Выбор

Это ещё что такое? Неужели нас закрыли здесь? Я, конечно, понимаю, что время позднее, но как можно было не заметить свет в тренерской? Видимо, у охранника проблемы со зрением. Я перестала дергать ручку двери, потому что окончательно поняла, что мне она не поддастся. Вернувшись в тренерскую, я увидела Германа Александровича, который все так же сидел за столом, склонив голову на свои ладони. — Герман Александрович, — на мой голос тренер поднял голову и вопросительного посмотрел на меня. — Нас закрыли в этом зале. — Что? — он сказал это с такой интонацией, как будто я пару секунд назад сказала полную чушь. — Входная дверь заперта, видимо, охранник подумал, что здесь никого нет и закрыл её. Недолго думая, тренер встал из-за стола и направился к двери. Подойдя к ней, он дёрнул ручку, но, конечно же, эффект от этого был такой же, как у моих попыток её открыть. После своих действий парень буквально завис, он несколько секунд стоял неподвижно и просто смотрел в стену. — Что делать? Мне домой надо, — я достала телефон, чтобы сообщить родителям о том, что задержусь. После нажатия на кнопку блокировки телефон не загорелся. Отключился. — Твою мать! Ну почему именно сейчас?! — кинув мобильник обратно в карман, я схватилась за голову. — В чем дело? — Телефон отключился! Как я теперь свяжусь с родителями... — я закрыла глаза и представила, как сильно будут волноваться мама с папой, когда я не вернусь домой. Родители столько пережили из-за меня и мне бы не хотелось, чтобы они волновались. После того случая, мама с папой стали уделять мне куда больше внимания и теперь я должна постоянно докладывать где я, с кем я и примерно во сколько вернусь домой. Я их понимаю и с моей стороны нет и не будет никаких возражений. Хотя, что я, собственно, волнуюсь раньше времени? Может, Герман Александрович свяжется с кем-нибудь и нас освободят. — Можешь позвонить с моего, — где-то рядом прозвучал голос тренера. Я почти не видела его, потому что в зале было очень темно и для того чтобы что-либо разглядеть нужно очень сильно поднапрячься. — Я не знаю ни одного номера, — вздохнула я. — Мой мозг не запоминает ненужную информацию... Да и нужную - тоже. В ответ Герман фыркнул и снова попытался открыть дверь. Кажется, он нервничал. Наверное, у него были планы на сегодняшний вечер. — У вас есть номер... Эээ… Кого-то, кто здесь работает? — я представления не имела, с кем можно было связаться в столь поздний час. — Нету, — буркнул тренер. — Эй! Откройте дверь! — он быстро перешёл на крик и стал барабанить по двери, а я подпрыгнула от неожиданности. Естественно, никто не откликнулся на эти слова. Скорее всего, сторож уже успел заснуть за своим столом на первом этаже. От такого громкого баритона любой бы уже давно проснулся, но, видимо, наш охранник не только слепой, но и глухой. После неудачных попыток позвать кого-либо снаружи, Герман решил позвонить Иванычу, у которого, конечно же, был отключен телефон. Я почему-то даже не удивлена. — Может, вы позвоните кому-то из знакомых, чтобы они сюда приехали и позвали на помощь? — предложила я. — Дмитрию Алексеевичу, например. — Я попробую. Почему всегда срабатывает закон подлости? Герман Александрович на дух меня не переносит, да и мне он тоже не особо нравится, но несмотря на это судьба часто сталкивает нас лбами. Не знаю, кто стоит за этим всем, но я уверена, что тот, кто это делает, явно насмехается надо мной. Я прошла вглубь зала подальше от тренера, который, включив телефон, думал кому позвонить. Говорил он тихо и я ничегошеньки не слышала. В темноте я нащупала несколько матов и, сложив их друг на друга, легла на них спиной. Мой взгляд устремился вверх, но я ничего не смогла разглядеть - темнота. Ну конечно, ночь же на дворе. — Эй, ты где? — я слышала приближающийся голос Германа. — Ай! — внезапно на меня свалилось тяжёлое тело тренера, который не сразу сообразил, что произошло. Я тут же вскрикнула от неожиданной боли, при этом оценив всю нелепость ситуации. — Слезьте с меня! — я схватила его за плечи и толкнула с матов на пол. — Вы хотели меня раздавить? Я конечно, понимаю, что вы бы не хотели провести ночь в моём обществе, но не нужно же принимать именно такие меры! Будьте толерантнее! — я пыталась вести себя спокойнее, но так как Герман Александрович меня сильно раздражал, сделать это было крайне трудно. — Да что ты несешь? А ты чего тут наставила? Положи маты на место и тогда я не буду спотыкаться! — я услышала как парень встаёт на ноги. — И так ничего не видно, да ещё и ты доставляешь проблем! — Я сделала себе кровать, — сев, я попыталась разглядеть в темноте фигуру Германа Александровича. — Нам, по вине кое-кого придётся остаться здесь на ночь! Если бы не две тренировки подряд, я бы давно была дома, — сегодня в мои планы входил просмотр новых серий моего любимого сериала. Конечно, пора бы начать готовится к экзаменам, но, думаю, они ещё могут немного подождать. — Знаешь, если тебе что-то не нравится, то знай, что тебя никто не держит в нашей группе, — тренер сел на край моей "кровати". Почему именно сюда? Что, в этом зале мало места, где можно посидеть? — Будет одной бездарностью меньше... — он сказал это вполголоса, но, я думаю, он рассчитывал на то, чтобы я услышала