Makea Veri

      Они бежали долго. Чимин мчался в даль, чувствуя нежные объятия своего любимого вампира. Ветер хлестал по его морде (лицу), на сердце было так легко и тепло.       Хватило всего лишь немного разозлиться, и всё встало на свои места.       Он любит. Любит этого вампира всем сердцем и существом, нет, не так. Обоими существами! Он любил своего истинного всем, чем можно, его свежий аромат наполнял все лёгкие и было так легко дышать.       А Юнги просто наслаждался близостью своего омежки, его теплотой и ароматом.       Небо заволокло тучами и где-то издалека был слышен гром, и сверкали молнии, и капли дождя начали капать на землю. Юнги даже не обратил на это внимание, ему было хорошо вот так рядом, в обнимку.       Чимин упрямо бежал вперёд, он хотел привести Юнги в его любимое место в этом лесу, туда, где он прятался в детстве и где проводил время с Тэхёном, подальше от всех.       Это было что-то вроде пещеры внутри скалы, которую они с Тэ давно уже превратили в маленький домик, затащив туда небольшой топчан и подушки, пушистый и мягкий ковёр, книги и всего другого по мелочи.       Они с Тэ убегали туда на несколько дней именно в такую погоду, потому что сильный дождь скрывал их запахи от других волков, и они могли спокойно отдохнуть. Заранее закупали кучу всяких вкусняшек, начиная от чипсов с колой и заканчивая фруктами. Конечно, с возрастом кола сменилась пивом и вином, но всё остальное оставалось таким же, как раньше.       — Чимин-и мой, а что это за место? — спросил у него вампир.       Чимин ткнулся мордочкой ему в спину, заставляя пройти внутрь.       Всё внутри было так же, как и год назад, везде было чисто, видимо ТэТэ недавно прибирался здесь.       — Ого, а тут уютно, — улыбнулся Юнги, присаживаясь на тахту, и посмотрел на Чимина. Тот побрёл в другую сторону, выудил откуда-то плед и закинул себе на нос, а затем подошёл к вампиру. — Спасибо, милый, но мне не холодно, — мягко отказался Юнги и встряхнул своими угольно-чёрными волосами.       Чимин фыркнул и опять указал на плед и на свою спину. Юнги конечно удивился, но всё же прикрыл омегу пледом, не понимая зачем он тому понадобился.       В секунду тот вернулся в человеческий вид и вздохнул, улыбаясь.       — Ведь вся моя одежда разорвалась на мне, а светить перед тобой голым задом как-то не прельщает, — сильнее укутываясь в плед, сказал Чимин.       — Оу, а я был бы не против полюбоваться твоей попкой, — во все тридцать два улыбнулся вампир, показывая свои маленькие и очень острые клыки.       Чимин невольно залюбовался прекрасной и открытой улыбкой любимого.       — Айщ, Юнги-я, не надо так улыбаться, — краснея, сказал младший.       — Почему это? — хмыкнул вампир. — Тебе не нравится моя улыбка?       — Нет, хён, очень нравится, — прошептал Чимин, а затем с силой прикусил язык, мысленно ругая себя за излишнюю болтливость.       Мин подошёл к младшему и приложил ладонь к щеке, поглаживая бархатистую кожу большим пальцем. Чимин прикрыл глаза и улыбнулся, наслаждаясь прикосновением любимого.       Да, любимого.       Он понял это в тот момент, когда волк вылез наружу, показывая кому принадлежит он и кто принадлежит ему.       Хоть у них не было ещё секса.       Он открыл глаза и хищно ухмыльнулся. О да, он точно знает чего он хочет.       Мин удивился резкой перемене в лице его омежки. Как? Как он может в одно мгновение быть ангелом, а в следующее демоном, демоном похоти.       Чимин закусил свои пухлые губы зубами и томно вздохнул, отдаляясь от вампира. Он отвернулся и зашагал к выходу из пещеры. Юнги любовался самым красивым омегой на свете.       Тонкий плед плотно облегал фигуру Чимина и видны были все прелести, в виде аппетитных ягодиц и узкой талии. В нём всё, просто всё было идеально.       