Совершенство в единении

Эдди был хорошим журналистом и искренне любил свою работу. А еще считал, что порой правда важнее некоторых правил и в этом деле нужно уметь эти правила обходить осторожно и не попадаться. Потом всегда можно сослаться на анонимный источник или придумать другую байку о том, как именно к нему попали документы или от кого он услышал информацию. В Нью-Йорке он на этом уже успел обжечься, но навыки как были, так и остались. И взлом с проникновением в эти навыки входил наравне с мастерством слежки и базовыми умениями взлома простеньких программ или электронной почты. Вот и в доки ему не составило труда попасть под видом одного из грузчиков. Не важно, что логистическая компания, логотип которой красовался на купленной в Сан-Франциско униформе, была непопулярной — важен антураж, уверенность да поддельное удостоверение, с которым он прошел на территорию и затем направился к нужному пирсу, где должны были разгружать морепродукты. Место он сначала учуял и лишь потом увидел. «Там, Эдди», — воодушевленно подсказал Веном и дернул Брока в сторону, где стояли аквариумы с лобстерами и другими рыбами, которых нужно было доставить в рестораны живыми. — Да вижу я, — прошептал Брок, прячась в тени одного из контейнеров, и поправил кепку. — А еще вижу грузчиков, которые все это переносят в грузовик. Пусть сначала отойдут хоть немного, — пояснил он своему нетерпеливому симбиоту и нервно облизнул пересохшие губы, отчетливо чувствуя, как живот ломит от голода. Веном недовольно задвигался у него под кожей, но толкаться больше не пробовал. Эдди, выждав момент, тихо юркнул к выгруженным контейнерам со свежей рыбой, пробрался к аквариумам и, достав из кармана пакет, торопливо начал вылавливать голыми руками лобстеров, чувствуя, как от волнения заколотилось сердце. «Больше», — довольно рыкнул Веном. — Да куда больше-то, — зашипел на него Эдди, запихивая лобстеров одного за другим. Они встревожено копошились в пакете. Он уже хотел бежать обратно, под прикрытие грузовых контейнеров, когда послышались голоса грузчиков. — Черт, какие быстрые, — пробормотал Брок и спрятался за одним из контейнеров, прижимая к себе пакет с ужином Венома. Отсиживаться пришлось добрых минут двадцать, пока тройка работяг, подогнав грузовик поближе, тягали груз в кузов. Стоило им отойти, Брок медленно прокрался подальше от места преступления, и точно знал, что успел сильно провонять рыбой, да и рукава намокли от такой ловли. «К забору. Перепрыгнем», — посоветовал Веном, но Эдди не спешил идти простым путем. — Уверен? — шепотом спросил он и в этот момент услышал крики грузчиков, которые звали охрану. Все же они заметили пропажу. «Да!» — уверенно рыкнул в его голове Веном и подтолкнул изнутри. Эдди со всех ног кинулся к забору, точно зная, что его заметили. Прыжок. Он чувствовал, как сила Венома наполнила его мышцы, как легко и высоко его подкинуло, как несколько щупов придержали его за край забора, чтобы он не рухнул с пятиметровой высоты ограждения, но все равно умудрился подвернуть лодыжку и, тихо шипя, поковылял к мотоциклу, где торопливо приладил пакет с лобстерами, стараясь зафиксировать его так, чтобы ползучие твари не повыпадали по пути, нацепил шлем, а затем завел мотор и скрылся с места преступления, чувствуя радость, голод, жжение адреналина в крови и вину где-то глубоко в душе. «Нам они нужнее», — попытался подбодрить его Веном. — Да, — согласился Эдди и поморщился от голода. — Дома, Ви. Я не хочу быть каким-то городским сумасшедшим, который жрет лобстеров живьем где-то в подворотне, — попросил