомым для себя маршрутом. Все его мысли в этот момент были наверное до краёв заполненные одной очень вредной и непоседливой, но при этом невероятно милой и доброй девушкой по имени Наруто, к которой он и спешил. Все эти мысли роем проносились в голове мужчины буквально со скоростью света, оставляя за собой лишь некий флер предвкушения от грядущей встречи с той, кто каким-то чудом растопил и покорил его окаменевшее сердце своим невероятным упорством и внутренним светом. Ещё никогда в жизни Какаши не ощущал нечто подобное — всепоглощающее счастье, жгучая ревность, дикий, буквально животный страх и лютая ненависть. Совершенно противоречивые чувства, являющиеся тонкими гранями одного его единственного «люблю», вертевшегося где-то на самом кончике языка при виде дочери его сенсея. Хатаке хотелось спрятать Наруто от всех сальных взглядов, подобных тому, который бросал на неё Забудза в стране Волн, коих с каждым днем становилось только больше. Шутка ли, но дочка Хокаге буквально на глазах расцветала из нескладной непоседы и головной боли окружающих в сногсшибательную красотку, приковывающую к себе все мужское внимание. Боже, да он на полном серьёзе хотел полностью оградить Нару даже от друзей противоположного пола, что уж говорить про посторонних. Хотя, если быть совсем уж объективным и честным, наверное Какаши хотел бы скрыть эту безрассудную девицу вообще от всех людей! Выкрасть и запереть где-нибудь, чтобы словно злой дракон из старой сказки, так любимой в детстве блондинкой, и оберегать её сильнее, нежели самое драгоценное сокровище этого мира! Впрочем, копирующий ниндзя прекрасно знал, что он никакой не дракон, а самый обыкновенный дворовый пёс, желавший оберегать ту, кто проявила к нему крупицу доброты. Сама же Наруто была отнюдь не принцессой из этой истории, мирно сидящей взаперти в ожидании своего принца на белом коне. Учитывая живую и деятельную натуру этой девушки, она, в прямом смысле этого слова, по кирпичикам разбирала бы свою тюрьму, нашинковала похитителя и спасла бы своего принца от необходимости вообще что-то делать и куда-то идти, при этом накормив вкуснейшим рагу из дракона. Поэтому, попытайся Хатаке вытворить что-то подобное, его самого бы закрыли в какой-нибудь дальней кладовке в крайнем углу квартиры Хокаге, намертво заперев парой высокоранговых печатей, так что даже хозяин дома без своей дочурки не вскроет этот замок.       — Бред какой-то! — грустно усмехнулся Какаши, на эти странные мысли так и гуляющие по его голове, которые назвать как-то иначе, кроме как откровенным сумасшествием, язык у него просто не поворачивался. Одновременно с этим он мимолетно осмотрелся, чтобы понять, далеко ли ещё идти до дома Хокаге, ибо опаздывать сегодня он точно не собирался. Хатаке наверное впервые в своей жизни полностью осознал смысл слова «соскучился». Даже в детстве, когда отец уходил надолго на миссии, он не испытывал подобных разрушительных эмоций… Ему не хватало Нару наверное уже на каком-то физическом уровне, её улыбки, объятий и звонкого смеха, лёгкого аромата духов, подаренных им же на прошлый день рождения. Слишком долго они были порознь, без малого месяц, не считая сегодняшнего мимолетного взгляда, Какаши не видел ту, что пленила его разум и сердце, полностью завладев всеми мыслями. Это, казалось бы детская, для взрослого мужчины причина, в буквальном смысле сводила его с ума. Наверно поэтому, что будет с ним дальше, копирующий ниндзя даже думать не хотел. Ибо, если сейчас, в её почти четырнадцать, ему так откровенно сносит крышу, то что же произойдёт, когда Нару наконец-то исполниться восемнадцать. Впрочем, что именно он будет с ней делать, когда эта чертовка вырастет Хатаке прекрасно знал, искренне надеясь, что до того времени его не упекут в больничку, в палату с мягкими стенами…       — Хей, Какаши! — раздался на всю улицу через чур бодрый