You can make me whole

Утром следующего дня Тор собрался в дорогу. Вертолёт приземлился в Нью-Мексико, неподалёку от точки Бифроста. Тони и Стив провожали друга и боевого товарища. Перед тем как вылететь из Нью-Йорка на Похоти Локи застегнули пояс верности и торжественно вручили Громовежцу ключ. Супергерои вышли из вертолёта и не спеша, но довольно решительно направлялись к месту, где должен был открыться Радужный мост. Тор и Стив просто молчали, Тони тоже молчал, но при этом на ходу активно копался в каком-то коммуникаторе. - Ну всё, друзья мои, мне пора в путь. - Бог грома остановился посреди ровного и совершенно однородного поля. Как он определил, что Бифрост откроется именно здесь, землянам Старку и Роджерсу было совершенно непонятно. – Надеюсь, вы позаботитесь о Памяти и Похоти Локи, покуда я не вернусь. - Не переживай, они оба будут находиться под неусыпным контролем Джарвиса, - ответил Стив. - Тони, - произнёс Громовержец, желая привлечь внимание уткнувшегося в свою игрушку изобретателя. – Тони! - А! Вот, всё, настроил, - будто включился Старк. – Вот, держи. Это экспериментальный коммуникатор самой большой мощности, какой только может быть такая штука. Я никогда не был на других планетах или, по-вашему, в других мирах, и хочу проверить, возможно ли оттуда связаться с Землёй посредством вот этой технологии, которую я недавно изобрёл. В общем, вот, смотри, как доберёшься, нажми вот сюда, ясно? - Ясно. Как скажешь, Тони, - улыбнулся Тор. Потом он повернулся к товарищам спиной и прокричал в ясное синее небо: - Хеймдалль! Открой Бифрост! Тут же небо затянуло грозовыми тучами, и с оглушительным громом на землю обрушился столп ослепляюще-яркого света. - Я постараюсь вернуться как можно скорее! – прокричал бог грома, стремительно уносясь вверх в этом сиянии. Мгновением позже свет погас и на небе снова не было ни облачка. - Вот это спецэффект, - произнёс Старк. – Всё-таки когда-нибудь я найду способ открыть этот мост. - Займись лучше чем-нибудь полезным, - ответил на это Роджерс. - С тобой? Я подумаю над этим. – Тони шлёпнул Стива по попе и, как ни в чём не бывало, направился обратно к вертолёту. *** Тор, ни минуты не задерживаясь в Асгарде, прямиком от Хеймдалля перенёсся в Йотунхейм. Мрачные льды, снега и тусклое серое небо холодного мира создавали разительный контраст наивно-прекрасным пейзажам Мидгарда. Вдобавок ко всему, время было вечернее, и над миром стремительно сгущались сумерки. Тор помнил это место. Именно здесь он впервые увидел короля йотунов Лафея и натворил глупостей, которые оказались столь судьбоносными. «А ведь если бы я тогда послушался Локи и воспользовался разрешением уйти, мне не пришлось бы сейчас возвращаться сюда в поисках частей его личности, чтобы вернуть его к жизни… Так и были бы дружными братьями. Ни бездны, ни читаури, ни разгрома Мидгарда, ни трагической гибели… Хотя с другой стороны…». Неожиданно нахлынувшие на Тора рассуждения прервали пятеро стражников, стремительно двигавшихся к нему. Среди них было трое асгардцев и двое ледяных гигантов. - Приветствуем тебя, пришелец из Асгарда. Назови себя. - Моё имя Тор Одинсон, - ответил Громовержец. Стражники переглянулись, затем один из них вышел вперёд. - Приветствуем тебя, наследный принц Асгарда. Нам велено каждого, кто попадает в этот мир посредством Бифроста, доставлять во дворец к Его Превосходительству Хогану Первому, наместнику трона Йотунхейма. Тор сдержанно поклонился в знак согласия. - Следуй за нами, - произнёс ледяной великан, потом повернулся и пошёл по направлению к дворцу. Один из асгардцев подошёл поближе к Громовержцу и рядом с ним последовал за гигантом. Остальные стражники остались на своем посту. *** Асгардский наместник на престоле Йотунхейма радушно встретил наследника Одина. - От всего народа Йотунхейма и от себя лично я рад приветствовать тебя, Великий Тор, - произнёс он, восседая на троне, в присутствии стражи и свиты, которую составляли вооружённые асгардцы и знатные йотуны. – Что привело тебя в наш мир? - Я, - Тор начал соображать, что бы такое придумать. – Я хотел принести официальные извинения народу Йотунхейма за разгром, устроенный здесь мною во время правления Лафея, и за последующие действия моего ныне покойного, - Громовержец сделал акцент на этих словах, - брата. И мне бы хотелось провести несколько дней здесь, в качестве гостя. Присутствующие зашептались, а наместник произнёс: - Йотунхейм принимает твои извинения, Громовержец. Отныне ты почётный гость в этом мире. Именем Йотунхейма я предоставляю тебе апартаменты