Глава 61
12 сентября 2023 г., 10:42
У них было назначено свидание.
Гермиона от волнения не находила себе места. Она сожалела, что у нее не было времени пройтись по магазинам и купить что-нибудь новенькое из одежды, но работа задержала ее до шести, а Драко ждал в Поместье к половине восьмого.
Черт, ей следовало договориться с ним на восемь.
Девушка не могла поверить, что так сильно нервничает. Это было просто нелепо.
Быстро приняв душ (одно только пребывание в душевой после их предыдущей встречи субботним вечером заставило ее щеки покраснеть), она разложила несколько нарядов на своей кровати (кровать тоже заставила ее покраснеть) и задумалась над тем, что надеть.
Это было важно, и поэтому она собиралась приложить усилия к своему образу.
В ее коротком списке числилось два наряда. Одно — элегантное коктейльное платье бирюзового цвета с металлическим отливом, которое она еще ни разу не надевала. Оно было сексуальным, приталенным и с глубоким декольте. Второй вариант был попроще: легкое платье из персикового шифона, в котором она чувствовала себя так, словно собиралась на школьный бал.
В конце концов Гермиона решила отказаться от платьев и предпочла элегантный комфорт. Она и так была на нервах, чтобы еще и беспокоиться о своем внешнем виде на ужине.
Итак, выбор был очевидным. Прямые брюки из смеси шерсти и кашемира цвета баклажана идеально сели по фигуре. Ее мама отмечала, что в них ее ноги даже кажутся длиннее. Что ж, они обязаны были хорошо сидеть на ней за ту цену, которую она за них выложила. Гермиона дополнила брюки серебристой шелковой блузкой, по отделанному кружевом краю выреза декольте которой был вшит жемчуг. Она выбрала бесшовный бюстгальтер без бретелек, но потом, повинуясь какой-то прихоти, решила вообще отказаться от него. Прикосновение шелка к обнаженной груди, когда она надевала блузку, придало ей смелости.
А немного смелости ей не повредит.
Сверху она надела мягкий кардиган из ангоры, который был на тон темнее шелковой блузки. Макияж, как обычно, был минимальным. Брызнув в воздух духи, Гермиона вошла в ароматное облако и чихнула один раз. Завершив ансамбль длинным тренчем дымчато-серого цвета на шерстяной подкладке, она вышла из спальни. Уже спустившись вниз, она поняла, что на нем остались магазинные бирки и поспешила на кухню за ножницами.
Уже у двери Гермиона надела матово-серебристые туфли на каблуках с закрытым носиком и в последний раз посмотрелась в зеркало. После окончательной оценки образа она расстегнула еще одну пуговицу на своем кардигане, натянула пару мягких черных перчаток и схватила с вешалки толстый шарф в тон.
— Готова? — спросила она свое отражение, слегка запыхавшись.
Честно говоря, ее беспокоило то, как часто она разговаривала сама с собой в зеркале.
Лицо, смотрящее на нее из отражения, раскраснелось от возбуждения.
Гермиона аппарировала к главным воротам Малфой-мэнора на десять минут раньше, но на своих каблуках ей потребовалось бы почти столько же времени, чтобы пройти по длинной тропинке. Охранные чары Драко теперь были на высшем уровне. Она почувствовала, что входит на границу частной собственности, и подавила легкую дрожь облегчения, когда обереги пропустили ее, как и заверял Драко.
Тулип открыла ей дверь, низко присела в реверансе и театрально взмахнула своей тонкой рукой.
— Мы приветствуем вас в поместье Малфоев, мисс.
— Эм, спасибо тебе, Тулип, — Гермионе пришлось подавить смешок из-за того, насколько серьезно эльфийка отнеслась к своим обязанностям в этот вечер.
— Не будет ли мисс так любезна пройти с Тулип в гостиную? Мастер Драко должен встретиться с вами там.
— Прекрасно, — ответила Гермиона, сдерживая улыбку.
Гостиная, о которой шла речь, находилась в западном крыле. Стук ее каблуков по мраморному полу эхом разносился по коридору. Было странно возвращаться в дом при таких приятных обстоятельствах после недавнего нападения Пожирателей Смерти. Однако поместье Малфоев не пострадало от каких-либо негативных последствий. Единственным заметным отличием было то, что бальный зал был оцеплен, пока ремонтировались окна, и старые обереги были восстановлены. Никто не смог бы снова ворваться внутрь, разве что какой-то очень могущественный либо очень глупый волшебник.
