Спать с сигаретой в руках

       《Время, забери меня туда — В дом, где жил лет семь назад. Приплыл с другого берега, А стал кем думал, быть нельзя. Как бы не так, Каждый свой шаг я чувствую страх. И ты не объяснишься за еб*ный сдвиг. Всё как хотел, но как-то не так. Почему я постоянно недоволен, И кто все эти люди в коридоре? Я вроде свободен, но не твой. Воля, перестань делать то, Что в итоге покалечит нас всех. Я тут схожу с ума. Мне так тесно в стенах. Как убрать всю эту грязь со своей головы? Взвесил всё на весах — у нас дорога одна, Ведь я с детства с разной дрянью был всегда на ты.》        Новая жизнь приняла Кристину с распростертыми руками. Уже пол года как Кристина живет в Питере.        Все это время Кристина жила с Дзюбой. Дело в том, что по приезду в Санкт-Петербург и Головин, и Кристина должны были заселиться в отдельные квартиры, которые им организовали люди Дзюбы. Вот только Головин заселился, а Кристина — нет. С ее квартирой были какие-то «заминки». То с хозяйкой проблемы, то трубу прорвало, то то, то се. Вообщем, Дзюба сказал, что Кристину жить в отель не пустит, ссылаясь на наставление Самедова, и то, что Кристине придется пожить с ним. У Артема был огромный дом. Нет, коттедж. Три этажа, большой двор с бассейном, барбекю, парком и мини футбольным полем. В доме помимо Дзюбы и Кристины проживали служанка Анна средних лет, повар Костя Ивлев и начальник охраны Виктор Гончаренко. С ними Кристина быстро нашла общий язык. Особенно с Анной. Все-таки, они же девочки.        Через неделю, после приезда Кристины в Питер она и Дзюба имели статус пары. Артем координально поменялся с появлением Кристины в его жизни. Стал чаще бывать дома, хотя все также редко, меньше кричал на подчиненных, он как-будто ожил. Приобрел крылья.        В подтверждение сему был их первый совместный завтрак. Вроде, все как надо, они разговаривали смеялись, но после того, как Артем уехал по делам, Анна сказала Кристине: — Знаешь, дорогуша. Я работаю в этом доме шесть лет. За эти шесть лет на постоянной основе здесь побывали две женщины. На одной он даже женился, но они буквально через год развелись. Но ты — единственная, с кем завтракал Дзюба. За все эти шесть лет это — первый раз, когда он завтракал дома. Скажи, ты волшебница?        Почему-то эти слова очень запали в душу Кристине. Это давало ей подтверждение того, что Дзюба ее любит.        Смолов. С ним Кристина быстро подружилась. А сам Федор признался, что Кристина — первая женщина Дзюбы, от которой его не тошнит. Наоборот он проявляет к ней симпатию. Они часто общались, философствовали, обсуждали книги. Федор начал подговаривать Кристину на тату. Но она стойко держалась от сего искушения.        Но если Смол проявлял к Кристине дружескую симпатию и заботу, то Антон Миранчук похоже…влюбился? С каждым днем он искал все больших встреч с ней, а при ее взгляде краснел и прятал глаза. И когда Дзюба поставил его в роль водителя-подружки к Кристине, Антон был несказанно рад. Его обязанности заключались в том, чтобы охранять Кристину, быть ее водителем и в принципе проводить с ней время. Антон прекрасно понимал, что шансов у него нет, но ничего с собой поделать не мог.        Что же касается Кокорина. Наступательных действий за это время не было. Но… Многие недооценивают разум Кокорина. Он долгое время играет роль незамысловатого, исполнительного паренька. Да вот только это все для того, чтобы в один момент заявить о себе на всю.        