во дворце, коня и свиту из двоих асгардцев и одного йотуна. - Благодарю, Ваше Превосходительство, - Тор встал на одно колено и поклонился. Когда все формальности были соблюдены, свита и стража распущены по своим делам, Хоган подошёл к богу грома и повёл его в свои палаты. - Ну, вот теперь мы можем нормально поговорить, - добродушно произнёс он, предлагая Тору присесть в кресло. – Как отец? Как дела в Асгарде? Хоган был давним другом Одина, надёжным и преданным воином, именно поэтому Всеотец доверил ему престол Йотунхейма. - В Асгарде всё хорошо, если не считать недавней гибели Локи. Отец скорбит по нему, как и все мы. - Да, я слышал. Прими мои соболезнования, Тор. - Я передал бразды правления Одину и отправился в путешествие по мирам. Если где-то будет нужна моя помощь, то так от меня больше пользы, чем если я просто буду сидеть на троне Асгарда. - Понимаю. Возможно, ты прав, Громовержец. Но в Йотунхейме сейчас всё спокойно, нам удалось подавить столкновения и прекратить гражданскую войну, развязанную после гибели Лафея. Если ты прибыл сюда повоевать… - Нет, Хоган, - перебил Тор, – я не ищу войны. Просто… Душа просит снежного покоя. Я хочу осмотреть Йотунхейм, узнать его получше, увидеть, чем живёт этот мир. Раньше он был для меня лишь полем битвы, теперь хочется окунуться в его быт. Ты меня понимаешь? - Я понял тебя, Тор. Что ж, милости просим. Сейчас слуга покажет тебе твои покои, завтра в конюшне сможешь взять коня, здесь есть асгардские лошади. Твоя свита будет ждать тебя. Не обязательно постоянно брать их с собой, но во избежание конфликтов, я бы тебе всё-таки советовал. Однако есть одно правило. Нельзя разделять стражников на асгардцев и йотунов. Если ты хочешь взять с собой не всех стражников, нельзя забрать асгардцев, а йотунам дать отпор. Такова наша дипломатическая политика. - Всё ясно. Спасибо тебе, Хоган. Я надеюсь, что не задержусь здесь слишком долго. - Отдыхай, Громовержец. В залу вошёл слуга – ледяной великан в набедренной повязке. Он проводил Тора в просторные покои с огромной кроватью. Определённо, жилища ледяных великанов поражали асгардцев своими размерами, в особенности, царские апартаменты. - Завтра найдёте меня в конюшне, Ваше Высочество, - прогремел слуга. – Я дам вам лошадь. Доброй ночи. Слуга вышел, оставив Громовержца одного в огромных покоях. Тор огляделся: за окнами стемнело, на стенах спальни висели горящие ночники, гигантская кровать была застелена многочисленными шкурами снежных барсов – чувствовалось, что в замке поселились асгардцы. Холод пробирал до костей даже в помещении. Громовержец снял с себя доспехи, не раздеваясь до конца вопреки своей привычке спать обнажённым, забрался в кровать и укрылся шкурами до самого подбородка. Сон начинал медленно обволакивать сознание, когда рука скользнула вдоль штанов и дотронулась до чего-то твёрдого в кармане. Тор вытащил из-под одеяла коммуникатор, который дал ему Старк. «А ведь я обещал попытаться связаться с ним», - подумал бог. Он нажал на кнопку, как учил его Тони, - экран засветился, на нём замигало слово «поиск». Это продолжалось около пяти минут. Громовержец уже решил, что эксперимент не удался, и собирался с чистой совестью уснуть, но едва он приблизил палец к кнопке «отмена», как огромные сводчатые покои огласил голос Старка: - Приём-приём! Тор, ты меня слышишь? - Да, Тони, - ответил бог, глядя на дисплей. – Я тебя ещё и вижу. Хоть и достаточно смутно. На экране всё мигает… - Прекрасно! У меня изображение отсутствует, но я поработаю над настройками. Так, Джарвис, зафиксируй: «Удалось установить межпланетный контакт». Слушай, Тор, ух ты! Изображение появилось! Мда… качество оставляет желать лучшего, но тем не менее. Ты спать собираешься что ли? Прямо «Венера в мехах». Ну да ладно, скажи мне вот что. Ты можешь раздобыть географическую карту этого мира и показать её мне? - Карту? Хм… Дай-ка подумать. Вообще я когда-то изучал карту Йотунхейма, но Локи преуспел в этом гораздо лучше. - Локи… Тор! Это гениально. Скажи, она могла остаться в его памяти? - Ну, я думаю, практически наверняка. - Джарвис, обратись к Памяти Локи за информацией. Сможешь найти с этим файлом общий язык? - Попробую, сэр. Но он постоянно требует пароли. - Тор, подожди минутку, не отключайся. Следующие несколько минут Громовержец разгадывал коды, которые запрашивал файл. Из-за помех это было не так просто, но в итоге изображение Локи показалось на дисплее компьютера Старка и вроде бы оказалось не против сотрудничать. - Спасибо, приятель, - проговорил Тони. – Не отключай