Makea Veri

      Чимин ехал с Тэхёном и Чонгуком, молча смотря в окно. Он, если честно, не знал, что говорить. Говорить ему хотелось лишь с тем, к кому сейчас вампир его вёз.       Чимин сразу понял, зачем они приехали, и теперь с грустной улыбкой на лице ехал, смотря на сменяющийся за окном пейзаж. Мыслей в голове не было, да и все чувства были словно в каком-то вакууме, как будто сознание поставили в режим «не беспокоить».       Так хорошо.       Свободный от лишних мыслей, сейчас он был просто счастлив…       Счастлив потому, что жив,       Потому, что ждёт ребёнка,       Потому, что прямо сейчас он едет в дом своего вампира.       Был, конечно, небольшой страх, что Юнги не примет его или вообще набросится в желании высосать жизнь, но Чимин засунул эти мысли глубоко и далеко, не позволяя себе даже думать о таком.       Они были всего ничего рядом…       Не успели они ещё почувствовать счастье, как их разделили и по отдельности чуть не убили…       Из-за этого омега убедился, что раздельно нельзя, они должны быть рядом друг с другом и оберегать их любовь, а теперь и малыша…       Чимину до покалываний в пальчиках хотелось маленького мальчика с глазками, как у Юнги, и, да, он не понимал, откуда эти мысли, ведь узнал о своём положении он от силы пару часов назад, но уже успел даже насчёт имени подумать…       Чимин чётко видел, как автомобиль подъезжал к дому, а позже аккуратно припарковался у лужайки.       Дыхание спёрло, когда он поднял взгляд на дом, тот самый дом, в котором он отлёживался во время своей первой течки, там, где произошёл их первый поцелуй…       Воспоминания об этих днях вихрем закружились в голове оборотня, и он все-таки вышел из машины, ёжась от холода.       На улице уже стемнело, а в доме не горел ни один светильник, и только огромные чёрные окна смотрели на маленького омегу как пустые глазницы, почему-то навеивая страх… А вокруг стояла такая оглушающая тишина, что невольно вспоминались кадры из фильмов ужасов.       Почувствовав чьи-то руки на плечах, омега испугался, вздрогнув, и, лишь только резко обернувшись, понял, что это был Тэтэ, который всего лишь заботливо укрыл его своей курткой и немного подтолкнул к входу.       — Мы будем здесь, неподалёку. Если что, зови, — ласково сказал альфа и подмигнул, оставляя того уже одного на крыльце устрашающего дома.       Чимин не знал, что делать. Он просто стоял и смотрел на дверь, не решаясь сделать и шагу.       Так же и вампир.       Он почувствовал аромат любимого задолго до того, как машина подъехала к дому, но боялся… Боялся взглянуть в любимые глаза и не увидеть там той нежности и любви, что была раньше… Ведь он не заслужил это…       Так и стояли два идиота, отделяемые только одной тонкой дверью и не в силах что-либо сделать.       Один вековой вампир, который боялся, и один молодой оборотень, который волновался…       — Юнги, я чувствую тебя, — вдруг несмело подал голос омега, разрезая повисшую тишину. — Я знаю, что ты стоишь по ту сторону дверей и слушаешь меня. Вот он я. Я приехал. Я дошёл до твоих дверей, но дальше я не пойду…       Сердце вампира пропустило удар…       А Чимин тихо всхлипнул и продолжил:       — Я пришёл сказать тебе, что у нас будет малыш, — омега маленькими кулачками вытирал слëзы… — И я очень хочу, — ещё один всхлип донëсся до вампира, — чтобы у меня родился мальчик, который будет похож на тебя…       Теперь уже плакал и вампир, но Чимин всё продолжал:       — И надеюсь, он будет намного решительнее тебя и не даст своему омеге первому д…       Не успел Чимин закончить, как неожиданно оказался в объятьях любимого вампира. Тот прижимал к себе омегу и начал судорожно шептать слова извинений и любви.       И Чимин простит, ведь всё понимает. Ведь любит.

***

      Год спустя       Чимин с утра на пару с Тэхёном хлопочет на кухне, готовя и сервируя большой обеденный стол.       Сегодня первый раз брат омеги с женой и четырьмя маленькими чертятами приедут в дом Юнги и Чимина. Чимин очень волновался и нервничал, потому что он первый раз принимал гостей, как омега главы Аристократов. Хоть это и его брат, Чимин боялся удариться в грязь лицом.       Он уже миллион раз пожалел, что отказал любимому, когда тот предложил нанять повара. Хорошо хоть горничные были, которых омега уже с утра припахал, заставляя полировать каждую горизонтальную и вертикальную поверхность.       — Всё идеально, хватит мельтешить! — прикрикнул на него альфа. — У меня из-за тебя сейчас голова разболится.       — А у меня она уже болит, — прошептал Пак, грустно улыбаясь.       Но тут на кухню зашло маленькое чудо, которую за ручку вёл дядя Гук, и крикнуло на весь дом свое звонкое:       — Па! — и пошлепала своими босыми ножками к папе.       — Моя малышка! — подхватил дочку на руки Чимин и закрутил, целуя ее курносый носик.       К слову, у Юнминов родилась прекрасная дочь, гибрид, являющаяся и полуоборотнем и полувампиром, с милыми чёрными ушками и хвостиком, унаследованных с генами папы, цвет коих у юной девочки был чем-то схожий с чимининым, но при этом ушки и хвостик были чёрненькими.       Особенность маленькой Чеён заключалась в том, что даже в человеческом виде у неё оставались ушки и пушистый черный хвост, а ещё маленькие острые клыки, что увеличивались, стоило малышке расстроиться или разозлиться.       Пухлощёкую, с глазками щелочками, как у папы, улыбкой с деснами и иссиня-чёрными волосами, как у отца, родители называли её ласково: Чудо.       Дочку назвали Чеён в честь покойной мамы Чимина.       Оба папы души в ней не чаяли, а для дядь Тэ~э и Гу~у, как она их называла, она была самым любимым волчонком.       Услышав звук подъезжающей машины, все вышли, чтобы встретить гостей.       Чимин, в своей светло-бежевой рубашке и скинни-джинсах, плотно обтягивающих его стройные ножки, выглядел отлично, но всё же у дверей немного замялся, осматривая свое отражение. Теперь Чим был носителем своих рыжих волос, какими его одарила природа, хоть омеге и до сих пор было непривычно.       Во дворе стояли три машины, две из которых только что приехали. На лужайке резвились четыре подросших волчонка Намджуна, к которым сразу же попросилась и Чеён.       А сам Намджун и Джинни, вместе с вернувшимся из особняка Юнги, уже приветствовали Чимина с ТэГуками.       Чимин мельком взглянул на Мина и поймал его воздушный поцелуй, на что омега смутился, покрываясь розовым румянцем.       Последним в дом заходили молодые Мины.       — Я люблю тебя, — прошептал Юнги, целуя своего омегу в висок.       — Я знаю, — улыбнулся ему в ответ Чимин.       — Ты знаешь.

Конец!!!