К счастью, ей не пришлось долго ждать одной в теплой и гостеприимной гостиной; она слишком сильно нервничала, чтобы усидеть на одном месте.
У двери показался Драко, который на ходу застегивал манжеты.
— Извини, я бы сам встретил тебя, но у меня был разговор с Аластором Грюмом через камин.
Гермиона вдруг пожалела, что все-таки не надела платье. Драко был одет с иголочки, будто собирался на званый ужин. Он был облачен в изысканно сшитую мантию цвета зеленого мха и смотрел на нее.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он. Теплота в его глазах подсказала ей, что он не лукавил.
— Ты тоже, — ответила она, и ей тут же захотелось хлопнуть себя по лбу.
Они стояли, уставившись друг на друга, и Гермиона вспомнила, что не поцеловала его в знак приветствия. К сожалению, Драко, казалось, вспомнил об этом в то же самое мгновение, потому что они чуть не столкнулись лбами, когда одновременно наклонились друг к другу, но Драко в последнюю секунду успел увернуться.
Тулип стояла по стойке смирно рядом с тележкой с напитками, так что страстных объятий, вероятно, не стоило ждать. Поцелуй Драко был мягким и легким. Гермиона вдохнула его тонкий пряный запах лосьона после бритья и почувствовала легкое головокружение. Она задалась вопросом, не оказывают ли ее духи на него такое же действие. Вероятно, нет. Драко не выглядел так, словно у него кружилась голова.
— Как работа? — пробормотал он после того, как они отстранились друг от друга, но все еще стояли очень близко.
— Как всегда много дел. Но все хорошо, — кивнула она.
— Не хочешь присесть и чего-нибудь выпить перед ужином? — он протянул руку в сторону обитой бархатом кушетки.
— О нет, спасибо. Я и так в порядке, — ответила Гермиона.
В ее нынешнем состоянии она и помыслить не могла о том, чтобы выпить что-нибудь покрепче воды. Ее желудок уже пытался бросить вызов гравитации. К ее удивлению, сам Драко выглядел немного растерянным. Теперь ей хотелось пнуть себя. Посидеть за выпивкой перед ужином было чем-то само собой разумеющимся, да? Напитки обеспечивали некоторую социальную смазку. Но они ведь и не должны нуждаться в социальной смазке, так? Кроме того, эта самая социальная смазка и стала тем, с чего в первую очередь начались их бурные отношения.
Боже, неужели действительно все должно быть настолько неловко? Почему он держится так формально?
Хорошо воспитанный Драко нервировал всех, и, по-видимому, включая самого Драко.
— Ты голодна? Должно быть, да, — он пристально посмотрел на нее и протянул руку, которую она приняла. — Тогда мы сразу отправимся ужинать.
Они прошли в столовую, которая находилась не слишком далеко от гостиной. На самом деле это было досадно, потому что Гермионе даже понравилась эта короткая прогулка. Никогда не видевшая главного обеденного зала, она немного поразилась его размерам и не заметила, как Драко отодвинул для нее стул.
— Спасибо, — она покраснела и развернула салфетку. Все это очень отличалось от того вечера, когда они в последний раз ужинали вместе в маленьком грязном суши-баре на Юстон-стрит.
По какой-то невидимой команде Тулип буквально материализовалась рядом с ней и начала подавать первое блюдо. Это был простой согревающий сливочный крем-суп на подобие соуса Велуте, который был идеален для этой погоды.
Драко сидел слишком далеко.
«Слишком далеко» по определению Гермионы означало то, что она не могла видеть едва заметных изменений в его цвете глаз, которые выдавали его мысли лучше, чем все остальное. Она также не могла уловить запах его сексуального лосьона после бритья.
— Грюм сказал мне, что им не очень везет с выслеживанием Снейпа, хотя ходили слухи о его появлении в Валенсии, — сообщил он.
Гермиона повертела в руках суповую ложку.
— Снейп греет свои пятки в Испании? Что за странная наводка! Насколько достоверна эта информация?
Уголок рта Драко приподнялся.
— Примерно настолько же, как и многочисленные слухи о том, что мой отец находится в Северной Америке. Хотя никто не может знать наверняка.
Они продолжали говорить об исчезновении Снейпа, пока не принесли следующее блюдо. Это был какой-то салат из рукколы и сыра, приправленный оливковым маслом, бальзамическим уксусом и хрустящими хлебцами. Искренне заинтересовавшись закуской, она спросила Драко, что это был за сыр.
— Буррата, тебе нравится?
