Дар Грозовой башни

— Бутерброд будешь?       Я недоверчиво посмотрела на угощение. Колбаса, черный хлеб, масло. Никаких жучиных глаз или лягушачьих лапок не проглядывало. Взяла, поблагодарила, съела. На вкус тоже ничего. — Тебе кто-нибудь платит за то, что убираешься здесь? — Собеседник был изменен магией. Глаза, когда-то бывшие карими, полыхали синими отблесками, а рыжие волосы отсвечивали золотом. Не по земному красиво, но немного пугающе. Чтож, он хотя бы был человеком. По крайней мере на вид. — Мне платят вот за эти кустики — я указала на крошечное растение, похожее на коралл, растущий из стены. — А чищу здесь все, ну… по собственной воле.       Я не любила грязь. Не в философском смысле, а самую обычную, бытовую. И мне доставляло определенное удовольствие очищать пространство метр за метром, от песка, ржавой пыли, клейкой гадости, облепившей подоконники. Мне не сложно. Да и сырье, необходимое аптекарю, который меня нанял, лучше видно. — Ты молодец. — Наконец ответил мне чародей, словно взвешивая в голове что-то. — Только на ночь не забудь выйти. Тебе нельзя здесь оставаться.       С закатом я уходила домой, причем задолго до захода солнца. Передвигалась зигзагами, стараясь держаться как можно более людных мест, иногда в случайной компании с кем-то, постепенно сливаясь с обычными людьми. Не знаю почему, но вокруг башни постоянно терлись какие-то наркоманы, бомжи и другие непонятные личности, а вокруг заброшенные стройки.       Ближе к центру мягко светились рекламные вывески, из кафе пахло свежей выпечкой, а по улицам без страха ходили люди. Там у меня было жилье — небольшая квартирка над супермаркетом, при желании можно выйти с подоконника на крышу. Нынче подобное стоило недорого…       Мистика ворвалась в наш мир и до неузнаваемости изменила его, но это было давно. Сейчас волшебство помогало людям в основном в медицине и быту, а с напастями, повылезшими из ткани реальности, человечество постепенно справилось. Ну, кроме Грозовой башни, мрачном напоминании о чуть не случившемся апокалипсисе. — Но ты же тоже обладаешь даром. И я уверен, платят тебе за кровь камней намного дешевле, чем она стоит на самом деле. — Ал присел рядом со мной на корточки, и, взяв второй скребок принялся помогать с упорным кораллом. Не говорить же ему, что с такими способностями, как у меня, ни в одну нормальную гильдию не возьмут.       Тоже обитатель башни, ученик мастера, которого все боятся. И единственный здесь, кого я могла бы назвать приятелем. Не то, что ко мне плохо относились, наоборот, часто давали советы и почему-то подкармливали, но говорили свысока и держались холодно, как знать при общении с челядью. Знаю, они тут живут, учатся, проводят ритуалы и постигают тайны бытия, а мне только на шестом этаже и только одна травка нужна. И все же обидно.       Ал похож на призрака, такой же бледный, и ходит в простыне. Ну хорошо, это мантия, полупрозрачная, расшитая серебряными знаками, поверх обычной городской одежды. На пальцах — перстни с камнями, и бусинами украшены заплетенные у висков в косички серебряные волосы. Тут все примерно так выглядят — маги же. Можно сказать, своя культура.       Меня мистика тоже коснулась, хотя и совсем немного. Мои чувства чуть острее, а сил чуть больше чем у обычного человека, как если бы я была спортсменкой, но не более. Тут скорее важен был сам факт наличия волшебства, а не его содержания — он давал мне доступ к башне, возможность работать с ингредиентами, к которым прикасаться обычному человеку нельзя, более длинный срок жизни в конце-концов. И это тоже здорово, если не сравнивать. — Возьмите щеночка! — Меня отвлекли от работы, хотя я и сама уже собиралась заканчивать. Женщина с неухоженными руками и забившимися грязью ногтями, маслянистыми глазками и пьяненькой улыбкой протягивала мне блохастое, немытое и жалобно скулящее создание. — Возьмите!       