он, чувствуя нетерпение своего симбиота. «Тебе нужно меньше думать о том, что подумают другие люди», — посоветовал Веном. — Да ну? А как насчет думать о том, что будет, если о нас доложат в полицию? Между прочим, после того взрыва я почти сутки провел с федеральными агентами, они меня чуть наизнанку не вывернули своими осмотрами и допросами. И уверен, я все еще у них под подозрением. Меньше всего нам с тобой нужно, чтобы за нами явились агенты, уж поверь, — пояснил Брок. Веном ничего не ответил, только источал легкое чувство понимания и тихо ждал, пока они доберутся до дома. Парочка лобстеров не пережили поездку. Остальным повезло и того меньше. Когда Эдди вывалил их в кухонную раковину, внутри него все надорвалось. Он ощутил, как Веном взял над ним контроль, но не полностью окутал его тело, а частично деформировал голову, создавая клыкастую пасть и заполняя лицо огромными молочными глазами. С нечеловеческим голодом он набросился на добычу, не думая ни о правилах этикета, ни о чистоплотности, запачкав как одежду Брока, так и кухню, а потом виновато сидел где-то под ребрами, пока Эдди прибирался. — Вот зачем было так делать? — строго спросил Брок, собрав ошметки панцирей в мусорный пакет. — Могли бы нормально, по-человечески поесть. «Я не человек», — фыркнул Веном. — Но я-то еще да. Не говори, что ты мной так на любую еду будешь набрасываться, это не нормально, — продолжил Брок небольшой курс воспитания, понимая, впрочем, что Веному была нужна еда. Не просто перекус — сейчас еда была для него целебной энергией для роста. И она помогла. По крайней мере, Эдди чувствовал себя не таким больным. «Нам нужно больше этих закусок», — проурчал Веном, а Эдди так и замер с мусорным пакетом в руке. — Мы не сможем каждую ночь воровать лобстеров, — сказал он, немного пугаясь при мысли о том, что ему придется постоянно промышлять подобным. «Тогда охота. Я все еще слаб. Но ты ведь сильный по меркам людей», — предложил Веном. — Нет! Я не буду убивать людей, Ви! — нервно сказал Брок, слишком отчетливо представив, как он караулит заплутавшего путника в подворотне, чтобы оглушить и сожрать где-нибудь за мусорными баками. От одной мысли об этом стало тошно. «Мы думали, ты был не против», — озадаченно сказал Веном. — Так вот, я против, — уже решительнее сказал Брок, начиная вспоминать, что он такого говорил, из-за чего симбиот решил, будто получил согласие на жизнь серийного убийцы. Ну, может, он и правда сболтнул что-то такое, но лишь от эйфории после воссоединения. Сейчас, когда голод отошел на второй план, он мог думать яснее. «Мне нужно питаться, чтобы выжить здесь», — напомнил ему Веном. — Я знаю. Но сейчас же ты сыт. Я чувствую, — напомнил Брок, чтобы Веном не юлил. — Давай… Утром поищем что-нибудь. Не может быть, чтобы тебе были пригодны только человеческие мозги и лобстеры. — Он устало потер переносицу и ощутил резкий рыбный запах от своих рук. — Ну прекрасно, — пробормотал он и направился в душ. Эдди было тревожно, он нервничал. Веном отчетливо это ощущал, и это состояние передавалось и ему. В этом мире так много правил, а люди настолько сложны в своих чувствах. Даже изучив, казалось бы, все в сознании своего Эдди, Веном путался в его ощущениях. Вот одно и второе. Он улавливал их и понимал. Но потом было третье и четвертое, что-то вытекало из их сочетаний, что-то давало чувство облегчения, а затем пугало и тревожило, вызывало усталость или приступ робкой надежды. Веном во всем этом не знал, за что хвататься и как все это правильно понимать. Подобной сложной системы переплетения чувств, эмоций