Мне нравится, когда ты раздеваешься...

Девушку привезли в участок, для выяснения обстоятельств. Холодные бетонные стены, полицейского участка, приняли девушку не очень гостеприимно. Обезьянник. Железная решетка отгораживала её от окружающего мира. Лишь одна скамейка возле стены. Пусто. Холодно. Через несколько часов в участок привезут какую-то компанию парней. Все они прилично выпившие. Эле нету никакого дело до этой компании, только вот парни сразу начали лезть к ней. Узкоглазый. Он самый буйный. Всё время пытался доказать полицейским, что они задержали его без причины. «Он ничего такой» — отметила девушка. Светловолосая не знала, что бояться ей стоит не криминальной ответственности, а парня, который с минуты на минуту сам явиться в сопровождении полицейских, так сказать забрать своё. И она поедет. С ним. Опять. Всё по новой. Она просто ничего не сможет сделать. Параллельно вытягивать из обезьянника тех пьяниц, приедет отец одного с из компании. — В машину! — Он немногословен. Лишь толкает блондинку в машину. Его лицо украшает ссадина, и бешеная злость. Нету гарантии, что девушка доедет до дома живой. Из-за гнева, Даня вряд ли видит дорогу, поэтому и сам того не желаю, въезжает в рядом стоящую машину. Не сильно. Но достаточно, чтобы озлобленный казах вылетел с машины, намереваясь начистить морду этому неуклюжему придурку.

***

Он замахивается и бьёт, даже не смотрит куда. По голове, рукам, шее, лицу. Ему абсолютно плевать. Рассеченная губа так и сочится алой жидкостью. На этот раз он попросту не рассчитает силы и ударит её так, что та потеряет сознание. А в больнице он просто скажет, что Эля упала с лестницы. Как же всё просто. Сквозь мутную пелену, светловолосая слышит приглушённые мужские голоса. Сложно разобрать слова. Голова жутко болит. Рукой пошевелить невозможно, а глаза вообще отказываются фокусироваться. — Её состояние сейчас в норме. Благо, травмы не очень серьёзные. — Констатировал мужчина средних лет, с лёгкой бородкой, попутно что-то записывая в историю болезни. —  Как вы себя чувствуете? — Обратив внимание на очнувшуюся девушку, спросил доктор. — Голова болит. — Прошипела Эля. Её хрупкое, маленькое тело укрывало немало ссадин. За эти последние несколько месяцев она скинула как минимум килограмм 8. Скулы и ключицы жутко выделялись. А руки и ноги до неприличия худые. Кажется, она с трудом уже и ложку в руках держит. Если бы не эта чёртова капельница, из-за которой девушка даже рукой пошевелить не может, Эля бы уже что есть силы бежала куда подальше. Дальше от него. Только бы не видеть больше. Веки постепенно тяжелеют. Ослабленное тело блондинки проигрывает, в неравной схватке, и поддаётся волшебству сна, отправляясь в прекрасное царство Морфея.

***

Ноги совсем не слушаются свою хозяйку. Ей с трудом давался каждый шаг. Но она всё также продолжала шагать по тусклым больничным коридорам. До тех пор пока её сотрясение всё же дало о себе знать, и в глазах Эли моментально потемнело. Голова закружилась, а в ушах зазвенело. Её тело обмякает в руках какого-то прохожего мужчины, который всё же подхватывает падающую. «Только бы не он» — только и успевает пронестись в голове девушки. К слову, в себя светловолосая приходит, только тогда, когда её обездвиженное тело выдвигается с аппарата МРТ. Как же это мерзко. Он сам довёл её до такого, а сейчас с таким поддельным беспокойством и сочувствием стоит и ждёт вердикта врача. Мерзко. Грубые мужские пальцы смыкаются на тонкой, хрупкой шее девушки, перекрывая доступ к кислороду. Светловолосая особа жадно пытается схватить хоть немного такого нужного в данный момент воздуха, но терпит поражение. Парень не собирается её отпускать, пока не огласит всё, что нужно ему. — Ты наверное, забыла девочка, что с огнём играешь…