100-процентно натуральный продукт.

      Вот уже неделю в Сеуле идут противные майские дожди. Но это утро, на удивление синоптиков, солнечное, даже жаркое. От влажного после ночного ливня асфальта и солнцепёка на улице установилась настоящая духота, потому сеульцы резко сменили свои ветровки и дождевики на лёгкие шорты и футболки. К его великому сожалению, Тэхён терпеть ненавидит такую знойную погоду. Более того, выбирая между холодом и жарой, он без сомнений предпочел бы замёрзнуть в Арктике, чем сплавиться в какой-нибудь Сахаре. Его страдальческое лицо выражает полное негодование и недовольство в адрес всевышних погодных сил, благо за солнцезащитными очками эта картина не видна прохожим. Рассекая по солнечной стороне улицы, Тэхён упрямо тащится под самым пеклом, не задумываясь о возможности перейти на прекрасную теневую сторону улицы, продолжая строить из себя самого несчастного страдальца на планете.       — Господи, зачем я вообще на это репетиторство согласился, сидел бы сейчас дома, в прохладе, стримы смотрел, — жалуется Тэхён знакомому по телефону, раздражённо смахивая влагу с носа.       — Это же твой ректор, как тут отказывать? И вообще, ты вроде говорил, что этот твой брюнет недалеко живёт, так чего, как маленький? — твердит очевидное Тэхёну друг, удивляясь тому, какой иногда тот стонота, совсем, как капризный ребёнок.       — Айщ, ладно тебе, Чимин-а, ты же знаешь, как я ненавижу эту духотень и суету в свои заслуженные выходные дни, — оправдывается парень, уже переходя дорогу и подходя к нужному дому. — Ну всё, друг, я, кажется, на месте. Перезвоню, как закончу. Надеюсь, это будет быстро.       Тэхён прощается с Чимином и сбрасывает вызов, запихивая телефон в передний карман брюк. Он снимает очки и поднимает взгляд, с прищуром смотря на высоченный многоквартирный дом, следом тяжело и глубоко вздыхая в предвкушении нелегкой работы. Лишь поднимаясь на лифте, Ким осознает, что непонятные вспышки в районе рёбер не изжога, а все-таки волнение. Следом и мелкая дрожь в руках, влажность на ладонях и желание сбежать. А картины совсем недавно миновавшего фестиваля и вовсе почву из-под ног норовят выбить. Но для Тэхена, стоящего пред заветной дверью, пути назад уже нет и быть не может, ведь зловещее лицо ректора так и витает в его голове, приговаривая страшные непонятные заклинания. Кима даже передергивает, и тогда он отрицательно машет головой, делая уверенный шаг вперед.       В свои выходные дни Чонгук никогда не упускал возможность вдоволь насладиться сном и понежиться в большой мягкой постели, ведь шанс сделать это выпадает всего раз в неделю. И нет, совесть за то, что до этого он уже туеву хучу раз прогуливал пары, его как-то не коробит. Нельзя сказать, что он бессовестный, брюнет просто успел ввести свой организм в график учащегося, «насладиться» последним месяцем, исполняя роль прилежного студента, исправляющего посещаемость. Теперь же пришло время исправлять свою безобразную, относительно студента, успеваемость. Возможно, относительно школьника, да, вполне себе умный мальчик. Но такой уровень подготовки вряд ли удовлетворит хоть кого-нибудь из преподавателей высшего учебного заведения, потому-то Чонгуку и преподнесли такой подарок в качестве необычного репетиторства. Подарок, о котором он благополучно забыл. Парень, заслышав неприятный, бьющий по ушам, вызывающий желание немедленно накрыться подушкой, звонок, буквально рычит от раздражения, разлепляя глаза. Он переводит сонный злобный взгляд на часы и со свирепым криком «кого там, черт возьми, принесло?!» грозно летит к двери. Нежданный гость молчит, на вопрос не отвечает, стоя прямо за дверью, а Чонгук и не дожидаясь ответа, с размаху отворяет её, с полной готовностью норовя преподать уроки этики заявившемуся на порог, хотя уроки как раз-таки преподавать пришли Чонгуку. Брюнет, буквально сталкиваясь взглядом со своим гостем, со скоростью света меняется в лице и расположении настроя. Словно по щелчку злость и страшная физиономия, выражающая, казалось бы, ярость во плоти, сходят на