Счастье рядом

- О, смотрите! Наша девочка плачет!- раздаётся грубый смех Димы.       Мой персональный мучитель хватает меня за волосы и, притянув к себе, бьёт в скулу. - Что, надеялся свалить, урод?- смеётся один из друзей Димки. - Почему?.. почему вы это делаете? - Потому что таких как ты не должно быть!- кричит Димка и бьёт меня ногой в живот.       Больно. Когда я смотрю на искаженное злостью лицо того, кто это делает, становится ещё больнее. Димка ухмыляется, и к моей боли примешивается ещё и страх. - Ничего. Мы знаем, как с такими как ты поступать.- он смеётся и в его руке появляется нож. Нет! Что они собираются делать? - Не надо! - О, как испугался!- Димка ухмыляется и проводит ножом перед глазами, заставляя меня дрожать от страха ещё сильнее. - А что если нам немного убрать твою глазастость? В качестве наказания?- Он смеётся, и его смехом заражаются остальные. - Ребята, держите его!       Несколько парней сзади подхватывают меня под руки, так, что я не могу вырваться. Димка приближает руку с ножом в ней. От страха я забываю как дышать.       Почему?.. почему человек, которого я когда-то так сильно любил, который был всем в моих глазах, сейчас грубо усмехается и причиняет мне боль? За что? Я же ничего такого не сделал... рука с ножом приближается всё ближе. Я трясусь от страха и боюсь лишний раз вздохнуть. Не хочу спровоцировать моих мучителей.       Он... Димка... выколет мне глаза?.. прошу, нет! Рука приближается к глазу и резко опускается вниз. Это действие сопровождается громким смехом Димы. - Эй, ты, что, думал, что я такой дурак?- он опускает руку ниже и лезвие ножа касается голой груди.       Холодная сталь больно вонзается в кожу и выпускает на свободу алые капли крови. Дима выводит лезвием длинный тонкий порез.       Больно. Не могу больше терпеть эту боль. Плохо. Я не понимаю, почему он делает это со мной. Страшно. Ведь однажды он не остановится на этом. Не остановится на простом нанесении мне увечий, а пойдёт дальше. Тогда... я не знаю, что будет тогда, но я устал надеяться на лучшее. Устал верить во что-то хорошее. Я уже не верю, что однажды он наиграется со мной и отпустит меня.       Дима не ограничивается одним порезом; и вот, на моем теле уже вырастает своеобразный кровоточащий крест. Я обессиленно опускаю голову и закрываю глаза не в силах больше смотреть на Диму и его руки, режущие меня. - Эй, урод, смотри на своего хозяина, когда он с тобой играет!- кричит мучитель.       Открываю глаза и смотрю на него. Не хочу, чтобы из-за моей дерзости он изрезал меня сильнее. Не знаю, что за мина сейчас застыла на моём лице, но явно не лучшего качества, так как Димка брезгливо вздрагивает и цокает, отворачиваясь. - Оставляю этого на вас. Делаете с ним всё, что хотите, а потом выбросите на улицу, - произносит он, всё так же брезгливо смотря на меня.       Интересно, к чему это? К чему такой брезгливый взгляд? Я же такой же человек, как и они. Так ведь?       Оставшиеся трое парней бросают меня под ноги и избивают. Больно. Но, отчасти, это меня радует. Если бы меня насиловали, мне бы было намного хуже. Как долго они уже это делают, что я успел привыкнуть к такому обращению? - Бракованная дрянь!- выкрикивает один из них.       Ха, значит, я бракованный? Не хочу об этом думать. Мне почему-то кажется, что если я продолжу об этом думать, то непременно заплачу. А я не могу позволить себе плакать при них. Будет ещё хуже. - Урод!       Как же это мерзко! Витя... если бы ты смог мне помочь... смог прогнать их и убрать мою боль; ты ведь такой тёплый, наверняка бы смог! Но, навряд ли, ты примешь меня такого, если узнаешь.       Загораживаю лицо руками: не хочу, чтобы ты видел синяки и переживал из-за этого. Вскоре избиения прекращаются и меня, по приказу Димки, выкидывают из квартиры.       Холодно. Заворачиваюсь в куртку и иду, нет, скорее, хромаю, к платформе. Хочу скорее добраться до дома. Не хочу, чтобы Витя переживал. Пришедшая электричка окутывает холодным ветром: внутри ни сколько не теплее, чем снаружи. Сажусь словно в тумане. Не могу прийти в себя после сегодняшнего. Надеюсь, я не заблужусь как в прошлый раз и приду домой раньше брата.       