Выбор

От школы я доехала до парка, который находился в центре города. Это место напоминает мне детство. Здесь я часто гуляла с родителями, когда была маленькой и впервые в жизни прокатилась на аттракционах. Он почти не изменился: высокие деревья и тропинки, ведущие к аттракционам, которые прячутся в густых листьях зелёных великанов. Кажется, если бы не было никаких построек, сделанных человеком, это место можно было бы смело назвать лесом. Так как на дворе зима, аттракционы не работают и люди просто приходят сюда покрасоваться природой, не выезжая за город. Я шла по парку, разглядывая снежные деревья и вдыхая свежий морозный воздух. Вся эта картина вызывает у меня умиротворение и какое-то непонятное ощущение, похожее на счастье. Мне помогло забыть о сегодняшней ситуации воспоминание из моего детства - этот прекрасный парк. Посмотрев на часы, я поняла, что прогуляла уже полтора часа, и что можно собираться домой. Время как раз совпадает с тем временем, которое соответствует последнему школьному уроку в этот день. У родителей не будет вопросов, таких как: " Почему ты так рано? ". Так что, все в порядке. Я пошла к выходу, все также завороженно смотря на красивые деревья. Резкий толчок в плечо, отчего я заскользила на замерзшем тротуаре и благополучно приземлилась на пятую точку, вернул меня в реальность. — Смотреть на дорогу надо, а не ворон считать! — грубый мужской голос раздался за моей спиной. Значит, он сам меня сбил с ног и теперь говорит мне подобное? Высшая степень наглости. — Да вам бы на себя не помешало посмотреть! Вы-то сами, куда смотрели, когда шли? Уж точно не на дорогу, — медленно вставая, я развернулась к стоящему за моей спиной. Это был Герман Александрович, который, при виде моего лица, слегка удивился. — Вася? — с ума сойти, он запомнил моё имя. — Да, Герман Александрович, собственной персоной, — сказала я, старательно стряхивая с себя снег. — Слушай, я, наверное, был слишком груб, извини, — сказал он и зашагал туда, куда, собственно, шёл. Ну ладно хоть извинился, а то бы у меня появилась ещё одна причина ненавидеть его. — И, кстати, — он остановился и повернулся ко мне. — Сегодня тренировки в 5. Мы предупредим всех учеников по телефону, но раз уж ты здесь, то говорю сейчас. — А почему? У нас теперь будет три дня в неделю? — в моих планах на вечер было отлеживание боков в постели, а не вот это. — Не задавай глупых вопросов. Тренировки - значит тренировки, — его выражение лица было таким же серьёзным, что меня немного смутило. — До встречи, — бросил напоследок он и зашагал от меня прочь. Какая нелепая встреча. Герман Александрович - это последний человек, которого я могла бы встретить в этот день. *** Я нехотя плелась на тренировки и не надеялась, что они не продлятся долго. Сегодня у меня совсем не то настроение, чтобы что-либо делать, совсем не то. Стараясь меньше вспоминать события сегодняшнего утра, я зашла в здание и поздоровалась с охранником, который, видимо, запомнил меня в первый же день. Войдя в спортзал, я увидела учеников, которые борятся на ринге. О боже, надеюсь, это не то, что я думаю. — Васёк! Переодевайся быстрее, — крикнул мне Иваныч из глубины зала. — Сейчас будешь пробовать себя на ринге! Нет, нет, нет. Только не это. Чёрт, ну почему такая важная тренировка происходит именно в этот день? Переодевшись, я подошла к Иванычу, который следил за действиями на ринге. — Следующие на ринг Машуня и Васек! — я тяжело вздохнула и оглядела зал, пытаясь найти ту самую Машуню. Хотя я не имею представления кто это. К нам подошла милая девушка маленького роста и спортивного, крепкого телосложения. Не страшнее жирной Кати, но выглядит тоже вполне внушительно. — Слушайте, — тренер наклонился к нам.— Сейчас вы наденете перчатки и будете бить руками только в верхние конечности и туловище. Поняли? — сказал он и дал нам две пары перчаток. Мы кивнули. — А теперь на ринг, девчонки! — крикнул Иваныч и хлопнул в ладоши. Мы с Машей послушно пошли в направлении ринга. — Кстати, я если что Василиса, можно просто Вася, — посмотрела я на своего партнёра и улыбнулась. — Слушай, Вася, — повернулась ко мне Маша. — Я пришла сюда не знакомства заводить, а учиться драться. Так что, мне не важно как тебя зовут, — сказала она мне. Я удивлена такой грубостью. — И да, если вдруг ты ударишь не по правилам и сделаешь мне больно, будь уверена, что вот эту перчатку, — она ткнула на мою руку, одетую в неё. — Я засуну в одно из твоих отверстий, будь то рот или что-то другое. Я впала в ступор, переваривая все то, что она сказала. Это вообще что было? Я просто назвала