удивление, а густые брови мигом взлетают под колючую угольную челку. Просто поразительно трогательное выражение, не изображающее сейчас ни привычной ухмылки, ни хитрого тебе прищура, ни даже ядовитой уверенности. Тэхён запечатлел бы такой удивительной редкости момент, чтобы затем впечатать фотографию на место наглющего лица, но лишь скрещивает руки на груди в ожидании чужого прозрения и одаривает хозяина скептическим взглядом, обязательно сопровождающимся фирменной приподнятой бровкой. Чонгук, выйдя из состояния глубокого гипноза или же, иначе говоря, величайшего затупа, щёлкает себя по лбу и с официантским «одну секунду» захлопывает дверь перед носом гостя. «Ну, что за грубиян, где его манеры?» — думается Тэхёну. Чонгук с небывалой скоростью залетает обратно в квартиру и мечется, словно дикая муха, собирая по полу когда-то давно разбросанные вещи, затем пробуя утрамбовать весь этот ком в шкаф и пытаясь закрыть чёртову дверцу под аккомпанемент разнообразных, почти безобидных ругательств. Юноша распихивает все лежащие на видном месте вещи по еще не таким забитым полкам в шкафу, молниеносно заправляет кровать и наскоро ополаскивает пару грязных кружек, придавая тем вид чистой посуды. Ногами он быстро разметает мелкий мусор под кровать, шкаф, комод и под всё, куда придётся, лишь бы не было видно. После уборочного марафона, Чонгук заскакивает в ванную и на лету штудирует полость рта каким-то химозным веществом, под видом ополаскивателя, пытаясь одновременно плескать в лицо водой, таким образом умываясь. В конце концов, освобождая рот от мятной жидкости, брюнет оценивает отражение в зеркале, зачёсывает пятернёй влажные волосы назад и ободрительно похлопывает впалые щёки, затем накидывая на голые плечи небольшое белоснежное полотенце. Облегченно выдохнув, Чонгук лениво бредёт к двери, шлёпая босыми ногами по паркету, и снова открывает ее, застав сидящего на корточках у стены гостя, удивляющегося тому, как долго идут чонгуковы «секунды». Темноволосый приглашает того войти, наигранно любезно, вкупе с вновь натянутой привычной ухмылкой. Тэхён на такую выходку лишь недовольно хмыкает, но послушно и гордо входит в квартиру, ведь делать-то всё равно нечего. Первое, что он делает, проходя в квартиру-студию, — банально осматривается, оценочным взглядом проходясь по квадратным метрам. Квартира у Чонгука достаточно просторная, но такой стиль минимализма слишком уж чужд Тэхёну. Кухня в тёмных тонах, сделанная под чёрный мрамор, барная стойка, отделяющая кухню от основного зала, посередине которого скромно располагается белый диван с плазменным телевизором; где-то за стеной у окна одиноко ютилась большая двуспальная кровать. Предметы декора вовсе отсутствуют, за исключением пестрого магнитика на холодильнике и засохшей орхидеи на широком подоконнике. Странно, что темноволосый, живя один, не пользуется шансом здесь всё обустроить. Будь такая квартира в распоряжении Кима, он бы обязательно занялся её «обуютиванием» и подарил холостяцкой берлоге необходимый домашний интерьер и стильный дизайн. Но все мысли об обустройстве квартиры резко обрываются и улетают куда-то далеко, когда внимание Тэхёна привлекает рабочий стол с огромным навороченным компьютером. Он завороженно скользит взглядом по чуть ли не последней — а он знает — модели, по широкому экрану, мощному процессору и еще всяким восхитительным, по мнению Тэхёна, штуковинам. Хозяин сего добра, заметив причину глубокого гипноза своего гостя, лишь довольно и по-доброму хмыкает, подходит к Тэхёну, становясь рядом.       — Ва-а-а, — тянет Тэхён, поворачиваясь к Чонгуку со взглядом, полным неподдельного восторга, смотря совсем по-ребячьему восхищенными и горящими глазами, — такой классный. Чонгук, смотря на такого полного наивности Тэхёна, с трудом подавляет в себе желание прыснуть в кулак и по полу катнуться, хотя края губ всё-таки нервно вздрагивают. Вот он — Тэхён без напускного холода и уверенности, настоящий. И такое открытие приятно удивляет, радует, придает некого вкуса маленькой победы, запрыгнувшей в карман