Он... такой счастливый... был, пока я не навязался на его голову. У него и так наверняка куча проблем. Не хочу ему мешать. Хочется верить, что я успею прийти в себя до его прихода и снова смогу быть его замечательным младшим братом, а не... бракованной шлюхой.       Опять... снова этот порочный круг. Почему? За что мне это? Даже мысль о том, что я живу с Витей уже не кажется такой прекрасной. Меня это пугает. Ведь если он узнает о том, кто я, то точно отправит обратно к тёте. Он точно не захочет знаться с таким как я.       Надо будет прятать синяки и ссадины, чтобы не возникало вопросов. Я на секунду представил, что было бы, если бы брат узнал о том, чем я занимаюсь. - Что это такое?- Витя держал в руках флешку и протягивал её мне. - Э-это... - Я посмотрел то, что было на ней, - прошипел брат, сверля меня гневным и презрительным взглядом. - Это не то, что ты подумал! - А что я мог подумать? То, что мой брат - шлюха? Нет, я подумал совсем не это.- Витя сделал паузу и брезгливо уставился на меня.- Я подумал про то, что со мной всё ещё живёт такая мразь как ты. Убирайся!- Он стиснул зубы и вытолкал меня из квартиры.       Нет! Я не хочу, чтобы так было! Он не должен узнать. Пускай всё останется так, как есть. - Артём!- зовёт меня пришедший с работы Витя.       Я выхожу к нему, пытаясь улыбаться не хромать. Брат снимает с себя черное пальто, которое так идёт ему и выгодно подчеркивает его красоту. Я чувствую тошноту, глаза наполняются влагой. Желание все рассказать позорно подступает к горлу. Раньше со всеми моими неприятностями мне помогал справляться брат, но теперь... всё изменилось. - Что-то случилось?- спрашивает Витя, оглядывая меня с ног до головы. - Нет, ничего.- Пытаюсь улыбнуться. Надеюсь, у меня это получается. - Как прошла встреча с друзьями? Я думал, тебя уже ничего не держит дома...- На последней фразе его голос надламывается и становится каким-то грустным... или мне кажется? - Ну...- Разве можно назвать то место, где меня ненавидят и, где меня никто не ждёт домом?- Всё хорошо... с друзьями...- И это правда. С ними всё действительно хорошо. Правда, не друзья они мне вовсе. - Ты уверен, что всё в порядке?- дотошно спрашивает брат. Такими темпами он вытянет из меня всё. Это не хорошо. - Да... всё в порядке, - киваю я с улыбкой.- Просто... - Просто, что?- продолжает допрос Витя. - Н-ничего, - отмахиваюсь я.       Он вздыхает, поднимает с пола пакет с продуктами, хватает меня за локоть и тащит на кухню. - А сейчас ты мне всё расскажешь. Всё, что тебя тревожит. Враньё, типа "всё в порядке" не принимается. Понял?- твёрдо спрашивает брат.       Я послушно киваю и сажусь за стол. Братец закатывает рукава белой рубашки на четверть и ерошит волосы. Он такой красивый.       Заметив, что я смотрю на него, он улыбается, заставляя меня смущенно отвести взгляд. Почему мне в голову приходят мысли о том, что в медицинской одежде он был бы неотразим?       Старший расставляет вазочки с конфетками и прочими вкусностями, а в середину стола кладёт торт. Мы что-то празднуем? Не знал.       Витя достаёт два бокала и ставит их на стол, один придвигая ко мне, другой к себе. В свой он наливает вино, а в мой сок. Какая несправедливость! - А мне?- обиженно спрашиваю я, придвигая его бокал с рубиновой жидкостью поближе. - Непослушным котятам не полагается, - усмехается он, подмигивая мне и отнимая бокал с вином. - Смотри сам не напейся!- обиженно бурчу я, надувая щёки. - С пары бокалов не напьюсь, - усмехается старший и облизывает губы. После этого он долгое время молчит и сверлит меня взглядом. - Извини, я не умею делать романтику, - неожиданно произносит Витя и отворачивается, почему-то угрюмо смотря на свой фужер с вином. - А з-зачем тебе делать р-романтику?- заикаясь, спрашиваю я.       Нет, на него немного похоже то, что он заморочился как всегда, по поводу и без. Но вот "романтика"?.. к чему?.. И самое главное, для кого? Брат вздыхает. Всё это очень странно. - Я давно хотел тебе кое-что сказать... но сперва...