Вино и звёзды

Холодно. Даже в разгар лета здесь было куда холоднее, чем в привычных для Эмори местах южных земель. Легко проверив очередной узел на матче, он проверил верёвочную лестницу, легко оттягивая её ногой, и вцепился руками в шершавые старые канаты. - Больше грации! Эмори посмотрел вниз, где на палубе на него смотрела как минимум пара глаз, кошачьих глаз. - Если хочешь грации, сама лезь, Майнс, - прошипел Эмори, чувствуя, как шатается вся конструкция под его ногами. Он на секунду остановился и осмотрелся. Вид с высоты был, безусловно, незабываемым. Они отплыли всего 20 минут назад, ветер начинал разгоняться только сейчас, так что город всё ещё виднелся довольно отчётливо, пусть и за небольшой дымкой тумана. Лендерста – столичная краса центральных земель. Летом в центре на удивление приятно пахнет не столь помоями, сколько цветами. За один этот факт стоило отдать городу должное. В Ландреста Эмори прибыл чуть меньше чем три месяца назад, объясняя себе это поисками работы. На деле же в первый же день он выискивал любой корабль, который увёл бы его как можно дальше от этой суеты. Мелкая квартирка в мансарде старого дома, скверные подработки и никого, кто помог бы ему хоть чем-то по делу, которое он считал единственной причиной подвергать себя пыткам городского общества. Мощёные улицы, небольшие, но аккуратные домики и сады остались позади. Теперь же его волосы трепал ветер, а глаза щипал солёный морской воздух. Что было впереди, Эмори лишь гадал. Но одно он знал точно – сидя на одном месте, ответов на вопросы он не найдёт. - Я бы поднялась, но только вот нас обоих так-то ждут уже, - голос Майнс звучал игриво. Она смотрела на Эмори с палубы, лениво покачивая хвостом. Её рыжеватая короткая шерсть, покрывающая изящное лицо, слегка трепетала на ветру, уши с множеством мелких серёг навострившись прислушивались к окружению, ярко зелёные глаза с суженными зрачками пристально следили за каждым его движением. Майнс была первой, кто поприветствовал его на борту «Альерт», с присущей ей легкой издёвкой в голосе она рассказала, что получила ту же работу, что и Эмори. Только вот разница между ними была очевидна: короткий рост катлинга придавал ей некой миловидности, одежда её была аккуратной и казалась даже новой. Её бархатный красный кафтан и льняные штаны были чисты, без единого пятнышка, а на поясе красовались два изящных коротких кинжала. Наёмник. Не ему было судить такую работу, как-никак и на его счету были убийства, хоть и лишь часть за деньги. Хуже это было или нет, трудно было сказать. Эмори спрыгнул на палубу и отряхнулся. Его одежда была помята, отчасти грязна, но всё ещё выглядела достаточно эффектно чтобы с ней мириться. От части это раздражало, Эмори был не из тех, кто спокойно разгуливал в безвкусных тряпках, но в последнее время руки не доходили позаботиться в внешнем виде, да и денег лишних не было. Он предпочитал считать, что одежда может потерпеть, тем более что они всё равно не сравнится с её отсутствием. Он видел, как женщина тифлинг, которую он первой увидел на борту, оценивала его взглядом со стороны каюты капитана, вечно закрытой на замок. Мисс Кайн была правой рукой капитана, а потому, как Эмори понял, именно она была инициатором объявления о поиске попутчиков. Точнее попутчиками их называла только она. На деле же Эмори прекрасно понимал, что и Майнс, и он сам наняты были больше в качестве неких телохранителей. Каюты им были выданы отдельные, да и экипаж смотрел на них косо, от чего путешествие уже через минут десять после отплытия казалось нерадостным. Мисс Кайн была женщиной стальной выдержки. Она стояла с идеальной осанкой, её взгляд, казалось, был устремлён на каждого на палубе одновременно, но при этом с одинаково пристальным вниманием. С Эмори она не обмолвилась ни словом после его прибытия, лишь велела бросить его вещи в каюту и быть на палубе через двадцать минуть после отплытия для знакомства с капитаном. Можно сказать, что Эмори она нравилась, было в ней нечто, что сразу заставило проявить к