Moments

— Каин, иди сюда! — Мэй отрывается от разглядывания сенсорной панели и недовольно хмурится. Скучающий до этого мгновение назад Каин быстрым шагом подходит к девушке, совершенно бесцеремонно наступая на трупы ещё недавно живых людей. Утерянные технологии — величайшее сокровище человечества, поэтому их охраняют особенно тщательно. Только вот никто и ничто не способно противостоять Ноль-первому. — Что случилось, Мэй? — Необходимо активировать систему… Нужно твоё разрешение и... — Вообще-то все коды доступа знал только Абель — это была его обязанность, — Каин тихо вздыхает и устало потирает шею. — У тебя должен быть доступ хотя бы потому, что вы в одном звании с Абелем. Хотя бы на активацию системы, — Мэй достаёт из кармана цифровые часы и тихо цыкает. Осталось тридцать минут. За это время им необходимо было активировать систему и задать новые координаты для атаки. Мало, очень мало. Каин отодвигает ее в сторону и несколько секунд рассматривает панель управления. Потом стаскивает перчатку с руки и прикладывает ладонь к едва заметному углублению возле тускло светящегося экрана. — Перейти в режим голосового ввода. — Команда принята, — раздаётся бесцветный голос, пол которого определить невозможно. — Идентификация по отпечатку ладони запущена. Мэй слышит, как внутри огромного компьютера что-то щёлкает и мерно жужжит: удивительно, за столь долгое время он все ещё продолжает работать. — Обработка данных завершена. Оператор распознан, как служащий космических войск ООН, руководитель проекта «Красный Марс», полковник Каин Найтлорд. Идентификационный номер UNASF-94-8-RMOC-666-01-CK. — Запрос на переход в режим администрирования. Команда на изменение координат атаки. — Команда принята. Загрузка системы. Двадцать минут. Гул внутри нарастает, и с отчетливым щелчком откидывается крышка с панели ввода чуть правее от Каина. Мэй достаёт из кармана листок с координатами и подходит к старшему близнецу. — Мэй, введи координаты, — просит тот, не отрываясь от сенсорной панели, читая с неё какой-то текст. — Удивительно, что Лилит не заблокировала нам доступ. — Заблокировала? А… Такое было с Иблисом. Требовался отпечаток ладони обычного человека, чтобы отменить запуск системы, — вспоминает Мэй, начиная печатать новые координаты. — Я думал, что нечто подобное будет и здесь, — признаётся Каин, подтверждая всплывающие команды на экране. — Впрочем, ты же человек, Мэй. Твой отпечаток подойдёт. — Можно было бы отрезать руку у кого-нибудь из трупов. — Или так… Готово. Координаты изменены… Команда на самоликвидацию после выполнения протокола. Активировать. Мэй удивлённо смотрит на совершенно спокойного Каина, не совсем понимая, почему тот вдруг активировал команду самоуничтожения столь мощного оружия, так необходимого Ордену. — Пойдём, — говорит Каин. — Нам надо выбираться отсюда. — Почему ты… Он неопределённо пожимает плечами и чуть заметно улыбается. Впрочем, для Мэй этого достаточно, чтобы взять Каина за руку и потянуть на выход. Она слишком хорошо знает эту улыбку, так что не нуждается в ответах — все и так понятно. Наверное, где-то в глубине души Каин совсем не хочет уничтожать Терру — он просто обижен на людей за то, что они сделали с его семьёй. Враг всего мира совсем как брошенный ребёнок. — Что Исааку скажем? — интересуется Мэй. — Скажем, что произошёл сбой в системе. Он поймёт. Тебя что-то тревожит? — Ну… Скажем, твоё прошлое. Не могу представить тебя полковником. Непривычно видеть тебя столь серьёзным. — Это было очень давно, Мэй, — Каин улыбается и треплет ее по волосам. — Может, когда-нибудь увидишь… И меня, и Абеля. — Я бы очень хотела этого, полковник Найтлорд. — Мэй, не начинай! Для тебя я просто Каин! Девушка смеётся, приглаживая свои вечно растрёпанные волосы, и толкает Каина локтем в бок. Какой бы огромной ни была разница в возрасте или в статусе, но для неё враг всего мира останется именно Каином и никем больше, потому что им не нужны эти дурацкие обезличивающие звания. Фюрер, полковник, Contra Mundi… Каин — это Каин, а Ноль-первый — это Ноль-первый и никак иначе. — Ты не голоден? Может, зайдём в кафе и перекусим? — Отличная идея. Я хочу мороженое! — Думаю, мы заслужили…