- Он переводит строгий взгляд ярко-карих глаз на меня.- Ты мне расскажешь обо всём, что тебя тревожит.       Ага. Конечно. Спешу и падаю! Чтобы потом ты меня выгнал... или сделал что-то похуже. Что бы ему такого сказать? - Ты любишь его?- неожиданно спрашивает брат. Перевожу на него взгляд.- Почему ты уехал? - Я...- О чём он говорит? Люблю? Кого? Хотя, возможно, я знаю, что ответить.- Я подумал, что так лучше...- тихо произношу я. Довольно стандартная фразочка, но она же работает? - Думаешь, если оставишь того, кого любишь, чувства утихнут? А если этого не произойдёт, и ты, вдали от него, всё равно будешь продолжать чувствовать это? Что тогда будешь делать?- произносит Витя, тем самым совершенно неожиданно подавая мне идею. Теперь я знаю, что мне сказать! - Я хочу быть таким, как ты.       Брат вопросительно приподнимает бровь и продолжает молча сверлить меня взглядом. Продолжаю свою лесть. Если он хочет правды, пусть её получит. Я же на самом деле так считаю. - Я хочу разлюбить и стать ровней тебе! Стать нормальным. Таким, как ты! - Ты не знаешь меня!- обрывает брат, слегка морща нос. - Я!.. - Повторю, ты меня не знаешь! Абсолютно... - Я знаю только то, что ты бы никогда не полюбил парня...- тихо шепчу я, опуская голову.       Слышу звук отодвигаемого стула и вспоминаю, что брат мне хотел что-то рассказать, а я помешал ему... Я только и делаю, что мешаю ему. - Вить, что ты хотел мне рассказать? - Уже ничего. Это не так важно.       Он кривит губы в одну сторону, имитируя какую-то злобную улыбку. Взяв бутылку со стола, Витя уходит к себе.       Наверное, мне стоит его остановить, но... что я могу ему сказать? Не расстраивайся, что твой брат такой бездарь и неудачник? Что он самый наивный дурак на всем белом свете? Что он постоянно врёт тебе, потому что боится тебя потерять? Нет. Точно не это.       Подхожу к двери в его комнату, но не могу дотянуться до ручки. Я знаю, что за этой дверью Витя, но в голове стоит гул и шум, словно там меня ждёт какой-то монстр. Стоит мне потянуться к ручке, чтобы войти, как шум усиливается и становится неуправляемым, словно за этой дверью действительно что-то страшное.       Я безнадёжен. Полностью. Дима прав. Такому отбросу как я незачем жить на свете. Я могу только мешаться. Но мне всё же интересно, что хотел рассказать братец. Поднимаю руку и стучу по двери. Набираюсь смелости и приоткрываю дверь. - Можно к тебе? - Заходи, - спокойно произносит Витя. Он стоит около окна, такой красивый, гордый, величественный. Идеал. Мой идеал! - Вином не заглушить свои проблемы, так?- внезапно произносит он, искоса смотря на меня. В его руках бокал с вином, на губах улыбка. Бутылка каберне наполовину пуста. - Н-наверное.- Меня почему-то смущает его пристальный взгляд. - Один маленький мальчик, вот такой, - брат проводит рукой около пояса, показывая рост, - однажды сказал, что их можно заглушить обнимашками.       Брат улыбается и ставит на подоконник пустой фужер. Он медленно подходит ко мне и обнимает. Я прижимаюсь к нему. Может, странно, может, нет, но его прикосновения не вызывают тошноту и страх, они не мне противны. Даже... наоборот, нравятся мне. Он поднимает руку с моей спины и проводит по моим волосам. От этого движения мне становится так спокойно и легко. Так... тепло! - Ты самый лучший старший брат!- довольно шепчу я. Рука, гладящая меня на секунду вздрагивает и останавливается. Нет, мне, наверное, кажется. - Пфф, естественно! Другого старшего брата у тебя ведь нет, - смеётся Витя.       Я отрываюсь от него. Брат как-то лениво выпускает меня из объятий. - Я серьёзно. - Я тоже.- он внезапно становится серьёзнее, и от его насупленного выражения лица я смеюсь. Неожиданно, пальцы брата оказываются на моих губах. Они словно... гладят мою улыбку. - Витя, что ты?.. - Ничего, просто кое-что вспомнил. - отмахивается он, убирая руку. - Ты хотел мне рассказать что-то... - Забудь об этом на некоторое время, - улыбается брат, трепля меня по голове. - Ладно.