ней уважение и даже толику восхищения. Возможно это было то, как она держалась с остальной командой. Экипаж корабля состоял из весьма… разношёрстной компании. Можно было сразу сказать, что как минимум трое из них в какой-то момент очутились на корабле в попытке сбежать или сменить личность. Эмори гадал, по какой причине мисс Кайн позволила подобное, ведь он даже не сомневался, что она прекрасно всё понимала. Пока что Эмори не знал никого из экипажа, да и создавалось впечатление, что это и не потребуется. - Не прошло и получаса, красавчик, - Майнс прошептала, ровняясь с ним и вместе направляясь к каюте. Трудно было сказать, что у нее на уме, но Эмори не сомневался, что с работой телохранителя или кого похуже она была в состоянии справиться. Мисс Кайн молча оглядела обоих и без единого слова открыла дверь в каюту капитана, пропуская их вперед. Мейнс проскочила вперед, слегка задевая Эмори хвостом и вставая в углу комнаты, в тени. Эмори же молча вошёл в комнату, сразу же отмечая большие витражные окна комнаты, которые он видел пока лишь только снаружи, с причала. Комната сама по себе, казалось, даже и не освещалась этим самым окном, настолько контрастно темной она казалась. Множество чемоданов, книги повсюду, огромный письменный стол прямо напротив двери был весь завален бумагами. За столом же Эмори едва различал фигуру капитана, упорно что-то разглядывающего в бумагах. Как только глаза стали хоть немного привыкать к темноте, он разглядел уставшее, бледное лицо. Капитан был молод, ему было явно не больше сорока, хоть лицо его и старила усталость, морщины от солнца и солёного воздуха и слегка неопрятная борода. Эмори не мог не отметить, что он был весьма симпатичным для моряка, которые обычно производили отталкивающее впечатление. Капитан же был весьма сдержанным, его осанка была близка к прямой, лишь усталость давила ему на плечи, одежда его была аккуратной и опрятной. В целом он производил впечатление бывалого и интеллигентного человека. Хотя Эмори никогда не отличался умением читать людей, но что-то располагало его к капитану, хоть угрюмость его в данный момент и напрягала, чему способствовала давящая тишина в каюте. - Сэр, - Мисс Кайн закрыла за ними дверь и встала в угол поодаль него. Капитан тяжело вздохнул и откинулся на спинку своего стула, от чего тот скрипнул. Его телосложение было отменным, но казалось, что он двигался словно с какой-то болью в мышцах. Он размял шею и заговорил. Голос его был тяжёлым, уставшим и хрипящим, словно возраст его был куда больше, чем Эмори предполагал. - Моё имя - Грант, капитан Грант, если угодно. Зовите как хотите, но чем реже, тем лучше. Эмори не был впечатлён. Он облокотился о дверной косяк и сложил руки на груди, пытаясь вслушаться в слова настолько, чтобы понять, стоит ли ему опасаться чего-то между строк. Когда он соглашался на работу, он знал лишь что грузовое судно будет переправляться на север, приблизительно месяц в одном направлении и столько же в обратном, с возможными осложнениями и задержками в пути. Именно на случай этих самых задержек Эмори и был нанят, как и Мэйс. Неделю назад он лишь встретился с одним из членов экипажа, мелким человеком с лицом, испещрённым шрамами, который попросил его продемонстрировать владения шпагой. Казалось, прошлое моряка волновало его мало, но в общем он оказался доволен. Или просто спешил. - Из Лендерста мы отплыли на север, прибывая в Гантей ориентировочно через месяц, - продолжил Грант убирая часть бумаг со стола в выдвижные ящики, - Вы двое были наняты с простой работой защиты экипажа от любых возможных сторонних происшествий. Понятно? Эмори нахмурился, проводя пальцами по усам. - Насколько возможных и насколько сторонних? – спросил он, хотя понимал, что вопрос подразумевался скорее риторическим. Краем глаза он заметил, как сверкнули глаза Мэйс в темноте. Она смотрела на него. Грант закрыл выдвижной ящик и тихий щелчок замка послышался в комнате. Казалось, он задумался. Мисс Кайн так и стояла неподвижно в стороне. - Господин…- Грант