Point Of No Return: Come Home

— Сукин сын, — хрипит Брок, зашивая себе ножевое на руке, подумав, что пора и так будет лучше, приносить меньше неудобства. — Блядский Феск, блядский кейс, блядская Гидра, блядская Тесса, — продолжает он, хмурится, когда игла в очередной раз входит в кожу. Остается совсем немного до полного шва, но Брок останавливается, берет стакан с виски, оставленный на раковине, и делает глоток, обращает внимание на собственную кровь на полу в ванной комнате. — Мог бы и кого получше послать за моей головой, — в отражении продолжает говорить Брок, ставит выпивку и снова берется за иглу. День начинался очень даже ничего: соседи были тише обычного, встреча с продавцом всего необходимого состоялась успешно, как и поездка в доки, но вот проигнорированная встреча с Феском дала о себе знать в лице нескольких наемников. Разобравшись с ними, Брок невольно задумался, считает ли Ричард его идиотом, сначала пригласив, ведь и так было понятно, что их пути немного разошлись. Совсем немного. Подумаешь, что Феск хочет увидеть Рамлоу мертвым. Или он правда рассчитывал на новое сотрудничество и, получив свой ответ, решил убрать его. В любом случае вопрос сейчас теряет свою актуальность. Брок заканчивает с рукой, допивает виски, выходит из ванной и надевает куртку, забирает еду из китайской забегаловки, выходит. Достает телефон на лестничной клетке и пишет смс. Кому: номер неизвестен Встречаемся в доках в Бруклине. Ты заинтересуешься. Р. Что Брок полюбил в нью-йоркских доках так то, что там постоянно проворачивались разные незаконные дела, и при желании можно было раздобыть все, что угодно, к чему потянется душа, только заплати и помалкивай. Поэтому он просто пишет адрес, ориентиры и спокойно направляется к месту назначения. Оказавшись на нужном судне, находящимся в искусственном бассейне, Брок заходит в грузовой контейнер и направляет свет фонаря на человека, который сразу оборачивается к нему. — Еда, док, — ставя пакет на стол, информирует мужчина. — Как успехи? Я же не зря ее привез, — продолжает Брок, подходит ближе. — Меня убить пытались, между прочим. Бартли устало смотрит на собеседника, но выходит из-за стола дорожной лаборатории, снимает перчатки и направляется к еде, стараясь взглядом передать всю свою ненависть.  — Хоть кукол вуду делай из моих волос, — усмехается Брок, заметив это. — Мы здесь из-за последствий собственных решений, — продолжает он. — И я не слышу ответа на вопрос. — Нужно еще время, — отзывается Бартли, достает из пакета лапшу, палочки. — Иммунная система разрушает тромбоциты, которые нужны для формирования кровяного сгустка. Нужно знать, как дал… — Я знаю эту лекцию, — перебивает Брок, — можешь не утруждаться. Сколько времени? — День –два, — отзывается мужчина, открывает палочки. — День — два у нас есть, — хмыкает Брок, смотрит на время. — Да твою же, живешь рядом, не надо даже ехать в другой район, — раздраженнее проговаривает он, садится. Бартли отвлекается от еды и смотрит на собеседника, поняв, что тот кого-то ждет. Рамлоу снимает куртку и бросает ее на спинку стула. — Либо ешь, либо работай. На меня не пялься, — кидает он и закрывает глаза, приводя мысли в порядок. Бартли замечает повязку на руке Брока, пропитанную кровью, и появляющиеся синяки, задумывается о природе их происхождения и понимают причину. — Он нашел тебя, — вслух говорит Бартли. Брок открывает глаза, поворачивается к нему. — Я говорил, что он этого не оставит. — Ты вообще как-то много впустую говоришь, — подмечает мужчина. — Я бы на твоем месте ел быстрее, пока не пришел тот, у кого ты еще в меньшем почете, чем у меня, — продолжает он. — Мозги