Головин. С ним Кристине работалось очень легко. Он сразу выполнял все просьбы и поручения. Да и попить чай в перерывах с лучшим другом было просто в кайф. Хотя и у него были свои закидоны. По приезду в Питер Саша потребовал, чтобы из Владивостока ему пригнали его…машину. Он жить без нее не мог. Вложил в нее столько любви, сил, и души, что оставив ее во Владивостоке было бы преступлением. После очень долгой дискуссии между Головиным и Янковской, к консенсусу они е приходили. И тогда все в свои могучие татуированные руки взял Смолов. Тот согласился пригнать машину в Питер. Так же Головин нашел девушку. Простая, красивая, умная и добрая девочка. Звали ее Ангелина. Белокурая красавица с простым характером. Что еще надо?! Но вот только Кристине она не очень нравилась. Слишком тихая и неуклюжая. Возможно, она просто не ее типаж, но отношения у них не очень сложились. Нет, они не ненавидели друг друга, но и обниматься не лезли.        Жизнь у Кристины потихоньку начала налаживаться. Но, несмотря на все плюсы жизни в Питере и самый главный — Дзюбу, она невероятно скучала по Владивостоку. По его набережным, по мосту влюбленных, по спальным девятиэтажкам, по пацанам, собирающимся по вечерам на детской плрщадке в беседке и орущим «Кино» или «Сектор Газа», по обшарпанным подъездам, по вечно переполненному центральному рынку. По маме, Грише, Самедову, Чалову, Бабичу, да хотя бы даже по Гамлету! По обычным Владивостокским людям. Было в них что-то другое, необъяснимое, родное… Сейчас главным напоминанием из Владивостока для Кристины был Головин. От него даже пахло морем. Как в родном городе…

***

       Сегодня, в прекрасный ноябрьский вечер, Кристина и Дзюба едут на какой-то банкет в элитном Питерском ресторане. На этом мероприятие будут бандиты почти со всей страны. Кристина прекрасно знала, как Артем не любит все это. Более того, она видела, как он был счастлив, когда по вечерам в субботу он, Смолов и Миранчуки сидели в столовой, попивали что-то алкогольное и просто разговаривали. Не решали какие-то проблемы, не ругались и т.п. Просто общались, смеялись, вспоминали забавные истории.        Сейчас же Артем сидел в машине с серым лицом, готовый сожрать все и вся. Кристина тоже была не в восторге от грядущего времяпровождения. Все эти люди казались ей противными, кроме Смолова и Миранчуков, конечно. Еще больше ее напрягал тот факт, что на этом мероприятие будут и… жены бандитов. Ох, трудно же придется Кристине. «Я уже представляю этих силиконовых дур, безмозглые твари!» — возмущалась Кристина. Но деваться было некуда. Это ежегодный съезд, не приедет один — все на смарку. Однако, Кристину радовал тот факт, что Самедов будет на этой сходке. Без жены, конечно же. Она была счастлива, а вот Самедову не понравилось, что Дзюба берет Кристину с собой. Он считал, что это светлой девушку не стоит появляться на этих грязных мероприятиях. Но он был уверен, что может спасти Кристину от неодобрительных взглядов и речей, если такие будут.        Машина подъезжает к шикарному ресторану. На улице уже темно, лишь пестрые вывески магазинов и ресторанов разбавляют тьму ночи. Кристина сидит и собирает свою волю в кулак, чтобы не сбежать. Артем, видимо, занимается тем же, судя по его сконцентрированному взгляду на вход в ресторан. — Главное, держать себя в руках. — сказал Артем вслух. И непонятно, говорил он это себе или Кристине.        Девушка взяла мужчину за руку и слегка сжала ее, вселяя в Артема уверенность. Тот лишь посмотрел в ее глаза и улыбнулся, но получилось как-то наигранно. Артем в последний раз посмотрел в зеркало и оторвав руку, не спеша вышел из машины. Одновременно с ним вышел и Смолов и открыл дверь Кристине. Та была в длинном черном платье с небольшим вырезом на спине, лакированных туфельках на маленьком каблучке, с серебряным клатчем в руке. Волосы собраны в красивый пучок со свисающими прядями. Ну и конечно же украшения. Они так и встретились на шее, ушах и руках Кристины. Артем ее баловал, как казалось девушке, сильно. На самом деле он просто очень ее любил.        