Летописец драконьего века

***

Культуры, что существуют благодаря той или иной религии, в большей своей части со временем костенеют во взглядах на мир. Они не принимают инакомыслия. А иногда и вовсе перестают считаться с теми, кто просто привык жить по-другому. Именно так многие видят кунари. И сложившееся мнение оправдано. Приплыв с Сегерона, потомки драконов начали завоевание городов, уничтожение и разграбление культурного наследия Тедаса, обращение в Кун коренных жителей. Кунари показали всему миру свою силу и жестокость. Стэн был достойным представителем своего народа. Его вера в Кун не подвергалась сомнению. Но то, что он осмелился отправиться в путешествие с будущей героиней Ферелдена (пусть мотивами и выступали стыд за утерянный меч) – меня немало удивило. Именно в Стэне я увидел, как дети Кун могут познавать неизведанный ранее мир без применения оружия. Я не мог упустить шанса узнать ближе такого необычного кунари, и потому провёл некоторое время в путешествии вместе с ним.

***

Есть нечто пугающе-завораживающее на глубинных тропах. Возможно, дело во множестве умерших душ, что бродят по подземным местам былых сражений. Возможно, дело в зове, с помощью которого архидемоны взывают к порождениям тьмы. Возможно, притягивает сама скверна, которая сочится, извиваясь, из каждой трещины на стенах брошенных городов. Но сейчас меня вело вперёд нечто иное. Мягкая песнь, которая убаюкивала и звала к себе. С каждым днём зов вёл меня всё глубже. И я не на шутку стал беспокоиться, когда понял, что таинственная песнь завела меня в разрушенный Кэл Хирол. Некогда великий гномий тейг, колыбель касты кузнецов, павший по неизвестным причинам. Если верить записям, то с момента падения ни одна цивилизация не осмелилась сюда вернуться. – Чужак… – прошелестел мягкий женский голос откуда-то сбоку. – Но мои дети не тронут тебя. Пока что. Кто ты? И зачем явился? Я обернулся, и увидел перед собой её. Мать. Та, о которой мне рассказывал один из воскресших тевинтерских магистров. Та, что смогла вернуть себе личность после превращения в матку. Что ж, думаю, она может рассказать мне не меньше, чем Отец.

***

Диртамен. Хранитель тайн и знаний, отражение Фалон’Дина, мистический и аллегорический образ в преданиях эльфов прошлого и настоящего. Почти никто из моих предшественников не смог сделать записей об этом эльфийском боге. А те крупицы, что я смог прочесть на пожелтевших и истрепанных страницах, не дают почти никакой новой информации. Но поиски были не бесплодны, и однажды я вышел к забытому храму Диртамена. Я бродил среди обрушенных стен, облупившихся фресок, треснутых и поросших мхом статуй. Я засыпал под отражающийся от пола свет луны и загадочные древние эльфийские песнопения. Я блуждал в Тени среди воспоминаний храма, слушал шепот призраков хранителей тайн и, кажется, даже видел ускользающую тень искомого мной эвануриса. Сколько это длилось? Неделю, месяц, год? Когда я успел потерять счет времени, Диртамен, наконец, заговорил со мной. – А ты достаточно упорный для смертного. Но действительно ли я могу доверить тебе свои тайны?

***

Она была сильной, волевой и независимой женщиной. Но при этом сохранила в себе простоту и очарование деревенской девчушки. Этот контраст в первую нашу встречу настолько пленил меня, что я понял – я хочу знать, что уготовано для неё судьбой. Авелин Валлен была спутницей Защитника Киркволла, и потому познакомиться с ней не составило труда (не смотря на то, что в тот момент она уже была на пути к посту главы городской стражи). Сначала она отнеслась с недоверием и даже подозрением ко мне. Было видно, что она готова была обозвать меня "вторым Тетрасом" и вообще не желала, чтобы я задавал ей какие-то вопросы. Особенно вопросы, касающиеся её личности. Однако мы смогли найти общий язык благодаря пиву, нескольким партий порочной добродетели и общим воспоминаниям о некоторых из битв прошедших годов. Что ж, с чего бы мне начать?..

***

Знавал я и другую женщину, которая была столь же воинственна и непоколебима, как и глава стражей Киркволла. Дочь известнейшего рода Неварры, которая покинула родной дом и стала той, кого теперь называют Искательницей Истины. Она провела долгие годы в сражениях против людей, драконов, духов, ужасающих созданий магов-отступников и многих других. Столь огромное количество битв закалило и ожесточило Кассандру Пентагаст, но ныне она научилась пленить людей совсем другими качествами: силой духа, верой, стремлением к справедливости и правосудию. Мы пересекались при различных обстоятельствах и в самых разных местах. Я чуть было ненароком не разрушил её планы в Киркволле, и лишь чудом мы разошлись мирно. Но только когда на небе появилась Брешь, извергая из себя созданий Тени, мы были вынуждены познакомиться друг с другом ближе. Кассандру интересовали мои знания про другую сторону Завесы, меня – история рода Пентагаст и её самой. – Сначала мы должны разобраться с брешью, а потом уже с Вашими вопросами. – Как пожелаете, госпожа Искательница, – ответил я с лёгким поклоном.

***

Спутница Архитектора, с которой мы столкнулись на глубинных тропах, оказалась сложным собеседником. Будучи зараженной скверной, она стала нервозной и на самые простые вопросы могла ответить слегка… резко. Впрочем, это не помешало мне узнать некоторые подробности, связанные с её обращением и о порождениях тьмы в частности. Но Серанни не собиралась рассказывать мне много. И потому затерялась в пещерах также внезапно, как и появилась передо мной в начале нашего разговора.

***

Старшая дочь семьи Хоук была словно вездесущим ураганом. Казалось, что какая бы заварушка не происходила – она всегда косвенно или прямо в ней участвовала. И, конечно же, я не мог обойти стороной столь заметную особу. Последняя наша встреча состоялась на приёме у орлесианского герцога Проспера, где мы успели переброситься парой слов, но и только. Кажется, Мариан и её спутники явно прибыли на приём с определённой целью. И потому после начала охоты наши пути разошлись, и больше в тот день мы не увиделись.

***

Наша беседа с госпожой Мэварис Тилани была и правда долгой. Мы беседовали всю ночь, удобно устроившись в комнате отдыха, то и дело подливая в бокалы вино. И она, и я уже успели захмелеть, когда за витражными окнами начало подниматься солнце. – Думаю, мне пора, – проговорила магистр Тилани и, чуть покачнувшись, поднялась с мягкого диванчика. – Ох уж эти новомодные балы до самого утра. Но мне было приятно провести эту ночь в Вашей компании, господин летописец. И буду рада встретиться с Вами вновь.