Возможно, ради тебя

Услышав стук в дверь, Гарри подошел к ней и по привычке поднялся на мыски, чтобы заглянуть в дверной глазок, однако его не было, поэтому он просто стоял и медлил, не зная, открывать или нет. Стук повторился настойчивей, и Гарри Поттер, поразмыслив еще немного, решил не скрываться от нового мира, людей и событий, хотя такая позиция давно стала обыденной и, казалось, самой безопасной, и распахнул дверь. На пороге стояли трое: двое мальчишек примерно его возраста и одна девчонка с заинтересованным и по-своему пронзительным взглядом. Гарри смотрел на незваных гостей, не говоря ни слова; молчали и мальчики, поэтому девчонка, поняв, что нужно брать инициативу в свои руки, шагнула вперед и уточнила: — Гарри Поттер? — Ну… да. — Тот кивнул. — А откуда вы знаете? Один из мальчиков вдруг усмехнулся. — Ну как не знать? Имя Гарри Поттера упоминается во многих книгах о магии. Мои родители рассказывали мне, что если бы ты не уничтожил сильного и злого мага еще во младенчестве, для всех волшебников во всех странах настали бы весьма тяжелые времена. Так ты впустишь нас? — Да, конечно, проходите, — Гарри сделал пригласительный жест рукой. Ему не хотелось показаться невоспитанным или негостеприимным, да и желание обрести новых знакомых оказалось сильнее стеснения. — Я — Терренс, — представился мальчик, который заговорил с ним первым. — А это мой друг Кассиус, он не очень любит первым общаться с новыми людьми. Второй мальчик бросил на друга серьезный взгляд, поздоровался с Гарри, и они оба вошли в его комнату. — А я — Джесси, — подмигнула девочка и тоже вошла, закрыв за собой дверь. Когда все гости расселись, Гарри тоже присел на свою кровать, с любопытством рассматривая их. Терренс был выше всех; его густые темные волосы в короткой стрижке красиво поблескивали в свете лампы. В глубине его ярко-голубых глаз угадывались недюжинные ум и эрудиция. Кассиус же был пониже, волосы у него также были короткими и светлыми, глаза зеленые и как будто слишком серьезные для столь юного волшебника. Джесси же обладала рыжей шевелюрой и глазами цвета некрепкого чая; ее слегка вздернутый нос, бледные веснушки на бледном же лице и живые блестящие глаза придавали всему ее виду некую необъяснимую дерзость. — Приятно познакомиться, — снова первым начал Терренс, — мы искренне рады, что ты будешь учиться именно тут, с нами, хотя у тебя был выбор — ты, по сути, мог поступить в любую магическую школу! Гарри хотел было поведать ему истории о приглашениях от разных учебных заведений, однако рассудил, что это вряд ли будет интересно, кивнул и ответил: — Я тоже рад, Терренс. И кстати, я надеюсь, что мистер Кемпбелл будет вести у нас какие-нибудь уроки, потому что он показался мне очень умным человеком, и внушающим доверие. — Не думаю, что директор будет вести какие-либо занятия, особенно в этом году, — вставил реплику Кассиус. — Я полагаю, у него много других важных дел. Глаза Гарри расширились от изумления. — Мистер Кемпбелл — директор школы Темнокрест? — А ты не знал? — уточнила Джесси. — Нет. Откуда бы я мог это узнать? В приглашении такой информации не было, — Гарри улыбнулся. — Я просто как-то даже не ожидал, что директор сопроводит меня лично. — Ну ты ведь вроде жил в Британии, верно? — Терренс подпер голову рукой, глядя на собеседника. — До Колорадо оттуда путь, разумеется, неблизкий. Возможно, твой магический опекун не смог обеспечить тебе нужный уровень безопасности, поэтому мистер Кемпбелл прибыл за тобой лично. Мама рассказывала мне, что он простой и открытый к общению человек. — Невероятно… — пробормотал Гарри, однако весь поток его мыслей прервал Кассиус: — Кстати, твой опекун-маг наверняка очень силен, тебе должны были подобрать лучшего из лучших. Скажи, ты уже чему-то научился от него? У Гарри захватило дух: он искренне не знал, что лучше ответить на подобный вопрос, поэтому терзался сомнениями: если бы он сказал правду, что подумали бы о нем новые знакомые? Сочли бы они его неумехой и нищебродом, отбросом магического мира, если он никогда даже не держал магическую палочку в руке? Чего стоило ожидать от них, если бы он разрушил их иллюзии, лелеемые с детства? — Гарри? — снова обратился к нему Кассиус. — В общем, — Поттер поднял обе руки на уровень груди, словно пытаясь предупредить собеседников, — я не хочу и не люблю врать, поэтому скажу правду: у меня никогда не было никакого магического опекуна. У моей мамы есть сестра, она норма, и я все это время жил в семье. Не хочу никого обидеть, — в голове все же промелькнуло «а хотя нет, очень даже хочу», — но все они были трусами и на дух не переносили слово «магия». Так и жил. В помещении воцарилась тишина, и только голос Джесси нарушил ее через некоторое время: — Вот же… уроды! — Джесси! — попытался усовестить ее Терренс. — Что? — девчонка лишь хмыкнула. — Ты знаешь, что я выражаю мысли прямо и четко. Все это время, что я смотрю на хваленого Гарри Поттера, я не могла понять, почему он такой бледный и замученный. Сначала я