Makea Veri

      — Сукины дети! Вы забыли, кто здесь главный? Как я вижу — забыли, но я вам в секунду напомню! Где Джаред? — кричал вампир. — Я вас на куски разорву! Джаред! Адское ты отребье! Неси сюда свою задницу, пока я не спалил здесь всё к чертовой матери!       Вампир был в бешенстве, его глаза горели огнём: как у единственного представителя этого вида вампиров.       — Господин Мин, чем мы заслужили эту честь, что вы сами нас посетили? — Вышел светловолосый мужчина к разъярённому вампиру навстречу.       Высокий и худой, как палочка, тот напоминал вампиру Мину своего отца, которого он не без удовольствия собственноручно сжёг. Мин подлетел к вампиру, схватил за шею и со всей дури впечатал в стену, которая аж посыпалась от силы удара.       — Ты! Как ты посмел поднять свои грязные лапы на моего сына?! — рычал вампир, негодуя. На его действия подоспели охранники первого, но Мин своей магией огородился от них высокой огненной стеной.       — Тебе не хватило того, что случилось с твоим отцом и его братом, когда они лишили меня моей жены?! Напомнить? — спросил вампир, видя в глазах другого страх и ярость. — Я их сжёг. Медленно. Слушал, как они кричат от боли, чувствовал запах горящей плоти, и их магия воды и ветра им ничем не помогли, — шипел вампир всё сильнее, сжимая горло Джареда.       — Отпусти! — крикнул другой вампир, пытаясь стащить его руку с горла. Задушить, конечно, не задушит, а вот глотку проломить может.       — Спрашиваю последний раз: как вы посмели поднять руку на моего сына?! — начал сильнее злиться Мин, не обращая никакого внимания на жалкие потуги того освободиться.       — Он нарушил правила… — начал Джаред, цепляясь за руку Мина.       — Нет! Он ничего не нарушал! Нет таких правил! Его сердце выбрало оборотня, значит, ни ты, ни кто-либо другой не смеет вставать между ними! — рыкнул вампир снова, и, выпустив когти, разодрал горло Джареду, отпуская из рук останки и оставляя их валяться по отдельности.       Потом убрав огненную стену, он показал всем стоящим, что сделал, и пригрозил:       — Если кто-нибудь из вас когда-либо покуситься на жизнь моих сыновей или их пар, вы закончите так же, — а после щёлкнул пальцами, и тело Джареда охватило пламя.

***

      Чимин некоторое время сидел в прострации, вспоминая слова оборотня, и твердил лишь одно: «он жив, он жив, он жив».       Потом, как ведро холодной воды, на него полилось понимание того, что собираются сделать с ним.       Одичалые…       Это те оборотни, которые решили идти своим путем, бóльшую часть времени находясь в облике волка, убивая и поедая сырое мясо, и без разницы животное то или человек. Они сношаются с человеческими женщинами, не перевоплощаясь в людей, и разрывают их изнутри своими узлами. Они ненавидят вампиров и не хотят жить с ними в мире.       Теперь, осознав это, Чимин запаниковал. Он собрался с мыслями, пытаясь обратиться, но не получалось. Омега как только не пытался, но волк ни в какую не хотел выходить наружу.       — Трус! — крикнул Чимин в пустоту, обращаясь к волку, и подбежал к двери. Он кричал, бил кулаками и ногами дверь, но в ответ была лишь тишина.       — Откройте… — очередной раз всхлипнул оборотень и осел без сил на землю. Из глаз текли обжигающие слезы, а из побитых костяшек капельки алой крови.