замялся, не зная, как точно обратиться, что удивило Эмори. Мало какой капитан интересовался бы подобным, пусть и в отношении наёмного работника. - Эмори, просто Эмори будет достаточно, капитан, - Эмори слегка поклонился и даже услышал как будто бы смешок Мэйнс со стороны. - Так вот, господин Эмори, порт мы покидали в спешке, так как на пути сюда у нас возникли погодные непредвиденные осложнения. Как вы знаете, - он поднялся со стула и направился к окну, - судно у нас грузовое, но везём мы не продовольствие и не побрякушки на продажу. Наше судно перевозит заказные товары и владения людей весьма солидных, но не желающих светиться. Я думаю, вы понимаете, о чём я. И понимаете так же, что охрана в таких случаях необходима как минимум просто для спокойствия душевного. Грант повернулся к Эмори и вопросительно выгнул бровь, хоть глаза его и не выражали ничего кроме усталости. Эмори пожал плечами. - Понимаю, конечно понимаю. Ещё один вопрос, будут ли в маршруте какие-либо остановки помимо запланированных портов? Несмотря на бороду, Эмори исподлобья видел, как слегка поджались губа Гранта. Это забавляло. Эмори понимал, что не только у него есть причины быть на этом корабле, и что-то подсказывало, что Грант свои пока рассказал не целиком. - Не планируются. Он отвернулся обратно к окну и махнул рукой, давая сигнал мисс Кайн. - Вам оплатят тысячу золотых как аванс и ещё две по прибытии в Гантей. Мисс Кайн открыла дверь, жестом приглашая их выйти. Мэйнс быстро выскочила из комнаты, так ничего и не сказав, а Эмори напоследок оглядел стоящего к нему спиной капитана и тоже вышел, насвистывая лёгкий мотивчик. Первая неделя пути была спокойной. Эмори было привычно ходить в море, вспоминались года, проведённые на кораблях, в разных командах. Команда «Альерт» тем не менее не казалась особо дружелюбной. Большинство экипажа, всего состоящего из 9 человек, не считая капитана и Кайн, были матросами, сновавшими по кораблю по поручениям, и двое поваров, безвылазно сидевших в кухне в готовке или проверке провизии. Грант проводил все дни в каюте. Лишь один раз Эмори застал его вечером на полупустой палубе, разглядывающим небосвод. «Романтик», - усмехнулся про себя Эмори, но наблюдать за ним не перестал. Мисс Кайн большую часть дня проводила за штурвалом и мало разговаривала, хоть и была вполне дружелюбна. Пару раз они с Эмори говорили о юге, так что он понял, что она выросла в приёмной семье фермеров и довольно рано покинула семью, уйдя в море. «Не знаю, помнят ли они меня ещё, но думаю, через пару лет я смогла бы пришвартовать в местном порту собственный бриг и вывезти их в свет». Говорила она это с голосом полным уверенности в том, что это вряд ли произойдёт. Мэйнс говорила... много. И ни о чём. Первое впечатление о ней как о скрытной личности оказалось частично ложным. Она большую часть времени проводила на палубе, гуляя по бортам или мачтам, так что Эмори часто завороженно наблюдал за её гибкими движениями, за что та часто насмехалась над ним. - Вот ты думаешь, что всё дело в мускулах, - как-то спросила она, растягиваясь на канате, свисающим с мачты, - Но если ты недостаточно быстрый, то один удар в горло и всё, вряд ли что тебе поможет. Эмори усмехнулся. - Разве что какая очаровательная ведьма или не менее очаровательный маг поднимет меня из мертвых. Лицо Мэйнс наиграно скривилось. - Ну и кому ты такой нужен. - Вот потому-то, Мэйнс, - он рассмеялся, - я живу настоящим. Настоящем, в котором я, может быть, не такой проворный как некоторый, но весьма недурен мускулами. Он театрально продемонстрировал бицепсы, пока Мэйнс не спрыгнула на бортик рядом и не ткнула его в плечо. - Завязывай, а то половина экипажа не устоит перед твоим обаянием. Она кивнула в сторону кормы. Там, протирая палубу, стояли трое гномов, чьи лица не внушали Эмори ни капли доверия. Его интуиция говорила его о том, что золото стоило держать сохранно. Как и собственное целое горло. Из всего экипажа только Мэйнс и он сам могли получить три тысячи золотых лишь за одно плаванье, а