коммуникатор, скоро я постараюсь скинуть тебе полезную информацию. Спокойной ночи. - Доброй ночи, Тони, - ответил Тор, и изображение исчезло. Стало тихо. Очень тихо и как-то… тоскливо. «Эх, как же мне не хватает тебя, братик», - тяжело вздохнул громовержец, - «но я верну тебя. Обязательно». Бог грома укутался в шкуры и попытался поскорее уснуть. *** Утро было серым и пасмурным, как и практически всякое утро в Йотунхейме. Тор проснулся по обыкновению рано. Мелкая ледяная изморось за окном королевского дворца производила угнетающее впечатление, но от этого желание сиюминутно отправиться на поиски новых частей личности брата лишь превращалось в нестерпимую решимость. Громовержец вышел из спальни и направился прямиком в конюшню, стараясь не шуметь и не привлекать особого внимания. Однако стоило ему спуститься вниз, как к нему методично и ненавязчиво присоединились двое асгардцев, которые накануне были назначены его личной свитой и охраной. Вместе они проследовали на конюшню, где в стойлах красовались невероятно огромного размера могучие мускулистые кони. - Асгардские лошади содержатся дальше, в соседнем загоне. Следуйте за нами, Ваше Высочество, - стражники обогнали немного оторопевшего Тора и прошли в глубь конюшни. Бог последовал за ними, не переставая при этом дивиться йотунским лошадям. Когда Громовержец проходил мимо крепкого и красивого жеребца, от которого буквально веяло силой, упрямством и чувством собственного превосходства, показалось, будто конь как-то полупрезрительно-полувраждебно фыркнул, глядя богу прямо в глаза, а затем провожал его взглядом. Краем глаза Тор заметил на перегородке табличку с надписью: «Свадильфари». «С чего бы этому коню злиться на меня?» - пронеслось в светловолосой голове. «У меня уже развивается паранойя», - подоспела следом другая мысль. В соседнем загоне содержались асгардские лошади. Красивые, маленькие по сравнению с йотунхеймскими, изящные, лёгкие, быстроногие. Одну из них аккуратно и бережно расчёсывал кажущийся рядом с ней громоздким и неуклюжим ледяной великан, тот самый, который показал накануне Тору его комнату. - Приветствую, Ваше Высочество, - погремел йотун. – Это Пандора, лошадь из королевских пород. Его Превосходительство распорядился предоставить её вам. Она не любит драк и не участвует в боях, вам просили передать. Вот, я уже закончил, - великан мастерски оседлал лошадку и подтянул все, крошечные для него, ремешки, - можете отправляться на прогулку. - Благодарю, - Тор сделал вид, что не обратил внимания на издёвки, звучавшие в голосе йотуна, взял под уздцы лошадь и вместе со своими стражниками, которые тоже взяли себе коней, направился к выходу. Там ждал третий «сопровождающий» - ледяной гигант в доспехах, как у асгардцев (новое руководство ввело единую форму для царских стражников), и на том самом могучем жеребце по кличке Свадильфари. - Куда изволите отправиться, Ваше Высочество? – спросила свита. - Эм… - Тор задумался, пытаясь сообразить, какую из частей личности Локи, а главное, где, можно найти. – Ну что ж, я думаю, для начала покажите мне окрестности столицы. *** Трое асгардцев во главе с принцем и один йотун вернулись в город под вечер. Они объездили все окрестности столицы. Хельблинди, так звали стражника-ледяного гиганта, оказался отличным гидом. Он поведал об истории каждой деревушки (оказалось, что у каждого йотунского поселения есть свой тотем, свое особенное блюдо и танец), о том, какое участие принимали их жители в различных битвах, о местных героях и легендах. Тор был небезызвестной фигурой в Йотунхейме, причём, небезызвестной с весьма нелестной стороны. Везде, где он появлялся, йотуны на него недобро косились, некоторые по-тихому вертели в руках ледяные кинжалы, всем своим видом показывая, что в любой момент готовы вступить в бой. Громовержца напрягала такая ситуация, бывали моменты, когда рука непроизвольно тянулась к Мъёлльниру, и если бы бог был один, то драки вряд ли удалось бы избежать. Поэтому Тор не пожалел, что взял стражников с собой. Громовержец внимательно оглядывался повсюду в надежде уловить знакомый взгляд, но никаких признаков Локи в окрестностях столицы не оказалось. Хотя порой удавалось уловить краем уха родное имя в посторонних разговорах, но, как правило, это были рассуждения о прошлом, байки и догадки об убийстве Лафея и сплетни о былых кознях и пышных похоронах асгардского бога коварства. На обратном пути Тор был мрачен и молчалив. Его стражники же, наоборот, болтали без умолку, пытаясь разрядить обстановку и поднять асгардскому принцу