Смолов помог Кристине выйти из машины, придерживая ее за руку. Та лишь благодарно улыбнулась и кивнула головой. Далее она обошла машину и подошла к Артему, который уже ждал еп к капота авто. Она взяла его за руку, и они, натянув фальшивые улыбки, направились в ресторан. Молодых людей встретил темный свет. Легкая живая музыка распространялась по помещению. Кристина взяла на заметку то, что нужно подойти к музыкантам. А пока она искала глазами Самедова. Пару встретил приветливый молодой человек и сказал, что проводит их к главному столу. Артем благодарно кивнул и потянул Кристину с собой за парнем. Та чуть не споткнулась о ковровую дорожку от неожиданности, так как была отвлечена поисками Самедова. — Ты чего? — спросил Артем, придерживая Кристину за локоть. — Да, Самедова ищу. — сказала Кристина, и Артем тоже начал поиски. Вдруг Дзюба заметил его около сцены с музыкантами. Александр стоял с бокалом шампанского и слушал живую музыку. — Вот он. — сказал Дзюба и указал Самедова рукой. Кристина сразу же устремила свой взор в указанное место. На лице начала расплываться улыбка. Она рефлекторно убрала руки от рук Артема и быстрым шагом направилась к Самедову. — Саша! — окликнула она мужчину, когда до него оставалось пару шагов. Самедов резко развернулся. Кристина буквально налетела на него, врезаясь в грудь, от чего Саша закашлялся. Самедов слегка растерялся от неожиданности. Но, спустя мгновение, крепко, крепко сжал Кристину в объятиях. Таких родных, близких и теплых. Им давно этого не хватало. Кристина была уже не способна сдерживать себя, поэтому по ее щеке скатилась слеза. Самедов, заметив тихие всхлипывания, отстранил девушку от себя. — Ну, ты чего, мать? — спросил Самедов, беря лицо девушки обеими руками. Он заботливо взглянул в глаза Кристины, полные слез, и начал мягко вытирать слезы с ее щек. — Все, не плачь. Прекрати. — уже более твердо произнес Саша и опять заключил Кристину в объятия. — Я скучала. — хриплым от слез голосом проговорила Кристина, более или менее успокоившись. — Я тоже, маленькая моя. — сказал Самедов, поглаживая Кристину по голове. Дзюба наблюдал за этим с улыбкой. Он даже боялся прервать этот момент. Кристина очень редко давала волю своим эмоциям. Самедов наконец отстранился от Кристины. Меньше всего сейчас он хотел отпускать Кристину, но ничего не поделаешь. Так надо. Кристина улыбнулась и посмотрела на Сашу. Артем, заметив это, подошел к Самедову и, пожав руку, приобнял его, хлопнув по плечу. — Ну как Катя, дети? — спросила Кристина. — Кристюш, давай потом. После банкета все равно к вам поедем. — сказал Саша, обнимая ее за плечи.        Артем наблюдал за этим с улыбкой. Он был действительно рад за Кристину. Рад, что его любимая женщина счастлива.        В этот момент к ним подошел Алексей Миранчук и сказал, что пора бы уже расходиться по столам. — Кристина, Вам прийдется сесть за отдельный стол с женами собравшихся.- он указал за дальний стол в углу. Там уже сидели вульгарные дамы, распивающие, что-то крепче, чем шампанское и вино, смеющиеся так, что на секунду может показаться, что ты в конюшне. Из неприлично коротких и сверху, и снизу платьев, уже вываливаются груди, поэтому бесконечно бесящий жест, поправляющий платье, чтобы прикрыть грудь, повторялся очень часто и одновременно у всех сидящих кхем… дам… Язык не поворачивается назвать их так. Но все же…        Кристина посмотрела на эту ужасную картину. Сработал рвотный рефлекс, и Кристина чуть не выблевала все, что съела на завтрак и обед. Он схватилась за рот, но сдержала себя. — Кристин, все с порядке? — спросил Артем, беря ее за руку. Кристина долго смотрела в пол, придерживая рот рукой. Но, наконец, подняла голову и посмотрела на Дзюбу. — Артем, и с этим мне придется сидеть весь вечер? — спросила