Песенка про плохого босса

Много воды утекло с тех пор. Судьба жутко любит играть со своими жертвами. Я никогда не ожидал этого в Подземелье… но Меттатон смог себя пересилить и дал мне шанс. Я до сих пор не уверен, но, кажется, он не жалеет об этом. Мне реально удалось стать актёром. Сначала я лишь участвовал в его шоу, помогал ему со съёмками проектов, выступал на гастролях… Занимаюсь этим до сих пор, но однажды кое-что в моей жизни круто поменялось. Меттатон задержал меня в гримёрке после выступления и передал мне контакты одного крутого режиссёра. — Тебя приглашают на пробы, дорогуша. Ты имеешь реальный шанс получить роль. Не смей подводить меня, сладенький, помни, в чьей ты группе. Желаю удачи, — как это ему свойственно, смысловой посыл строгий, а голосок сахарный. Он выпорхнул из гримёрки, а я связался с режиссёром. Пробы прошёл. Роль получил. Потом снимался опять и опять… Иногда не один. Меттатон, помедлив, тоже пришёл в кинематограф. Удивительно, что позже меня. Скромнее, правда, его этот факт не сделал. Он туда пришёл как состоявшаяся звезда, которой должны быть благодарны за то, что она соизволила спуститься с небес. Но, как и обычно, это никого не смутило. Самое смешное, что в нескольких фильмах мы снимались вместе. И даже умудрились сработаться на славу. Хотя вообще то, как развивались наши отношения, стоит обсуждать отдельно и как-нибудь в другой раз. Это был долгий путь взаимных приглядываний и притирок. Главное, что сейчас всё хорошо. Как-то раз его занесло ко мне в гости. Не спрашивайте, каким ветром. Я сам плохо себе представляю. Я отошёл за чаем и сладостями (чтоб вы знали — сладкое он лопает будь здоров), а когда вернулся, обнаружил, что Меттатон с интересом рассматривает… тот самый диск. У меня чуть сердце не остановилось. Да, Бургерпэнтс. Ты молодец. Переслушивать свои хрипы под гитару, оставлять их на видном месте, а потом позволять Меттатону войти в дом. Гениально. Всегда так делай. Отговорить его слушать это мне не удалось. Меттатон попросту не отдавал мне диск, пока я не разрешил послушать. А тягаться с ним нелегко — он ростом под два метра и сделан, как-никак, из металла. Не знаю, насколько густо покраснела моя кожа под шерстью. Мне казалось, что Меттатон обидится, расстроится, разозлится… Сделает что-нибудь любезно-ядовитое в ответ в своей манере. Но он не разозлился. Он засмеялся, нет, даже не так — откровенно заржал. — О мой, дорогуша… О мой. Какой оригинальный способ мести! Ха-ха-ха-ха… А знаешь что? — его руки легли мне на плечи. О нет. Только не говори мне, что… — У меня идея. — Почему я всё ещё напрягаюсь от этих слов? — Давай споём дуэтом! — Дуэтом? О чём? О наших плохих отношениях? — Сколько лет назад они были плохими, дорогуша? Наоборот! Пора окончательно поставить точку в этой истории. И совместно придумать что-нибудь позитивное на двоих. О нашем счастливом будущем, которое стало настоящим. Свои слова пишешь сам. Исключительно сам! Это принципиальный вопрос в данном случае. Неждан. Но идея понравилась. Мы взялись за работу… и вот Меттатон первым заголосил в микрофон со сцены. Мы не знали друг друга до этого лета, Лёд лежал между нами, Ядро, Водопад, Но вот однажды случайно явился ко мне ты, Пожелав стать актёром совсем невпопад. И моё сердце остановилось, моё сердце замерло… Ещё бы оно тогда не замерло. От ревности-то. Держу пари, его внутренне перекосило. Зато теперь всё наладилось. Я был прав, когда думал, что множество «звёзд» на Поверхности уже одним своим существованием не дадут Меттатону мне мешать. Повод для ревности исчез. Сцена для всех. Даже — шутка ли — стали появляться знаменитости из числа монстров. Смешно до колик было наблюдать, как все они искренне поражались: «Ух ты! Оказывается, не только Меттатон