Он стоял у входа в пещеру спиной к вампиру и вдыхал полной грудью влажный после дождя воздух, плед предательски спал с одного плеча, оголяя участок слегка смуглой кожи.       Небо после дождя очистилось и окрасилось в розово-персиковый цвет предзакатного солнца, а Юнги, стоящему посреди «комнаты», казалось, будто это Чимин светится этим светом.       Тишина стала какой-то давящей, такой же, как и ширинка джинс, которая давила на плоть (о да, ему хватило и одного жаркого омежьего взгляда, чтобы разгореться пламенем желания).       — Кхм, а что это за место? — спросил Юнги, потихоньку приближаясь к Чимину.       — Это наш с Тэхёном «домик», как мы назвали его ещё в детстве, — улыбнулся своим воспоминаниям Чимин. — Мы с ним часто сбегали от Намджуна и прятались здесь по нескольку дней…       Вспомнив про альфу-оборотня, Юнги начал злиться.       — Юнги-я, не ревнуй, — улыбнулся Чимин, поворачиваясь к вампиру.       — Как ты…?       — Я чувствую всё, что чувствуешь ты. Всё! — Подошёл тот вплотную к нему. — Волка же не обманешь, — прошептал Чимин, прикасаясь к его руке.       Юнги резко притянул его к себе за талию и посмотрел в глаза омеге.       Чимин в наглую разглядывал идеальные черты лица вампира. Белая, почти прозрачная кожа, которая так притягивает взгляды и пальцы, а губы такие яркие, влажные и желанные…       Прикоснуться к ним в один момент стало жизненно необходимо, и Чимин, не думая больше ни о чём, притянул того за шею и впился в него губами, сбрасывая с себя плед и оставаясь в руках вампира совершенно голым.       Мин, не теряя времени, приподнял Чимина, заставляя того обхватить его торс ногами.       Вампир целовал его страстно, развязно, придерживая младшего за попу, и больно впиваясь пальцами в мягкую плоть, оставляя на ней красные отметины.       Чимин целовал в ответ так же жёстко, врываясь в чужой рот языком и вылизывая его вдоль и поперек.       Внизу живота всё ныло от желания и наступающего возбуждения.       Чимин, желая почувствовать истинного кожа к коже, дрожащими пальцами начал расстегивать рубашку старшего, на что Юнги просто разорвал её на тряпки и выкинул в сторону, прижимаясь к разгоряченному телу.       Вампир нежно уложил Чимина на мягкий ковёр и поудобнее устроился между ног младшего, и продолжил целовать лицо и губы.       Целовал Юнги мокро, размазывая слюну по подбородку и скулам младшего.       Чимин стонал так развратно, что даже ни одна порноактриса с ним не сравнилась бы.       Вампир целовал шею Чимина, засасывая кожу и царапая её клыками, оставляя на ней алые лепестки любви.       Чимин потянулся к паху старшего, сжал его через ткань джинс, заставляя того хрипло застонать.       — Малыш, м-м-м-м, такой сладкий… — шептал вампир, целуя плечи и острые ключицы Чимина. — Сладкий и только мой… Да, малыш? — спросил вампир, накрывая горошинку соска и засасывая её.       — Д-да! Юнги~я… — застонал Чимин, царапая ногтями шею и спину старшего.       Он горел. Горел от каждого прикосновения губ вампира.       — Что «да», Минни? — спросил Юнги, сжимая талию и царапая чувствительную кожу груди клыками. — Скажи, Минни…       — Мхм… Твой, аах, только твой, — застонал Чимин, сжимая волосы на затылке старшего.       — Вот так, малыш, откройся для меня, — шептал Юнги, сильнее раздвигая ноги Чимина.       Он на мгновение залюбовался своим мальчиком: тот лежал весь раскрасневшийся, с закрытыми глазами и до крови закусанной губой, весь покрытый красными отметинами.       — Малыш, посмотри на меня, — мягко попросил вампир, кончиками пальцев поглаживая нежную кожу бедра.       Аккуратный член Чимина уже во всю стоял и требовал к себе внимания. Чимин с трудом раскрыл глаза и, когда они привыкли к темноте, увидел, какими глазами смотрел на него вампир: они светились серебром и похотью.       — Поиграй с собой для меня, малыш, — прохрипел Юнги. — Сделай мне приятно.       