его недодевушки в блендере взболтал все-таки. Бартли меняется в лице и чуть не подскакивает, когда в тишине раздается стук в дверь. Брок оборачивается и ухмыляется, подумав, что готов пожать Барнсу руку за такой драматический момент сейчас. — Ты блефуешь, — отзывается Бартли. Брок ничего не говорит, лишь направляется к двери и раскрывает ее. Джеймс смотрит в экран телефона, проверяя, туда ли он пришел, и блокирует его, разглядев знакомое лицо. — Ты вовремя. Мы как раз о тебе говорили, — произносит Брок и отходит с порога. Джеймс с недоверием смотрит на него, но проходит вперед, рассматривает что-то похожее на лабораторию и застывшего человека. — Мы? — переспрашивает Барнс. — Ты же знаком со Стефаном Бартли? — риторически интересуется Брок. — Располагайся. Ночь обещает быть долгой, — не дожидаясь ответа, продолжает он. Джеймс приходит в замешательство, но вспоминает, что Брок уже упоминал Бартли в разговоре. Рамлоу садится на стул, достает другую лапшу из пакета и начинает искать в нем палочки. — Ввожу всех в курс дела, — параллельно поиску, продолжает мужчина. — Доктор Бартли благодаря моему человеку теперь тоже посвящен в третью фазу, которая является не очень приятной и с которой он почти нашел способ борьбы. Меня пытались убить и, думаю, попытаются снова, поэтому я не хочу задерживаться в Нью-Йорке, есть места приятнее моему сердцу, но перед тем как покинуть это место, я хочу добиться своей цели. Я знаю, что Феск звонил тебе, догадываюсь, что он от тебя хочет и хоть польщен, но не заинтересован. Тем более, что у меня есть явное преимущество, но об этом позже. Док, — смотрит на Бартли, — можешь прочитать нашему гостю лекцию, которую собирался прочитать мне. Джеймс переводит взгляд с Брока на Бартли, но задерживается на последнем. На шее мужчины следы удушения от него, синяк на скуле и кровоподтек на брови, видимо, от Рамлоу. По виду, кажется, что доктор сидит в этом месте все то время, которое прошло с их последней встречи. — Предпочту короткую версию, — отзывается Джеймс. Брок открывает лапшу и поворачивает голову на Бартли, который лишь молча смотрит на них двоих. — Лектор, — окликает Рамлоу, — ваш выход. И по окончанию, прошу еще раз подумать, кто представляет сейчас большую опасность: мы или Феск. И чего будет стоить любая глупость и необдуманный поступок. Стефан задумывается, как ему, доктору медицинских наук, человеку со степенями и защищенными докторскими, удалось влипнуть в такую историю, оказаться в доках с этими людьми и получать информацию от какого-то человека с помощью электронной почты. Но за отсутствием выхода он начинает рассказ, говоря об аутоиммунных заболеваниях, других функциях препарата, симптоматики и последствиях. Брок со скучающим видом ест лапшу, от чего Джеймсу начинает казаться, что он слишком хорошо осведомлен в предмете разговора, но в этом он решает разобраться немного позже. Бартли заканчивает на том, что есть лекарство, которое скоро можно будет использовать, и предпочитает вернуться к нему. — Либо Феск, либо я, Барнс, — проговаривает Брок спустя несколько минут, как Бартли заканчивает говорить. — Третий вариант тебе не понравится совсем. — Откуда ты столько знаешь обо всем этом? — в лоб спрашивает Джеймс. — Зачищал кое-что за той докторшей, о которой я говорил. Даже не совсем за ней, но замес получился знатный. Пришлось вникать, — отвечает Брок. — Закончилось, правда, все равно херово. Джеймс замечает перемену в голосе, но решает не акцентировать внимание на проблемах в лабораториях Гидры, понимая, что есть что-то более актуальное для него. — Думаешь, что он захочет, чтобы я убрал тебя? — продолжает Барнс. — И