Makea Veri

      Намджун уже полдня не мог успокоиться. Утром, после звонка Тэхёна и Чонгука, альфа собирался все бросить и лететь в Японию, но не тут-то было…       У его истинной, Джинни, начались схватки. Она последний месяц уже постоянно находилась в волчьем обличии, ожидая роды. И сегодня, когда Нам только взял ключи от машины и спустился на первый этаж, чтобы поговорить с любимой, он услышал пронзительный вой, который говорил о начале схваток.       Джун забежал в комнату и увидел свою любимую белоснежную волчицу, что лежала на полу, а под ней небольшую лужу прозрачно-розовой жидкости. Альфа перевёл взгляд на мордочку омеги и увидел в глазах нечитаемый животный страх, подорвался с места и побежал через все поселение к лекарю.       По дороге тот набрал Тэ и сказал, чтобы они летели без него, и объяснил ситуацию. На что тот постарался подбодрить друга и пообещал сделать все, чтобы найти Чимина.       Теперь Намджун ходил по комнате и еле сдерживал волка, что бился наружу, чтобы быть рядом со своей истинной. Роды длились уже шесть часов, а лекарь, омега средних лет, ни разу ещё не выходил из комнаты, в отличие от своих помощников, которые вовсю бегали то за горячей водой, то за чистыми полотенцами, то ещё за чем.       Альфа присел на корточки и провёл руками по лицу: нервов уже не хватало, а врачи не пускали к любимой. Но вдруг он услышал тихий писк и поскуливание и, не думая больше ни секунды, ворвался в комнату, где увидел свою волчицу вместе с тремя маленьких щенками серебристо-чёрного окраса и одним угольного-черного, что устроились под брюхом омеги и сосали молоко, поочередно поскуливая. Лекарь подошёл к альфе и пожал ему руку, улыбаясь:       — Поздравляю, папаша, у вас три омеги и один альфа. И ещё раз поздравляю с тем, что все четверо мальчики. — А затем вышел из комнаты.       Намджун упал на колени перед постелью и заплакал. Он не мог налюбоваться своим сокровищем. Волчица немного заскулила, на что альфа подорвался и подбежал к ней, беря ее мордочку в руки и целуя влажный нос, на это она лишь фыркнула и перевоплотилась в человека. Нам улыбнулся и посмотрел на детей, что уже, вдоволь напившись молозива, заснули. Альфа крепко обнял любимую омегу и прошептал:       — Спасибо…       — Нет, это тебе спасибо, Джун-и. Ты подарил мне это счастье… — прошептала волчица и прижалась обнажённой грудью к любимому. — Но знай, если я по твоей воле ещё раз забеременею, я тебе яйца оторву.       На это альфа лишь хмыкнул и нежно поцеловал свою любимую омегу.