громогласный оклик, а из толпы неожиданно вынырнуло слишком яркое, для серой улицы, зелёное пятно и наглым образом попыталось повиснуть на тушке неуспевшего сбежать мужчины. Однако, отработанные до идеала рефлексы бывшего капитана АНБУ оказались гораздо быстрее, и Хатаке плавно увернулся от нежеланного приветствия, не сразу осознав что именно здесь произошло. — Опять не вышло! — ничуть не изменившись в тоне, энергично выдал Майто Гай, повернувшись к тяжело вздохнувшему собеседнику, осознавшему, какую в очередной раз судьба положила ему свинью, ибо этого парня, — по понятным для себя причинам, — он не желал видеть в ближайшую пару сотен лет.       — Привет. — сухо отозвался Какаши, кожей ощущая на себе пристальный взгляд «друга», совсем недавно буквально разрушившего его привычную жизнь, вероломно растоптав чувства и всякую надежду на взаимность. И плевать он хотел, что сделал это Гай абсолютно точно не специально, да и сама судьба уже успела вернуть в прежнее русло жизнь своего «любимца»… Хотя, по правде говоря, эта стерва не просто возвратила все на свои места, а резко развернула и превратила её в чёртов водопад, так и норовящий унести куда подальше остатки его здравого рассудка.       И вообще, если этот придурок искренне считал Какаши кем-то вроде своего близкого друга или лучшего соперника, то должен… Нет, он просто обязан был догадаться о его нежных чувствах к Наруто, как это сделали Куренай и Асума! То, что догадалась обо всем именно Юхи, которая и посвятила «по большому секрету» сына Третьего о не совсем уставных отношениях в команде номер семь, он думать совершенно не хотел. Сам Хатаке узнал обо всем сразу после их с Наруто примирения. Эти двое, сразу после окончания промежуточного этапа экзамена на чунина, — На котором они с Нару в буквальном смысле стали звездами драмы! — обступили своего бывшего одноклассника и потребовали подробный и обстоятельный рассказ, пригрозив, что не отпустят его пока обо всем не разузнают. Как выяснилось позже, эта сладкая парочка, как впрочем и Гай, искренне считала, что взбалмошная дочурка Хокаге, подобно большинству девушек её нежного возраста, уже давно переросла первую детскую влюблённость в своего наставника и выбрала в качестве объекта обожания кого-то из своих ровесников — благо кандидатов у девушки было в изобилии. Главными из которых были наследники сильных кланов — Саске Учиха, Шикамару Нара и Акимичи Чоуджи. В пользу этой троицы было ещё и то, что все они были ещё со времен академии очень близки с дочерью Хокаге, а некоторые и гораздо раньше… Впрочем, учитывая просто чудовищную харизматичность, редкую красоту и, неоспоримую силу и гениальность Наруто Намикадзе, в которую ещё в бытность её обучения была влюблена добрая половина парней с совершенно разных потоков, этот список тремя очевидными кандидатами точно не ограничивался. Так вот, узнав, что у Нару все же вышло влюбить в себя такого старого и нелюдимого сухаря, как Какаши, а затем и всю эту эпопею с произошедшим недавно недопониманием, причиной которого невольно стал Гай, эти двое вновь, как и когда-то, узнав о будущей невесте Какаши, сложились пополам от громкого хохота. Единственное, что спасло этих двоих от гнева копирующего ниндзя, было его благодушное настроение и нетерпеливый взгляд Минато, буквально прожигающий его затылок, на руках которого покоилась мирно посапывающая главная героиня их разговора. Напоследок же Асума дал ему очень дельный и до ужаса простой совет — поменьше верить всяким сплетням и почаще говорить с самой Наруто о том, что его беспокоит и тревожит, чтобы избежать в будущем подобного хаоса. И, честно говоря, Сарутоби в этом плане он верил даже больше собственной логики, — Так и кричащей ему то же самое на протяжении последних месяцев шести! — как единственному мужчине в своём окружении со стабильными отношениями, обещающими в будущем перерасти в большую крепкую семью.       — Может съедим по палочке данго? — тем временем, полностью проигнорировав хмурый вид собеседника, продолжил беседу Гай, кажется даже не замечая его резко испортившееся настроение, сверка своей фирменной белозубой улыбкой.       — Сделай милость — отвяжись уже от меня! — отстраненно отозвался на эту фразу копирующий ниндзя, мысленно жалея, что у него нет времени и достаточной, по мнению большинства, причины стереть эту чертову улыбку, набившую ему уже оскомину, с лица этого идиота.       — Эй, друг, у тебя что-то случилось? — слегка удивлённо спросил Майто, наверное впервые за последние лет десять видя Хатаке таким… Складывалось стойкое ощущение, что он еле сдерживается, чтобы не начать реальную драку, а не обычный для них шуточный спарринг.       — Друг? — чересчур едко осведомился Какаши, взглянув наконец в глаза мужчине перед собой, из-за чего тот отшатнулся и удивлённо вскинул широкие брови. — Я сказал — ПРОВАЛИВАЙ! — почти выплюнул он, прожигая нахмурившегося собеседника злым взглядом, — Иначе ты на своей шкуре ощутишь разницу между бывшим капитаном АНБУ и обычным рядовым джонином! — не дав Гаю и рта открыть прошипел копирующий ниндзя, и, не дожидаясь ответа развернулся и зашагал прочь, быстро скрываясь в шумной толпе.       — И что это было? — в пустоту, совсем не свойственно для себя — еле слышно, задал вопрос мужчина в зелёном трико, неотрывно смотря в спину удаляющегося человека. Он совершенно не понимал, что произошло с Какаши за последний месяц, прошедший с того дня в академии шиноби, когда начался экзамен на чунина для их команд. Его старый друг и соперник выглядел сейчас так, будто они вернулись в далёкое прошлое, где после всеобщей травли и смерти отца, этот идиот спрятался в свою скорлупу, никого не подпуская ближе чем на расстояние для удара.

***

      Наруто с задумчивым видом вертелась перед большим зеркалом в простеньком белом платье, не в силах определиться с выбором. С одной стороны ей хотелось выглядеть сегодня словно принцесса из сказки, которую в детстве ей читали Минато и Какаши. С другой же, девушка искренне боялась, что её любимый вообще сегодня не придёт, сославшись на тяжёлые тренировки Саске, и она, нарядившись, будет выглядеть как полнейшая дура. И плевать куноичи хотела, что узнает об этом исключительно её личный девятихвостый трикстер, сидящий глубоко в её черепной коробке… Уж этот-то гад точно не даст ей забыть о подобном позоре ближайшую сотню лет! Поэтому, почти окончательное решение надеть именно это платье в какой-то степени стало для неё идеальным компромиссом со своим желанием принарядиться и возможным провалом. Фактически, несмотря на тот факт, что оно было крайне простым, смотрелась в нем Наруто просто прекрасно. Платье практически идеально и ненавязчиво подчёркивало ее точённую тренировками фигуру, при этом выглядя слегка воздушным, прибавляя ей немного необходимого объёма именно там, где пока его, по мнению самой блондинки, катастрофически не хватало. Благодаря этому простому фокусу Нару даже казалась себе чуточку старше своих лет, которые, — Куноичи была уверена в этом на все сто процентов! — в последнее время так смущали Хатаке в общении с ней. А ведь взрослое сознание девушки, которая уже слишком давно была в него безответно влюблена, так хотелось увидеть желание и хоть какое-то действие со стороны мужчины, ещё в прошлой жизни пленившего её сердце… Это так безумно раздражало, но в то же время, Нару прекрасно понимала Какаши — сейчас она была для него лишь несмышлёным подростком, которого было слишком легко сломать каким-то необдуманным действием…       — «Ты выглядишь сегодня просто прекрасно!» — совсем уж неожиданно раздался в голове куноичи, как ей показалось, немного раздраженный бас девятихвостого лиса. — «Будем надеяться, что твой сенсей соизволит оторваться от своих