***

- Витя...- тихо подозвала ребёнка женщина, лежащая на кровати.       Она была невообразимо бледна и выглядела очень слабой. Некогда живой взгляд синих глаз потух, заменившись на немигающий и серый, под цвет её кожи. Мешки, залегшие под глазами уже давно почернели, создавая образ синяков. Казалось, ещё недавно она была весела, жива, здорова. Вместе с мужем качала второго ребёнка, была матерью и отличной женой. Но как-то быстро сошла на "нет". Слишком быстро потухла. Слишком быстро угасла в ней жизнь... мать... жена. Всё это забрала болезнь, неизвестно откуда взявшаяся. Хотя... может, она уже давно была больна, просто скрывала это, не желая тревожить любимых домочадцев?       Она вот уже как месяц лежала в кровати, зачастую смотря в одну точку. На предложения вызвать врача или поехать в больницу наотрез отказывалась. Иногда, в ней ещё зарождалась жизнь, и тогда она начинала качать своего второго ребёнка и тихо шептать ему что-то неразборчивое. Тот, кажется, понимал состояние женщины и поэтому молчал, или ему было просто интересно то, о чём ему шептала его мать, кажется, разговаривавшая на его языке.       Рядом с женщиной в маленькой кроватке лежал ребёнок, младший братик Виктора, Артём. Он дрыгал ножками и ручками, удивленно смотря на свои конечности, будто они были не его.       Женщина протянула Виктору какую-то бумажку, оказавшуюся справкой. Внимание мальчика привлекла графа с диагнозом, где было несколько цифр и латинских букв. - Что это такое?- непонимающе спросил мальчик. - У меня... рак... мозга... неоперабельный.- Она слабо улыбнулась. Витя выронил справку и медленно осел на пол. - Мама... ты... Она слабо кивнула. Он всё понял и закрыл руками лицо. Ему казалось, что если он так не сделает, то непременно заплачет. Тёплая рука матери коснулась его головы. Слезы потекли из его глаз. - Почему ты не сказала?- жалобно протянул Виктор. - Лечение... дорого...- бессвязно прохрипела она.       Она всё ещё жадно смотрела на него, словно видела в первый раз и хотела насмотреться. - Прости. Позаботься... о брате.- шепнула она.       Её рука слетела с головы сына. Он все ещё продолжал всхлипывать, сидя на полу. То место, где мать касалась его, горело огнём. Он не мог поверить, что она, его мама, та, что подарила ему счастливое детство и маленького розовенького братика, может умереть... так скоро. От тяжёлых мыслей его отвлек заплакавший младенец. - Ей, Арти, ну-ну, что ты?- старший встал, чтобы успокоить братца.       Малыш повернулся в сторону матери и стал быстро двигать ножками и ручками, будто стараясь судорожно доползти до неё, что у него никак не получалось. Он жалобно хныкал и сжимал и разжимал пальцы ручек, словно пытаясь схватить что-то невидимое.       Витя повернулся в сторону застывшей матери. Её рот был приоткрыт. Закрытые глаза запали ещё сильнее, чем раньше. Ему показалось, что она не дышит. - Мама? Мама?!- Виктор стал трясти её бессознательное тело. На крики прибежал их отец. - Я звоню в скорую!- громко сообщил он, и стал набирать нужный номер.       В итоге, женщину забрали и положили в стационар на лечение. Но с каждым днем ей становилось всё хуже; врачи лишь оттягивали тот страшный час, когда её не станет.       Всё это время Виктор старался не упоминать мать при младшем брате и всеми силами старался, чтобы младший сам не вспоминал о ней. Через 5 лет она скончалась.