Выбор

— А ты где такие лосины купила? — смотря на мои ноги, спросила Машуня. . Сегодня очень волнительный день для меня - день соревнований. Я, конечно, не надеюсь, что у меня получится что-либо занять, но у меня есть небольшая цель на этот день - не опозориться и показать себя с лучшей стороны. В принципе, это всё, что мне нужно сделать. Сейчас я находилась в раздевалке и смотрела на Машу, которая застала меня врасплох. — Э-э, — я была очень удивлена её, так сказать, неожиданной общительностью, потому что обычно она ни с кем не разговаривает и последний наш с ней диалог был в тот день, когда она чуть не отбила мне почки. — Я уже и не помню... В каком-то спортивном магазине. «Nike», кажется, — за тот случай я не держу обиды, да и, в принципе, я тоже была виновата. Так что - забыли. В ответ она ничего не сказала и, кивнув, удалилась. Я вышла из раздевалки и подошла к толпе учеников, рядом с которой стоял Андрей Иванович и что-то говорил. Сегодня я немного опоздала, потому что дополнительные по математике закончились не в то время, на которое я рассчитывала. — ...это будет что-то вроде рулетки, — я подошла ближе и стала вникать в разговор. — То есть, партнёры выпадают рандомно. Так же интереснее, верно? — он улыбнулся. Всё закивали, мне эта идея показалась вполне лояльной - все в нашей группе должны быть на равных правах. — Значит, сейчас я поделю вас на две равные части. Одна напишет своё имя на листе бумаги и бросит его в этот пакет, — он достал из кармана небольшой чёрный пакет. — А потом, вторая часть будет по очереди доставать себе противника. Делить нас взялся Иваныч, а Герман, который подошёл после речи тренера, взял на себя ответственность за пакет. Сегодня он был не в лучшей форме: мешки под глазами, мятая одежда и взъерошенные тёмные волосы говорили о том, что, скорее всего, вчера у Германа Александровича была пьянка. Но, несмотря на свой внешний вид, он был в хорошем настроении. Герман даже улыбнулся пару раз. Иваныч разделил нас очень быстро и совершенно спонтанно. Я оказалась в той половине, которая будет выбирать себе соперников. — Извините, а если мне девчонка попадется, то что? — задал вопрос уже знакомый мне парень - Стас, который однажды расстегивал мне платье в женской раздевалке. Вспомнив всю эту ситуацию, я усмехнулась. Надо же, тогда мне было совсем не до шуток, а сейчас эта история пробирает на смех. — Я что-то смешное сказал? — обратился ко мне блондин и все взгляды устремились на меня. Неужели я так громко это сделала? Пора бы научиться контролировать свои эмоции... — Нет, это я так... Шутку вспомнила, — я посмотрела на Стаса и перевела взгляд на тренеров. Герман поднял бровь, посмотрев на моё глупое выражение лица. — Это значит, что ты будешь драться с девочкой, — ответил Герман Александрович. — У всех равные права. Стас изобразил удивление на своём лице и ничего не ответил. Я об этом не подумала. Надеюсь, в случае чего, мне попадется нормальный парень, а не как Машуня в мужском обличии. Иначе, этот день станет в моей жизни последним. — Подходите к Герману по очереди и берите листок, при этом назвав имя, которое на нём написано, — сказал Иваныч, подзывая первую половину группы. Вся куча подошла ближе к Герману Александровичу и, один за другим, ученики стали подходить и брать по листочку с именем. Когда настала моя очередь, Герман буквально прожигал меня взглядом, который будто говорил: "Ещё есть возможность отказаться". Но я не из трусливых и каких-то соревнований в пределах нашей группы не боюсь! Ох, да кого я обманываю? Это всё очень и очень страшно, чёрт возьми! Но даже такой страх не заставит меня отказаться от этой возможности. Я подошла к пакету, который держал Герман, и быстро выудила оттуда листок бумаги. Развернув его и прочитав про себя, я тяжело вздохнула, понимая, что с моим везением противоположный пол в соперниках - это обычное дело. — Савельев Максим, — я посмотрела на другую половину нашей группы, которая совсем недавно писала свои имена на листках. Честно говоря, я совершенно не знала, кто такой Савельев Максим. Стыдно, что я до сих пор половину из своей группы не знаю, хотя занимаюсь уже достаточно времени. Из толпы вышел невысокий, худой парень и я вместе с ним отошла в сторону. Если бы я встретила его не в стенах дворца спорта, я бы никогда не подумала, что он занимается кикбоксингом. Максим больше похож на геймера, сидящего