Звездные Войны. Ученица Императора

      Яркий свет из открытой двери заставил пленницу зажмуриться. Двое штурмовиков, вошедших в камеру, подняли Приолу за руки и повели к шаттлу, где их ждал Лайс. Опьянённый её ошибкой, он лучился от самодовольства.       — Я не смогу сопровождать вас к Императору — нужно завершить то, что вы провалили. Всего наилучшего, — мужчина злорадно усмехнулся, глядя на побледневшую девушку.       Его ужимки и издёвки перестали задевать Приолу. Она уже чувствовала Его энергию. Тёмную, тягучую, пробуждающую леденящий страх. Такой она испытывала с детства, каждый раз, когда находилась рядом с Повелителем. Только за время, проведённое на райском Набу, память об этих ощущениях начала стираться. Теперь же они вернулись, усиленные стократ. Она словно погружалась в зловонное ледяное болото, из которого ей никогда не удастся выбраться.       Шаттл медленно спускался на посадочную площадку ночного Корусанта. Гигантский город мигал миллионами огней вывесок и фонарей. Девушке он всегда казался холодным, искусственным, точнее, мёртвым. На нём лежала чёрная печать Палпатина — присутствие Тёмного Владыки отравляло всё, что находилось поблизости.       У трапа её уже ждали Императорские гвардейцы — верные телохранители Дарта Сидиуса. Четверо безмолвных стражей сомкнулись вокруг Приолы, отрезав пути к отступлению, но сил на попытку побега совсем не осталось. Они двинулись вперёд, увлекая пленницу за собой.       Воздух сгущался, накалялся, пропитывался гневом Хозяина. Приоле стало ещё страшнее. Боль скованных рук и занемевшего тела не шла ни в какое сравнение с душевными страданиями несчастной. Она успокаивала себя одним: осталось совсем немного времени, нужно лишь предстать перед Императором, и её жизнь, полная ужаса и печали, канет в небытие.       Дверь в покои Владыки отворилась. Девушка хорошо помнила этот зал: красные стены, скульптуры, вид из окна на здание Сената и кресло, в котором восседал Дарт Сидиус. Забавно то, что именно здесь она получала наказание за плохие тренировки и ошибки в познании Тёмной Стороны.       Гвардейцы в алых одеждах довели пленницу в центр комнаты и удалились после кивка Хозяина.       Тишина. Император ничего не говорил. Он внимательно изучал Приолу, давя своим гневом, наполнившим зал, словно едкий дым. Она боялась посмотреть на него; страх уничтожал остатки сил и самообладания. Девушка чувствовала вину за проваленное задание, но не только её. Она больше не хотела служить Владыке Ситхов. Лишь обрести покой. Близость скорой кончины вызывала странную радость, которую ощущал Палпатин.       — Интересно наблюдать за тем, как моя способная ученица превратилась в сентиментальную рохлю, — его слова, произнесённые шёпотом, казалось, прогремели на всю планету. Приола склонилась ниже, боясь что-либо ответить. — Ты так быстро забыла всё, чему училась столько лет. Только зачем? Ради… счастья?       Пленница встрепенулась. Его насмешливый тон пробудил злость и обиду. Она резко вскинула голову, встречаясь взглядом с Императором. Именно это и было нужно опытному ситху. Жёлтые глаза, выделяющиеся под глубоким капюшоном, словно приковали девушку к себе, не давая пошевелиться. Она не могла сопротивляться теперь, когда её душа была разбита. Мысли, эмоции плавились в ярком огне жуткого взгляда, пробирающёго до костей.       — Ты меня разочаровала, — слова, пропитанные отвращением, становились тише. Ледяные пальцы Силы сомкнулись на горле Приолы, поднимая её в воздух. Она начала хрипеть, хватаясь ладонями за шею. Тело девушки медленно подплыло к креслу Сидиуса и рухнуло к его ногам. Владыка наклонился к ней, грубо схватил за подбородок, заставляя пленницу вновь посмотреть ему в глаза.       — Быстрой смерти хочешь? Не заслужила.       Он дотронулся до правой щеки Приолы, будто желая проявить ласку. Девушка закричала. Молнии Силы, срывающиеся с медленно скользящих вниз пальцев, сжигали кожу, оставляя широкий багровый шрам, тянущийся к шее. Казалось, что тысячи раскалённых прутов вкручивают в голову, уничтожая надежды, мечты, радость и счастье, которыми несчастная жила в последнее время. Император опустошал её, ломал сознание, упиваясь страданиями жертвы. Снова и снова всплывали воспоминания о позоре и плене. Как же легко её оказалось одурачить, несмотря на долгие годы тренировок. Приоле так хотелось вырваться из тяжёлых будней, хотелось почувствовать что-то светлое. И она, не сопротивляясь, бросилась в объятия того, кто показался ей хорошим и честным. Поддалась буре эмоций, перестала рассуждать здраво, желая лишь подольше оставаться рядом с ним. Полученное счастье оказалось иллюзией, умело культивируемой тем, кто предал её, предал Империю. Тем, кто сейчас спокойно скрывается, пока она страдает, находясь на волосок от смерти.       Владыка разжал руку, и обессиленная девушка упала в нескольких сантиметрах от полы его плаща. Хотелось рыдать, но слёз не осталось — молнии, словно иссушили организм. Шрам горел, причиняя невыносимые страдания.       — Что я упустил в твоём обучении? — заговорил Палпатин, словно рассуждая сам с собой. — Разве я говорил переставать бороться? Разве я говорил оставлять врагов безнаказанными? Разве я не говорил, что никому не стоит верить? Разве я не учил контролировать эмоции, усиливая себя с помощью гнева и ярости? Разве я говорил ради сиюминутных увлечений бросать познание Тёмной Стороны, которая поможет добиться всего? Мне кажется, нет.       С каждым словом Приола чувствовала, как в ней растёт злость, ненависть и непреодолимое желание расквитаться с жалкими повстанцами, в первую очередь, с лейтенантом королевской гвардии Набу. Внезапно вернувшиеся силы волнами растекались по телу, согревая его и излечивая. Чувство эйфории от вернувшейся мощи дало ей понять, как же она по нему истосковалась. Боль, охватившая искалеченное лицо, отрезвляла мысли, поддерживала закипающую злость.       Девушка встала на колени и подняла лихорадочно заблестевшие глаза:       — Повелитель, позвольте мне исправить ошибку.       Дарт Сидиус засмеялся, обнажая уродливые зубы:       — В тебе проснулась решимость и желание вновь мне служить? Хватит ли тебе их?       — Хватит. Я клянусь — повстанцы и те, кто с ними заодно, заплатят за всё.       — Стоит ли надеяться на тебя после позорного провала? А может, ты задумала меня предать, поэтому вымаливаешь прощение?       — Если я ошибусь вновь, Вы уничтожите меня. Я готова пойти на такой риск, чтобы доказать свою полезность.       — Этого я и ждал, — Из потайного ящика стола вылетел красный кристалл, направленный Императором с помощью Силы в руки ученице. — Возвращайся на корабль. Он теперь твой.       — Мой? Адмирал будет недоволен.       — Я думаю, ты уладишь ваши разногласия.       — Благодарю, Повелитель, — Приола ухмыльнулась и, поклонившись, покинула кабинет.