Point Of No Return: Come Home

— Может, просто буря поспособствовала их сближению? Стив смотрит на друга и невольно усмехается на подобное предположение. Сэм пожимает плечами и поправляет ветровку. — Ну, а что? Взрослые люди, давно знакомы. Если, конечно, не считать проблемы с памятью у обоих, но, кажется, их это не особо останавливает. Стив опускает голову и качает ею, пытаясь сдержать при этом улыбку. — Ей не мешало бы провести нормальный вечер прежде, чем она узнает новости от Старка, — мягче продолжает он, понимая, что последние известия изменят многое. — А Барнсу так вообще. По-хорошему их бы вернуть в какой-нибудь домик и дать зализать друг другу раны. Стив удивленно приподнимает брови и с доброй насмешкой сосредотачивает взгляд на друге. — Видишь? Даже я о нем заботу проявляю. Это о многом говорит, — завершает свою мысль Сэм, и, не дожидаясь собеседника, начинает идти вверх по улице. Стив молча направляется за ним, все-таки находясь в уверенности, что зная Тони и его манеру иногда говорить, лучше ему самому как-то сообщить все, что следует знать. Нужный квартал Бруклина встречает темнотой везде. Лишь в некоторых окнах видятся отсветы фонарей или свечей. — Если не буря так это, — спокойно констатирует Сэм, оглядываясь вокруг. Стив ничего на это не отвечает, а лишь сохраняет движение по привычному маршруту. Сэм без особого энтузиазма следует за ним и доходит до нужного дома. Поднявшись на этаж, они подходят к квартире. Не успевает Роджерс даже сжать кулак, чтобы постучать в дверь, как Сэм легким движением толкает ее, дверь открывается. Оба мужчины переглядываются и начинают аккуратно, бесшумно заходить внутрь. Квартира встречает их беспорядком, словно буря прошлась и внутри, но выглядит пустой. — Ладно, — заговаривает Сэм, — зайти сюда было неплохой идеей. Стив лишь сильнее сжимает зубы, предпочитая ошибиться в своем решении. — Тут никого. И если они успели уйти, то мы не свяжемся с ними, пока они сами этого не решат, — проговаривает Стив, осматривается по сторонам. — Что можно хотеть найти? И… здесь? Сейчас. Сэм пожимает плечами и садится на диван, замечает остатки ужина на кофейном столике и присматривается к ним. — Когда же всему этому придет конец, — риторически спрашивает Уилсон и оборачивается к Стиву. *** Голова кажется слишком тяжелой, а глаза с трудом поддаются команде открыться. Агнессе приходит мысль о студенческой молодости и нескольких слишком веселых вечеринках, которые заканчивались утром и убивающим похмельем. Лишь с опозданием память напоминает, что сейчас с этим нет абсолютно ничего общего. Тело уютно лежит на чем-то мягком, укрытое чем-то теплым. Поддаваясь чему-то приятному на общем фоне недомогания, девушка открывает глаза и сосредотачивает взгляд на потолке и свете от лампочки в светильнике, стоящем на тумбочке. В помещении Агнесса оказывается не одна. Шаги сразу тревожным колокольчиком бьют по сознанию и заставляют подвинуться ближе к стене. Силуэт в свете сначала вызывает панику, но глаза привыкают к свету, а человек подходит немного ближе. — Я уже начал волноваться. Агнесса окончательно расслабляется, узнав голос, и приподнимается на локтях. Джеймс садится рядом на кровать и сосредотачивает взгляд на девушке, которая начинает осматривать комнату. — Обычно люди не лежат так долго, — продолжает он, девушка поворачивается лицом к нему, но снова ложится. — Как ты себя чувствуешь? — Словно мне снова девятнадцать и я сдала экзамены, — отвечает девушка и поворачивается на бок. Джеймс лишь усмехается на это определение. — И… — неуверенно продолжает она, — где мы на этот раз? — Все еще в Нью-Йорке, немного за ним. — Так у тебя не один уединенный домик. Я знала! — Это не совсем то же самое, — мягко возражает Джеймс, ловит еще более заинтересованный взгляд на себе. — Здесь долго лучше не находиться. Агнесса хмурится, понимая, что