— Это очень здорово, — ответила она. Несомненно, все это было бы очень здорово, если бы только она могла позволить себе наслаждаться тем, что ест.
Пока они ужинали, Гермиона осматривала обстановку, отмечая портреты на стенах, обшитые деревянные панели и прекрасные высокие потолки с лепниной. Зал был достаточно длинным, чтобы разместить там три массивные люстры.
Третьим блюдом были морепродукты: крабовый пирог с охлажденными огурцами и крем-фрешем. Тулип оставалась рядом на тот случай, если бы им понадобилось обновить бокалы с вином. Гермиона подумала о том, что ни она, ни Драко не сделали больше одного-двух глотков с тех пор, как начался ужин. Она подняла на него глаза и с удивлением заметила, что он с озабоченным выражением лица уставился в свою тарелку.
— Знаешь что? У меня с этим ничего не выходит.
Гермиона почувствовала, как у нее скрутило желудок.
— С крабом? — спросила она, хотя знала, что он имел в виду не это.
Драко отодвинул свой стул и бросил салфетку на стол.
— У меня есть идея получше, — он взял свою тарелку и протянул
ей руку. — Пойдем со мной.
Все ее тревоги рассеялись перед лицом нежного озорства в его глазах. Этого было достаточно, чтобы заставить ее снова влюбиться в него.
Гермиона взяла свою тарелку, а затем и его протянутую ладонь.
— Куда мы направляемся?
— В библиотеку, — объявил он таким тоном, который наводил на мысль, что он тоже не знал, куда собирался отправиться, пока не произнес этого вслух. Он попросил Тулип отправить следующие блюда в библиотеку.
В длинной двухуровневой комнате уже был разведен огонь. Драко остановился перед камином, снял ботинки и сел на толстый ковер, скрестив ноги, и похлопал по месту рядом с собой. Гермиона сбросила каблуки и с радостью опустилась рядом с ним.
Они разговаривали и ели по возможности руками. И на этот раз их бокалы быстро опустошались и заново наполнялись вином. Не успели они опомниться, как вся бутылка была распита. Два часа пролетели незаметно, и к тому времени, как подали десерт, огонь в камине догорел до тлеющих углей.
— Мне плохо. Думаю, я съел большую часть всего этого, — сказал Драко, откладывая ложку, которой он подъедал шоколадный мусс Гермионы.
Ей не показалось, что он выглядел слишком огорченным из-за этого, поэтому она ткнула его в ребра. Затем Гермиона кончиком указательного пальца зачерпнула последние остатки мусса. Она задумчиво посасывала палец, глядя в огонь, пока Драко наблюдал за ней.
— Скажи мне, что это была хорошая идея, — попросил он.
Гермиона рассеянно вынула кончик пальца изо рта и только тогда заметила его искрящийся взгляд.
— Это была фантастическая идея. Я полагаю, тебе нечасто удается так ужинать дома?
Лежа на боку, он приподнялся на локте и сделал большой глоток вина.
— Раньше мы ели только в столовой. Или в тех случаях, когда Люциуса и моей матери не было дома, я подговаривал Тулип поесть на кухне вместе. Она делала восхитительный пирог из капусты и картофеля. А однажды мы даже устроили пикник на территории поместья. Очевидно, это не было идеей моей матери, но когда мы с Гойлом и Блейзом практически разгромили дом, она прогнала нас наружу.
Упоминание о Блейзе не произвело на нее такого угнетающего эффекта, которого можно было ожидать. Это было просто воспоминание. По-видимому, очень теплое, несмотря на все, что произошло после. Память может иногда играть с нами злую шутку. Не всегда можно легко избавиться от эмоциональных привязанностей и трогательных воспоминаний, даже если не хочется вспоминать о том, что испытывал их когда-то. Гермиона знала это слишком хорошо.
Она догадалась, что в этой истории было что-то еще.
— Что произошло дальше?
Драко прикусил щеку изнутри.
— Пошел дождь. И мы решили, что посреди жаркого лета это лучшее, что могло случиться с нами. Поэтому так и остались там, ели размокшие бутерброды и картофельный салат. У мамы случился припадок из-за того количества грязи, которое мы потом занесли в дом.
Гермиона улыбнулась, наслаждаясь тем, что слышит эти редкие фрагменты из жизни Драко. С ним можно было познать целый мир и она наконец могла познакомиться поближе с его прошлым.