Сначала Чимин не понял, что от него хотят, голова была затуманена желанием, и голос был слышен, как из-под толщи воды, потом до него потихоньку начало доходить.       «Он хочет, чтобы я ласкал себя? Прям перед ним? Хмм…»       Он сходил с ума от желания, попка уже зудела и плоть хотела освобождения.       Чимин провёл руками по груди, задевая ногтями твердые горошинки сосков, и с шипением прогнулся в спине от ощущений.       Юнги сглотнул.       Вампир наблюдал за тем, как выгибался его малыш и никак не мог отвести от него взгляда.       Грудь, которая вздымалась в такт рваному дыханию; шаловливые пальчики, которые порхали, как бабочки, по слегка золотистой коже; блядские пухлые губы, что были уже искусаны в кровь, и глаза, что блестели от возбуждения.       Юнги рывком снял с себя брюки и боксёры, оставаясь полностью голым.       Когда глаза Чимина спустились по телу Юнги, к его паху, у него сбилось дыхание от его размеров.       — Что случилось, Минни? Неужели ты испугался? — с усмешкой спросил вампир, заметив небольшое замешательство в глазах младшего.       — Нет, — облизал пересохшие губы Чимин. — Хочу его в себе.       Юнги начал целовать и покусывать внутреннюю часть бедра, оставляя на ней засосы; поднявшись к члену, он слизнул естественную смазку, что собралась на головке, и заглотил его полностью, облизывая и посасывая.       Чимин, уперевшись на локти, наблюдал за вампиром, который приносил ему охуенное наслаждение; его голова поднималась и опускалась, а глаза смотрели в упор на Чимина.       Омега откинул голову назад и громко застонал, ещё чуть-чуть, и он кончил прямо в рот этого вампира.       Но резко удовольствие сменилось болью, когда Юнги с размаху вошёл средним пальцем в попку омеги и начал потрахивать. Чимин начал ёрзать, пытаясь соскочить и избавиться от боли, и вампир оторвался от члена, поцелуями начав успокаивать.       — Тш-ш-ш, малыш, потерпи.       Потихоньку двигая пальцем, Юнги покрывал всё тело омеги быстрыми и влажными поцелуями.       В попке у Чимина уже хозяйничали два пальца вампира, растягивая, задевая ту самую точку и заставляя омегу визжать от восторга.       Юнги вытащил пальцы и одним резким движением вошёл в Чимина на всю длину; член вампира был намного толще его пальцев, и омега уже во всю плакал, закусив пухлую губку.       Юнги целовал губы и лицо любимого, собирая солёные капельки с кожи, одной рукой медленно надрачивая плоть.       Чимин застонал от смеси боли и удовольствия. Он начал ёрзать, заставляя Юнги двигаться.       Юнги начал медленно толкаться, сначала почти полностью выходя, потом вгоняя член обратно на всю длину.       Анальные стенки мягко обхватывали плоть, заставляя чуть ли не кончить от кайфа.       — Малыш, — прохрипел вампир. — Ты такой узкий, твоя попка так хорошо принимает меня, это…просто… ахуенно.       Юнги поменял угол наклона, задевая чувствительную точку. Чимин закричал от удовольствия.       — Да, трахни меня, Юнги! — сказал он, вонзая острые зубки в плечо старшего и зализывая ранку.       Юнги двигался резко, быстро, задевая простату и надрачивая член Чимина.       Он целовал любимого, как будто это было единственным, что для него имело значение. Так и было. Единственное, что было важно этому вампиру — этот маленький омега, который извивался, как змея, под ним в порыве страсти, выкрикивая его имя.       — Хён, п-пожалуйста… я сейчас…       — Да, малыш, кончи для меня, — шёпотом приказал вампир.       И для Чимина эти слова, сказанные с хрипотцой, стали последними, и он кончил в руку старшего, сжимаясь вокруг его члена, заставляя того последовать за ним. И, с нечеловеческим рёвом сделав последние толчки, тот тоже кончил, наполняя Чимина своим семенем и нашёптывая одно слово.       «Люблю».       Как молитву.       «Люблю».       Выцеловывая кожу и губы любимого.       Чимин захихикал, притягивая к себе вампира.       — И я тебя люблю.