это какая-то новая информация для нее, ее жизни и снова оглядывает помещение, похожее на небольшую комнату в мотеле, но с деревянными стенами и соответственным небольшим запахом древесины. Глаза окончательно привыкают к свету, от чего находиться становится более комфортно, а задача рассмотреть все кажется более выполнимой. Неожиданно интерес интерьера перебивает нечто другое. Агнесса несколько секунд смотрит на мужчину, но снова переводит взгляд на его рукав. Рукав серой кофты уже пропитался кровью, а нити из разорванной ткани слишком близко находятся к ране. Девушка снова переводит взгляд на лицо и замечает небольшие гематомы на нем. Остается только догадываться, какие еще раны сейчас имеются на этом теле и от осознания этого становится крайне не по себе. — Мы бы не успели сразу добраться сюда. Они вышли на гостиницу, но сейчас все нормально. — Ты знал? — Догадывался. — Они? — Наемники. — Наемники, — осмысляющим голосом протягивает Агнесса. — Наемники, — словно не веря, что это действительно происходит, повторяет она. — Наверное, что-то подобное не должно удивлять меня после всего, что было, но… Джеймс лишь кивает, понимая, что для него в этом нет чего-то сверхъестественного. После столь долгой череды кого-то подобного в его жизни, кажется, что даже его дети получат этот ген, который будет отличать простого человека от подобного. Агнесса снова садится, борясь с туманностью в голове, и серьезнее смотрит на мужчину, переводя взгляд на его руку. Джеймс прослеживает за ее взглядом и обращает внимание на рану. — Это было бы неплохо зашить. И… — дотрагивается до кофты, — продезинфицировать. — Это ерунда. — Пусть заражение у тебя и протечет быстрее, оно все равно будет, — увереннее проговаривает девушка. Агнесса садится совсем близко. Все еще сонная, растрепанная, с чистым без косметики лицом девушка кажется совсем родной, настоящей. В голове резко возникает резонанс с первой встречи в квартире после возвращения. Наверное, просто окончательно привыкает к мысли, что все почти на своих кругах. В конце концов, все сдвинулось достаточно далеко с той самой встречи. Джеймс протягивает руку и проводит пальцами по завившейся пряди. Она вытягивается под его движением, но снова возвращается в первоначальное состояние, как только он разжимает пальцы. Агнесса переводит взгляд на манипуляции со своими волосами и смотрит на похожую прядь с другой стороны. — Отдохни, — заговаривает Барнс. — А станет лучше, доедем до центра Старка. — Признайся, Джеймс, ты просто хотел остаться со мной наедине, — по-доброму усмехается девушка. — В последнее время это довольно сложно, — спокойно отвечает мужчина. — Используешь любую возможность? — Думаю, я и так потерял слишком много времени. Ответ заставляет улыбнуться. В голове всплывают совсем свежие воспоминания из ванной комнаты в гостинице: жаркие поцелуи под водой, ласки, доводящие до мурашек и постанывания. Агнесса снова отводит взгляд, хоть особого смысла в этом и нет, а мозг предпринимает попытку уйти от этого состояния. — Каково было увидеть себя в музее после всего этого? — неожиданно для него интересуется девушка.- Просто… мне было странно узнать, что ты правда существуешь. — Странно узнать? — Ты был как призрак из снов. Даже упоминания о тебе были слишком эфемерны. Это было жутко. — Как и все истории с призраками. Девушка усмехается, проводит рукой по рукаву мужчины и задумывается о том, что ответа так и не получит. Вместо повторного вопроса или нового, она решает заняться другим: — Я зашью, — уверено произносит она, поняв, что нет смысла об этом спрашивать. Джеймс пожимает плечами, давая понять, что ему нет особой разницы. Агнесса поднимается с кровати, встает на ноги и неуверенно пошатывается, оглядывается. — Все нормально, — быстро проговаривает она. — Голова закружилась, но все прошло, — делает несколько более