— Я чувствую себя новичком в этом, — в его голосе появились более серьезные нотки. — Мне не нравится быть… в состоянии неопределенности. Тебе придется дать мне кое-какие подсказки, — с нарочитой сосредоточенностью Драко провел согнутым костяшками пальцев по ее нижней губе, подбородку и вниз по шее. Он остановился на первой пуговице ее кардигана, скользнув по верху кофточки. Вся ее кожа покрылась мурашками.
— Не думаю, что тебе нужно какое-то руководство, — хрипло ответила она. — Кажется, чаще всего ты знаешь, что делаешь.
Ответная улыбка Драко была чистым сексом.
— Я имею в виду все, что должно быть до и после. Чем милые девушки любят заниматься вне постели? — его голос звучал низким рокотом, и она могла поклясться, что почувствовала вибрации внутри себя.
— Что навело тебя на мысль, что я милая девушка? — серьезно ответила она. Гермиона положила ладонь на заметную выпуклость в его штанах. Она прекрасно понимала, что последний час у него были некоторые неудобства с этим.
— Грейнджер, я должен быть честен. Ужин был последним, о чем я думал в тот момент, когда ты вошла в парадную дверь. Но я знаю, что нам нужно заниматься и другими… — она провела ногтями вниз по натянутой тканью длине, — вещами, — закончил он со стоном.
— Действительно? — спросила Гермиона. — Я уверена, что в конце концов мы войдем в комфортный ритм, — при упоминании ритма она расстегнула молнию и освободила его член, обхватив его своей маленькой теплой ладонью.
Она вздохнула. Вино придало ей храбрости, и ей не терпелось прикоснуться к нему. Свет огня из камина окрасил его бледную кожу в золотистый цвет. Он был горячим и очень гладким. Исходивший от него знакомый запах опьянял. Гермиона сжала его ствол и пришла в восторг, когда на кончике появилась крошечная капля. Она наклонила голову и слегка высунула язык, чтобы попробовать его на вкус. Он смешался с нотками шоколада, который все еще оставался после десерта.
Сочетание вкусов было приятным.
Драко зашипел и схватил ее за плечи.
— Прекрати это.
Она подняла глаза, улыбаясь.
— Почему?
— Потому что, если я кончу сейчас, у меня может не хватить сил или желания сводить тебя на прогулку, которую я запланировал. То есть, если ты согласна?
Она была.
***
Это прогулка была предназначена для того, чтобы подвести итоги прошлого. На самом деле освободиться от него. Свидание за ужином положило начало вечера, прогулка, которую они совершали по территории Малфоев, заложила основу тому, что ждало их впереди. Драко настоял на том, чтобы дополнительно укутать ее еще и в мантию поверх плаща. Мантию, которая была у него со времен учебы в Хогвартсе. Она была огромна и пахла Большим Залом, если, конечно, Большой Зал можно было охарактеризовать каким-то одним запахом. Там всегда немного пахло древесным дымом, в одно утро — яйцами и беконом, в другое — свежими булочками с маслом. Больше всего Гермионе нравился аромат рождественского фруктового пирога, который, казалось, пропитывал даже стены. — Тебе достаточно тепло? — спросил Драко, как только они оказались на улице. Гермиона кивнула. Оба были в перчатках, но ей казалось, что она все еще ощущает тепло его рук. Они шли через лесистую местность на задворках поместья. Это была та самая тропинка, где они наткнулись на Кармен Мелифлуа и Тандиша Доддерса в ту ночь, когда Пожиратели Смерти напали на Поместье. Но на этот раз они продолжили свой путь по узкой петляющей мощеной тропинке, уходящей вглубь леса. Гермиона поняла, что они начали ступать по пологому склону, когда почувствовала напряжение в икрах. Вскоре они поднялись на вершину небольшого холма, с которого открывался прекрасный вид на поместье. С этой выгодной точки виднелись дом и деревня Тимбл-Крик, располагавшаяся в долине. Бесчисленные окна Малфой-Мэнора горели от восточного до западного крыла. Это было впечатляющее зрелище. — Я установил его на прошлой неделе, — Драко указал на крытый наблюдательный пункт в готическом стиле на вершине холма. — Там все настолько свежее, что пахнет лаком. Летом вся эта местность покрывается полевыми цветами. Моей маме нравилось это место, и я подумал, что должен что-нибудь тут сделать, понимаешь? Она понимала. Он имел в виду, что должен сделать что-то значимое теперь, когда его миссия была выполнена. Гермиона смотрела