Кристина, указывая рукой на сидящих в углу. Артем посмотрел на этих особей женского пола и резко отвернулся. Ему тоже была неприятна эта картина. — А ведь я предлагал тебе сидеть дома. — напомнил Артем, грозя пальцем. — Но Кристина решила поступить по своему. — он говорил это без укора. Скорее как-то мягко и по отечески. — Если хочешь, Антон отвезет тебя домой? — сказал Артем. — Нет, я не хочу тебя подводить. — сказала Кристина и отпустив руку Артема, сжала руки в кулаки, чтобы собраться с силами и уверенной походкой ноправилась к столику в углу.        Чем ближе она подходила, тем больше она хотела вернуть несколько мгновений назад в реальность и согласиться на предложение Артем отвезти ее домой. Но этого она сделать не могла. Увы…        Еще пара шагов и Кристина стоит напротив столика. Дамы, сидящие за ним, вмиг успокоились и замолкли. Некоторые ищ них уже буквально спали на столе, остальные смотрели на Кристину стеклянными глазами. И не понятно, были глаза такими от алкоголя, или от отсутствия мозгов. Силиконовые твари… — Ты чья будешь? — сказала одна дама в шелковом черном платье, ярким черным макияжем и волосами цвета блонд. — Что, простите? — переспросила Кристина, от искреннего непонимания вопроса. Она не чья-то собственность, чтобы быть чьей-то.        Дама опять засмеялась разрезающим слух смехом. Ее подхватили еще три такие же дамы. Только одна девушка с черными волосами и приятной внешностью не смеялась с ними, а лишь закатила глаза. Видимо, она такая же жертва, как и Кристина. — Вот чудная! С кем пришла? — переспросила блондинка. — С Артемом Дзюбой.- ответила Кристина, все еще стоявшая у стола. — С Игрочишкой, что ли? Мда-а-а… Сколько помню его, а таких, как ты, он еще не выбирал.- сказала дама и опрокинула в себя стопку водки. — Каких «таких»? — спросила Кристина, все-таки присаживаясь за стол. — Ну… Простых, что ли… — сказала она. — Да, простовата ты для него. Он эффектных дам любит. Хотя ты тоже ничего.- заключила он хриплым голосом, пережевывая кусочек лосося, которым закусила водку. — Да, я ему вроде и такой нравлюсь. — сказала Кристина, беря в руку стакан шампанского. — Смотри, деточка. На него бабы охотятся. Есть одна фурия. Давно за ним бегает. Упустишь его, ох, упустишь…- проговорила она, прищурив свои меткие глаза. Кристина не стала ничего отвечать, так как понимала, что женщина ее характер, да еще и подшофе, может воспринять любую фразу, как агрессию, поэтому лишь отпила немного шампанского. — Ну да ладно, меня Валя зовут. Богиня ХМАО, с Заболотным я. — сказала Блондинка и протянула руку для мужского рукопожатия. Кристина нехотя протянула руку и слабо пожала ее. Чего не скажешь про Валентину. Вот она пожала, так пожала. Смещение кисти обеспечивает        Пить Кристина не умела. Не дано. Поэтому оставалось лишь уповать на то, что отсюда она уедет в трезвом уме и светлой памяти.        А пока, она решила познакомится с той самой брюнеткой. Жертвой, как и она сама. — Привет, меня Кристина зовут.- протараторила Янковская. — Соня, очень приятно.- сказала брюнетка, искренне улыбнувшись. — Я Леши Миранчука невеста. — А-а-а, все, поняла. Мне Антон рассказывал.- сказала Кристина.        Далее разговор строился сам по себе. Кристина узнала, что Соня училась в музыкальной школе и умеет играть на фортепиано, и отлично поет. Далее они переместились к музыкантам. Кристина к тому моменту, как и Соня, была хорошенько выпившая. Они долго слушали музыкантов, но в один момент Кристина остановила их и, забравшись на сцену, начала подзывать к себе Соню. Та, быстро сориентировавшись, забралась на имитированную сцену. Кристина подошла к саксофонисту и начала требовать саксофон. Тот долго отпирался, но, поняв, что это пустая трата времени, все-таки сдался