настроение. Свадильфари всё время смотрел исподлобья и изредка недобро фыркал в сторону Громовержца. «Йотунхейм достаточно большой мир. Наверное, довольно глупо искать Локи в окрестностях столицы. Но за их пределами на многие километры раскинулась ледяная пустыня… Что ж, придётся отправиться туда. Надо только придумать повод…» - думал бог грома, когда внезапно его размышления прервал присвист одного из стражников. Так делают иногда молодые люди в Мидгарде при виде хорошеньких девушек. - Ух ты! Ты только глянь, какая прелестница! Пойдём посмотрим. – Тор вышел из задумчивости, обратив внимание на всеобщее оживление. Как оказалось, вокруг была рыночная площадь. - Что там такое? – спросил он у стражников. - Давайте посмотрим, Ваше Высочество, - предложили они, протискиваясь на лошадях сквозь довольно плотную толпу ледяных гигантов вперемешку с отдыхающими в увольнении асгардскими служивыми, бывшими воинами-миротворцами. Тору и двум стражникам на маленьких иноземных лошадях за широкими спинами рослого местного населения было ровным счётом ничего не видно. Тогда Хельблинди на своём могучем крепком Свадильфари проторил им дорогу сквозь толпу, и тут взору открылась прекрасная картина: прямо посреди площади полукругом сидели пятеро йотунов и играли на причудливых музыкальных инструментах, напоминающих флейту, клавесин, арфу и там-тамы, создавая при этом невероятно красивую и чарующую мелодию. А в середине этого полукруга плавно и гармонично, будто рождённое неземными звуками музыки, двигалось удивительное создание. Это была юная девушка, на вид лет семнадцати-восемнадцати, с длинными чёрными, как смоль, волосами, заплетёнными в толстую косу, ростом не выше обычной асгардки или мидгардки, однако кожа на её теле отливала блестящей синевой в лучах тусклого холодного солнца и демонстрировала характерные узоры. Подобно всем йотунским женщинам, девушка была одета в плотный кожаный, украшенный пушистым белым мехом, нагрудник, закреплявшийся на шее и под грудью, оставляя живот открытым, и несимметричную набедренную повязку, доходящую местами до колена, а местами обнажающую стройные ноги и едва прикрывающую ягодицы. Будто сказочная нимфа, йотунка танцевала под волшебную музыку. Движения её тела являли воплощение гармонии и грации: плавные покачивания бёдрами, перетекающие в движения грудью и животом, будто жидкость в сообщающихся сосудах, завораживали и гипнотизировали. Руки, будто извивающиеся змеи, казалось, двигались сами по себе, отдельно от тела. Резкие удары грудью в сочетании с плавными покачиваниями бёдрами и непрерывными движениями рук – всё это, выполняемое одновременно, с прекрасной изоляцией, создавало впечатление, что эта девушка – существо из другой вселенной. Толпа, обступившая музыкантов и танцовщицу, стояла неподвижно, затаив дыхание. Тор поймал себя на мысли, что тоже не может оторвать взгляда от этого чарующего зрелища. Девушка танцевала, будто погружённая в себя, не играя на публику, не улыбаясь зрителям и не глядя поверх толпы. Вообще казалось, что её глаза закрыты. Но вдруг она будто бы случайно подняла взгляд вверх, и у Тора внезапно перехватило дыхание – в изумрудно-зелёных, таких нетипичных для йотунов, глазах блистала та искорка, которую Громовержец видел лишь несколько раз и за которую готов был отдать всё на свете. Воспоминания моментально нарисовали лицо Локи в момент самого пика блаженства во время их с Тором близости однажды. Бог коварства практически всегда закрывал глаза в такие моменты, но тогда он смотрел на бога грома. Смотрел именно так. Едва Тор увидел этот взгляд тогда, его внезапно пронзила резкая и невероятно острая игла наслаждения. Следом в воспоминаниях отобразился момент, когда Локи с беспокойством лечил Громовержца от сильного ледяного ожога с помощью волшебного цветка в пещере под озером в царском саду. И, наконец, момент перед неудавшейся коронацией Тора, когда младший принц произнёс ныне болью высеченную в душе Громовержца фразу: «Не сомневайся в моей любви». Сейчас перед Тором с грацией настоящей богини двигалась хрупкая девушка, внешне напоминающая детей Йотунхейма, и бог грома решительно не понимал, как такое возможно, ведь он разыскивал как минимум парня, но сомнений не было – перед ним Любовь Локи. Внезапно музыка стихла, и девушка, сделав изящный поклон и подобрав лежавший на земле футляр от флейты, в котором было несколько йотунских монет и который Тор только сейчас заметил, направилась к музыкантам. Толпа разразилась овациями и восторженным свистом. - Эй, красотка, а станцуй для