вниз на Малфой Мэнор и задавалась вопросом, о чем думала сама Нарцисса, когда стояла на этом самом месте. Они зашли внутрь небольшого строения, Драко обнял ее сзади и положил подбородок ей на макушку. — Что ты теперь будешь делать? — спросила она его. Он все еще смотрел на дом. — Заниматься с тобой любовью в каждой комнате. Гермиона почувствовала, как он усмехнулся. — Кроме кабинета твоего отца, — чопорно ответила она. Драко обдумал это. — Да, во всех комнатах, кроме той. — Но серьезно. Что ты будешь делать? Я не могу представить, что ты будешь довольствоваться ролью Лорда Поместья до бесконечности. — Ах, но быть хозяином поместья требует немного большего, чем простое расхаживание с важным видом в обтягивающих брюках для верховой езды, размышляя по вечерам о высоком, попивая абсент и мучая прислугу своими непристойными требованиями. Гермиона хихикнула над обрисованной им гедонистической картиной. — Немного подробнее про непристойные требования, пожалуйста. Ему потребовалось мгновение, чтобы найти подходящий пример. — Ты помнишь старого Арамиса на картине, с которым я говорил во время нападения на прошлой неделе? Гермиона фыркнула, вспомнив старика, который пялился на нее. — Как я могла забыть? — Ну, говорили, что старина Арамис устраивал еженедельные распутные вечера… Ее хихиканье быстро перешло в смех. — Это происходило каждый четверг. Он посылал кого-нибудь в деревню, и если там не удавалось найти подходящую девушку, ему присылали компаньонку из Лондона. Гермиона взяла себя в руки. — Пожалуйста, скажи мне, что где-нибудь есть автобиография, которую я могла бы прочитать. История Малфоев внезапно зазвучала намного интересней. — Фамилия Малфой не всегда ассоциировалась с Тьмой. У нас была довольно красочная, почти эпатажная история. До моего отца, конечно. Люциус вернул Тьму, причем не одним способом. — Как ты думаешь, где он сейчас? Я имею в виду твоего отца, — спросила Гермиона. — Если бы мне пришлось ставить на это деньги, я бы сказал, что он на пути к Снейпу, если они уже не встретились, — тон Драко был ледяным. — Думаешь, ты когда-нибудь увидишь кого-нибудь из них снова? Он кивнул. — Уверен в этом. А пока мне есть чем заняться. Пэнси проделала фантастическую работу в мое отсутствие. Но, вероятно, пришло время наследнику Малфоев уделить больше внимания управлению всеми делами. Мне придется заново узнавать свой дом. И, может быть, пока я буду занят этим, ты сможешь узнать меня получше, — его голос звучал почти испуганно. Гермиона повернулась в его объятиях и посмотрела ему в лицо. — Я действительно знаю тебя. Я знаю достаточно обо всех наиболее важных вещах, чтобы быть уверенной, что люблю тебя. Она почувствовала, как он слегка вздрогнул от этого заявления. Драко откинул капюшон с ее головы, чтобы посмотреть ей в лицо. — Я никогда не устану слышать это от тебя. — Тогда я не забуду сообщать тебе об этом ежедневно.***
В другом месте, в не столь отдаленном будущем… Высокий мужчина в соломенной шляпе казался легкой мишенью. По крайней мере, так думал юный карманник. Мужчина выглядел как один из тех самоуверенных туристов, которые отбились от группы, будучи вооруженными только своим новеньким путеводителем «Одинокая планета». Его брюки цвета хаки были усеяны множеством карманов, которые больше всего и привлекли внимание вора. Особенно его беспокоил тот, что располагался справа: он был глубоким и выпирал так, словно внутри него что-то было. Должно быть, его бумажник лежал там. Или, возможно, ключ от отеля. Карманник последовал за этим человеком через рыночную площадь. Это был воскресный день, и торговля была в самом разгаре. То, что в какие-то дни было пустой площадью Джемаа-эль-Фна, превратилось сейчас в мириады рядов и аллей с сотней красочных киосков. В Марракеше можно было купить все, что угодно. Нужно было лишь знать, где искать. Мужчина шел чрезвычайно быстро, несмотря на толпу людей вокруг. И, возможно, этого было бы достаточно, чтобы сбить другого вора с намеченной цели, но как бы искусно турист ни пробирался сквозь толпу, карманник все равно шел по его следу, хоть и немного запыхался со временем, отстав на два или три шага от него. Вор не сводил глаз с этого обвисшего кармана, отягощенного чем-то, чего, как он надеялся, хватит ему