Город Снежного Ветра

Риган долго не мог уснуть. Он лежал, обнимая расслабленное тело чародея, поглаживая его по плечу и иногда касаясь губами нежной кожи. Сезвен не изменился, как будто застыл во времени. Лицо его оставалось всё таким же молодым. Тело — таким же изнеженным и Риган невольно подумал что, должно быть, Сезвен никогда не испытывал обычной физической боли. На коже, жемчужно-белой, как снег за окнами, не было ни единого шрама. Риган приник губами к плечу чародея и замер так. Воспоминания медленно погружали его в прошлое — в те самые первые дни в этом негостеприимном мире, когда даже воздух казался шершавым и чужим. Потом Риган узнал, что законы мироздания, создавшие между ним и призывателем связь, обязывали его выполнять все желания чародея. Сезвен об этом не говорил. Видел, что Риган с трудом может встать — что и говорить о том, чтобы выполнить какой-то приказ. «С демоном тебе не повезло», — подумал Риган и горько усмехнулся в темноту. Сезвен лишь раз заставил Ригана сказать, что тот будет ему служить. Так был подписан их первый контракт, и на теле демона появилась печать. Но затем он помог ему добраться до постели и оставил спать. В полусне, когда метался в объятиях кошмаров, Риган видел его лицо, склонённое над собой, и мягкую тряпицу, касавшуюся раскалённого лба. Когда Риган просыпался, чародея уже не было рядом, но Риган знал, что тот приходил. Тряпица свалившись со лба осталась валяться на полу. Сезвен никогда не показывал, что судьба Ригана беспокоит его, но Риган знал, что ему не наплевать. И от этого в этом холодном и злом мире становилось чуточку теплей. Однажды наказание за проступок, о котором Риган не сожалел, превратило его жизнь в бесконечный обжигающий огонь. Теперь вся жизнь демона сузилась до этого холодного, капризного существа. Законом стали его приказы, а наградой — взгляд глубоких как море, льдисто-голубых глаз. Риган вздохнул и, опустив голову чародею на плечо, закрыл глаза. Этой ночью он не видел снов. Проснулся Риган от холода и не сразу понял в чём дело — кто-то стащил с него покрывало, и теперь по обнажённому торсу демона гулял холодный ветерок. Риган поёжился и перевернувшись на другой бок понял, что в постели он лежит один. Стало тоскливо. Риган приоткрыл глаза и немного успокоился, различив стройную фигуру Сезвена напротив окна, укутанную в покрывало. — Не уходи, — попросил демон. Со сна ему не удалось придать голосу достаточной твёрдости. Сезвен обернулся к нему и какое-то время просто смотрел. Маг вспоминал. Те дни, которые всплыли у него в голове, тоже случились зимой, и Сезвен не знал, почему подумал о них именно сейчас. Тогда, в такой же северный городок, Коллегия послала его, чтобы развенчать учение ложных жрецов. Люди, однако, хотели верить хоть во что-то — и отказались признавать, что их религия всего лишь колдовство, при том доступное каждому неофиту. Вместо того, чтобы обратиться против «жрецов», ночью они пришли с факелами к гостинице, где остановился маг. Сезвен до сих пор не знал, как Ригану удалось вынести его с пожарища. Чародея сковал такой страх, что казалось, пылает не только всё кругом, но и его собственное тело. Магия не слушалась, хотелось просто бежать — всё равно куда. Риган уносил его на руках, и тогда на плече у демона появился шрам. Сезвен медленно приблизился к постели и сел на краешек. Протянул руку и осторожно отодвинул в сторону завитки чёрных волос. Шрам всё ещё был там, на несколько дюймов выше печати, связавшей их. — Почему, — охрипшим голосом произнёс Сезвен и тут же прокашлялся, — почему ты его не убрал? Риган накрыл его пальцы своей рукой. — Не хотел. В глазах демона плескались упрямство и злость. Сезвен смотрел на него несколько мгновений, а затем отвёл взгляд. Он мягко высвободил руку и снова чуть повернувшись к Ригану коснулся кончиками пальцев его