и отдал инструмент девушке. Надев его на шею и поправив гайтан, чтобы было поудобнее, девушка подошла к пианисту. Она хлопнула его по спине и глухим свистом обратила на себя внимание. Она прогнала бедного паренька одним только «Кыш!» и пригласила Соню на место за фортепиано. — Помнишь ноты «Реалити» из этого, — Кристина начала щелкать пальцами, дабы вспомнить. — из фильма «Бум». — добавила она, наконец вспомнив. — А, да, помню. Его? — спросила Соня, на что Кристина лишь мотнула головой, уже взяв в губы мундштук. Кристина громко вздохнула, давая понять, что начинает играть. Несмотря на то, что девушки были довольно пьяны, играли они замечательно и безошибочно. Все присутствующие обратили на девушек внимание. Артем смотрел, как привороженный. Он был в восторге от того, как Кристина держится на сцене. А у Самедова ком к горлу подкатил. Он вспомнил тот самый день, когда познакомился с Кристиной. Только шмаляющих в воздух бандосов не хватает… Но их и не надо.        Дамы закончили. Весь зал принял их бурными аплодисментами. А Артем и Саша подошли к сцене, чтобы помочь девушкам спустится. — Ты это специально делаешь? — спросил Самедов, смахивая слезу. — Прости.- ответила Кристина, обняв его.        А между тем вечер шел. Прошел еще час. Кристина и Соня были совсем пьяны. Они не говорили, лишь слушали то, что говорят эти грязные женщины, сидящие рядом. А говорили они непозволительно вульгарные и интимные вещи. Хотелось блевать. Очень хотелось. Не от алкоголя. От компании. Когда речь зашла о постели, кристина не выдержала. Она поставила перед собой стул, сняла балетки и забралась на него, еле удерживая равновесие. Встав, она громко и на весь зал начала читать: 《 Эти чистые пруды, Эти грязные банкноты, Эти горящие кропали, Эти идиоты, что считают себя за крутых, Налет на зубах, Ты пил в стаканах страх Завтрашнего дня, Надеюсь это обойдет меня, Надеюсь я останусь у руля трамвая, Надеюсь, что моя родня не испытает той боли, Что появляется, когда ты узнаешь, что твой ребенок болен. И его игра стала реальностью, А она не терпит слабости. Центровые дворы воспитали людей Новой эры, они видели иные миры, Ну живут еще в этом пока, Жестоком и диком легка походка, Тяжела душа, Весомые слова в стихах Останутся на жестких дисках, После того как мы превратимся в прах. Но наша жизни уже без наших тел будет жить в веках, А пока, трамвайные пути, будут нас вести, И каждому, кто с нами, рано или поздно должно повезти Себя найти》        Это было чем-то вроде протеста. Протеста этим грязным людям.        Артем с улыбкой на лице подбежал к Кристине и, перекинув ее через плечо, направился к выходу, жестом указав Миранчукам и Смолову, что пора домой.        Артем не был зол на Кристину. Наоборот, он был горд ею. Она — единственная женщина в его жизни, которая не побоялась высказать протест этому миру. Он любил ее.        《Что ты хочешь, — у нас дома целый кейс. Ты сказала, что я милый? Не ведись на babyface. Найти новых ощущений здесь практически никак, Я каждый день скрываюсь от панических атак. Проблемы накрывают нас всех. Затем мы ищем выход во сне. Мы сутками кричали на всю. Я соткан из печали, как blues. Проблемы накрывают нас всех. Зачем мы ищем выход во сне? Мы сутками кричали на всю. Я соткан из печали, как blues. Время тик-так. Одиночество мой символ. Мне нужен знак или сигнал. В джунглях потерянный Симба. Меня тошнит от улыбок. Эй, здесь всех волнует лишь прибыль. Не называй меня брат, пол года назад мне братом не ты был. Я не знаю, где дом, я не вижу семью. Шатаюсь всю ночь у тебя на виду. Не тусуюсь один, ненавижу толпу. Не уверен в себе, и никого не люблю. Я снова перебрал, снова завязал. Жизни череда ошибок рядом. Вечно шум и гам, смех то тут, то там, Но и я на отшибе от всех.》