может быть крутым актёром, певцом и шоуменом! Ваушки!» Бедняги. Сколько нужно было мариноваться, видя по телевизору одного робота-монополиста, чтобы вот так по-щенячьи восторгаться. …Ладно, я придираюсь. На самом деле я уже куда спокойнее смотрю на вещи. Да Меттатон и сам помудрел. Знаю лично нескольких желторотых новичков, которых МТТ собственноручно «выкормил» и пропихнул на большую сцену. Счастливые. Они не проживали того же, что и я. Однако мне пора петь свою часть. И вот уж тысячу лет выступаем мы вместе, Хотя раньше светил моим планам лишь крах. Чтоб подняться до звёзд, я боролся без лести — Можно к счастью прийти даже в бургерштанах. А моё сердце остановилось, моё сердце замерло… И да, я играю на своей гитаре. Она всё ещё жива и отлично работает. Я даже не дал Меттатону её отгламурить. Это достижение. А вообще… Вот пою я это и соображаю: чёрт, да ведь я уже могу с умным видом давать советы новичкам. Типа, что делать, чтобы пробиться в актёры и при этом не проср… не продать свою личность кому-нибудь в милость. Путь, правда, не для любителей легко приходить к славе, но, по крайней мере, совесть моя чиста. А Меттатон всё поёт: И может быть, много лет я звезда в Голливуде, Мои фотки есть даже на нижнем белье, У меня собирают автографы люди, А мой голос услышат за тысячу лье. И я тут же подхватываю: Ну так и я, слава Богу, давно не на старте, Раз получил первый Оскар и развил свой талант. Я объездил, пожалуй, полмира по карте! Среди звёзд, прямо скажем, я не дилетант. И моё сердце остановилось, моё сердце замерло… Вот про нижнее бельё особенно смешно. Все думали, что Меттатон шутил насчёт такого мерчендайза. НЕТ! Не шутил! Он реально пустил это в продажу. Годы идут, но мне до сих пор интересно, чем думают фанаты, покупающие такие обновки. Ещё интереснее, что об этом думают их вторые половинки. Ладно, это вот сейчас вообще не в тему. Просто мысли мимоходом. Главное, что Меттатон над этим в состоянии сам здраво иронизировать. Куда более в тему то, что я реально многого добился на текущий момент. Особенно с Оскаром. В тот день я полюбил свою кличку окончательно. Бургерштаны, как бы это ни было смешно, стали модным псевдонимом. Не воруйте бургеры никогда. Но если уж своровали — по крайней мере, могу точно сказать, что прятаться от нового имени — плохая мысль. Обозвали — выиграй с этого. А под конец — самый лиричный момент. Сначала мы думали взяться за руки, но инструмент не даёт. Так что в итоге решили, что Меттатон кладёт мне руки на плечи и нагибается ниже. Последнее поём хором. Жизнь наяву лучше снов, что когда-то нам снились, Лучше грёз, что когда-то стучались в стекло. Мы на секунду остановились… Сердце сжалось немного… И снова пошло! Я представляю, как это со стороны выглядит. Но это уже не волнует. Я привык. Давно привык. И кто бы мог подумать, что эти песни про плохих боссов и работников заведут так далеко. А самое главное — за столько лет я… пришёл к тому, что могу назвать Меттатона своим другом. Спустя годы мы научились не только сотрудничать, но и друг друга понимать. Если честно, я не могу вспомнить, когда он в последний раз меня отчитывал, даже шутливо. И когда я всерьёз косо смотрел на него, как на зарвавшегося звездуна. Даже не знаю, сблизились мы в итоге или отдалились. С одной стороны, все неровности, какие только были, утряслись. И если со мной вдруг что-то случится, я знаю, что могу позвонить МТТ — и он поможет в ближайшее время. Скажи мне это кто-нибудь в Подземелье — я бы нервно засмеялся в лицо этому выдумщику. С другой стороны… Как-то наши личные пространства заметно выросли. А впрочем, будущее покажет. Потому что когда ты общаешься и работаешь с Меттатоном — всё течёт, всё меняется, и никогда ничего нельзя сказать наверняка.