целыми днями за компьютером. И самое интересное то, что я вижу этого парня впервые, просто, раньше не замечала его. Конечно, дальше своего носа ничего не вижу! Когда всё пары распределились, Андрей Иванович начал зачитывать правила боя, в принципе, которые я и так знала. Хотя, а что толку? Правила я то знаю, а вот как их применять на деле - нет. — Всем всё ясно? — закончив, тренер обратился к ученикам, которые кивнули в ответ. — Сейчас будем вас вызывать по очереди. Я буду судьей на ринге, а Герман будет подсчитывать очки за его пределами. Рядом с рингом располагалась небольшая трибуна, чтобы было удобно наблюдать за ходом боя. Все ребята заняли сидения, в ожидании дальнейших указаний. Мы с Максимом сели на первый ряд с краю. — Передвиньтесь немного, — как только мы заняли места, подошёл Герман Александрович и быстрым движением руки попросил освободить для него место. Я подтолкнула Максима, передвинулась на одно место и тренер сел, записывая что-то на листе бумаги. Чем ближе спарринг в рамках соревнования, тем больше я начинаю бояться. Да уж, если я сейчас так боюсь, то что будет, когда начнут проходить соревнования среди разных клубов... Я, наверное, тогда вообще от страха помру. Нужно успокоиться... Вдох-выдох, вдох-выдох. Чёрт! А если я опозорюсь перед всеми, то что тогда? — Вася, — обратился ко мне сидящий рядом Герман, прервав истерику в моих мыслях. — Прекрати трястись. Это обычные внутригрупповые соревнования и ничего в них страшного нет, — он посмотрел на мои руки и перевёл взгляд на лицо. — Я стараюсь, — я сложила свои холодные, мокрые ладони в замок, пытаясь унять дрожь в своём теле. Конечно, всего лишь внутригрупповые соревнования! Серьёзно... Что в этом такого? Ох, Герман Александрович, я и забыла, что это всего лишь соревнования! Мне от ваших слов стало намного легче! Прям, камень с души упал! — Ну что, Герман? Начинаем? — крикнул с ринга Андрей Иванович. — Да, — не сводя с меня взгляда ответил он. — Пусть первыми идут Вася и Максим. О нет, нет, нет! У меня все правила вылетели из головы! Боже мой, я определённо опозорюсь и больше не смогу ходить на тренировки! Нет, ну почему нельзя вызвать кого-то другого, чтобы я посмотрела, как это делается? Ведь на соревнованиях я впервые и почему именно я выхожу первой на ринг? Герман Александрович, ну за что вы так? — Иди уже, — твёрдо сказал Герман. Я подняла взгляд и увидела, что Максим уже ждёт меня на ринге. — У тебя всё получится, — вполголоса добавил он и отвернулся, что-то записывая на листе. Я кивнула и быстрыми движениями забралась на ринг, встав напротив соперника. Нам дали перчатки и, через мгновение, мы с Максимом были готовы к бою. Спарринг состоял из трёх раундов по две минуты. Как только начался бой, я забыла о всех переживаниях и в моей голове была только одна мысль, мысль о победе. Начался первый раунд и я, встав в стойку, стала наносить удары в передние и боковые части туловища соперника. В начале чувствовалось, что Максиму крайне некомфортно соревноваться с девочкой, но потом, после того, как я нанесла пару ударов ему в плечо, он немного расслабился. Видимо, понял, что я не совсем деревянная, как кажется на первый взгляд. И вправду, за эти пару месяцев я стала намного лучше заниматься, хотя сначала я думала, что мой случай уж совсем безнадёжен. Конечно, принимать его удары было больно, но не так, как с Машуней в первый в моей жизни бой. Я всегда сравниваю все спарринги со своим первым, потому что его, по болевым ощущениям, ещё не переплюнул ни один последующий бой. На протяжении всего спарринга Андрей Иванович кричал Герману какие-то цифры. Наверное, очки. — Активнее, активнее! — крикнул Герман Александрович с трибун. Максим, видимо, почувствовал себя Жан-Клод Ван Даммом и начал вытворять разные вариации ударов, с целью получения большего числа очков. Ну а мне от такого напора оставалось только уворачиваться, причём это у меня получалось очень даже неплохо. Сейчас этот парень совершенно не думает, что перед ним девчонка! Так, если я продолжу бегать от Максима по всему рингу, я точно не выиграю. Нужно переходить в нападение. — Первый раунд окончен! — крикнул Иваныч и мы с Максом разбрелись по разным сторонам ринга. Так быстро? Оба тренера выступали в роли судей и никто из них не имел права подсказывать и давать наставления, поэтому полминуты мы просто стояли молча и набирались сил. Когда