на неделю веселья. Поблизости послышалась какая-то суматоха. Два лавочника спорили и обменивались шквалом чрезвычайно красочных оскорблений. Толпа остановилась, чтобы понаблюдать за этим незначительным зрелищем. Не имело значения, насколько хорошо мужчине удавалось пробираться сквозь толпу, обойти это узкое место было просто невозможно, пока люди не разойдутся. Теперь у него появился шанс. Вор подошел сзади, протянул руку, и его натренированные пальцы ловко скользнули в карман, не прикасаясь к ткани. Но. Бумажника. Там. Не было. Его большой и указательный пальцы сомкнулись вокруг тонкого куска… дерева? Сильная рука внезапно обхватила его запястье. Хватка была сокрушительной. Из-под полей соломенной шляпы на него смотрели глаза цвета кованой стали. — Я так не думаю, — сказал мужчина. Английский мальчишки-карманника был ограниченным, но он понимал достаточно, чтобы осознать, что ему чрезвычайно повезло, когда эта железная хватка ослабла и его рука была освобождена. Паренек затерялся в толпе так быстро, как только мог. Крайне раздраженный Люциус Малфой вышел с рыночной площади и направился в уличное кафе, где, как он знал, его уже ждал Снейп. Бывший мастер зелий Хогвартса почти допил свой мятный чай к тому времени, когда недовольный Люциус отодвинул стул. — Я так понимаю, тебе не повезло в поисках газеты? — поинтересовался Снейп, приподняв бровь. Он был, как всегда, одет в черное. Люциус не мог понять, как ему это удавалось, ведь темный цвет притягивал солнце, как мух к куче навоза. Тем не менее, такой наряд имел и свои преимущества. Когда они проезжали через Южную Америку, Снейпа иногда принимали за священника, но он предусмотрительно помалкивал, чтобы отвадить добрых самаритян от мысли накормить странствующего падре. — Может быть, здесь действительно не водятся гребаные волшебники, — предположил Люциус. Снейп знал, что Люциус считал ругательства чем-то грубым и плебейским, но предположил, что длительный период пребывания в тяжелых условиях несколько сбил с него спесь. Люциус снял шляпу и бросил ее на стол. — Никаких чертовых новостей о том, что происходит за пределами этого проклятого города. Я не знаю, почему позволил тебе уговорить меня приехать сюда. Снейп по сравнению с ним был океаном спокойствия. И совсем чуть-чуть самодовольным океаном спокойствия. — О, здесь есть волшебники. Они просто не живут так открыто. Есть в мире вещи и похуже Волдеморта, — он опустил руку к себе на колени и достал потрепанный экземпляр «Ежедневного Пророка». Вряд ли он мог быть новым. На самом деле ему был почти год. Но это был именно тот выпуск, который они искали. Люциус тут же выхватил его. — Где ты это нашел? — Иногда достаточно вежливо попросить, лорд Малфой. Эта реплика заслужила прищуренный взгляд от его попутчика. — Это титул моего сына, с твоего позволения. — Я действительно прошу у тебя прощения, — ответил Снейп с большим достоинством. — Ты собираешься его прочесть или нет? Нахмурившись, Люциус развернул желтую измятую газету и осторожно пролистал до раздела светской хроники на обороте. Должно быть, он нашел статью, которую искал, потому что его глаза сначала округлились, а затем сузились, и время от времени чтение сопровождалось насмешливыми репликами. — Пятьдесят гостей! Ты можешь в это поверить? Это с трудом можно назвать сборищем, не говоря уже о подобающей свадьбе. — Маленькая и интимная, — высказал свое мнение Снейп. — У меня было триста, — пробормотал Люциус. — Да, и посмотри, как хорошо это обернулось для тебя. — Дамблдор женил их! Снейп пожал плечами. — У него действительно есть лицензия. — Они провели церемонию в Хогвартсе, — на этот раз в голосе Люциуса не было ни одобрения, ни осуждения, поэтому Снейп ничего не сказал. Люциус продолжил читать, периодически делая язвительные замечания. Закончив, он аккуратно сложил газету и откинулся на спинку стула. — Теперь твое любопытство удовлетворено? — поинтересовался Снейп. Ответом Люциуса было бессвязное ворчание, но Снейп отметил, что он выглядел довольным. Даже счастливым. — Хорошо, — Снейп заплатил за свой чай. Двое мужчин вышли из придорожного кафе и направились к железнодорожному вокзалу, чтобы сесть на ближайший поезд до Феса. Беглецам никогда не удавалось подолгу задерживаться на одном месте…
