Цветы в волосах

Что вы делаете ночью? В основном спите, верно? Ну, только если вас не разбудили ваши четвероногие друзья. Или ваша беременная жена в полночь не захотела чего-нибудь странного на «второй ужин». Или вы увлечены сериалом, который посоветовали друзья, настолько, что уже досматриваете второй сезон, а может и третий. Или окрылены тем фактом, что сегодня днём на «отлично» сдали экзамен, поэтому сейчас ворочаетесь в постели. Именно по этой причине Шерил Блоссом не могла уснуть уже по меньшей мере час. К концу первого курса девушка совсем замоталась и забыла, что задолжала преподавателю один вшивый тест, из-за отсутствия которого тот наотрез отказывался ставить экзамен. Но сегодня Шерил, наконец, покончила с этой маленькой проблемой и настолько была рада этому факту, что купила бутылку шампанского. Полученная оценка была лишь поводом, на самом деле, рыжеволосая просто хотела встретиться со своей подругой Сарой, чтобы просто посидеть «по девичьи», собрать последние университетские слухи и обсудить все, что лежит на душе. Но по обыкновению своему, Сара в последний момент слилась (иначе это и назвать нельзя было), оправдавшись тем, что дома важные семейные дела. Рыжеволосая лишь фыркнула в ответ. И сейчас в полночь она не могла найти себе места поудобней, чтобы уже, наконец-то, заснуть. Не найдя лучшего решения того, как скоротать время или хотя бы навлечь на себя сон, она открыла ноутбук и, собравшись с силами, продолжила писать проект по истории. На стук клавиш прибежал Кекс, запрыгнув на кровать, он улёгся прямо на живот девушки, а пятой точкой расположился прямо на клавиатуре. Как обычно это бывает, в этот час он оказался (или притворился) ооочень голодным, поэтому Блоссом ничего не оставалось, как выбраться из тёплой постели и, наверное, раз четвёртый за вечер насыпать ему добротную порцию корма. Себе же рыжеволосая решила заварить зеленого чая, надеясь, что напиток, словно зелье, призовёт сон. И вот, вернувшись к ноутбуку, она обнаружила, что совершенно забыла все, что хотела написать в статье. Так бывает всякий раз, когда её нагло отвлекает Кекс. В голове были мысли обо всём, абсолютно, но уж точно не о проекте. Она вспомнила, как переезжала в эту квартиру, как нашла у крыльца этого многоэтажного дома маленького белого котёнка, который сейчас с гордостью носит имя Кекс. Но всякий раз Шерил ловила себя на том, что каждое воспоминание приводит её к Тони. Они не виделись уже порядка пяти дней. Внутри Блоссом ощущала не что иное, как тоску. Тоску по тем нескольким вечерам, что им удалось провести вместе. Кожа невольно будто воссоздала лёгкое и скользящее прикосновение брюнетки, плечи ощутили такие родные прикосновения, будто куртку на её плечи надевают сейчас, а не тогда, почти месяц назад. Нос невольно стал ощущать этот манящий запах, будто Шерил вдыхает его прямо из темных волос. А губы будто загорелись огнём, вновь ощутив лёгкое прикосновение в тёплой щеке. Так может, это тоска по человеку, а не моментам. «Влюбилась» Сильно. И уже бесповоротно. Рука потянулась за телефон. Худые пальцы, будто наизусть зная, открыли страницу Тони в Facebook. Одна фотография, где даже ничего не видно из-за этих «дурацких мантий». Подумала рыжеволосая. Даже лицо было видно наполовину из-за кисточки на академической шапке. Закрыв фотографию, Шерил будто забыла как дышать. Весь сыр-бор был всего лишь из-за маленького горящего значка «онлайн». Пальцы несколько раз набирали и стирали, потом снова набирали сообщение. Внутри Шерил обижалась, подобно маленькой девочке, что ей не пишут сообщений уже целых пять дней. «Блоссом, блять!» и худощавый палец тапнул на «отправить». «Привет 💕 » - Ты же знаешь, что она на ночном дежурстве, - прошептала она себе под нос, уставившись на собственное сообщение. «Привет» «У тебя ночное дежурство? Не хочу тебя отвлекать» И снова нет ответа. И почему сейчас она представляет себе как одной рукой Топаз скручивает какого-нибудь грабителя, а другой набирает ответное сообщение для рыжеволосой. «Смешно, хоть и бред» «Нет» «Чего не спишь?» «Бессонница.» - Где же твои сообщения в стиле «я старше на год, значит, могу указывать, что тебе пора спать», - усмехнулась она, кривляясь на последних словах. Мы с вам забыли упомянуть, что причиной бодрствования в полночь также может послужить бутылка виски, которую Топаз почти опустошила. Сегодня, седьмого октября, ровно семь лет с момента смерти отца девушки. Совсем не желая проживать этот день в сознательном состоянии, она всякий раз покупала бутылку Джека Дэниэлса, любимого напитка отца, и осушив её до последней капли отправлялась в клуб. Цель этого похода была одна - найти ту, что поможет забыться на одну ночь. И сегодня Тони не собиралась менять своих планов, разве только в последнем пункте. Ни сердце, ни душа, ни тело: абсолютно ничего в ней не хотело провести эту ночь с кем-то другим, кроме как с Шерил. Руки всякий раз тянулись к телефону, но маленькое здравомыслие, все ещё сохранявшееся в голове Тони, заставляло этого не делать. Она бы точно провалилась сквозь землю, увидь её Блоссом в таком состоянии. «Что-то в этом роде» Слегка дрожащими руками набирает она и нажимает «отправить», после заливается звонким смехом, подходящим на истерический. Если бы это была просто бессонница. Она и рада бы была поколотить грушу в зале или вдавить педаль газа в самый пол, но точно знает, что отец не одобрил бы такого поведения, ведь всё это обязательно закончится чем-то крайне нехорошим. Так что сейчас ей ничего не оставалось, как опустошать стакан за стаканом с сигаретой в зубах, изредка прокручивая моменты, когда отец не был занят на работе, и они играли в саду, соревнуясь в том, кто больше мячей забьет в ворота. И как ни странно, всегда побеждала Тони. «Ты был лучшим отцом» и пустой стакан с грохотом опустился на стол. «Ты когда-нибудь гуляла ночью?» “Да. Правда, об этой прогулке я ничего не помню»