эту последнюю фразу. Сказанное им слово, словно стрела, вонзилось мне в сердце. Герман обозвал меня бездарностью совершенно незаслуженно, потому что я стараюсь, и с каждой тренировкой совершенствую свои навыки. Я не какая-нибудь там ленивая девчонка, которая пришла на занятия, только чтобы поглазеть на красивого тренера (это как пример, который не связан с моей группой, потому что красивых тренеров здесь не наблюдается). Моей целью было научиться драться с самого начала и я думаю, что у меня не так уж плохо получается. После его слов, я поняла, что он ненавидит меня настолько, что его профессиональная точка зрения по отношению ко мне перестала работать. Герман стал мешать личную неприязнь вместе со взглядом тренера. На данный момент мне очень хотелось придушить его. Обстановка как раз позволяет мне это сделать! Никаких свидетелей, никто его не увидит и не услышит. Правда, он слишком тяжёлый и мне будет тяжело спрятать его труп... Стоп, что? О чем я вообще думаю? Совсем ненормальная... — Бездарность? И это говорит тренер, который совсем недавно похвалил меня и подарил медаль? — пусть молится, чтобы после этой ночи он остался в живых. Я за себя не ручаюсь. — Я думаю, что не стоит гордиться тем, что ты за несколько месяцев преуспела только единожды, — буркнул тренер. Мне вспомнился тот день, когда я и Герман стояли под одним зонтом. Он подарил мне медаль за хорошие успехи на соревнованиях и сказал, что ждёт на тренировках. Тогда я была настолько счастлива, что поверила, что он и вправду неплохой парень. Мне непонятно, почему он такой двуличный. — И тем более, вы - мой тренер, тренер который не имеет права обзывать своего ученика! — я повысила голос. Глаза привыкли к темноте и теперь я могла разглядеть фигуру Германа Александровича, сидящего на другом краю мата. — Считай, что это воспитательный момент, — он был такой спокойный. Меня это очень злило. — Да и тем более, сейчас мы не на тренировке. Так что, никакой формальности в нашей беседе в данный момент нет, — снова чувствовался этот холод в его бесчувственном голосе. — Ах, вот значит что? Ну, раз у нас сейчас неформальная беседа, то я хочу вам кое-что сообщить! — я усмехнулась. — Я весь внимание. — Вы, Герман Александрович, просто настоящий козёл! Я даже не представляю, как человека с таким ужасным характером допустили до работы с детьми! Вы все время относились ко мне слишком предвзято! Я, конечно, признаю, что попала в вашу группу по счастливому случаю, но это не повод меня так ненавидеть! — Я тебя не ненавижу, — лениво протянул парень. Я чувствовала как он закатил глаза. — Ты ведёшь себя как ребёнок. — Нифига подобного! Я что, по вашему, глупая и ничего не замечаю? Вы всеми силами пытались показать мне свою неприязнь, а так же показать, что мне не место среди вас! — Возможно, ты и вправду глуповата... — перебил меня Герман своим очередным замечанием. Я сделала вид, будто не слышала этого и продолжила свою речь: — Но нет, я приклеюсь к этому месту как липучка и никуда не денусь, так и знайте! Мне совершенно все равно на ваше отношение ко мне и сейчас, так как у нас неформальная беседа... — я выдохнула и приготовилась к кульминации. — Идите к чёрту, Герман Александрович! — у меня появилось ощущение, будто я выиграла на соревнованиях. — Вот как, — промычал парень себе под нос. Почему-то я ожидала длинную лекцию по поводу моего воспитания, но больше он ничего не сказал. Тем лучше. — И ещё кое-что! — я хотела уже покончить со всем и высказать ему всё, что накопилось. — В будущем, когда я стану спортсменкой и вы захотите наладить со мной отношения, то я не знаю, что вам нужно сделать, чтобы я смогла поменять мнение о вас! Я буду помнить как вы ко мне относились и, поэтому, будьте готовы быть посланным второй раз! Я имею право на эти слова, так как сейчас наша беседа нефо... Спустя мгновение я почувствовала дыхание у своего лица. Чужие горячие губы мягко коснулись моих, сердце тут же бешено заколотилось в груди, пытаясь вырваться наружу. Я так опешила, что ответила на этот мимолетный поцелуй, забыв, кому принадлежат эти губы. Поцелуй был нежный и очень осторожный, будто он боялся как-то навредить мне. Рука Германа легла на мою щеку и скользнула вниз, на шею. От её холода я вздрогнула и вернулась в реальность. Резко оторвавшись от губ тренера, я посмотрела ему в глаза. В них было еле уловимое изумление, будто бы Герман Александрович сам не ожидал этого поцелуя. Спустя пару секунд его взгляд стал совершенно спокойным, и я, опустив свои глаза ниже, увидела приподнятые уголки губ. Только сейчас я осознала, что произошло минуту назад. Тренер, который меня терпеть не может, только что украл мой первый поцелуй. В голове улетучились все мысли, всё, что я хотела высказать Герману Александровичу забылось. Не осталось никаких чувств, кроме одного - чувства стыда. Щёки мгновенно вспыхнули, окрасив моё лицо в ярко-розовый цвет. Снова переведя взгляд на тренера, я увидела его лицо, которое находилось так же близко, как и было. Парень разглядывал меня. — Кажется, мне будет просто изменить твоё мнение обо мне, — он усмехнулся и отодвинулся. Я пришла в ужас и быстрым движением убежала в другой конец зала. Всё это не может быть правдой. Боже мой, ущипните меня.