Куда, зачем? Маленькое существо было втиснуто мне в руки, а мадам устремилась по коридору, будто ища буфет или туалет. Как она сюда вообще попала? Смертным вход запрещен, и особенно ближе к вечеру.       Я кинулась за теткой, чтобы предупредить ее об опасности. Первый пролет, второй, третий… Что-то поползло у меня по руке и я с ужасом откинула то, что еще недавно было щенком. Давно оно было щенком, а сейчас грудой копошащихся опарышей в мертвой плоти. Я взвизгнула и метнулась назад к лифту. Поздно, последний лучик солнца наискосок пересек окно и померк. Я опоздала. Точнее, меня поймали. Как последнюю дурочку, сыграв на жалости. И теперь точно съедят.       Я села на пол и заревела, прижимая к груди руки, испачканные трупной жижей. Кто-то похлопал меня по плечу, я отшатнулась, готовясь сражаться за свою жизнь и вдруг увидела Ала. — Что-то здесь делаешь? — Маг рывком поднял меня на ноги, и не дожидаясь ответа, потащил к лифту. — Я рассказала все как есть, и выразила надежду, что в сумерках все же успею добраться до дома, если смогу выйти. — Ага, конечно. Таких как ты, «опоздуняшек», на первом этаже как раз ждут. Хочешь устроить пир голодным сущностям? Он нажал на восьмой, двери закрылись, раздался тихий скрежет. — Будешь ночевать здесь как все мы когда-то. Не бойся. Это тоже возможно.       Двумя этажами выше кораллов из стены не росло и двери имели номера. Ал зашел в тридцать шестую комнату с пустыми бетонными стенами и странного вида шаром посередине с круглым отверстием сверху, как в огромном металлическом аквариуме. — Забирайся. — Я не могу. — Жить хочешь — сможешь.       Маг подпрыгнул, зацепился кончиками пальцев за верх, подтянулся, заполз внутрь, а затем вытянул руку мне навстречу, не обращая внимания на многочисленные ржавые полоски на мантии. — Ну же!       Я тоже прыгнула, услышав за спиной какой-то движение. На секунду мне показалось, что я сейчас упаду, но затем с помощью Ала я все же смогла плюхнуться внутрь… В прозрачную воду. — Ныряй. Здесь можно дышать. Быстро.       Я послушалась. Выглядевший железным снаружи, внутри аквариум оказался прозрачным, и можно было увидеть то, что пришло за мной снизу.       Сходство с «теткой» оно имело только отдаленное: обрывки одежды свисали с боков, удерживаемые только складками на теле огромной пиявки, присосавшейся к сфере зубастым ртом, внутри которого пульсировал алый огонек.       Вода стала мутной, красной и солоноватой на вкус. Видимость снизилась — пространство будто заволокло туманом. — На него нельзя смотреть. — Ал потянул меня на другой конец нашей камеры. — Откуда кровь?! — Я порезал руку. Не переживай, специально.       Я подползла к нему, и прижалась. Из ощущений только ткань его мантии, стеклянный круглый пол под ногами, и сопение и чмокающие звуки ползающей снаружи твари. — Страшно… — Еще бы. Особенно одному. — Ал помолчал немного, а потом продолжил. — Я когда учился здесь, часто сидел в этой штуке. С кровью легче, по крайней мере ничего не видишь. И не видишь, что происходит с теми, кто не успевает добегать. Она еще кружиться начнет ближе к рассвету, тогда вообще кошмар. — Зачем ты тут? — А ты зачем? Предупреждал же, найди себе нормальную гильдию. Но тебя ведь тоже Грозовая башня манит. Вот и мастер мой говорит, всех, кто тут появляются, либо пожирают, либо учат…       Мы сидели рядом, держась за руки. А потом, ближе к утру, аквариум действительно начал крутиться. И действительно, когда мы с восходом выбрались, нас рвало, причем Ала тоже, и одежда была у обоих грязная и рваная — только на помойку. — Здесь вообще можно ночевать, на двенадцатом и тринадцатом этажах. Ниже голодные сущности — выше твари посильнее. Только туда нужно идти по лестнице, а она с последними лучами солнца исчезает. Ну или вот такое вот… Обучение… Но ничего, думаю, ты справишься.