подобное стоило дорогого. - Слушай, красавчик, - Мэйнс села на бортик рядом и начала расправлять спутанный мех на собственном хвосте, - Что ты вообще тут забыл? Эмори наконец оторвал взгляд от гномов в их старом тряпье и грязных шляпах и посмотрел на неё с удивлением. - Приключений захотелось, - ответил он с издёвкой. Она пожала плечами. - Не хочешь говорить, не надо. Понимаю. Хотелось бы только скорее добраться до севера, а там я помашу ручкой вашим угрюмым лицам и пойду по своим делам. Эмори прикинул, какие дела могут быть у катлинга на севере, но решил не спрашивать. Он упорно слышал в её голосе нотки южного акцента. - Сходишь на полпути? Она кивнула, а затем просто спрыгнула с борта и пошла в сторону матч. - Я настолько утомительный? – в шутку крикнул ей вслед Эмори, на что получил многозначительное пожатие плечами. Солнце начинало садиться. Эмори разглядывал себя в небольшом зеркале, отчего то завалявшемся на палубе. Смуглая кожа покрылась свежим загаром, глаза избавились от мешков после пары недель безделья и отдыха в городе, волосы отрасли и слегка спадали на глаза, несмотря на попытки смахивать их в сторону, усы начинали слегка терять форму, грубая щетина начинала проступать на подбородке. Эмори выдохнул, ведь внешний вид его вполне устраивал. Что-то было в нём, что всегда привлекало людей в нём, что-то притягивало к нему дам и не только, так что в самом расцвете своих лет он мог похвастаться опытом довольно обильным в любовных делах. Увы, ничто никогда не тянулось дольше пары месяцев. Точнее он никогда не оставался так долго на одном месте. По одному его виду можно было сказать о его бродячем образе жизни: поношенная одежда и оружие, видимые шрамы на руках, историй половины из которых он не помнил. Но всё же что-то в нём было. И Эмори это прекрасно знал. Он поправил усы, разглаживая их пальцами и подмигнул собственному отражению. Отойдя от зеркала, он опять заметил только мисс Кайн за штурвалом и гномов за работой на палубе. Мэйнс не было нигде видно, так что Эмори, опять рефлекторно разглаживая усы, подумал лишь об одном допустимом способе убийства времени. Благо дозор был не его, а в мешке расширения завалялась как минимум одна бутылка пусть и слабого, но вина. Он спустился вниз в свою небольшую, но приватную каюту, нашёл у стола мешок и вытянул из него небольшую бутылку трехлетнего вина, выигранного у одного халфлинга в карты в таверне пригорода Ландерста. Вино оказалось слишком сладким, но терпимо. Эмори откинулся на спинку кровати, чувствуя, как качается на ветру корабль и наблюдая, как сменятся закатный свет в отражениях через мелкое каютное окно. Он лениво дотянулся до мешка и покопался в нём, отыскивая нужное. Нужное оказалось на дне так как заклинание помещало туда самые редко используемые вещи. Небольшая книга почти ничего не весила. Алая бархатная обложка почти истёрлась, особенно в углах, а позолота росписи уже не сверкала как раньше. Он раскрыл книгу на случайной странице и отпил вина из горла холодной бутылки, рассматривая записи. Языка он не знал, строчки складывались в бессмысленный поток текста, прерываясь лишь на пиктограммы, анатомические рисунки и схемы, значения которых Эмори не знал. Он просто рассматривал страницу за страницей пустым взглядом, пока голова не начала болеть, но даже тогда он решил дойти до середины. - … сюда живо! Эмори дёрнулся от крика откуда-то сверху, с палубы. Он заметил, что бутылка валялась на полу, разлив часть вина, а книга лежала у него на груди. Видимо, он заснул. В каюте было темно, уже явно была глубокая ночь. - Повторяю, все на палубу, живо! Голос Мисс Кайн разорвал тишину каюты, и Эмори схватился за голову. Он не до конца проснулся, но инстинктивно побежал в сторону лестниц, хватая с кровати ремни с оружием. Выбежав на палубу, он видел хаос ещё больший, чем ожидал. Несколько гномов заряжали баллисты, мисс Кайн стояла у штурвала и смотрела в даль. Проследив за её взглядом Эмори увидел причину паники: не меньшего размера корабль направлялся прямо навстречу