и собственных мыслей он не встречал ни у кого из тех носителей, которые попадались ему в иных мирах и на других планетах. Эдди… Эдди был сладкой загадкой, которую он хотел понять. И начинал жалеть, что не умеет читать мысли, потому что эмоции могли быть очень противоречивыми. Как в гостях у Энни, когда Эдди было и весело, и грустно одновременно. Просто одна ситуация, способная вызывать что-то столь противоположное в душе его Эдди. Сложный. Эдди восхитительно сложный. Теплая вода скользила по обнаженному телу Эдди. Это ощущение Веном тоже считывал. Общее тело, общие прикосновения. Он растворялся в уже совсем других чувствах. То, как Эдди касался себя, пытаясь оттереть рыбный запах со своего тела, то, как странно, по-разному ощущались потоки воды на его теле. На плечах и шее они расслабляли, по телу скользили приятной гладью, на бедрах и ниже пояса даже простое течение воды вызывало уже иную реакцию, и ощущения были приятнее, кожа нежнее и чувствительнее. Веном с любопытством и жадностью сосредоточился на этих ощущениях. Он как-то не придавал значения подобному, но не только чувства и мысли у его Эдди были сложными. Его тело было чувствительным. Было покрыто точками и целыми зонами, где простые прикосновения воды ощущались ярче и сильнее. Когда Веном брал это тело под свой полный контроль, окутывал его целиком, то не замечал этого так явно. Скорее всего, потому, что на Эдди была одежда, которая мешала так отчетливо его чувствовать. А теперь, увидев все эти новые для себя возможности их с Эдди тела, Веном уже не хотел, чтобы между ними вставала одежда. Он мог бы покрывать Эдди прямо так, ложиться поверх его обнаженной кожи, касаться этих чувствительных зон, ощущать его. Только они вдвоем и ничего лишнего. — Эй! — Короткий испуг Эдди отвлек Венома от сладких мечтаний о полном слиянии, о моменте, когда он сможет снова полностью обернуться вокруг Эдди, заключив его внутри себя. — Ты что делаешь? — настороженно спросил Брок, глядя на то, как десятки жгутиков проступили по его телу, покрывая кожу черными неровными пульсирующими пятнами. «Прикасаюсь, — ответил Веном, не понимая, почему Эдди это испугало. — Не стесняйся, Эдди, мы делали это раньше», — с легкой игривостью, чтобы скрыть волнение, напомнил ему Веном. — Не так, — не согласился Брок и протянул руку к жгуту, который обвился вокруг его бедра прямо рядом с полувставшим членом. — Не так, — снова сказал он и попытался оттянуть жгут. «Тебе нравятся прикосновения, — подумав над ощущениями Брока, заметил Веном и самодовольно добавил: — Нам нравится касаться тебя». — Да, но давай будем соблюдать некоторую дистанцию. Например, не делать такого, пока я в душе, — попросил Брок. «Никаких дистанций между нами», — возмутился Веном и недовольно зарычал в его голове. — Так, хорошо, значит, нам есть что обсудить, — пробормотал Брок, глядя на черную блестящую плоть, которая проступала на его ногах и бедрах, и Веном ощутил, что он стал дышать тяжелее. — Веном, прошу, можешь сейчас меня оставить? — вдруг попросил Эдди. Веном хотел возразить, но ощущал среди горячего и такого приятного напряжения еще и отчаяние. Снова, снова эти противоречивые чувства! Как его Эдди до сих пор не разорвался на части от подобного? Веном посылал волны негодования и обиды, пока скрывался под кожей Эдди, чтобы тот знал, что подобные просьбы вообще-то недопустимы в их отношениях. — Прости, я… — выдохнул Эдди как-то странно, и Венома снова начало покалывать от его напряжения и волнения. — Ничего не говори сейчас, ладно? — прошептал Эдди, и Веном послушно промолчал, не