***

Находиться в этой душной комнате, до краев наполненной болью вперемешку с сигаретным дымом и перегаром, уже совсем не было сил, поэтому Тони, прихватив пачку сигарет и стакан на половину наполненный виски, поспешила выйти на улицу. «Может, прогуляемся?» «Прямо сейчас» Телефон издал звук оповещения, который за закрытой дверью, конечно же, было трудно услышать. Квартал уже полностью погрузилась в сон. Кое-где в окнах виднелся легкий свет от ночников, что были в детских комнатках, а где-то уже и вовсе царила тишина. Топаз такая обстановка была по нраву, поэтому плюхнувшись на большое кресло, она закурила сигарету. Сейчас брюнетка лишний раз убеждается, что курение на свежем воздухе доставляет намного больше удовольствия, чем душные комнаты или курилки в зданиях. Медленно втягивая в себя дым, она будто забывается обо всем, но только не о ней. В её голове бледная кожа будто сама кричит о том, чтобы её коснулись. Карие блестящие глаза так и манят окунуться в них с головой и никогда больше не покидать. К этим пухлым губам хочется припадать каждое утро, вечер, день, час, секунду. Хочется припадать страстно, нежно, ревниво. А рыжие волосы, словно змеи, шипят и грозятся задушить своим приторным вишневым запахом. - Нет, Топаз, если ты втюрилась, то уж действуй! - сделав последнюю тягу и осушив стакан до самого дна, брюнетка направилась в дом. Двойное воздействие алкоголя и никотина не могло не дать результат: Тони в последнюю очередь успела нащупать ручку входной двери, которая и помогла ей устоять.