меня! - Нет, лучше пойдём ко мне, станцуем вместе. - А где ты живёшь? Давай я провожу тебя. Перебравшие в кабаке крепкой йотунской бормотухи асгардцы и несколько молодых здоровых ледяных гигантов наперебой ринулись за красоткой. Тор направил в ту же сторону лошадь, пытаясь не упустить девушку из виду и силясь тоже пробиться к ней поближе, что было очень непросто в начавшей движение толпе, и, готовый вопреки всем запретам развязать драку, чтобы дать отпор любому, кто сделает хоть одно непристойное движение в её сторону, в напряжении сжал в руке Мъёлльнир. Но тут один из музыкантов – йотун зрелого возраста, годившийся бы Тору в отцы – выступил вперёд, закрыв собой танцовщицу, и громогласно строго произнёс: - А ну отошли от неё! Представление окончено! Вереница ухажёров поутихла и отступила назад. Любовь Локи скрылась среди музыкантов и ушла вместе с ними прочь с площади по направлению к западной окраине города. - Прелестно танцевала эта малышка, Ваше Высочество, не находите? А ещё говорят, что Йотунхейм – это дикие и варварские земли, лишённые всякой прелести. – Хельблинди подъехал к Громовержцу, пытаясь совладать с упирающимся и упорно оглядывающимся в сторону ушедших музыкантов Свадильфари. – Да что с тобой такое? А ну угомонись! – обратился он уже к коню. - Да… - так же заворожено смотря вслед танцовщице, скорее выдохнул, нежели произнёс бог грома. – Я должен пойти за ней, - будто придя в себя, решительно сказал он. - Неужели маленькая прелестница так приглянулась асгардскому принцу? Кстати, по всей видимости, один из её родителей был путешественником из другого мира. Хоть я и не представляю себе пришельца, который мог бы вот так вступить в близость с ледяным великаном и не превратиться в кусок айсберга. – Последние слова стражник договорил, поймав себя на мысли, что аккуратно движется за Тором, не спеша преследующим гигантов-музыкантов и прелестную маленькую танцовщицу. Йотуны шли не торопясь до самой окраины города. Там трое музыкантов завернули в дом на отшибе, а Любовь Локи и тот великан, который разогнал желающих с ней познакомиться, направились дальше, за городские ворота. Тор пытался принять как можно более спокойный вид, но чувствовал, что получается плохо, - сдерживаться и не пускать в ход оружие, видя своего брата в женском облике рядом с этим ледяным великаном, стоило огромных усилий. «Есть инстинкты, а есть личные качества. Личные качества отражают вкусы и предпочтения самого Локи. Любовь – личное качество», - вертелись в голове слова Памяти Локи. «Любовь Локи любит того, кого предпочитал он сам. Сегодня она посмотрела на меня, но не обратила никакого внимания», - с грустью подумал Громовержец. - «Но всё равно мне нужно забрать её в Мидгард, во что бы то ни стало. Даже если придётся убить этого йотуна и развязать новую войну. Я должен вернуть Локи…» Дорога от Западных ворот спускалась вниз к небольшому островку мрачных тёмных зарослей. Музыкант и танцовщица направлялись именно туда. - Прошу прощения, Ваше Высочество, но, боюсь, если мы не хотим личного контакта с этой парочкой, нет смысла идти дальше за ними. Время позднее, а поблизости, насколько мне известно, нет ни одного поселения. - Да, пожалуй, ты прав, - произнёс Громовержец, разворачивая лошадь. «Ты прав, нам с тобой нет смысла ехать туда. К ней я поеду один», - подумал Тор. *** Всю ночь Громовержец не мог заснуть. Перед глазами танцевал чарующий силуэт юной черноволосой красавицы. Тор был уверен, что она каким-то непонятным образом является частью личности его брата, хотя воображение не могло до конца в это поверить и поэтому сравнивало их образы. Периодически проваливаясь в полудрёму, бог грома видел, как плавные очертания йотунки преображаются в мужской силуэт. Сквозь синюю кожу вырисовывается рельеф упругих мышц рук, спины, ягодиц и ног. Волосы становятся короче, где-то до плеч, и распускаются. Мужчина поворачивается, и в ярко-красных глазах мерцают те же искорки, что и в изумрудных глазах девушки. «Я могу завидовать тебе, но не сомневайся в моей любви», - немного смущаясь, говорит парень, и тут же картина меняется. Бездыханное синее тело в объятиях Громовержца. Паника, боль, крик – Тор резко открывает глаза, и видение исчезает. Бог грома смотрит за окно, пытаясь определить, скоро ли рассвет. Желание вернуть Локи снова захватывает весь внутренний мир, и образ танцовщицы вновь вырисовывается в голове. Это Любовь Локи. Та самая, в которой он просил не сомневаться. Та самая, в которой Тор позволил себе усомниться… и потерял брата. Девушка с чертами