понимая, с чем сейчас сражается его человек, но делая, как тот просил. В конце концов, Эдди всю жизнь жил в таком состоянии. Словно ядерный реактор на перегреве. Он должен знать, как сбрасывать это волнение и напряжение. А Веном… Веном может пока у него поучиться, чтобы потом показать, что все в их жизни лучше делать вместе. Эдди тоже знал о своих чувствительных зонах, хотя игнорировал почти все из них, концентрируясь лишь на одной. Прикасался к себе едва ли не грубо, но это вызывало острый отклик, и Веном весь напрягся, не зная, к чему готовиться. Он пытался понять, что вообще происходит с телом его Эдди, надо ли помогать, хорошо это или плохо. Чувства были прекрасными. Потрясающими. Они пьянили симбиота через их связь, а тихие вздохи Эдди совсем не походили на вскрики от боли, что он слышал раньше. Что-то новое, что-то чарующее и опьяняющее, что-то, в чем Веном хотел принимать участие, его так и подмывало начать экспериментировать, подсказывать Эдди. Если не трогать самому, то нашептывать на ухо, где лучше прикасаться. И почему Эдди так скуп на чувства? Его тело полно скрытых чувствительных мест, Веном их чувствует теперь так отчетливо, словно от торопливых движений руки по твердому члену все остальные зоны начали подсвечиваться. Стали еще отзывчивее и чувствительнее. Они покрывали его тело — на шее и за ушами, в районе груди у твердых сосков, на бедрах и ягодицах. Было несколько точек на руках, между пальцами, на боках и косых мышцах, на стопах. И даже внутри его тела Веном ощущал что-то, что едва ли не горело, требуя прикосновений. Оставаться с Эдди в этот момент, но не принимать участия в этом странном действии было неправильным, и Веному казалось, что Эдди пытается отстранить его от чего-то личного и интимного. Чего-то, что должно быть основой их связи, но почему-то Эдди намеренно не хочет его к этому подпускать. В какой-то момент внутри все заискрило, а тело ослабло, но слабость была иной, не такой как раньше. Веном ощутил такой поток новых химических соединений внутри Эдди, что враз оказался среди самой сладостной закуски, которая еще и переливалась ощущениями под его собственной шкурой, вызывая неизвестное ему до этого момента блаженство. Он так разомлел в этом ощущении, что даже не заметил, как Эдди, добравшись до постели и переодевшись ко сну, завалился спать. «Что ты там делал?» — не смог сдержать любопытства Веном, решив, что Эдди просил уединения только для ванной. — Черт, — испуганно шикнул Эдди и перекатился на спину. — Мы можем не говорить об этом? — осторожно спросил он. «Нет. Нам надо знать, — с исследовательским интересом сказал Веном. — Другие наши хосты не делали ничего подобного. Нам это понравилось. Это сделало нас сильнее. Сделай так снова». — Нет, — коротко выдавил из себя Брок. — Это… это не то, что я могу делать постоянно. И в смысле? Как это могло сделать тебя сильнее? — постарался он перевести тему. «Питаюсь гормонами в твоем теле. Раньше было много при погонях и драках. Адреналин. Мы пробовали подобное прежде. А этот был иной. Сильнее. Питательней. Чувствовался… — Веном пытался подобрать слово, но не мог. Человеческий язык был скудноват, по его меркам. — Удовольствие, — все же нашел он, как описать то, что они вместе испытали в ванной, как бы Брок ни просил его оставаться в стороне. — Твое тело может больше». — Спокойной ночи, — пробормотал Брок и, перекатившись на живот, уткнулся пылающим от смущения лицом в подушку и постарался заснуть, но чувства в нем снова были перемешаны. Веном раздраженно вздохнул. До чего же Эдди у него сложный.