им, заходя со стороны. В темноте с десяток огней освещали корму массивного судна, то затухая, то разгораясь вновь. Сигнал прямой атаки. Провокация. Корабль утопал во тьме, изредка выводя контуры парусов из черноты ночи. Эмори словно замер, разглядывая судно. - Долго же ты спал, - знакомый мурлычущий голос и неслабый удар по спине вывели его из равновесия. – Пойдут на абордаж, очевидно. Эмори ещё раз посмотрел на стремительно приближающийся корабль, затем на спокойную Кайн, а затем на собственную шпагу. - Армией мы не располагаем, - кивнула Мэйнс на гномов у баллист, - но что-нибудь-то уж сможем. - Думаешь, много? Эмори начинал проклинать эту работу. Умереть в море – смерть не худшая, но, чёрт, жить то хотелось. - Каждый сам за себя? – игриво подтолкнула его в плечо Мэйнс и демонстративно блеснула когтями. - Я больше интересуюсь, наш капитан вообще выходить собирается? – Эмори указал на каюту. Дверь всё так же была заперта, как и обычно. Мэйнс рассмеялась и пожала плечами, обмахиваясь хвостом. - Да какая разница, красавчик. Нам платят за охрану. Хочет сидеть там, пусть сидит. Нам же проще: никто не выходит, никто не входит. Эмори размял плечи, чувствуя, как кровь приливает к рукам. Знакомое чувство. Он инстинктивно сжал рукоять рапиры. Глаза Мэйнс заметно сияли азартом, от чего Эмори становилось даже не по себе. Он встречал таких людей: азарт от убийства, жажда превосходства, восторг от насилия. В данный момент катлинг походила на настоящее животное, но Эмори знал, что уж лучше она будет на его стороне, а там уже как ей нравится. Огни горели уже совсем рядом, раздавались звуки шороха парусов. Чужих парусов. Эмори наблюдал за кормой. В темноте палубы вражеского корабля не было видно, даже огни не помогали. Он не видел людей, он не видел орудий, лишь ждал. И вот, стоило лишь им поравняться, как со свистом несколько крюков врезались в жёсткое дерево бортов. Послышался треск, вскрики паники и галдёж из темноты. Абордаж. Инстинктивно Эмори сжал рукоять рапиры, вглядываясь в крюки, ожидая первого взлезшего на борт. Он прислушивался. Наконец, быстрая вспышка блика огня в небольшом кинжале, попытка вспороть ему грудь. Эмори отступил назад и выпадом пронзил нечто впереди себя. Во мраке он едва видел рукоять рапиры, но услышал, как со скользким звуком слетело с троса тело, разбиваясь о волны. Лезвие поблёскивало от крови. - Да что ж так темно то… Яркая вспышка пламени озарила небо прямо посреди обоих кораблей, разлетаясь искрами и словно лаская паруса, не решаясь их поджечь. Эмори зажмурился, глаза обдало жаром и от яркого света кольнуло по всей голове. Он позволил себе секунду привыкнуть к свету и увидел, как из облака пламени на вражеский корабль посыпались искры, приземляясь огнями на корму, паруса, мачты, выдирая из темноты фигуру за фигурой, очертание за очертанием. «Магия». Не требовалось большого ума понять, что происходило. Эмори зажмурился и попытался через весь этот свет разглядеть источник пламени. Тщетно. Зато он видел, как с самой мачты «Альерт» в самое пламя летела знакомая фигура. С грацией кошки Мэйнс вцепилась в серый парус и съехала прямо на палубу, снося с ног незнакомую фигуру и нагибаясь для финального штриха. Эмори был уверен, что она улыбалась. Хотя это было лишь воображение. Терять времени он не хотел. Он понимал, что подобная магия требует большой концентрации, и кто бы не стоял за этим – скоро заклятие спадёт и абордаж продолжится. А потому действовать нужно было неотложно. Он видел, как по тросу, с которого один уже упал, ползёт вторая фигура. Не теряя времени, Эмори схватил небольшой гарпун, валяющийся у борта, и с силой швырнул его в сторону мужчины. Бросок был не лучшим, но мокрый холодный трос и сильный удар в голову сделали своё дело. Фигура потеряла равновесие, едва не слетая, но всё же удерживаясь из последних сил. Наконец, Эмори отступил назад и, оттолкнувшись, запрыгнул на трос, от чего тот раскачался пуще прежнего, волной стряхнув кричащую фигуру в воду. Эмори проводил его взглядом и сильнее