***

      Спустя битых полтора часа над учебниками, Тэхён приходит к небольшому умозаключению: Чонгуку вообще-то неплохо даётся большинство предметов, но самая большая его проблема — математика.       — Самое странное, — рассуждает Тэхён. — Школьная программа у тебя идёт прекрасно, но, начиная с программы универа, всё не очень. Хотя, знаешь, это в принципе и неудивительно с твоей посещаемостью. — Заканчивает он, поднимая взгляд на внимательного Чонгука.       — Ну, — тянет брюнет, — компьютерная зависимость — ужасная вещь, правда. Счёт времени теряется, а режим плавает. Чаще всего я просто просыпал в универ после ночи игр. Знаешь… Overwatch там, редко бывает и CS       — Знаю. Выходит ты склонен к зависимости, а? — словно бы утверждает Тэхён, припоминая пачку сигарет одним днём у Чонгука, когда они шли после занятий. — Что на счёт стримеров? Есть любимчики?       — Ну, может быть Gay(mer)? — почему-то вопросительно отвечает Чонгук и лукаво усмехается. — Вообще много смотрю, но, говоря о «любимчиках», я остановлю свой выбор на нём.       Огонёк в глазах Тэхёна разгорается, и он, кажется, даже подвисает, удивлённо вскинув брови. Парень на секунду хмурится, прокручивая в голове сказанное, но, убедившись в правильности услышанного, снова оживляется и загорается.       — И мой тоже! — наконец, бодро выпаливает светловолосый и немного по-детски ёрзает на месте. — Он довольно популярен сейчас, но я слежу за ним с трёх тысяч подписчиков. Его стримы всегда такие интересные получаются. И вообще, сам по себе он харизматичный, я чувствую, что подружился бы с ним. Жаль правда, что он без камеры стримит. Да и в социальных сетях фотографий нет, разве что фотоработы его и пара рисунков. Было бы классно увидеть его, кажется он тоже из Сеула. Ну, стесняется может?       — Может, — странно отвечает брюнет. — Раз он тебе настолько нравится, что ты его аж с трёх тысяч смотришь, то почему бы тебе ему не написать, может и встретишься вдург?       — Смеешься? У него таких фанатов миллион. Написывают ему ежедневно. Так что по моим скромным подсчетам, шанс, что он мне ответит равняется нулю, — уверенно заявляет Тэхён, складывая руки на груди, выражая всю глупость поступившего предложения своим укорительным взглядом.       — Ну, во-первых, именно таких фанатов, как ты, три тысячи, а во-вторых: как знаешь, — просто усмехается Чон и жмёт плечами. Ему-то, собственно, какое дело.       Тэхён лишь тушуется, не найдя аргументов против вполне резонной речи Гука, поэтому жмёт плечами, вроде соглашаясь с брюнетом. Предстоящую неловкую паузу, такую нелюбимую Тэхёном, успевает нарушить дверной звонок, и светловолосый переводит стеклянный взгляд на Чонгука, на что тот задумчиво хмурит брови, уже вставая. Он третий раз за утро открывает чёртову дверь, даже не глядя в глазок, совсем не думает о безопасности. Хотя с такими габаритами думательный процесс можно опустить. Как там говорится? Сила есть — ума не надо. Собственно, как оказалось, и сила тут не пригодится. В дверях стоит широкоплечий, такой же темноволосый мужчина, со знакомой ухмылкой, но какой-то более доброй. Несмотря на свою грозность, которую всем видом излучает, он выглядит довольно миловидно, беззлобно. Что-то есть в этом ясном взоре и очаровательных морщинках, собравшихся в уголках прищуренных глазёнок, некий шарм или эдакая притягательность. Тэхён прикидывает себе, что за человек перед ним стоит, и ведь попадает в яблочко — отец Чонгука, господин Чон. Студент спокойно поднимается с места и уважительно кланяется под девяносто градусов, как хороший и вежливый мальчик, после чего слышит насмешливый хмык со стороны Чонгука.       — Ну, здравствуйте. О, — вдруг изумляется господин Чон, глядя на разбросанные по столу учебники и тетради с конспектами. Такого не бывало со времён, наверное, первого курса. — Смотрю, у вас тут учёба полным ходом. Так держать, Тэхён, ты уж поднатаскай моего балбеса. Сынок, — обращается тот уже к Чонгуку, у которого весёлой ухмылочки и след простыл, — думаю тебе есть чему у него поучиться.       — Сделаю всё возможное, — многообещающе твердит Ким, поднося правую руку к голове. — Вроде как не все потеряно.       —Возможно вы не заметили, но я ещё здесь, — возмущенно размахивает руками Чонгук, пытаясь вклиниться в диалог.       — Что ж, тогда ждём результатов! — будто и не замечая вовсе, дискуссирует Чон старший с Кимом. — Давно занимаетесь?       — Часа полтора, — задумчиво тянет Тэхен, поглядывая на наручные часы и Чонгука, будто бы ожидая подтверждения.       — О, может перерыв? А то, глядишь, голова у кого-то взорвется от такого количества знаний, — позволяет себе съязвить мистер Чон, всё равно настаивая на отдыхе.       Тэхён, действительно от души, весело гогочет, так же бодро следуя на кухню за отцом Чонгука. Тот уже, в свою очередь, щебечет новую порцию чего-нибудь забавного и та-а-акого интересного, судя по лицу слушателя. Уж Чонгук знает. Чаще всего, если Мистер Чон в хорошем расположении духа, то обязательно так или иначе неосознанно «застыдит» сына перед новоиспеченными друзьями. Хотя иногда умудряется и стареньких удивить чем-то новым. Вот Юнги с Хосоком порой буквально по полу катаются. Чего только его милейшее, по словам отца, прозвище стоит — пингвинёнок. В общем, очевидно, что у этих двоих вагон и целая телега компромата на друга, которым они иногда умело пользуются, конечно, не в корыстных целях! Почти. Краем уха Гук уже слышит что-то о детских фото маленького чертёнка в милейшем костюме зайчика-попрыгайчика, потому невольно закатывает глазные яблоки от досады настолько, насколько это вообще возможно. Пусть во всевышние силы Чонгук и не верит, но сейчас молится всем существующим и несуществующим богам, только бы Тэхён вежливо отказался от чертовой авантюры — просмотра прекраснейших (читай, как: позорнейших) фото малыша Чонгук-и во всей его красе.