своё имя и все! О боже, надеюсь я уйду с этого ринга живой. — Ты чего? Я просто представилась, только и всего, — сказала я. — И не надо мне угрожать. — Я все сказала, — бросила мне в ответ Маша. Ненормальная. — Герман! — крикнул Иваныч. — Иди контролируй процесс! А я пока отойду, — после сказанного, тренер пошёл к выходу. Герман Александрович, с видимым недовольством на лице, подошёл к рингу и сказал нам начинать. Мы встали друг напротив друга в стойки и начали наносить удары. У меня не особо выходило попадать по Маше, которая скакала по всему рингу, то приседая, то прыгая, зато удары принимать у меня получалось отлично. — Давайте поактивнее! — крикнул тренер. Я стала чаще наносить удары и уворачиваться. Неплохо. Но в один момент я нечаянно попала ей в лицо, довольно сильно, как мне показалось. Не ну а что она скачет как ненормальная? — Я тебе что говорила!? — крикнула Маша и стала наступать на меня. — Ничего страшного не произошло! — к нам подошёл Герман Александрович и встал между нами. — Продолжаем! — он хлопнул в ладоши и отошёл на прежнее место. Маша покраснела и, послушавшись тренера, вернулась в первоначальное положение и стала наносить сильные, наполненные злостью, удары. Ну за что мне такие партнёры? Что Катя, что эта. Последняя даже хуже, потому что у неё, скорее всего, бешенство. Я тоже стала бить сильнее и чаще, думая, когда же это закончится. — Вася! Очень слабо! — крикнул тренер. Я, наверное, и без тебя это знаю, спасибо, что напомнил. Желая произвести впечатление на тренера, я собрала всю накопленную злобу за сегодня в кулак и мой тяжёлый удар пришёлся на лицо Маши. Снова. Я даже не поняла, как это произошло. И так же, как я смогла так сильно ударить. Остановившись, я в шоке смотрела на Машу, которая положила свою ладонь на лицо. — Извини, я не... — её удар с ноги, пришедший мне в живот, не дал мне договорить. Я рухнула на поле ринга и схватилась за место удара. Боль пронзила меня и я не могла дышать. Произвела впечатление, ага. Надо мной склонился Герман Александрович и быстро положил мою голову к себе на колени. Я все ещё не могла вдохнуть. — Не бойся, через несколько секунд дыхание восстановится, — одной рукой он поддерживал мою голову, а другой следил за моими дыхательными движениями, положа её мне на живот. Это длилось вечно и я уже было стала прощаться с жизнью, но постепенно дыхание начало восстанавливаться и я стала дышать как прежде. — Ну как ты? — открыв глаза, я увидела лицо тренера. — Лучше не бывает, — сказала я и снова закрыла глаза. — Встать можешь? — до меня дошло, что я лежу у него на коленях и почувствовала как щеки покрываются румянцем. — Да, — я начала подниматься на ноги как можно быстрее, чтобы он не увидел моих красных щёк. Вставая, я почувствовала боль в животе, но это цветочки по сравнению с чувством удушья, которое я недавно испытала. Поднявшись на ноги, я увидела Машу, которая, как ни в чем не бывало, тренировалась на боксёрской груше. — Ты больная! — крикнула я. — Совсем не понимаешь, что творишь! — Я предупреждала, — не отрываясь от своего занятия, сказала она. Это просто какая-то жесть. Когда она успела отбить себе мозг? — Иди домой, — сказал тренер. — Ты далеко живёшь? — На трамвае за 15 минут доезжаю, — ответила я и пошла к выходу. — Я не советую тебе ехать домой одной, — Герман Александрович пошёл рядом со мной. Конечно, в такое позднее время я не поеду одна. Позвоню папе. Не хочу снова испытывать страх по пути домой. — Спасибо, Герман Александрович, до свидания, — сказала я, открывая дверь спортивного зала. — Слушай, — тренер положил руку на дверь, не давая мне выйти. — Может, это не твоё? Ты же сама понимаешь, что ничего из этого не выйдет. Тогда зачем тратить на это время, если не получается? — сказал он и посмотрел на меня в ожидании ответа. Видимо, Герману совсем не хотелось играть хорошего тренера и он решил попытаться меня выкинуть. Но сделать это так, чтобы я ушла сама и он остался чист. Я пришла сюда, чтобы отвлечься и научиться хоть как-то себя защищать. Но, после нескольких занятий, я поняла, что хочу что-то большее, чем самооборона, может, даже чего-то добиться в этом спорте. Хотя, возможно, он прав и я просто потрачу время, так и ничему не научившись. Но я же не знаю наверняка, верно? Так что, я думаю, нужно попытаться. — До свидания, Герман Александрович, — оставив его без ответа, я дернула ручку двери и вышла. Какой сегодня был тяжёлый день. Я, морально и физически истощенная, вышла на крыльцо дворца спорта, вдыхая свежий, холодный воздух , и стала ждать папу, который должен за мной приехать.