ухватился за трос, с болью от холода подтягиваясь на нём в сторону верхней палубы вражеского судна. Когда его рука достигла борта, он с силой вцепился в скользкое дерево, подтягиваясь и оглядывая палубу. Паруса уже во всю пылали, треть палубы разгоралась несмотря на сырость. Он подтянулся и перескочил через борт, прячась за несколькими ящиками, прикидывая количество противников. Трое слева, двое на корме. Мэйнс он не видел. Руки пробила болезненная дрожь, но он схватился за рукоять рапиры и выдохнул. Иного пути нет. За арбалет, в тень от мачты, рывок с силой по скользкому полу, и по руки стекает горячая кровь. Прямо в грудь, в самое сердце. Эмори с силой вырвал лезвие, откидывая тело на второго опешившего мужчину, от чего тот покачнулся. Ногой он оттолкнул обоих на землю, поваливая и продавливая живого под весом судорожно бьющегося тела. Третий уже раскрыл было рот и потянулся за кинжалом, но быстро замолчал. Медленно проседая, он упал на колени, обхватывая кровоточащее горло рукой, размазывая яркий алый по белёсым рукавам с кружевом. Эмори всунул кукри обратно в ножны и оглянулся как раз вовремя. Тёмная фигура налетала на него стремительно, у самой груди обхватывая кинжал – быстрый, смертельный выпад. Яркая вспышка голубого света озарила искривлённое от злобы лицо, грязное от пота и крови. Едва ли секунда света при столкновении кинжала и его руки, выставленной вперёд. Зачарованный баклер, больше походящий на браслет или защиту для запястья. Гномья медь, зачарованная лесными эльфами – одно из самых дорогих и удобных приобретений Эмори за последние года. Мужчина явно не ожидал подобного, а потому, опешив, отступил назад, вновь вырываясь вперёд. Но в этот раз у Эмори было преимущество. Он легко отступил в сторону, пропуская его вперёд, от чего нападавший едва устоял на ногах и в секундной спешке обернулся лишь чтобы получить нож прямо меж глаз. Маленький, но острый нож по рукоять впился в череп. Мужчина с секунду удержался на ногах, а затем, выгнувшись, упал, ударяясь спиной о баллисту за собой. Эмори неспешно стер о его жилет кровь с рапиры, убирая её за ремень, а затем с силой вынул нож из черепа молодого, как оказалось теперь, в свете огня, парня. Послышался треск, Эмори видел, как надломилась одна из матч, норовя упасть, явно проломив под своим весом палубу. Эмори рванул в сторону кормы, поднимаясь на выступ. Его шаги привлекли внимание одного из двоих оставшихся на палубе. Он был всего в паре метров от Эмори, но обернувшись, громовым голосом закричал что-то на языке, которого Эмори не разобрал. По пышной шляпе и длинному камзолу, он понял, что это был никто иной как капитан. Эмори сжал рапиру, видя, как резко тот вынул весьма добротный длинный клинок. Обоюдоострый меч, украшенный позолотой на гарде, сверкал в свете огня, обступившего из почти со всех сторон. Лицо капитана исказилось гримасой насмешки. Он выступил вперед, дразня Эмори, заставляя того отступить назад. Эмори подобное не нравилось. Он сделал выпал справа, заставляя мужчину прогнуться, а затем резко дернулся вниз, ногой сбивая того, почти лишая равновесия. Капитан взревел от злости, но устоял, с яростью бросаясь на него, занося удар слева, но Эмори принял клинок на баклер, чувствуя, как от боли всё же кольнула рука и как меч проскользнул дальше положенного, оставляя широкую алую линию на его рукаве. Но Капитан резко выдохнул. Манёвр удался, рапира сидела насквозь в его горле. Мужчина замер, дернулся, сплёвывая кровь прямо на плечо Эмори, но со скрипом занося меч в последний раз… лишь роняя его на пол. Сотни маленьких ледяных иголок, по всему клинку обагрённые его же кровью, впились в его плоть, местами проступая через кожу на лице, через секунду исчезая. Эмори смотрел как пустые глаза налились кровью, как и сотни невидимых глазу ран. С громким стуком капитан упал, едва не стягивая под своим весом Эмори в след за ним. Эмори перевёл дыхание, стараясь не думать о боли в руке, разглядывая блики пламени в растекающейся по полу крови. Мачта, наконец прогибаясь