Плохо Чонгук помолился.

      — Да я с удовольствием! — бодро лепечет Тэхён, поглядывая в сторону брюнета. Вот, кто тут и чертёнок, так это точно не Чонгук. По крайней мере, сейчас не Чонгук. «Глубокий вдох, спокойствие, хуже уже не будет»       Электрический чайник звонко щёлкает, оповещая о вскипятившейся в нём воде. Хозяин квартиры разливает фруктовый чай по кружкам, которые всё равно пришлось ещё раз помыть, ведь иллюзия чистоты здесь уже не прокатит.       — Чонгук-и был такой милашкой в детстве, — не без издевки говорит Тэхён, отпив сладкого чая из кружки, которую Чонгук так любезно не домыл.       — Был? — возмущается Чонгук и брякает чашкой по столу.       — Кстати, — встревает мистер Чон, прерывая идиллию. — Как прошёл Ваш фестиваль? Слышал в этом году всё было веселее и интереснее. «Хуже? Не может? Получите, распишитесь»       Парни мельком переглядываются, и вкуснейший фруктовый чай комом застревает в горле Чонгука, из-за чего тот давится, отправляя чай наружу и стуча по груди. Тэхён гулко сглатывает и предательски краснеет, бегая глазами по помещению, не зная за что бы взглядом зацепиться. В голове невольно всплывает картина приближающегося лица Чонгука к своему, ну, а дальше (представим мем «Directed by ROBERT B. WEIDE»). И впрямь интереснее в этом году было. А спектакль-то какой нынче забабахали!       — Ну, что за поросёнок? — беззлобно ругается Чон старший, уже взяв тряпку и протирая стол.       — Кстати, пап, — прочистив горло, ловко переводит тему Чонгук. — А ты… Не вернешь машину? Ездить в универ на автобусе и правда довольно проблематично.       — Ну, — вздыхает отец, выжимая губку над раковиной, а затем задумчиво мычит. — Вообще-то, я изначально не планировал отбирать твой транспорт, скорее от злости вышло. Так что, наверное, езди? Только не лихачить, иначе твой бардачок скоро начнёт взрываться от количества штрафов, которые ты вечно туда толкаешь!       — Окей, босс, — деланно повинуется младший, изображая руками знак «ок».       Они еще с полчаса приятно беседуют (пьют печенье, едят чай, никакого суицида, ха-ха), а затем уже мистер Чон спешно покидает мальчиков, торопясь на «важные посиделки по бизнесу». Тэхён от приятной встречи размякает и никакого дискомфорта больше не испытывает. Парни занимаются еще около часа, разбавляя умственную работу легкими разговорами, конечно, не без саркастичных шуточек со стороны Тэхёна и подколов Чонгука. На сегодня с них уже хватит, а иначе у кое-кого реально мозг взорвется от такого количества знаний, потому Тэхён быстренько отчаливает, скомкано прощаясь и что-то бросив о следующем занятии. Можно выдохнуть.