Локи. Надо же, о таком Громовержец не смел даже мечтать. Девушка… Совсем юная, в обществе этого взрослого йотуна. От одной только мысли у Тора сжались кулаки и посыпались проклятия в адрес, казалось, нескончаемой йотунхеймской ночи. Наконец, едва за окном забрезжили лучи тусклого солнца, бог грома вскочил с постели, собрался и, стараясь не столкнуться со своими стражниками, выбрался из дворца. Как бы ни стремился он поскорее попасть за окраину города, лошадь брать не стал, не желая, чтобы хоть кто-то знал о его отъезде. Пешком дорога казалась длиннее, но Тор целенаправленно приближался к тёмным зарослям за Западными воротами. С каждым шагом сердце колотилось всё сильнее. Громовержец продумывал план преодоления возможного сопротивления вплоть до того, чтобы без всяких объяснений схватить девушку, раскрутить Мъёлльнир и умчаться к точке Бифроста, а там быстро перенестись в Асгард. Тор вошёл в чащу, которая на самом деле лишь казалась тёмной и мрачной, а в действительности же являла собой небольшое насаждение деревьев, посреди которого на аккуратной заснеженной полянке стояло довольно маленькое по йотунским меркам строение, напоминающее хижину. Громовержец подошёл поближе, скрываясь за деревом, - в окне хижины был виден девичий силуэт. Бог грома вдохнул поглубже, набрался смелости и решился подойти и постучать в дверь. Но едва он вышел на поляну, как дверь отворилась, и девушка, сделав шаг на порог и внезапно увидев Тора, замерла с широко открытыми глазами. - Пожалуйста, не бойся… Извини… Я… - растерялся Громовержец. - Ты… - полушёпотом произнесла девушка. Её лицо выражало такую палитру эмоций, что Тор растерялся ещё больше, силясь понять, что за реакцию вызвало у йотунки его внезапное появление. Бог аккуратно сделал шаг вперёд, разводя руки и показывая, что он безоружен и пришёл с миром. - Прости, если напугал тебя… - Тор, - прошептала девушка, всё так же неподвижно стоя на пороге. Едва услышав своё имя, Тор оторопел от неожиданности и удивления. - Ты помнишь меня? – ошарашено спросил он. - Нет… - несколько засмущалась йотунка. – Но это имя всплыло у меня в голове, как только я тебя увидела. Ты… Ты тот, кого я ждала… Около минуты они стояли и молча смотрели друг на друга, вглядываясь в каждую чёрточку никогда раньше не встречавшихся и тем не менее таких знакомых лиц друг друга. - Ой, что же это я держу тебя на пороге, проходи, - встрепенулась девушка, приглашая гостя в дом. Громовержец с облегчением выдохнул и ступил на порог хижины. Йотунка моментально накрыла на стол и налила богу грома целый кубок асгардского хмельного мёда. - Так всё-таки откуда ты меня знаешь? – спросил Тор. - Не знаю, - с искренней улыбкой ответила девушка. – Я просто всегда чувствовала, что люблю кого-то. Но среди тех, кто меня окружает, этого кого-то точно нет. И я ждала, что он появится, придёт ко мне. И вот ты пришёл. Не знаю, как, но я сразу поняла, что ты и есть тот самый. В голове возникло имя Тор. Я не слышала его раньше, оно не приходило мне на ум, и среди моих знакомых нет ни одного Тора, но ты… Ты ведь Тор? - Да, ты угадала. Я бог Тор из Асгарда. - Асгард… - будто смакуя это слово, произнесла девушка. – Это ведь такой далёкий-далёкий мир? Мне рассказывали. Раньше Асгард вёл войну с Йотунхеймом, теперь у нас правит асгардский наместник. Многие йотуны до сих пор ненавидят Асгард и асгардцев, но я… люблю этот мир. Хоть и никогда не была там. Сердце Тора трепетало от речей этой девушки. Он никогда бы не подумал, что в его брате за всеми колкостями, коварством и личинами скрывается такое чистое и открытое существо. В речах Любви Локи не было ни одного слова фальши, Громовержец видел это. А ещё невероятная радость переполняла от того, что Локи действительно искренне любил его. - А как тебя зовут? – спросил бог. Было невероятно интересно, какое имя выбрала себе эта часть его брата. - Джейн, - йотунка потупила взгляд. Тор, который сделал глоток мёда в этот момент, едва не подавился. - Джейн? – переспросил он. – Но это ведь мидгардское имя. И вообще, почему именно Джейн? - Мне казалось, тебе будет приятно, если меня будут так звать… - уставившись в стол, тихо произнесла девушка. «О боги!» - подумал Тор. Внутри как-то болезненно кольнуло. - Послушай, - бог положил ладонь на руку девушки, - а как насчёт Локи? Мне кажется, это имя подходит тебе гораздо больше. Йотунка подняла взгляд и улыбнулась в ответ на ласковую улыбку Громовержца. - Локи… - произнесла она. - Локи, - повторил Тор. - А знаешь, мне приятно, когда ты называешь меня этим именем. - А мне