плеча. Очертил шрам. Почувствовал, как мощное тело сотрясла короткая дрожь. Спустился ниже. Миновал ключицу и обвёл края печати, дававшей ему власть. Риган стиснул зубы и задышал тяжело. Сезвен видел, как напрягается тело демона, почти выгибается дугой. Печать позволяла приносить удовольствие и причинять боль. Печать позволяла всё, и каким бы сильным не был Риган, он не мог сопротивляться ей. Пальцы Сезвена скользнули вниз и очертили рельефную грудь. Поддели маленький тугой сосок и чуть стиснули его. — Сезвен… — процедил Риган, подаваясь навстречу руке, но та скользнула вниз, и Сезвен лишь нежно огладил напряжённый живот. Шнуровка на штанах Ригана всё ещё оставалась распущена, и рука мага нырнула в разрез. Риган испустил свистящий вздох, когда пальцы Сезвена крепко стиснули его член. Подушечкой большого пальца Сезвен очертил головку, поддел крайнюю плоть. И убрав руку положил её Ригану на живот. Снова посмотрел в глаза. — Сезвен… — Риган говорил по-прежнему не разжимая зубов. — Мне всегда нравилось на тебя смотреть, — задумчиво произнёс Сезвен. — Сезвен… отдай одеяло. Сезвен моргнул, и на губах его показалась усмешка. — Зачем? — с любопытством спросил он. — Ты — демон, ты не можешь замёрзнуть. Риган молча рванул край покрывала. Сезвен вскрикнул, чувствуя, что вместе с покрывалом падает на демона, но в следующее мгновение оказался прижат спиной к мягкому матрасу. Риган нависал над ним. Сезвену стало тяжело дышать. Снова казалось, что кругом бушует пожар, но это пламя было иным — пугающим и в то же время желанным. — Коснись меня… — прошептал он. Риган не отвечал. Лишь неподвижным взглядом смотрел ему в глаза и тяжело дышал. Наконец рука его скользнула по плечу чародея и стала спускаться вниз, вдоль груди, задевая сосок, и дальше по животу. — Чего ты хочешь от меня? — спросил Риган с неожиданной серьёзностью, так что Сезвен, уже собиравшийся было ответить: «Ещё», — запнулся. — Риган? — переспросил он. — Ты сказал, что хочешь, чтобы я тебя охранял. Но кто в Коллегии может желать тебя убить? Сезвен собирался ответить, но в это мгновение пальцы Ригана оказались у него между ног и смяли приподнявшийся член. Сезвен закусил губу и застонал. — Риган… — Я спросил. Сезвен прогнулся, инстинктивно подаваясь навстречу. Он попытался взять себя в руки, но получилось не очень хорошо. — В Конклаве… раскол… — выдохнул он. Риган наклонился и подцепил зубами набухший сосок, с губ Сезвена сорвался новый отчаянный стон. — Что ещё? — пальцы Ригана не останавливаясь продолжали игру. Теперь они скользнули ниже, оставили в покое самые чувствительные места, и вместо этого вошли в растраханную щель. Сезвен стиснул зубы и зашипел. — Они… хотят призвать демонов, — он почти что совладал с собой, когда пальцы скользнули особенно глубоко и Сезвен невольно испустил прерывистый вздох. — Зачем? — Против… королей… — пальцы продолжали размеренно двигаться внутри него. Риган замедлил движения. — Что с того? — спросил он, убирая руку и очерчивая ногтем пульсирующий вход. Сезвен скрипнул зубами. — Отвечай. — Ещё! — Сначала мой вопрос. Маг негромко зарычал и попытался насадиться на пальцы Ригана, но тот в мгновение ока их убрал. — Это будут демоны без поводков… — выдохнул Сезвен. Не выдержав, толкнул демона и тот от неожиданности завалился на спину. Сезвен в одно мгновение оседлал его и крепко стиснул внутренними мышцами давно напряжённый член. Риган резко выдохнул и инстинктивно ухватившись за бёдра Сезвена, притиснул ещё плотнее к себе. Сезвен размеренно задвигался на нём, поминутно сжимая мышцы и стремительно ускоряя темп. Больше той ночью Риган не спрашивал ни о чём. За окнами медленно падал снег. Было холодно и темно, так что тепла камина едва хватало, чтобы согреть отель. По двум телам, переплетённым между собой, струился пот, и Сезвену казалось, что он вот-вот