***

      Чимин проснулся от того, что по его телу прошлась крупная дрожь из-за холодного воздуха, разгулявшегося по пещере. Он сел и потянулся, растягивая мышцы, и оглянулся вокруг, носом втягивая воздух. Запах Юнги, что так переплетался с его собственным, ещё перед рассветом почти выветрился, говоря о том, что вампира уже давно нет там.       «Неужели бросил?» — подумал омега, улыбаясь, хоть и понимал, что после того, что было вчера, хочет того вампир или нет, он принадлежит ему.       Воспоминания о прошедшей ночи заставили покраснеть Чимина до кончиков ушей.       «Как же стыдно-о-о-о», — думал омега, прикладывая холодные ладошки к пылающим щекам.       Если спросить Чимина, жалеет ли он о случившимся, он без раздумий ответит, что нет! Ведь это была однозначно самая лучшая ночь во всей его жизни.       От мыслей его отвлёк какой-то шум снаружи, он уже хотел выйти, как вспомнил, что полностью обнажен. Взяв тонкий плед, он перевязал его вокруг пояса на подобии полотенца, вышло что-то вроде длинной женской юбки. И Чимин вышел из пещеры.       Лес встретил его солнечным, но прохладным днём; издалека слышалось пение птиц и шум реки.       «Нужно будет пойти сполоснуться», — поставил мысленно галочку Чимин и прислушался, где-то за рекой был еле различимый разговор, и он босиком направился в ту сторону (Интересно, как он это услышал? Он ведь оборотень, забыли?).       Проходя мимо тихой речки, Чимин подавил в себе хотелку тут же окунуться в прохладную воду: желание подольше пахнуть своим вампиром было больше желания поплавать.       Уже за рекой он почувствовал по запахам, кто там. Запах мятной жвачки и мускуса и плюс запах спелой вишни.       «И что же интересно они там делают?»

***

      POV Тэхён       Собрав в небольшую дорожную сумку немного еды и одежды для Чимина, я сел в машину и поехал к въезду в лес, чтобы уже оттуда пойти к пещере.       Спросите, откуда я знаю, что Чимин с тем вампиром в пещере? Просто я знаю этого рыжика, тьфу блин, розового, как облупленного! Никак не привыкну к его постоянно перекрашенным волосам, они у него то красные, то жёлтые, то вообще синие, а сейчас розовый, хех…       Так о чем это я? Ах да, короче, знаю я, и всё тут. Чуть что, он всегда там прятался, хотя я тоже. И уверен, что после того, что он вчера натворил, он улизнул туда со своим истинным, и я даже думать не хочу чем они там занимались…       Злобное «хи-хи-хи».       Не, вы не подумайте, я очень люблю этого балбеса, просто кто-то со мной спорил, что даже если он женится, то только на девушке, и так далее и тому подобное. А получилось так, что его попка теперь в руках у этого вампира.       Злобное «хи-хи-хи» три раза.       Интересно, Чимка знает, сколько его избраннику лет? Хотя какая разница?       Любви все возрасты покорны. Любви все особи покорны.       Так, хватит мне тупить. Эм…       За раздумьями я не заметил, как подъехал к нужному месту. Спрятав машину подальше, я пошел уже ножками, ища нужную тропинку к реке, а там уже и до «домика» рукой подать.