***

      Весь оставшийся день, где-то в широких просторах огромного мозга Тэхёна, ненавязчиво пикала заманчивая идея написать любимому стримеру. И да, она до сих пор казалась студенту тупейшей. Зато какой заманчивой… Он откладывает ее до самого позднего вечера, когда уже забирается в свою кроватку. Мысль тогда вполне себе навязчиво крутится в голове, а Тэхён находит мелочные аргументы против, отговаривая, ведя своеобразную войну с самим собой. Не, ну это биполяр очка, однозначно. Тэхён проверяет всевозможные обновления в социальных сетях, листает скучную ленту ютуб, тыкая на пару заинтересовавших видеороликов, снова зачем-то проверяет обновления и опять по новой. Бесцельно потратив около двадцати минут, Тэхён решается залезть в твиттер, бороздит там ленту обновлений, оттягивая время, читая каждый дурацкий пост, пока не натыкается на не менее дурацкий «just do it» от неизвестного пользователя «гавкошмыг». Серьезно, и когда он успел зафоловить этот аккаунт непонятного происхождения? Парень пялит взглядом в экран, перечитывая фразу снова и снова, пока она не теряет смысл и не звучит в его голове слишком незнакомо. Вот такая деградация. Ну, согласны? Узнали? Тэхён, воодушевившись скудненьким текстом от странного пользователя, будто нехотя (да, ага, заставили), заходит на знакомый аккаунт, который он, конечно, не обновляет чаще, чем получает похвалу в универе. Нет-нет, ни в коем разе. Он жмет заветное «написать» и… уйти в абстрал «on». А что написать-то? С чего вообще начать? «Здравствуй»? Слишком официально. Просто «привет»? Точно не прочтет. Ким еще несколько минут мечется, стирает, снова набирает, снова стирает. Как сложно. забить хер «on». Признания в любви до гроба Тэхён не катает, решает по-простому, как и хотел, без всяких выкрутасов и смертельных петель обходится.

taehyung

Йо, привет? как ты? просто хотел сказать спасибо за твоё творчество) твои стримы всегда помогали мне расслабиться в тяжёлые будни. ну. то есть в нормальном смысле расслабиться, да, хе-хе. Я с тобой с 3 тысяч, чел, да мы почти, как братья, согласен? узнал?) не уверен, что ты вообще это когда-то прочтешь… Короче, эмэм, ыэыэ, ясно, автору 0 лет, добрых тебе снов, я с тобой, чел, я тебя обожаю. (нет, я не фанючка, окей?) ник вообще пушка, кстати.

      «отправлено». Тэхён блокирует телефон и отбрасывает его куда-то на поверхность кровати в неизвестном направлении. Какой стыд. Он накрывает лицо холодными ладонями и жмурит глаза до непонятных бликов, плывущих перед глазами. Светловолосый даже предпочитает ни о чем не думать, просто проваливается в глубокий сон и избавляется, наконец-таки, от волнения. Серьёзно, ему что, сорок? Кажется у него тахикардия (на самом деле дибилизм). Парнишка славно спит и ровно посапывает, когда на телефон с характерным звуком приходит уведомление из твиттера. Gay/mer хаха, привет?) приятно слышать. оу, аж с 3 тысяч… олды тут? Это удивительно, ты очень милый, я правда рад своему преданному зрителю!