архиважных тренировок с Учихой и прийти на ваше с ним первое официальное свидание!» — немного грозно усмехнулся лис, намекая, что в противном случае этого несчастного ожидает скорая расплата… Однако Наруто, находясь в состоянии лёгкого стресса, в словах своего старого друга услышала лишь полное подтверждение всех своих подозрений о его возможных издевательствах. Впрочем, сам Курама издеваться, в случае отсутствия сегодня вечером Какаши, планировал именно над ним, желательно полностью контролируя тушку своей добросердечной джинчуурики и используя по максимуму свой покров! Нару же, судя по её мгновенно скривившемуся лицу, явно истолковав его тон и слова как-то по своему, но об этом ей знать это было абсолютно незачем…       — Заткнись уже, а? — нервно фыркнула на его слова блондинка, мастерски стараясь не подавать виду, что и сама только что думала именно об этом, неуверенно доставая из косметички тонкую кисть.       — «Ой, да брось…» — спустя пару мгновений иронично протянул биджу где-то в её голове, из-за чего рука девушки, сосредоточенно выводящая стрелку дёрнулась, расползаясь уродливой кляксой точно под глазом блондинки, — «Признай, ты безумно скучала по нашим с тобой беседам и моим подколкам!» — судя по звукам оскалился в сумасшедшей улыбке лис, под суровое, но доброе бурчание девушки.       — Да ни за что! — отрезала она, плавным движением стирая свою неудачу специальной салфеткой, пачку которых она купила буквально накануне… Как и всю ту кучу непонятной косметики, которую ей втюхала девушка-продавец. Вообще, самые банальные стрелки, которые в лучшем случае получались у девушки плюс/минус одинаковые — было единственным, что худо-бедно могла нарисовать на своём лице Наруто. И за это умение, опять-таки, ей надо было благодарить Сакуру и Ино, убивших не мало времени на уговоры самой девушки и не меньше на её обучение и объяснение, что именно и за чем необходимо… Не считая, конечно, традиционного яркого макияжа с элементами маскировки, который блондинка могла сделать наверное даже с закрытыми глазами благодаря академии с её специальным курсом для молодых куноичи. В своей прошлой жизни факультативные занятия для девушек, которые были необязательно посещать всем, будущая героиня бессовестно прогуливала, искренне считая, что настоящему бойцу не нужны какие-то бабские ухищрения. А в этом специально изучала классический макияж гейш и кисен — самые частые роли куноичи при внедрении или сбору информации! Кто же знал, что переосмыслив свою жизнь и ценности, после войны, увещеваний подруг, перемещения во времени, сознания своей влюблённости и появления желания выглядеть перед любимым лучшей, Наруто пожалеет, что когда-то упустила такую полезную для себя информацию.       — «Я тут подумал… А ты не боишься?» — хитро протянул Курама, кажется ухватив какую-то мысль, чем вызвал вопросительный хмык от дернувшей бровью джинчуурики, сосредоточенно вырисовывающей неудачную стрелку. — «Ну знаешь… В прошлом на твоего драгоценного сенсея девушки вешались буквально пачками…» — якобы задумчиво протянул он, где-то на физическом уровне ощутив как напряглась его подруга, только-только выведя красивую острую линию. — «И ведь нельзя сказать, что тогда твой любимый часто отказывал себе в очередной страстной ночке, проведённое в компании какой-нибудь красотки из богом забытого городка.» — медленно продолжил говорить лис, а в руках девушки тихо затрещала тонкая кисть, ибо то, что озвучил сейчас Курама на самом деле было чистой правдой, а то, к чему вёл её хвостатых друг не сказать чтобы сильно нравилось куноичи. — «Так вот, я и подумал, возможно и в этой жизни Какаши не так далеко ушёл от подобных развлечений на одну ночь!» — заискивающе закончил он свою мысль, а в тонких пальчиках Наруто буквально в щепки разлетелась новая кисточка для макияжа, не пережив свою первую встречу с разозленной будущей героиней.       — Допустим ты прав… — сквозь зубы процедила девушка, искренне не понимая, зачем Курама завёл этот странный разговор именно сейчас, перед её первым за обе жизни свиданием, просто-напросто портя ей всё настроение. — И, что дальше? — добавила куноичи еле-еле борясь с яростным желанием оказаться сейчас в своём внутреннем мире и, перейдя в полноценный режим биджу, накостылять одной вредной занозе по его наглой лисьей морде.       — «Аре-аре, дорогая моя, я просто хотел сказать, что, если вдруг ты узнаешь нечто подобное, не стоит принимать это близко к сердцу.» — почти искренне отозвался Курама, кажется хорошенько прочувствовав намерение своей джинчуурики, — «Мужчины всегда остаются мужчинами со своими потребности и желаниями!» — сказал он, говоря, по сути, правильные вещи, но почему-то Наруто никак не хотелось этого признавать.       — Чушь, Какаши не такой, как все! — из чистого упорства выпалила девушка, резко вставая со стула и разворачиваясь, — А даже если и так, сомневаюсь, что он когда-нибудь захочет посвятить меня в детали своей интимной жизни… — хмуро выдала она, выходя из своей комнаты.       — «Ну да, ну да!» — иронично протянул лис, наблюдая как методично проверяет все приготовления куноичи. Дверной звонок, неожиданно разрезавший наступившую удушливую тишину, заставил блондинку вздрогнуть и выронить ложку, которой она только что помешивала приготовленное наспех карри. — «Пора!» — радостно возвестил девятихвостый, казалось довольно потирая руки в ожидании весёлого вечера.

***

      Какаши взволнованно стоял на пороге неотрывно смотря на прелестное создание перед собой. Нару походила на самую настоящую лесную нимфу из легенд. Небрежный пучок из густых золотистых волос на самой макушке, перехваченный какой-то плетеной цветочной заколкой. Струящееся белое платье из полупрозрачной ткани, так невесомо очерчивающее совсем хрупкий силуэт девушки перед ним, делая её какой-то эфемерной и нереальной. Но, в то же время, длинный пышный воротник на непозволительно глубоком для её возраста и статуса вырезе, придающий объем, летящая юбка из нескольких слоев ткани доходящая до колена и лёгкий, но выразительный макияж делали девушку заметно старше своих лет. А то, как она смущённо и неуверенно смотрела на него, еле заметно улыбаясь, буквально выбивал почву у него из-под ног. Он абсолютно точно не заслуживал любви этой чистой и невинной девушки… Наверное её не заслуживал вообще никто из ныне живущих. Вот только, сам Какаши так отчаянно желал её, что не мог отказать, душа в зародыше всякое желание образумить Наруто! То тепло, что смогла дать ему дочка сенсея, свет и доброту, без которых он уже не мог представить свою жалкую жизнь, все это было ему необходимо как воздух. Поэтому копирующий ниндзя поклялся себе, что убьёт абсолютно любого и сделает все что угодно, чтобы защитить эту солнечную девушку и её чистую душу! Даже если ему для этого когда-нибудь понадобиться оставить Нару, освободив место подле неё для кого-то более подходящего, защищая её из тени как её верный пёс.       — Ну чего же ты, Какаши, заходи скорее! — радостно пропела Наруто, выйдя из оцепенения из-за пронзительного издевательского смеха из суфлерской будки, явственно почувствовав, как начинают гореть её щеки из-за пристального взгляда сенсея. — Я приготовила для тебя карри по фирменному рецепту Узумаки. — гордо выдала она, отступая в сторону, чтобы дать ему войти и скрыть свой предательский румянец.       — «Мог бы хотя бы прикупить тебе цветочки…» — сквозь смех выдал Курама, скорее, чтобы привести свою джинчуурики в чувство, нежели обидеть Хатаке.       — Ты сегодня прекрасно выглядишь, Нару! — заходя тихо сказал Какаши, не в силах отвести от неё взгляд даже на краткое мгновение, где-то на краю сознания осознавая, что будь ей сейчас восемнадцать, до кари у них дело точно бы не дошло…