***

      POV Юнги       «Он прекрасен!» — это была моя первая мысль, когда Чимин, обняв меня, заснул.       «Он идеален!» — всё в нем идеально, начиная с милого носика и пухлых губ, которые после поцелуев опухли вдвойне, и заканчивая его ровной нежной кожей.       «Он только мой!» — эта мысль заставила меня чуть ли не урчать от удовольствия. Я улыбнулся, поглаживая одной рукой бедро любимого. Утреннее солнце, что тонкой лентой пробиралось в пещеру, упало прямо на глаза Чимина, заставляя того смешно сморщить носик от недовольства. Я подавил в себе желание чмокнуть его туда, чтобы не разбудить и так уставшего омегу.       Кончиками пальцев я расправил розоватую челку на его глазах, чтобы солнце сильно не мешало, и аккуратно встал, осторожно укрывая Чимина пледом.       В «комнату» ворвался порыв утреннего ветра, принося с собой запахи хвои, мокрой земли, травы и спелой вишни.       Стоп! Какая нафиг вишня? Я принюхался ещё раз, определенно, это она…       — И чего он здесь забыл? — сам себя шепотом спросил я, укрывая вторым пледом Чимина, чтобы не замёрз.       Ну, пойду спрошу…       Конец POV Юнги       Вампир спустился вниз по скале и взобрался на высокое дерево, осматривая окрестность.       «Ага, вот ты где…» — подумал Юнги, наблюдая за альфой, который шёл вверх по реке. На плече у него был небольшой рюкзак, а на лице блаженная улыбка. Сделав несколько прыжков, вампир встал перед волком, но тот даже не удивился, а ещё шире улыбнулся своей «квадратной» улыбкой.       — О, Юнги-хён! — воскликнул Тэ. — А я все ждал, когда ты появишься! Как там Чимин? — он поиграл бровями.       Юнги опешил от слов младшего. Он-то собирался его хорошенько отпиздить, а тут такое…       — Хм, все в порядке. Он спит. Зачем пришёл?       — А, я вот вещи Чимину принёс, — начал Тэ, снимая с плеча рюкзак, — и еды немного.       «Точно! Я, блин, даже не подумал о еде. Чтоб тебя, Мин Юнги!»       — А это тебе, хён, — протянул пачку с кровью волк. — Гук отправил.       Юнги засмущался. Тэхён просто решил о них позаботится, а он в свою очередь напридумывал тут всякого.       — Эм, спасибо. Я у тебя в долгу, — улыбнулся вампир.       — Хён, ты это, — замялся волк.       — Что?       — Может выпьешь здесь? Просто я не знаю, как на это отреагирует Чимин.       — На что отреагирует? — спросил Чимин, выходя к ним.       Вампир и оборотень обернулись на голос и увидели Чимина, с обернутым вокруг бедер пледом и скрещенными на груди руками.       Тэ: Привет, МинМин!       Юн: Милый, ты уже проснулся?!       Сказали они одновременно.       Чимин улыбнулся во все тридцать два и ответил коротким «ага».       Юнги стоял лицом к Чимину, спрятав пакет с кровью за спину, и пожирал глазами голый торс любимого.       Омега подошёл к ним и чмокнул своего вампира, а потом обнял друга.       — Тэ, ты чего здесь?       — Вот, тебе одежду и покушать принес, — протянул ему рюкзак Тэхён.       — О, спасибо, хён, — улыбнулся Чимин, забирая рюкзак. — Я как раз проголодался.       Он вытащил оттуда сэндвичи и банановое молочко, и сел прямо на небольшой валун у берега.       Двое старших стояли и с умилением смотрели на омегу, что с аппетитом поглощал еду.       Юнги любовался любимым и одновременно думал, куда же засунуть пакет с кровью, чтобы Чимин не увидел.       У Тэхёна зазвонил телефон, и он, извинившись, отошёл, чтобы поговорить.       Расправившись с едой, Чимин довольно улыбнулся и проговорил:       — Был бы я котом, уж точно заурчал бы от блаженства.       Юнги ласково улыбнулся в ответ.       — Но я волк. Интересно, если я завою на солнце, а не на луну, это будет означать, что я ненормальный? — щурясь, рассуждал омега. — Юнги~я, а что ты от меня прячешь? — спросил Чимин, так же не глядя на вампира.       Юнги, не знал, что ответить, но и понимал, что врать не стоит и выпалил:       — Кровь. Мне Чонгук отправил, чтобы я подкрепился…       — Оу, не прячь тогда. А просто выпей. Я привыкший к этому. И вообще, почему ты ко мне не подходишь? Стоишь на одном месте и не двигаешься! — начал злится омега.       — Чимин, там, где ты сидишь, солнце очень яркое… — глаза Чимина округлились. — А моя кожа не очень хорошо переносит его.       — Айщ, извини, любимый. Я об этом не подумал, — засмущался омега и отвернулся, чтобы скрыть свои порозовевшие щёчки, а потом и вовсе скинув махровый плед, прыгнул в воду.       Когда Тэхён вернулся, он застал очень милую картину: счастливый Чимин плескался в воде, не сводя глаз с вампира, а тот сидел под тенью дерева и пил кровь из пакета, так же любуясь омегой.       Но пришлось прервать такую замечательную идиллию довольно не замечательной новостью:       — Звонил Чонгук-хён. Тебя, Юнги, срочно вызывают старейшины…