Песенка про плохого босса

Я, конечно, не Меттатон, но пою тоже неплохо. Вопреки распространённым стереотипам о «кошачьих концертах» слушать меня можно, не морщась. Да и курение, честно сказать, в некотором роде пошло моему голосу на пользу: этакая романтическая хрипотца появилась даже со временем. Вполне атмосферно. Особенно с учётом того, что дома я обычно пою под гитару. Научился играть, когда был ещё подростком, думал впечатлить босса… Не довелось. Но тяга иной раз побренчать никуда не девалась. Вот и это своё творение думал под гитару петь себе самому в качестве крика души. Лучше играть на ней, чем себе на нервах. Вот поэт из меня похуже. Точнее, я вовсе не знаю, какой из меня поэт, потому что до того дня ни разу не пробовал писать стихи. Ни к чему было. Я умею учить стихи наизусть — в школе мне это удавалось на раз-два, рассказывал очень артистично, а вот чтоб придумывать самому… Но теперь всё как-то рождалось у меня само собой. Будильник вновь… Я вроде бы живу, но так хочу умереть. Опять проспал — а это значит, попаду в капризов боссовых сеть. Нарядит чучелом — совсем замучил он! Я должен успеть! Я должен успеть. Я должен успеть… Конечно, в маленькой песенке всего не уместишь. О Меттатоне можно рассказывать часами. Точнее, о том, чем он меня не устраивает. Знаете, если вам до смерти нравится какая-то личность и вы не хотите портить себе впечатление — держитесь от так называемого идола подальше. Тогда он всегда будет вам улыбаться и выглядеть идеальным в ваших глазах. Если вы сойдётесь поближе — уверяю, разочаруетесь. Идолы мастерски умеют вводить в заблуждение, что у них нет недостатков. Отнюдь. Есть. И много. Когда они адресованы не тебе, ты думаешь: «Ну, с кем не бывает». А когда твой кумир начинает наезжать на тебя самого — вот тогда… Ну, думаю, вы и без меня прекрасно слышите звон сердца, разбитого на осколки. Я должен успеть! Босс еду заставит делать с клеем И приложит к ней своё лицо. У него бредовые идеи — Как же он достал, в конце концов! Словно он король с огромной свитой, Взял и всё пустил вокруг вверх дном. Он с самооценкой до орбиты И на людях тронулся умом. …Нет, я не успел. А на людях он, кстати, реально умом тронулся. У него прям одержимость какая-то: чтобы всё выглядело так, как на Поверхности. Как оно всё там на самом деле устроено, я не знаю, но подозреваю, что Меттатону известно не намного больше. Ну не могут люди жрать чёртов клей! Они подавятся блёстками! Я вроде слышал, что у них тела материальные. Следовательно, и клей материальный. Как по мне, такой едой можно только желудок себе склеить намертво. Но ты поди это Меттатону докажи. «Ничего ты, дорогуша, в высоком гламуре не понимаешь», — вот и всё, что он ответит, ласково потрепав по голове. Кстати, соблюдать личное пространство ему тоже не мешало бы научиться. И речь не только о еде. У нас очень странная система оплаты за проживание, а в номерах какой-то чудной набор предметов для посетителей вроде парфюма, который откроешь, только если очень постараешься… А на днях он тут выдал идею воткнуть в мемориальный фонтан в холле свою статую. Кажется, инженеры пробовали что-то возражать, но кто б их, бедных, стал слушать. Мне уже заранее интересно, что из этого получится. Мне так хотелось закурить, но я не мог, ведь я работал в толпе. До перерыва далеко, клиентов много — бесполезно корпеть! И вновь освистан я. Босс смотрит пристально… Я должен успеть! Я должен успеть. Я должен успеть… Эх, вот почему так получается? Когда Меттатон сочиняет песни — у него никакой самокритики. Чтоб он хоть раз заикнулся, что где-то переборщил. От слова и до слова — весь диск исключительно про меня. А когда я песню придумываю — крути, не крути, а выходит не только про Меттатона, но и про себя. Может, потому что моя участь сама иллюстрирует, какой у меня долбанутый босс? Или мне просто по жизни настолько редко удаётся пожаловаться, что это прорывается в текст? Не знаю. Но это явно не потому, что я пессимист. Я реалист. Пессимистом меня не назовёшь. В глубине души я до сих пор верю, что всё ещё может измениться. Я покину эту бургерную и вырвусь на сцену. На Поверхности много звёзд. Никакому Меттатону с ними не тягаться и не удержать меня. …Если я доживу до выхода на Поверхность, конечно же. Будем смотреть на вещи трезво. Подобрал аккорд, второй. Откуда я взял мотив — без понятия. Может, сам выдумал, а может, где-то краем уха слышал нечто подобное. Это не так важно. Я пишу слова — и пробую подобрать мелодию, и постепенно в моих руках складывается целое творение. Надо же, я ещё не разучился делать что-то творческое. Я должен успеть! Это лабиринт дурных решений, Это место, где царит обман. Меттатон не слышит возражений, Монстрам на мозги наслал дурман. Словно он король с огромной свитой, Взял и всё пустил вокруг вверх дном. Он с самооценкой до орбиты И на людях тронулся умом. …Нет, я не успел. А дурман Меттатон и правда насылает. На нём какое-то заклятье неотразимости. Иначе не объяснить тот факт, почему от металлической коробки все тащатся, а котики нынче не в чести. Хотя если учесть, что из зеркала на меня смотрит уставшая кошачья физиономия с выражением лица невротика… Да ладно, к чему выдумывать весь этот бред про заклятья и физиономии? Всё объясняется простым словом: мода! Мода решает всё. Я наигрывал снова и снова. Перебирал гитарные струны, пел… Вечер за вечером. Почему-то мне это очень нравилось. Особенно если день на работе не удавался. Я старался только не слишком горланить. Чтобы соседи не слышали. Обязательно кто-нибудь Меттатону настучит. В доме его фанатов немало. Часто слышу звуки его вечерних шоу из-за стенок. И вот что со мной будет, если он узнает — понятия не имею. И не горю желанием испытывать на себе. Это в мечтах я часто во всё горло исполнял ему это лично, а ему ничего не оставалось, кроме как слушать — а наяву… …Никто так и не услышал. И не настучал. Меттатон остался в неведении о моём творчестве. А я на этой песне не остановился. Придумал ещё и ещё… Пока не наскрёб свои двенадцать штук и не записал их на CD-диск с наклейкой «Песенки про плохого босса». Потом переслушивал… А потом как-то стало не до них. Засунул куда-то и забыл — сразу, как только пал барьер, замутился переезд… И Меттатон взял меня в свою группу.