***

      В сознание омега приходил медленно. Первое время он не мог понять почему так темно, пока до него не дошло, что глаза чем-то перевязаны, а руки и ноги как ни странно нет. Хотя шевелить ими было трудно       «Наверное, что-то вкололи», — предположил Чимин.       Лежал он на чем-то приятно-влажном, по запаху он понял, что это просто земля. Но так как ни его ухо, ни тело не чувствовали вибраций ветра, он понял, что находится в каком-то помещении.       «Комната, в которой земляной пол, с запахом сырости и гнили, куда не поступает прямой кислород», — начал думать Чимин, перечисляя все приметы места, в коем находился, а, закончив размышления, подытожил, — то есть подвал».       «Окей, значит я отключился у своих дверей, меня кто-то забрал и что-то скорее всего вколол, а после притащил в подвал и оставил тут. Отлично!» — продолжал мыслительный процесс омега.       Но почему-то ни страха, ни паники он не испытывал. На что он очень удивлялся, ведь всегда считал себя той ещё истеричкой, а в этот раз никаких эмоций.       — Это от лекарства, что тебе ввели, — внезапно пробасил очень знакомый омеге голос.       Тот попытался повернуть затекшую шею в нужную ему сторону, и с горем пополам он все-таки это сделал, заодно испачкав в земле нос и подбородок.       Когда манипуляции с рукой, что не хотела слушаться и снять с глаз повязку, закончились, Чимин услышал приближающиеся шаги и замер.       Некто остановился недалеко от лица омеги, и через несколько мгновений повязка с глаз пропала, заставляя Чимина зажмуриться. Нет, не из-за того что в глаза бил яркий свет, а потому что именно в этот момент омега испугался.       — Ну что, Чимин-а, привет, — нежно потрепал по волосам омегу «голос». Чимин сначала открыл один глаз, потом второй и уставился на ярко улыбающегося альфу.       — Джексон? — спросил Чимин, улыбаясь во все тридцать два, загораясь надеждой.       — А.А.А, — с такой же улыбкой протянул альфа. — Пожалуйста, Чим, не нужно так улыбаться. Ты же не думаешь, что я тебе сюда помогать пришёл? — спросил Джексон, прицокнув языком.       Омега впал в ступор, глаза его в миг округлились, не веря в происходящее. Джексон, хороший друг Джуна и первая любовь Чимина, сидел перед его лицом и издевательски выпячивал нижнюю губу. Чимин громко выдохнул. Страх, который был, куда-то пропал, хотя омега неплохо знал сидящего перед собой.       Высокий, поджарый, со светлыми волосами и необычайно черными глазами, этот альфа всегда заряжал его энтузиазмом, энергией и своей улыбкой. Идеальный мужчина со своей безуминкой. Иногда Чимин даже сравнивал его с Джокером из «Тёмного рыцаря»…       — Чего притих? — поинтересовался альфа, так же ярко улыбаясь.       — Просто… Просто я немного удивлён… Слишком долго не виделись, но вдруг бах и… — немного усмехнулся омега. Но лицо Джексона в этот же миг помрачнело.       — А, ты о том времени, когда я приехал к твоему брату и попросил у него разрешения сводить тебя на свидание, а он ответил мне, что ты, сука, уехал?! — встал Джексон.       — С-свидание? — удивился Чим и в тот же момент почувствовал, что уже намного легче может шевелить руками и ногами.       — Ох, Минни, только не говори, что ты не знал, хорошо? — с милой улыбкой бросил оборотень.       Омега лишь хмыкнул на просьбу, делая новые попытки, чтобы сесть. Он-то всегда думал, что он не может нравится такому альфе, как Джексон, и всегда прятал влюблённые взгляды.       — Но, знаешь, если бы я знал, что в будущем ты станешь вампирской шлюхой, я никогда не посмотрел бы на тебя, Чимини, — сказал альфа, улыбаясь.       Чимин, который еле как принял сидячее положение, дернулся от слов альфы.       — Шлюха? Мы с Юнги истинные…       — Ложь! — крикнул Джексон, в секунду свирепея, и в тот же миг омега почувствовал руку в своих волосах. Альфа сжал пальцы и потянул волосы, заставляя Чимина поднять на него лицо.       — Ты вампирская шлюха. Ты ложился под этого кровососа, — прямо в щеку прошептал оборотень. — Раздвигал перед ним свои шикарные ножки. Боже, Чимин-а, как ты мог? — шептал и тёрся о скулы носом Джексон.       — Зачем я здесь? — тихо спросил омега, поняв, что переубеждать оборотня бесполезно.       Волк ещё какое-то время смотрел в глаза омеге, ища в них хоть капельку страха, чтобы прогнуть его, но так ничего и не заметив, альфа попятился назад, а Чимин наконец-то сделал глубокий вздох, наполняя лёгкие затхлым воздухом, лишь бы не дышать приторным запахом спелой дыни альфы.       — Многим оборотням и вампирам не понравилась информация о том, что вампир и оборотень-омега теперь истинная пара, так что твоего «псевдо-истинного» скоро обезглавят их старейшины, а тебя, мой милый Чимини… — сделал альфа многозначительную паузу, смотря на омегу, что аж побелел от страха за любимого.       — Его не могут убить! Он и сам старейшина! — неверующе вскрикнул омега и схватил зубами губу, лишь бы не расплакаться перед ним.       — Спешу тебя огорчить, его убьют, если уже не убили. А к тебе скоро придут гости, — подло ухмыльнулся Джексон и продолжил. — Семь альф, семь одичалых. Они пустят тебя по кругу, — шаг назад. — Поставят тебе семь меток шлюхи, — ещё шаг. — А потом разорвут на части и полакомятся твоим нежным мясом, — и ещё шаг. — Рад был тебя увидеть, Чимини. Прощай, — Джексон захлопнул большую железную дверь, оставив Чимина одного, дрожащего и всхлипывающего, сидеть и ждать на холодном полу подвала.