***

С каждыми преодолеваемыми ста метрами пути, девушка понимала, что совершает что-то очень глупое и необдуманное. Как можно в час ночи заявиться к человеку с которым ты знаком месяц, а виделся всего два раза? Хотя под воздействием таких «сил» трудно устоять перед глупой идеей - заявиться на порог к девушке, в которую влюблена, кажется, уже по уши. Сейчас, подъехав к нужному месту, с её губ почти срывается фраза «Поезжайте обратно», но какая-то зародившаяся внутри смелость будто захлопывает губы, не давая вырваться словам, а руку заставляет открыть дверь такси. И вот она стоит у самого порога, переминаясь с ноги на ногу. Пальцы дрожат всякий раз, когда рука приближается к двери. И снова эта неведомая сила заставляет переступить эту трусость и, наконец-то, постучать в дверь. Первый стук - тихо. Второй тоже не увенчался успехом. «Какая ты дурочка, она наверняка уже спит, а не шляется по чужим домам» Третий стук и глаза округляются от ужаса. - Я сдала экз... Э... Нет... Прости, мне не нужно было приходить без предупреждения, - бросает девушка и спешит поскорей убраться отсюда подальше. - Нет, постой, - её останавливает тёплая рука, мягко взявшая за запястье. - Не уходи, прошу. Посиди со мной на веранде. Хоть немного. Шерил хватает секунды, чтобы увидеть в этих темных стеклянных, помутнённых от алкоголя, глазах насколько сейчас разбита Тони, насколько её душа наполнена болью и переживанием. - Хорошо, - говорит Блоссом с комом в горле. Она обнимает её со всей силой, что только может найти в себе. Ей очень хочется забрать хоть немного этой боли и облегчить состояние брюнетки. Ещё больше ей хочется узнать, что так подкосило её. - Говоришь, сдала экзамен, - хрипит Топаз ломающимся голосом. - Хочешь, откроем шампанское? Или ты любишь, что покрепче, - она головой указала на стакан. - Не нужно. - Может кофе или чай? - Не откажусь от кофе, - рыжеволосая улыбнулась, наполняя душу Тони теплом. Шерил показалось, что не прошло и секунды, а перед ней уже была чашка кофе. - И ещё возьми это, - смуглая рука протянула мягкий плед, - не отказывайся, я же знаю, что через секунду ты замёрзнешь. Топаз приземлилась рядом на кресло и в своей сексуально, как казалось Шерил, манере подкурила очередную сигарету. На взгляд Блоссом, она курила как-то по-особенному. Её лицо в этот моменты было сосредоточенным, но в тоже время таким расслабленным. Черты лица были такими четкими, особенно скулы, по которым так и хотелось нежно провести пальцем. Поняв, что уж слишком долго она смотрит на свой предмет обожаний, она опустила голову. Смотря в чашку с остывающим напитком, она металась и не могла понять саму себя. Что ей сейчас делать? Остаться или дать Тони побыть наедине с собой? Начать говорить с ней или просто посидеть в тишине? Если и говорить, то какие темы можно затрагивать? Она так боялась ошибиться и сделать больно брюнетке. Так боялась случайно отдалить её от себя. «Какие же у неё длинные ресницы» Почему-то именно это мелькнуло в голове, когда Топаз перевела взгляд на рыжеволосую. Она просто смотрела на неё, понимая, что с её приходом стало намного легче. Намного. Шерил поднимает голову. Они смотрят друг другу в глаза, но кажется, будто заглядывают в самые потаенные участки сердца. И находят там такое желаемое тепло и уют. Тони больше не может и не хочет себя сдерживать. Тыльной стороной ладони она проводить по бледной щеке, наслаждаясь каждым её миллиметром. Блоссом показалось, от прикосновения через кожу будто проходит маленький заряд тока. Брюнетка осторожно приближается к пухлым губам и также осторожно накрывает их своими. Она со всей нежностью целует её, вкладывая в это всё своё тепло и самые большие чувства, что испытывает к рыжеволосой. Тони не желая заходить дальше, и совершать что-либо на пьяную голову, отстраняется. Шерил, приложив палец к смуглому подбородку, сомкнула их лбы. - Могу я спросить, - она переплела их пальцы, - почему ты выпила столько алкоголя? Блоссом чувствует, как тело брюнетки напряглось. - Не говори, если не хочешь. - Нет, просто... Блоссом сильнее сжала руку Тони, давая понять, что её есть кому поддержать. Одно маленькое, некоторым людям даже совсем незаметное, действие делает Топаз сейчас совсем слабой. Никто никогда не слышал ни единого слова о том, как умер её отец, почему уже на протяжении семи лет каждый год седьмого октября она напивается до беспамятства. Даже Свит Пи не знал ничего, разве только, что нельзя затрагивать эту тему. А сейчас Тони была готова, она, действительно, хотела поделиться этим, её сердце хотело поделиться этим с Шерил. - Мой отец. Рыжеволосой девушке хватает даже этих двух слов, чтобы понять причину сегодняшнего состояния Тони. - В этот день семь лет назад он погиб. По смуглой щеке скатывается одинокая слеза, наверное, единственная оставшаяся в глазах брюнетки. Шерил со всей нежностью убирает её большим пальцем. - Как он погиб? - мягко и осторожно спрашивает она. - Авиакатастрофа на частном самолете компании, в которой он работал. - О, Тони, мне жаль, правда. Мне очень жаль, - пухлые губы оставляют влажный след на лбу. - Иди ко мне, - Блоссом легко потянула брюнетку, располагая в своих объятиях. - Прости, что ты увидела это все. - Тебе не за что извиняться. Совершенно не за что, - бледная рука зарылась в темных волосах, высвобождая запах цитруса вперемешку с сигаретным дымом. Как много людей впервые целовались в моменты боли или эмоционального истощения? Мы делаем это, потому что действительно хотим признаться или просто, чтобы разбавить боль фиктивными чувствами? Мы хотим, чтобы поцелуи этого человека пробуждали нас каждое утро или это всего лишь мимолетное влечение? Правда в том, что каждому человеку важно и нужно своё. И в этом нет ничего недозволительного. - Думаю, м... - распуская пальцы начала рыжеволосая. - Нет, не уходи. Прошу. - Тони, я не уйду. Никогда, - взяв лицо девушки в руки, шептала она. - Я хотела сказать, что, может, мы пойдём в дом, пока ты окончательно не заснула, - Блоссом легонько щёлкнула Тони по носу. - Да, конечно, - наконец, улыбнулась Топаз.