сам вывел на себя? — Думаю, что да, — просто отвечает Брок, направляет палочкой на собеседника, — но, — важно добавляет он, — даже если ты хочешь меня убить, то явно не по указке этого мудака. Джеймс хмыкает, подумав, что в этом есть смысл, хотя лично ему особо нет разницы, жив Брок Рамлоу или мертв. — Слушай, отчаянные времена — отчаянные меры. Я предпочту живым уехать и больше не связываться ни с чем, к чему Гидра имеет отношения, и… Агнес я смерти не желаю. Друзьями мы, конечно, не были, но хорошо общались, я даже был у нее на дне рождении, подарил сертификат в какой-то магазин косметики. Кайл, правда, купил, но я вернул за него деньги, — продолжает Брок. — Феск хочет поиметь тебя, я покончить с этим без потерь. По крайней мере, в наших кругах. Так что решай быстрее. Это или грязная работа за Феска. — А если ему нужен не ты? — Мы же оба понимаем, что ему нужен даже не Зимний, а факт того, что он имеет власть над тобой. Не будем делать вид, что это не личное. Для вас обоих. Мне можешь признаться, что класть ты хотел на все эти препараты и биологические оружия. Или на что люди вроде них, — кивает на Бартли, — дрочат тихо в ванной. Нет, конечно, ты бы помог все это разрулить, но его крови ты из-за этого бы не хотел. И это нормально, как по мне. Убил бы на твоем месте. Голыми руками, без оружия, чтобы прочувствовать все и заставить прочувствовать его. Джеймс ничего не отвечает, но Брок и не нуждается в ответе, лишь ухмыляется, поняв, что прав и идет в нужном направлении. — Думаю, что в этот раз я меньшая из зол, — подводит итог Брок. — Докторша, — игнорирует, заговаривает Джеймс, — я знаю, о ком ты. Помню. Она занималась диагностикой. Длинные темные волосы, часто в хвосте, среднего роста, лет тридцати. В зале я всегда узнавал ее по каблукам, когда она приходила на тренировки. Там редко встречался такой звук. — Да, — подтверждает Брок. — Тесса. — Что с ней? Рамлоу поворачивает голову к Барнсу, взглядом спрашивая, какая разница, но догадывается, что это что-то вроде способа убедиться, что он не совершит ошибке, доверяясь ему. — Я не знаю, — отвечает Брок. — Она хороший специалист, да и… человек, девушка, в конце концов, вот только со стрессом справлялась херово. А работка у нас была та еще. Сам знаешь. Она теряла контроль, а Гидра не любит рисковать. Для тех, кто представляет угрозу — вариант один. И однажды Тесса просто ушла. Официально она вернулась домой, к семье, какие-то обстоятельства и тому подобное, но все это херня полная, — продолжает он и замолкает. Джеймс смотрит на Бартли, что-то пишущего в тетрадь, и снова смотрит на Рамлоу. — Думаешь, что она мертва? — С тем, что я знаю, я на это надеюсь. Лучше смерть, чем та херня, которую они сделали с тобой или Агнес, — отвечает Брок, отвлекается на звук сообщения. — Бартли? Ты же хотел все похоронить. — Хочу, — хмыкает Брок. — Я убью его, когда все это кончится. Могу уступить тебе, если хочешь. Мне все равно. Как и тебе, думаю. Джеймс ловит себя на мысли, что какого-то такого ответа он и ждал, лезет в карман и достает телефон, видит, что помимо текста есть прикрепленный снимок, на котором подушка на его диване в крови. Брок заглядывает в экран и по лицу Барнса понимает, что не надо напоминать, что кровотечение один из симптомов. Тем временем Джеймс пролистывает к тексту. От: Наташа Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. Даже не надо разговаривать с ней и слышать ее интонацию, чтобы понять, что даже Наташа не одобряет его столь незапланированный отъезд. Заставляет невольно задуматься о реакции других. Но в одном Джеймс уверен, Рамлоу точно прав. Отчаянные времена — отчаянные меры.