думала, что, возможно, он проводит время, сражаясь с толпами злых врагов магического мира, однако если мыслить логически, становится понятно, что в случае их нападения все взрослые волшебники вышли бы на войну. Парня просто не кормили как следует и не заботились о нем, вот и все. — Закончив свою тираду, она нахмурилась и снова хмыкнула. — Джесси, и все же так говорить нельзя, — Терренс покачал головой, — ты ведь можешь обидеть человека, учитывая, что ты его совсем не знаешь! — Она говорит правду, — вмешался Гарри, — все так и было. — Поэтому я и сказала — уроды, — подвела черту Джесси. — Ну… что ж, — слегка обескураженный Терренс решил перевести тему. — Ты можешь — нет, тебе следует сходить к нашей магсестре. Она непременно поможет решить любые вопросы касаемо твоего здоровья. — Магсестра? — полюбопытствовал Гарри. — Мистер Кемпбелл сказал, что меня примет колдоврач. — О, ну колдоврач — это главный по здоровью в нашей школе, — подмигнул Терренс, — раз директор сказал, то посетить нужно обязательно — он заботится о нас. А магсестра, как ты, возможно, мог догадаться, является помощницей колдоврача. Она тут классная, мне об этом рассказывали. — Мама? — фыркнула Джесси, и Терренс бросил на нее полный укоризны взгляд. — Друзья, — ответил он. — Кстати, а послезавтра у нас состоится распределение по факультетам, — сообщил Кассиус, и Гарри тут же ощутил странную смесь чувств: с одной стороны, оживление и радость от скорой возможности узнать больше о своих способностях и найти им лучшее применение, научившись всему от опытных преподавателей; с другой же его мучил страх опозориться, на этот раз перед всей школой. Что, если при распределении начнут спрашивать какие-либо заклинания, которые должен знать каждый уважающий себя ребенок, приглашенный в магическую школу, или, чего хуже, заставят продемонстрировать их на практике? — Здорово, — улыбнулся он Кассиусу, — это очень интересная и важная для меня информация! Кстати, а кто-то из вас знает, как оно будет проходить, а, ребята? — Терренс, — обратилась к мальчику Джесси, — может, твоя мама рассказывала тебе и про это? — Вот тебе лишь бы подколоть, — вздохнул тот. — Нет, именно про это она не рассказывала, а сказала, что это — секрет школы. — Вот это подстава, — усмехнулась Джесси, — вот как что ненужное, то ты пышешь информацией, как гейзер, а коснись чего важного, так все, доступ закрыт! Терренс закатил глаза и очевидно хотел что-то ответить, однако все же махнул рукой и промолчал. — Ладно, наверное, нужно дать тебе отдохнуть после всех твоих приключений, — заключила Джесси, — да и мне нужно еще заняться кое-какими своими делами. Давай еще обязательно встретимся и поговорим, Гарри, если тебе интересно! — Мне интересно, — уверил Гарри всех своих гостей, и говорил он от чистого сердца: ему действительно импонировали новые знакомые с их индивидуальными особенностями характера. — Это здорово. Тогда вот на, держи, — она протянула ему шоколадку в темной обертке, испещренной известными и неизвестными Гарри символами. — Это шоколад? — Гарри принял подарок, пытливо рассматривая упаковку. — Да, его производит мой отец, — Джесси направилась к двери и уже на пороге повернулась к Гарри снова. — Разумеется, он волшебный, и постарайся не есть сразу всю плитку. — Она подмигнула и улыбнулась. — Пока! Терренс тоже попрощался и вышел; Кассиус последовал за ним, но удивил Гарри у самого входа, когда наклонился к нему и шепнул: — Джесси задирает Терренса с его мамой потому, что своей у нее больше нет, только отец. Не говори ей, пожалуйста, что я поделился с тобой этой информацией, просто знай. До встречи на распределении. Гарри проводил их взглядом, закрыл дверь, присел на кровать и вдруг почувствовал радость, которую не испытывал, как ему казалось, никогда — радость от знакомства с новыми людьми, которые не испытывали к нему презрения или страха, были с ним на одной волне. Развернув подаренную шоколадную плитку, он откусил кусочек и широко, блаженно улыбнулся.

***

— Я предлагаю поехать за Поттером в Темнокрест вдвоем или, например, втроем, — высказалась профессор Макгонагалл. — Вы, Дамблдор, я, и, скажем, профессор Снейп. Как вы на это смотрите? Мне кажется, здесь нужна сила личного убеждения. — Давайте сначала попробуем воспользоваться основными человеческими потребностями, — Дамблдор окинул подчиненных взглядом. — Напишем письмо о том, что его родители оставили ему большое наследство в магическом банке здесь, в Британии, и получить его он может только лично. Гарри столько лет жил в бедности, что наверняка будет рад внезапно свалившемуся на него богатству. — Возникает ощущение, что вы специально забросили мальчика к этим крысам, чтобы потом его вот так… кхм… порадовать, — произнес Северус Снейп с нескрываемым презрением в голосе. — Почему вы не взяли его под опекунство? — Северус, по-моему, мы все это с тобой уже неоднократно обсудили. — Дамблдор махнул рукой, показывая, что не намерен продолжать разговор, и сел писать письмо Гарри Поттеру.