***

Перед сном обязательным для Тони ритуалом было то, что она задёргивала плотные ночные шторы, не оставляя ни единого просвета. Сейчас она очень злилась, потому что вчера, судя по всему, была не в состоянии обеспечить себе комфортный утренний сон. Окончательно проснувшись, она вздрагивает от осознания того, как прошёл вчерашний вечер, точнее в компании кого. Она помнит все, абсолютно. Помнит до каждой миллисекунды. Как Шерил была добра и нежна с ней с момента, как Тони открыла дверь и до тех пор, пока не уснула в объятиях рыжеволосой, нежно выводящей пальцем круги на спине Топаз. Она была так мила и прекрасна, что сейчас брюнетке с каждой секундой казалось, будто это всего лишь пьяный бред. Тони лежала, боясь обернуться и не увидеть рядом мирно спящую Блоссом. Но все же пересилив свой страх, она обернулась, но другая половина кровати была пуста. Не было даже и намёка на чьё-либо присутствие. Мозг Топаз уже был готов паниковать и бить тревогу по случаю ночных галлюцинаций, но с кухни донёсся легкий грохот. - Тоони, - раздался мягкий голос, как только темноволосая девушка выглянула из-за двери спальни. - Шерил, - Топаз растерялась. - Ээм, надеюсь, ты не спала на этом жутко неудобном диване. - Даже если бы хотела, мне не удалось бы, - улыбнулась Блоссом. - Ты так сильно меня обняла, что порой мне не хватало воздуха, - и она снова улыбнулась. - О, Боже... Прости, - начала Тони, подойдя к барной стойке. - Не за это, хотя и за это тоже. Но прости, что тебе пришлось терпеть все это. Ну, пьяную меня. - Перестань извиняться за это, - рыжеволосая сложила руки на груди. - Я... Шерил... - Топаз сделала ещё один шаг по направлению к рыжеволосой. - Я просто хочу, чтобы ты знала, что... Что я поцеловала тебя не, потому что была пьяна... А потому что ты мне нравишься, - она перевела взгляд прямо на карие глаза. - Очень. - Тони, я, как ты выражаешься, «терпела это все» и не хотела, чтобы ты ночью отпускала меня из объятия, потому что испытываю к тебе те же чувства, - бледные руки с нежностью легли на смуглые щёки, - потому что влюблена в тебя, - прошептала Блоссом у самых губ брюнетки и нежно прильнула к ним. Она чувствовала легкий привкус мятной зубной пасты. «Нет, с запахом сигарет, однозначно, сексуальней» усмехнулась девушка. Могла ли Шерил когда-нибудь представить, что будет на кухне утром признаваться офицеру полиции в любви? Офицеру, встреча с которым случилась при весьма глупых обстоятельствах. Могла ли Топаз представить себе, что будет целовать кого-то из-за искренних чувств, а не потому что это единственный способ заткнуть первокурсницу в комнате её общежития? Ничего из этого они и выдумать даже не могли. Но сейчас Шерил готовит завтрак для офицера: все как она мечтала. А только что вышедшая из ванной Тони с широкой улыбкой усаживается на высокий стул за барной стойкой. - Мне, определенно, придётся как-то отдуваться за завтраки, что ты уже приготовила. - Будет достаточно того, что мы, наконец уже, сходим в Поп’с. Хватит кормить меня обещаниями, офицер, - прищурила глаза рыжеволосая.