очень приятно им тебя называть. - Я что-то слышала об одном асгардце по имени Локи. Говорят, что он убил царя Йотунхейма Лафея. А ещё ходят слухи, будто бы этот Локи был на самом деле сыном Лафея. - Нет, - сказал Тор, - Локи был сыном Одина, царя Асгарда. - Правда? – с детской наивностью спросила девушка. - Правда, - подтвердил Громовержц. Вдруг Тор поймал себя на мысли, что держит за руку йотунку и совершенно не чувствует холода. Он инстинктивно резко отдёрнул руку, чтобы проверить, не отморозил ли он её до потери чувствительности, так что девушка вздрогнула. Рука была в полном порядке. - Прости. – До Тора запоздало дошло, что его жест был неэтичен и мог обидеть. - Ничего. Я какой-то неправильный йотун, - Любовь Локи попыталась изобразить улыбку, но она вышла какой-то грустной. – Я полностью лишена йотунской магии. Моя синяя кожа лишь предохраняет от холода этого мира, но как воин и ледяной великан я полностью бесполезна. Да меня и великаном-то не назовёшь. Скорее ледяной карлик. И глаза у меня зелёные… Я местный уродец. - Это неправда. Ты самое красивое создание, живущее в Йотунхейме. По крайней мере, на мой вкус. - Тору было забавно разговаривать с братом как с незнакомцем и в такой ипостаси. Он никогда бы не подумал, что Локи может чего-то стесняться. Особенно после общения с его Похотью. – И ты прекрасно танцуешь. Да и местные жители, как я заметил на площади, считают тебя весьма привлекательной. - О, спасибо. - Громовержец не поверил своим глазам. Ему показалось, что на синих щёчках выступил румянец. – Да, возможно, пьяные асгардские воины и находят меня привлекательной, по крайней мере, не боятся, как остальных местных женщин, что для меня не всегда хорошо на самом деле, а мужчины-йотуны весьма неразборчивы в предпочтениях. Хотя я не отрицаю, что нравлюсь мужчинам, напротив, порой они даже слишком навязчивы, и если бы не Вергилий, я не знаю, что бы со мной было. Ведь по факту я совершенно никудышный маг. У меня нет силы. Значит мне нечем защищаться. А в нашем мире постоянно приходится от кого-либо защищаться. Тем более сейчас, когда идёт война и нравы становятся особенно дикими. - Постой, но ведь война окончена. Провозглашён мир, ведутся поиски достойного преемника Лафея, а на время этих поисков правителем назначен наместник из Асгарда. Разве не так? - Ну, формально так. Но на самом деле война продолжается. Неявно. Помимо тех, кто подчинился воле асгардского царя, есть группа йотунов, которые мечтали захватить власть ещё во времена Лафея. Их возглавляет Шаари, сильный воин, которому подчиняется и которого почитает как царя целая армия. Он предлагал мне стать его женой и будущей царицей Йотунхейма. – У Тора ёкнуло сердце. - И что ты ему ответила? - Я ответила, что не люблю его, - простодушно сказала девушка. - А он? - Шаари не привык слышать отказов. Он пришёл в ярость, и, если бы не Вергилий, который сопровождал меня тогда в город, боюсь, мне не удалось бы спастись. - Вергилий? - Да. Он мне как отец. Вергилий живёт на окраине города. Они с женой приютили меня, а потом, когда в городе на меня стали обращать слишком много внимания и задавать им слишком много вопросов, позволили поселиться здесь. Это их хижина. Здесь Вергилий остаётся ночевать, когда ходит на охоту. Раньше оставался. Теперь он уже давно не охотится. Он играет на флейте. Вместе с друзьями они иногда выходят на площадь и развлекают публику за скромную добровольную плату. И берут меня с собой. Обычно йотуны зарабатывают на жизнь войной или магией, некоторые охотятся на диких животных. А я… Оказалось, что я могу неплохо танцевать. Тор как завороженный смотрел на сидящее перед ним чудо. Йотун-музыкант, оказывается, был защитником и покровителем Любви Локи, а не её любовником. От этого на душе становилось теплее. Громовержец любовался девушкой. В каждой её черте он узнавал черты брата, только более мягкие, женственные. У неё так же подрагивали ресницы, как у Локи в моменты расслабленности и доверия, так же появлялась ямочка на щеке при искренней лучезарной улыбке, так же вырывался порой из груди тяжкий вздох. Эта девушка обнажала все те трогательные мелочи, которые Локи обычно старался тщательно скрывать, и которые Тору лишь несколько раз случайно посчастливилось увидеть. Наверное, поэтому они так сильно отпечатались в памяти Одинсона и были ему так дороги. Никогда бы бог грома не подумал, что его брат в облике йотуна может быть такой симпатичной и обаятельной девушкой. За её милой болтовнёй Громовержец не замечал, как на столе появлялись блюда и наполнялся