Помоги ближнему своему

      Серый небосвод истекает прозрачной кровью. Капли сливаются в стремительный поток и непрерывно колотят по разгоряченному асфальту. Летний зной не тает в вуали дождя, становясь лишь сильнее с приближением полудня.       За окном маленькой кафешки стремительно проносятся по мокрым дорогам машины и спешат куда-то яркие пятна зонтов. Под ними прячутся, убегая от жарких капель, люди, не поднимающие взгляда от тротуара. Машины окатывают их водой из луж, они ругаются, но надолго под проливным дождем не останавливаются — торопятся под крыши.       Но Тайлер наблюдает не за ними. Крепко стискивая пальцы на все еще теплой пустой кружке, он не сводит взгляда с темной фигурки по другую сторону дороги.       Высокий мужчина — единственный в этот час, кто не скрыт полотном зонта. Растерянный, грязный, оборванный, он стоит у самой дороги и отчаянно пытается попросить помощи. Дождь нещадно накрывает его вместе с порывами ветра. Темные волосы мокрыми сосульками спадают на лицо, лохмотья прилипают к узким плечам и тонким дрожащим ногам.       — Пожалуйста, помогите!.. — он пытается поймать за руку проходящую мимо женщину.       Но та отшатывается и бросает на мужчину гневный взгляд, полный отвращения. Стоит только бродяжке опустить протянутые в мольбе руки, как она улепетывает, сверкая туфлями. А мужчина в грязной одежде сжимается под дождем, низко опуская голову. Он весь трясется, с головы до ног, отчаянно кутаясь в покрытую грязью футболку. Худое лицо с щетиной на подбородке и удивительно большими зелеными глазами искривляется от боли и страха. Но в следующую секунду бродяга уже снова пытается выловить из толпы хоть кого-нибудь. Снова и снова неудачно.       Тайлер редко страдал приступами такого острого желания помочь человеку. Он не был добряком, не работал в волонтерских организациях и не любил людей настолько, чтобы помогать бомжам. Но именно в этот обеденный час ему хотелось помочь. Тонкие пальцы подрагивали от желания рвануть к молящему прохожих мужчине. Нервное движение — Тай заправляет прядку светлых волос за ухо. Брови невольно хмурятся, тонкие губы поджимаются. Он старательно борется с собой.       Мужчина за окном продолжает танцевать под дождем. Шаг, другой, протягивает руки за помощью… Но снова провал. Очередной прохожий убегает, даже не взглянув на него. Бродяга снова сжимается, словно брошенный ребенок. И тут же получает неслабый толчок от проходящей мимо девушки. Неловкое движение — он почти летит под машину, только чудом удерживаясь на ногах.       Для Тайлера это становится последней каплей. В янтарных глазах зажигается огонек решимости. Торопливо и резко он поднимается на ноги, подхватывая с диванчика свои зонтик и сумку. Бросив на стол стодолларовую купюру — плата за обед и щедрые чаевые официантам — он несется к выходу. По пути успевает забросить на плечо сумку, а в руках оставить только зонтик.       — До свидания! Заходите к нам еще, мистер о’Коннел! — официант, проходящий мимо, отвлекается от заказа, чтобы проводить знакомое лицо.       — Конечно, Боб, завтра же зайду! — Тай улыбается доброжелательному официанту, но не останавливается.       Улица встречает его шумом — дождь и люди, гул машин и далекие звуки магазина телевизоров вдалеке. Бродяга все еще там, на той стороне дороги — бродит, как неприкаянная душа, но уже ни к кому не подходит. Тайлер присматривается к нему, еще раз думая, стоит ли подходить. Стоит ли свой свободный вечер тратить на бомжа? В конце концов, сегодня ему надо отзвониться мистеру Эверлингу и отчитаться тому о проделанной работе. А потом пойти и еще раз изучить план работ над «Домом привидений Джеймса»… Да и вообще, мало ли у него дел?       Но вот оборванец поднимает голову и смотрит в сторону яркого пятна кафе. И такая тоска видна в его зеленых глазах, что у Тайлера где-то в груди екают остатки сердца. И все мысли о том, нужно или не нужно ему помогать бродяге, отпадают.       Он раскрывает зонтик и спешит к переходу. Легко пересекает его, оказываясь на другой стороне улицы. Втекает в поток людей, прижимая к себе поближе зонтик. Сумка бьется о бок, ворот рубашки трет горло, а низ брюк мгновенно пропитывается водой. Но Тайлер уже не обращает на это внимание. Перед его взглядом только большие зеленые глаза и искривленное болью и грустью смуглое лицо.       — Вам помочь? — он сам подходит к мужчине, не надеясь на то, что тот схватит его за руку.       — А? — бродяга растерянно смотрит на него. Редкие брови поднимаются, тонкие губы искривляются в дрожащей улыбке. — Да! Да, пожалуйста, помогите мне! Не могли… Не могли бы вы, пожалуйста, дать мне телефон? Мне нужно позвонить в полицию, очень-очень нужно, пожалуйста… — мужчина начинает торопливо бормотать, неуверенно протягивая широкую ладонь к Тайлеру, но не касаясь его.       — Не волнуйтесь, успокойтесь. — Тай натягивает на лицо добрую улыбку.       Он умел это делать. Закрываться маской, кривясь в фальшивой улыбке и заискивающе смотря снизу вверх на человека перед ним. Это очень помогало ему по жизни — сначала в школе, где учителя любили его отзывчивость, учтивость и улыбчивость, а затем и в поиске работы, где на собеседованиях его улыбка трогала сердца начальников. Если так подумать, заместителем главы Эверлинг Хостинг ему помогла стать именно его насквозь лживая улыбка и доброе лицо…       Но сейчас все было иначе. Этому бродяжке он улыбался так искренне, как только мог. Робкий взгляд зеленых глаз вынуждал, противиться ему Тай никак не мог.       — А… Конечно. — грязный мужчина неловко кивает, отчего по лицу его еще активнее стекают струи воды с темных прядок. С хлюпаньем влаги в ботинках, он переминается с ноги на ногу.       — Объясните мне, что с вами случилось, и я попробую помочь. — Тайлер даже не побрезговал легонько коснуться плеча бродяги, зная, какое влияние оказывают такие мягкие жесты на обездоленных.       — Меня… Понимаете, меня ограбили. — мужчина отшатывается было от прикосновения, но почти сразу успокаивается. Взгляд его теплеет, губы начинают подрагивать уже вовсе не от волнения. — Вчера… Вырвали из рук сумку с документами и деньгами, оставили посреди города… Я пытался попросить помощи, но люди только уходили от меня.       — Что ж, значит, хорошо, что я вас заметил. — Тайлер никогда не верил в такие простые и складные истории. Природная подозрительность и недоверие к людям играло свою роль в этом. Но этому бродяжке Таю хотелось верить. — Знаете что, а давайте мы пойдем ко мне? Думаю, в полицейском участке нашего городка вас в таком виде серьезно не воспримут. — фраза неправильная — Тай не думает, он в этом уверен. Копам в Эверластинг Свамп наплевать на бомжей или просто грязных оборванцев с высокой колокольни.       — Нет-нет, что вы…! Мне хватит просто звонка в полицию, — мужчина нервно закусывает нижнюю губу, взгляд его мечется из стороны в сторону.       — И все же. Не бойтесь, я правда вам помогу. — собственно, а что Тайлер мог ему сделать? У них разница в росте в голову, а у бродяги еще и размах плеч ого-го какой. Бояться тут стоит именно о’Коннелу.       — Ну, если вы действительно не против… — бродяга смотрит на него щенячьим взглядом. Внутри Тайлера от такого взгляда разливается тепло, а секундная гордость за свои поступки чуть туманит голову.       — Совершенно не против. — о’Коннел укрывает высокого мужчину зонтом, вытягивая руку высоко вверх. — Идемте скорее, тут недалеко.       Бродяга счастливо кивает головой и часто-часто моргает. Внутри него — настоящий ураган из чувств. Наконец, наконец кто-то согласился помочь ему! Кто-то не прошел мимо, не окинул брезгливым взглядом. Ему помогут. Почему — не важно. Главное, что помогут. Он так устал за эту неделю скитаний по улицам, что готов был уже стучаться в квартиры, умоляя пустить его переночевать хоть за что-нибудь — за вещи, тело, бесплатную рабочую силу. Но этот мужчина, в чистеньких и элегантных рубашке и брюках, с идеально уложенными светлыми волосами и внимательными янтарными глазами, не прошел мимо. Он спас его.       Вместе они бредут под дождем дальше, а люди смотрят им вслед и удивляются — как это такой человек, как мистер о’Коннел, наместник Александра Эверлинга, его глаза, уши и рот в этом городе, может идти рядом с потрепанным, откровенно нищим и убогим бомжом?       Но дождь смывает вопросы в водосток, заставляя людей продолжать свой путь в поисках укрытия от горячих капель майского луизианского дождя.