расплавится, как плавится лёд в пламени очага. Светало поздно, и когда Риган понял, что больше не может спать, за окнами ещё едва брезжила заря. Он осторожно отодвинул лежавшую у него на груди голову Сезвена, бережно опустил на подушку и, поднявшись на ноги, укрыл чародея одеялом. Тот не шелохнулся. Риган встал и подошёл к двери. Выглянул в коридор и подал знак мальчишке, дежурившему на этаже — приказал принести на завтрак яичницу и тёплое молоко. Вернулся и замер у камина, протянув озябшие руки к огню. «Это будут демоны без поводков», — пульсировало в голове. И Риган невольно отмечал: «Так ты это называешь — поводок». Злость и обида мешались в сердце, но вместе с ними на краю сознания зарождалась надежда. Десять лет он прожил в этом мире рабом. Десять лет зависел от переменчивого нрава чародея, который его призвал. Всё это время Риган искал — искал способ обрести свободу. И куда бы он не приходил, везде получал один и тот же ответ: «Невозможно уничтожить печать». «Демон, лишённый печати, не просуществует в Зачарованном мире и минуты. В одно мгновение рассеется в прах». Даже не вернётся в Ад. Попросту перестанет существовать. Печать служила залогом того, что могущественные существа, призванные с других планов, останутся покорны своим хозяевам. Никто не стал бы рисковать, впуская в мир неподконтрольное себе существо. Поэтому призыв проводился в магическом круге, границу которого демон не мог пересечь. Поэтому сначала заключался договор… ставилась печать… и только затем демон переступал черту. «Каким безумцем надо быть, чтобы впустить в мир демонов без печати»? — задавал себе Риган риторический вопрос. Оглядывался на Сезвена и понимал — найдётся такой. Среди колдунов найдётся всё. Сезвен боялся не зря. Полчища демонов, ворвавшись в мир людей, сожгут его дотла, не разбирая, кто здесь король, а кто чародей. «Но если маги могут это… могут сломать печать…» — даже мысленно Риган пока не решался закончить мысль. Но он понимал: это значит, враги Сезвена могут освободить и его. В дверь постучали. Сезвен пошевелился и приоткрыл один глаз. Недовольно вздохнул. Риган пошёл открывать. Забрал из рук слуги поднос и вместе с ним вернулся в кровать. — Ты сядешь или покормить тебя с рук? — спросил он. Сезвен издал звук, похожий на тихое «фырк». Пошевелился и стал выползать из-под одеяла. Далеко он не ушёл — поправил подушки, устроился на них и потянулся за едой. — Хочу ветчины, — сказал он. — Тогда надо было встать и заказать завтрак самому. — Бесполезный демон, — Сезвен взял в руки тарелку и стал ковырять вилкой яйцо. Риган внимательно смотрел на него. Чёрные волосы растрепались, и шелковистые пряди разлетелись по плечам. Сезвен стал ещё красивее, чем вчера. Он задумчиво отправлял в рот один кусочек яичницы за другим и иногда исподлобья поглядывал на Ригана. Тот подумал и взялся за тарелку. Несколькими резкими движениями отправил всё содержимое своей порции в рот и стал разливать молоко. Сезвен всё ещё гонял по тарелке желток. — Что ты собираешься делать? — спросил Риган. Сезвен вздохнул и отставил тарелку обратно на поднос. Взял из рук Ригана чашку с молоком и осторожно глотнул. — Я не так уж много могу, — сказал он. — Магистр, который задумал этот ритуал, заметно влиятельнее меня. Прямая атака ни к чему не приведёт. Придётся действовать окольными путями… и времени у нас не так уж много. Осталось всего три дня до ночи, когда взойдёт зимняя звезда. — И что тогда? — Воспользовавшись её силой, Гальмонт объединит энергию чародеев, которые встанут на его сторону. И… откроет врата. Риган молчал. Опасался выдать свои надежды малейшим вздохом. — Но у тебя есть план? — спросил он наконец. — У нас, — поправил его Сезвен. — Мне помогают ещё несколько человек, — Сезвен посмотрел за окно, — мы договорились встретиться в полдень. Думаю, тебе следует пойти со мной.