уверенных шагов. — Аптечка же здесь есть? — Не знаю. Через минут десять поиска находится все, что может пригодиться. Агнесса возвращается обратно на кровать, разрезает рукав кофты и помогает снять ее. Принимается за рану. Одно не очень аккуратное движение по окончанию с ее стороны, немного задевающие ребра, как слышится едва заметный хрип, ругательство. — Прости, — тихо произносит девушка, подносит руку к ребрам. Джеймс продолжает смотреть на лицо, обрамлённое спадающими волосами, на его серьезное выражение. Агнесса касается аккуратно, не желая снова причинить боль, чуть ли ни затаивая дыхания перед каждым прикосновением. — У тебя пара трещин. — Знаю. Она кидает на него быстрый наиграно осуждающий взгляд, поняв, что весь этот осмотр был необязателен, но потом лишь снова улыбается, повинуясь странному порыву делать это. — Завтра все будет нормально, — спокойно продолжает он. — Ты ведь не расскажешь о том, что было, пока я была без сознания. Агнесса даже не спрашивает, скорее, просто констатирует очевидный факт, который, наверное, даже не нуждается в ответе. — Выглядишь не очень после этого, — продолжает она, проводит ладонью по груди. Джеймс чувствует прикосновение, как пальцы бережно проводят линию до самого живота, и помимо легкого возбуждения вдруг ощущает заботу на простом человеческом уровне, которая никак не связана с судом или прошлым. Которую оказывали Стив, Наташа, даже Сэм. Что-то более бытовое, но при этом слишком приятное просто на эмоциональном уровне. Агнесса чувствует внутри комок лишь от одной мысли обо всем том, что было за время «ее отсутствия», что привело к подобному. Появляется желание просто уложить мужчину в кровати, накрыть одеялом и больше не выпускать в этот мир, который не слишком лоялен к ним обоим в последнее время. Джеймс не сопротивляется, чувствуя, что его безмолвно просят лечь на спину, но утягивает девушку за собой, обхватив руками за талию. Агнесса немного неуклюже устраивается рядом, стараясь снова случайно не задеть, и закрывает глаза, понимая, что чувствует она себя все равно хуже, чем говорила до этого. — Я растерялся, — заговаривает Джеймс, девушка открывает глаза, снова услышав его голос. — В музее. Не понимал, как мы можем быть одним человеком. Агнесса приподнимает голову, чтобы можно было видеть и лицо мужчины. — Хотя кое-что это и объясняло. Девушка лишь кивает, подумав, что слова здесь будут лишние. Джеймс и не ждет ответа, просто закрывает глаза, понимая, что, наконец, может позволить себе немного сна. Остаток времени проходит спокойно. Агнесса засыпает почти сразу, оказавшись снова в одеяле между стеной и Джеймсом, а он просто выключает ночник, не видя в нем никакой необходимости, и следует ее примеру. Солнечные лучи пробираются даже через шторы, будя своим присутствием и напоминая, что как бы не хотелось остановить мгновение, реальность требует внимания к себе. Подъем. Кофе в первой попавшейся забегаловке, дорога обратно в центр. По взглядам людей на них можно догадаться, что помятый вид вызывает много вопросов и, наверняка, породит новую серию сплетен. Наверное, в этом есть просто человеческая натура — додумывать то, к чему никогда не получишь доступ, придумать историю, чтобы почувствовать свою причастность. Пусть даже главные герои и думают, что их жизнь так себе материал для нечто подобного и маловероятно кто-то захочет ощутить на себе нечто подобное. Первые сложности возникают сразу, поскольку никого, кого бы они оба хотели видеть, просто невозможно найти. Наконец, проходящая мимо лаборантка сообщает, что все шли к комнате отдыха. Внутри и правда оказываются многие: Старк, Стив, Наташа, просто остальной персонал. Все прикованы к выпуску новостей, в котором говорится о теракте в центре города. Подозреваемый в совершении этого оказывается кто-то, чьи способности превышают простые человеческие.