под собственной тяжестью, осела, накренившись почти до самой палубы, с треском и стеной пламени обрушивая остатки парусов на сгорающее дерево. Но не это насторожило его. Короткий испуганный вскрик. Он совсем забыл, что видел двоих. Он оглянулся, замечая небольшую фигуру, на самом краю, словно желающую спрыгнуть в воду, обступленную огнём со всех сторон. Кроме лестницы, с которой пришёл Эмори. Молодой испуганный парень смотрел на него в упор. В его глазах, отражающих огонь, Эмори видел неподдельный страх. Ни злобы, ни вопроса, ничего кроме чистого мальчишечьего страха. На вид ему было не больше семнадцати, тело худое, одежда едва носима. Эмори прекрасно понимал, кто это. Он видел парней как этот на многих кораблях, как торговых, так и пассажирских. Но больше всего – на пиратских суднах. Чего стоит отдать гроши за пару-тройку работяг из приюта, девать которых уже некуда. Подростковый возраст, едва сложенная мускулатура: уже не мальчик, но едва ли мужчина. Парень дрожал. Его худые руки сжимали кусок деревянной доски, отлетевшей, видимо, от борта. Но Эмори прекрасно знал, что тот и замахнуться-то едва посмеет. Эмори убрал рапиру за ремень, отряхивая рукав, игнорируя боль. Он посмотрел на парня. Тот неотрывно наблюдал за ним, не опуская деревяшки. - Слушай, - стоило Эмори сказать хоть слово, как тот напрягся ещё больше, приподнимая «орудие» выше, почти у самого лица. Эмори выдохнул. Что-то подсказывало ему, что парень понимал его. Цвет его кожи был смугловатым, волосы светлыми. Калийская южная кровь. Общее наречие. Прекрасно он его понимал. - Парень, плевать я на тебя хотел, руки марать не буду, - он демонстративно поднял руки, показывая, что оружие убрано, - А тебе выбирать. Будешь здесь стоять или…? Эмори выждал с пару секунд. Мальчишка слегка опустил доску, его глаза сощурились, блестели от слёз. - Или? – его голос был высоковат, но при этом отдавал хрипотцой. - Ну, видишь, - Эмори рассмеялся громко и раскатно, от чего парень опешил, - Говорить умеешь, значит и соображать элементарно силён. Сам посуди, - он вытянул руку, словно демонстрируя огонь, упавшую мачту и тело его капитана, - этот корабль в огне, а вот мой пока держится. Парень опешил, на секунду задумавшись, а затем с неожиданной решительностью отбросил едва ли тяжёлую деревяшку в сторону, медленно подходя к Эмори. Тот следил за ним настороженно. Эмори видел, как он плакал, проходя мимо. Парень пошёл к борту, ближнему к «Альтер», шарахаясь от огня, а Эмори быстро и настороженно оглядел тело капитана. Ему не давало покоя нечто, поблескивающее на его шее. Бандитом Эмори себя не считал, но трофей был его по праву, так что он присел и сорвал с холодной шеи небольшой золотой медальон с красным камнем. Парень стоял у кормы, не решаясь залезть на трос. Эмори заметил его нерешимость и понимал, что тот от одного холода со своими хилыми руками вряд ли и секунду то продержится. Расстояние меж кораблями было едва больше трех метров. - Прыгай, - приказал он. Парень дёрнулся, но Эмори не жалел тона, понимая, что это единственный способ заставить того повиноваться беспрекословно. - Прыгай или остаёшься здесь! Парень дёрнулся ещё раз, но всё же отошёл слегка назад, оттолкнулся и соскочил с борта, пролетая пропасть меж кораблями, цепляясь обеими руками за борт «Альтер». Эмори выдохнул с облегчением. Парень держался. Только вот… едва мог подняться. Эмори вспомнил насколько мокрым было дерево… Он дёрнулся и едва уже рванул, как услышал знакомый голос совсем рядом: - А ты с подарками, я смотрю, красавчик. Он почувствовал, как с рывком мимо него проскочила Мэйнс, легко перепрыгивая и цепляясь когтями за древесину. Как только она оказалась на палубе, она подбежала к краю и рукой вытянула парня, поваливая его на палубу. Эмори опять с облегчением вздохнул. Теперь дело за ним. Он отошёл, готовясь к разбегу, рванул… Ударная волна снесла корабль на добрые два метра. Абордажные тросы натянулись, стягивая их обратно и ударяя судна друг о друга, разбивая в щепки обгоревшие части. Корабль