начался второй раунд, я решила больше работать в наступлении. Максим был тем соперником, которого я могла победить. Набравшись сил, я начала его бить так, как не делала этого никогда. Очень уж хотелось выиграть! Я наносила удары по туловищу и ногам, а Максим, понимая, что может проиграть девочке, стал бить ещё активнее и сильнее. Борьба накалялась и теперь было совсем не понятно, кто из нас будущий победитель. Я вспомнила, что если пробиться через защиту и попасть в лицо, то мне будет большой плюс. Осталось только выждать тот момент, когда парень уберёт руки от своего лица. Дальше всё произошло так быстро, что я даже не поняла толком, что произошло. В одно мгновение, я попала Максиму прямо в челюсть и он рухнул у моих ног. Пару секунд молчания. Я смотрю на него и молюсь, что я его не убила. — Нокаут! — кто-то крикнул с трибун. Я, ни на кого не обращая внимания, села на корточки и посмотрела на Максима. Через мгновение он открыл глаза, но все ещё продолжил лежать. — Ты как? — испуганно спросила я. — Извини, я не хотела... В данный момент, в зале была такая мертвая тишина, что я слышала своё дыхание. — Максим? Всё в порядке? — очнулся Иваныч и подошёл к парню, который смотрел в потолок и ничего не отвечал. — Максим? Парень медленно положил руки на своё лицо. — Меня отправила в нокаут девчонка... — тихо сказал он, закрывая лицо руками. — Ну ничего в этом страшного нет, — Андрей Иванович улыбнулся. — В следующий раз возьмёшь реванш. Спустя пару минут, Максим всё же встал и огляделся. Вся трибуна с огромными глазами смотрела на нас, не произнося ни слова. — Охереть! Наша неумеха отправила соперника в нокаут! Охренеть! — крикнула с трибун жирная Катя и положила начало гулу в зале, который был посвящён только мне одной. — Тишина! — крикнул Герман Александрович. Это был единственный в этом зале человек, у которого выражение лица совсем не изменилось. Никаких эмоций. — Итак, — медленно протянул Иваныч. — В первом спарринге в рамках соревнований побеждает Шмелёва Василиса. После этих слов я буквально взорвалась от нахлынувших эмоций. Счастье переполняло меня и я улетела с ринга на крыльях. Я даже и не думала, что смогу победить! Это так круто... Главное, теперь не расплакаться от счастья, а то я умею... Конечно, я понимаю, что это не последний мой бой на этих соревнованиях и мне ещё нужно побороться за медаль, но, чёрт возьми, это так классно... Классно побеждать. Как только я села на своё место, на меня посыпались поздравления и комплименты. Нет, похоже, содержаться не получится... Кто же знал, что сегодня, в день соревнований, я буду плакать от счастья? Чтобы никто не увидел, я быстро вытирала слёзы внешней стороной ладони. — Вася, — позвал меня Герман, сидящий рядом. — Это было неплохо, молодец, — я увидела лёгкую улыбку на его лице. После этих слов я громко всхлипнула и закрыла лицо руками. Сам Герман Александрович похвалил меня! О боже, это самый лучший день в моей жизни, чёрт возьми! Сегодня приду домой и запишу все события этого дня в блокноте, чтобы снова и снова возвращаться в этот день и радоваться. Нет, этот день - что-то из ряда фантастики! — Эй, ты чего? — Герман взял мои руки и убрал их с моего лица. — Не думаю, что сейчас время для рыданий. — Простите, — я вытерла все слёзы счастья со своего лица. — Спасибо, — посмотрев на тренера, я улыбнулась. В ответ он лишь нахмурил брови и отвернулся. Ну ничего, одного комплимента мне достаточно. Сейчас мне очень хотелось рассказать об этом семье. Быстро сбегав за телефоном, я села обратно на трибуну и разблокировала его, чтобы написать всем сообщения о своей победе. Увидев восемь пропущенных от мамы, я напряглась, но моё счастливое настроение от этого не изменились. Она же знает, что сегодня у меня соревнования, что ей нужно? Может, забыла... Я быстро набрала её номер, чтобы сказать, что все в порядке и я победила. — Дочь, привет, — мама первая начала разговор. — Мне очень нужно, чтобы ты приехала домой. Сейчас. — Что случилось? — к чему такая срочность? Напряжение во мне нарастало. — Придёшь домой и я все объясню... — её голос был крайне взволнованным. — Мам, да скажи ты уже, в чем дело! — повысила голос я и осеклась, поняв, что я, всё таки, сейчас не одна. Герман недоуменно посмотрел на меня. — Василиса, полиция нашла подозреваемого в трёх изнасилованиях, — она сделала паузу. — Все жертвы должны приехать на опознание.