его кубок. Не заметил и как наступил вечер. - Ты устал? – внезапно вывел его из раздумья нежный голос. – Прости, мои разговоры утомили тебя. - Нет-нет, что ты. Ты даже не представляешь, как я мечтал однажды увидеть именно тебя. – Любовь Локи сидела рядом, так близко, и смотрела на Тора широко открытыми лучезарными глазами. «О боги, Локи!» - Громовержцу показалось, что у него закружилась голова от внезапно охватившей душу нежности и какого-то возвышенного, непохотливого желания. Он потянулся навстречу девушке и прильнул губами к её губам. Поцелуй вышел неглубоким, но безумно трепетным, будто волнение крыльев бабочки или дуновение весеннего асгардского ветерка. Сквозь закрывшиеся сами собой глаза вырисовывался образ юного Локи, нежного и податливого, сидевшего с книжкой на берегу озера и внезапно вызвавшего у практически такого же юного старшего брата непреодолимое желание его поцеловать. Тогда Тор даже ни о чём не спросил погружённого в чтение братишку. Он просто подошёл, присел рядом и накрыл его губы своими, принялся посасывать и облизывать их, пытаясь протолкнуть язык внутрь, как он делал это с девчонками. А Локи был таким податливым, как котёнок, и отзывался на каждое движение. Когда Тор опомнился и отстранился от младшего, то наплёл ему всякую ерунду про то, что с кем-то поспорил, что это было противно, что с девчонками гораздо лучше и что это больше никогда не повторится. Локи принял его правила и сыграл отвращение от произошедшего куда более мастерски, затаив в душе обиду. И часто вспоминал этот первый поцелуй с волнением в сердце, а потом прятал его в закрома памяти и тщательно скрывал свои чувства под множеством масок. Когда Громовержец немного отстранился от губ Любви Локи, он с удивлением увидел, что девушка в смущении опустила глазки. Новая волна умиления и трепетного желания разлилась в душе бога. - Локи, - прошептал он, проведя пальцем по щеке йотунки. Девушка подняла на него взгляд и улыбнулась. Тор прерывисто вздохнул. В его душе смешалась радость от того, что в личности его любимого за внешней колкостью и хитростью скрывается такое чудо, благодарность богам за то, что ему удалось это чудо найти, и сверху, как удар острого клинка в сердце, боль и жгучая ненависть к самому себе за то, что однажды посмел усомниться в его существовании. – Я заберу тебя с собой в другой мир, в Мидгард, а затем в Асгард. Ты готова пойти со мной? - Когда выдвигаемся? – спокойно и радостно ответила девушка. - Прямо сейчас, - воодушевился Тор, горя желанием побыстрее доставить Любовь Локи из этого холодного и опасного мира в уютную и хорошо защищённую башню Старка. Но тут в его кармане раздался пискливый электронный звук. - Что это? – удивилась йотунка. Громовержец достал коммуникатор и нажал кнопку. На дисплее высветилось улыбающееся лицо Тони. - Привет, Тор. Как успехи? - Всё хорошо. Собираюсь возвращаться. – Одинсон поднёс коммуникатор поближе к Любви Локи и показал её Старку. - Вау! Ничего себе! И кто эта красотка? - Я тебе потом всё расскажу, Тони. Как там у вас дела? - У нас всё отлично. И у меня для тебя хорошие новости. Во-первых, я задействовал ультрасовременные ресурсы для улучшения межпланетной связи. Не правда ли, качество стало лучше? Во-вторых, Джарвис нашёл местоположение всех, кто тебе нужен, в Йотунхейме. Их там двое. Я так понимаю, одного, точнее, и это довольно неожиданно, одну, ты нашёл. Второй, по моим данным, находится не так уж далеко от вас. И, что странно, никуда не движется… Я опасаюсь, вдруг… Ну, ты же говорил, что они смертны. - Тони, координаты! - Высылаю. Джарвис! Сейчас получишь сообщение, видео автоматически вырубится. Так что удачи. Завтра я ещё позвоню. Видео исчезло, сигнал возвестил о приёме сообщения. На дисплее высветилось изображение карты Йотунхейма с отмеченной на ней красной точкой, обозначающей ещё одну часть личности Локи. - Кажется, перемещение придётся немного отложить. Мне нужно срочно найти кое-кого. - Я пойду с тобой. - Нет. Это может быть опасно. А я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Пожалуйста, оставайся здесь и дождись меня. Я вернусь, скоро, обещаю. Девушка грустно, но покорно кивнула. Тор ещё раз поцеловал её и, с болью в сердце оставляя йотунку в лесной хижине, вышел на улицу. «Если бы Старк не высказал опасений по поводу неподвижности этой точки, я бы доставил Любовь Локи в Мидгард и вернулся сюда», - подумал Громовержец, бросил взгляд на стоящую на пороге девушку и, держа в одной руке коммуникатор с картой, другой стал раскручивать над головой Мъёлльнир.