***

Утром Брок старался игнорировать любопытство Венома, которое преследовало его с первыми лучами солнца, и все еще не мог поверить, что не сдержался вчера. Перенервничал ли он из-за ограбления, или от стремительного осознания, что Веном наблюдает за каждым его шагом, или от проступающего на его коже тела Венома, или всего сразу, он не знал. Голову повело, все навалилось, а он слишком давно этого не делал, и теперь был вынужден ощущать внутри себя исследовательский интерес. Отлично, стал подопытным кроликом для пришельца. А как ему объяснить основные инстинкты и принципы самоудовлетворения, Брок понятия не имел и делал вид, что так-то ничего не произошло. — Голоден? — спросил он Венома поутру. «Да», — многозначительно ответил Веном, но Брок не собирался с утра кормить его «десертными гормонами». — Идем, посмотрим, что тебе приглянется в магазине. Брок натянул куртку поверх толстовки, обулся и побрел в продуктовый магазинчик, чувствуя, как Веном его ощупывает изнутри. Это чувство стало отчетливее, и теперь, подумав об этом, Эдди начал понимать, что ощущает в себе массу Венома — тот явно стал крупнее. Что ж, возможно, он нашел способ, как кормить своего симбиота, не убивая людей и не похищая лобстеров, но был совсем не уверен, что подобная кормежка сможет сдержать космические аппетиты его внутреннего сожителя. В магазине он даже взял корзину и незаметно от остальных покупателей, которых было всего пара человек, принюхивался к разным товарам, справляясь у Венома. — А это? — тихо спросил он, держа в руках вяленое мясо. «Сушеная падаль», — фыркнул симбиот. — Ладно, — сказал Брок и, отложив мясо, прошелся дальше. Он проверил фрукты и мясо. Свежее мясо Веном одобрил, хоть и с явным недовольством. Он предпочел бы, чтобы оно было еще живым, но приходилось выбирать из того, что есть. Крекеры и овощи его не интересовали, молочные продукты тоже не привлекли. А Брок еще никогда в жизни так долго не бродил среди продуктов, но успел прихватить себе кефир, сок и парочку сэндвичей, когда проходил мимо замороженных продуктов. «Это», — сказал Веном, и Эдди озадаченно посмотрел на разные коробки с домашней едой. — Что именно? — уточнил он, не обращая внимания, что на него странно покосилась одна из покупательниц. «Ты жарил такие дома прежде», — пояснил Веном, и Эдди, кивнув, достал упаковку картофельных шариков. — Что ж, хорошо. Нашли что-то общее среди наших предпочтений, — порадовался он открытию. «Ты куда вкуснее. И не сможешь делать вид, что это не так», — заурчал симбиот, но он еще не подозревал, какой большой опыт ухода от проблемных разговоров был у Брока. Он был в этом почти что чемпионом, если бы кто-то вдруг решил проводить соревнования среди неудачников в отношениях. — Должно хватить. Но сразу говорю, я не мастак в готовке, а часть мяса надо будет пожарить, — сказал Брок и ощутил недовольство симбиота, которому пришлось не по вкусу, что его намеки игнорируют. «Еще то, что пахнет с той полки», — предложил Веном и подтолкнул Эдди изнутри, да так, что тот едва не повалил стеллаж и с трудом удержался на ногах. — Что еще? — пробормотал Эдди и уставился на полку с шоколадом. — Серьезно? Ты что, сладкоежка? — с толикой умиления спросил он. «Я не знаю, что это, но чувствую запах. Там есть нужные вещества. У вас этот продукт какой-то странный? Его нельзя брать?» — спросил Веном, но Брок покачал головой и взял сразу несколько плиток. — Да нет, все хорошо. Это куда лучше охоты и живых лобстеров. Надо было вчера сразу в магазин идти. Ума не приложу, почему мы вообще не попробовали это первым делом. «Потому что тут могло ничего не подойти. Мы были в ресторане, мы ели пищу в твоем доме. Она была неподходящей. Недостаточно подходящей. А если бы мы не съели тех ползучих тварей, то не смогли бы с тобой сейчас говорить. Нужно было бы восстанавливать силы. Снова брать их из тебя, Эдди», — пояснил Веном, но Брок еще на середине его речи закатил глаза и просто кивнул. — Ладно, ладно, я понял, — миролюбиво прошептал он, потому что уже подходил к кассе. — Зато теперь я хоть знаю, чем тебя кормить.