накренился. Эмори поднялся, едва удерживаясь на ногах. Его снесло, головой приложило о какой-то ящик, но сознание оставалось при нём. Он посмотрел вверх, понимая, что облако пламени спало, оттого и волна. Заклинание иссякло. Стало заметно темнее, он едва различал шатающийся борт «Альтер». Но выбора не было, прыгать нужно было сейчас. Он отступил, разбежался… Ещё один удар. Его отнесло обратно. Спиной его занесло на обрубок спалённой мачты, спину обожгло, воздух выбило из лёгких. Он упал, едва стоя на коленях, не понимая, что его ударило. В глазах помутнело, но он пытался проморгаться. Пламя обступало его, он слышал крики с корабля, слышал своё имя. И видел фигуру. Или это была тень? Он тряхнул головой, собираясь с силой и вставая. На этот раз он был готов, волна слабее обдала его тело, но он устоял. Магия. Фигура двинулась ближе, он видел яркий свет, но это был не огонь. Яркое синее свечение, он инстинктивно отпрыгнул, его слегка опалило. - Ублюдок, - только и мог выговорить Эмори. Он поднялся, пытаясь всмотреться в фигуру. Черная мантия доходила до колен, на плечах поблескивали серебряные подобия эполет. Он был высок, на руках едва поблескивало тусклое синее свечение. Бледное узкое лицо обрамляла тёмная бородка, волосы зачёсаны назад, по бокам проступала седина. Мужчина средних лет, брови нахмурены. Он был зол. Не настолько как экипаж, в нём читалось спокойствие и статность. Он замахнулся, Эмори успел сообразить и дёрнулся вперёд. Маг этого не ожидал, его лицо исказилось, когда Эмори буквально снёс его с ног, прижимая к полу. - Камер Шта! – прошипел маг, пытаясь спихнуть его. Его ладонь легла Эмори на лицо, - Панте акьери! Эмори словно потерял сознание, хоть и понимал, что это лишь магия. Он пошатнулся, рухнул с мага на пол, удерживаясь на локтях. Голова кружилась, тошнило. - Ненавижу магов, - он со всей силы вскочил, ударяя мужчину в колено. Маг пошатнулся, он явно был не силён физически. Эмори рванул вперёд, ещё одна отчаянная попытка. Маг замахнулся, предвидя это, но не заметил, что стоял у самой двери верхних кают. Эмори пригвоздил его, дверь поддалась, они влетели в мелкую капитанскую каюту. Окно выбито, вещи разбросаны. Но Эмори не терял ни секунды, он прижал мага спиной к стене, заламывая тому руку над головой, а второй закрывая тому рот. - Ну давай, попробуй выдать мне что-нибудь сейчас, дорогуша! В глазах мага появилась нескрываемая злоба. Эмори это нравилось, это забавляло. Он чувствовал, что мужчина не мог бы физически вырваться, он придавил его к стене, понимая, что тот вряд ли выдаст даже самое простое заклятие. Он изворачивался. - Стой смирно и отвечай, что вам нужно от нашего судна? Эмори спросил спокойно, но маг тут же перестал вырываться. На секунду в его глазах читалось удивление, а затем Эмори мог поклясться, он видел, как его глаза улыбались. Противно, язвительно. Так, что хотелось ударить его в челюсть да посильнее. Маг резко дёрнулся, толкая его в плечо. Но это Эмори не волновало, пока он не ударил в левое. Эмори не смог сдержаться, всю грудь пробило болью, его лицо исказилось. Маг не стал терять ни секунды, он со всей силы вновь ударил туда, где всего пару минут назад его кожу распороло мечом. Эмори отшатнулся. Он едва стоял на ногах. Новый приступ боли заглушил все звуки, в глазах помутнело, он отступил, переводя дыхание. Его ногу обожгло огнём, он дёрнулся, словно просыпаясь, стряхивая с себя забытьё. Сколько времени прошло? Он чувствовал, что задыхается. Он вырвался, дернулся к двери, выбегая на палубу. Всё было в огне, он даже не осознавал, с какой стороны стоят «Альерт». Он огляделся, чёрной мантии нигде не было. -..ри! Он прислушался. - Эмори, идиот! Он дёрнулся влево, прорываясь через пламя, видя очертания палубы корабля. Видел Мэйнс и остальных. Последний трос едва держал оба корабля вместе. Эмори не был уверен, что сможет прыгнуть достаточно далеко, а его раненая рука не выдержит подъема. Огонь коснулся его уже обожжённой спины, времени не было. Сжав челюсть, он сорвался в темноту.