Lost

Контракт давно был подписан, альбом, с горем пополам, записан, но никто, казалось, не верил, что это всерьёз. Тусовка воспринимала его победу как нечто случайное, почти магическое — и его это раздражало до звона в ушах. Пока все были заняты тем, что развлекались, как могли, Мэнсон был занят выходом из андерграунда, планомерным и продуманным. И злился на то, что все вокруг воспринимали это как некое везение, не больше. — Если не уволишь его сейчас — потеряешь всё. — Да где я тебе найду сейчас нормального басиста? — Мэнсон понимал, что Резнор прав, но… — Тебе его и искать не надо, он и так за тобой ходит, как приклееный. Джо, кажется… — У него другая группа. — Ты иногда полный идиот. Во всём, что не касается саморекламы, я думаю. Не хочу вникать в глубины ваших взаимоотношений, но он смотрит на тебя гораздо более влюблённым взглядом, чем на свою изрезанную свинью, — Трент поморщился, Джессика не нравилась ему категорически. — И он бросил бы ради тебя любую группу, даже если бы играл у… хоть бы даже у меня. — Смотрю, от скромности не умрёшь, — с досадой промолвил Мэнсон. — Не в той жопе, в которую ты сейчас пытаешься влезть, и я зачем-то тебе помогаю. Не слишком актуальное здесь качество. — Окей, учту… — Умничка, — Трент потрепал его по голове, словно пса. Он смиренно вытерпел, но еще долго не мог избавиться от раздражения и неловкости за этот эпизод. Он сам должен был заботиться об этих вещах. *** — Вместо Брэда? Да с удовольствием, — Джорди даже спрашивать ничего не стал, но его тон Мэнсона насторожил. — Почему с удовольствием? — Потому что он меня раздражает, потому что Джесс в данный момент подрабатывает у него бесплатной сиделкой, потому что… Ну его нахуй, не хочу его обсуждать. — Кажется, я знаю, какое имя ты возьмёшь… По-крайней мере, первую половину, — Мэнсона задел тот факт, что Джо согласился из-за неприязни к Брэду, и он решил вспомнить нечто, что смутит Джо и напомнит ему, кто главный персонаж во всей этой истории. — Твигги? — Ну, ты её обещал представлять… — Мэнс, серьёзно? Я тебя четыре года знаю, надеешься меня задеть? Твигги так Твигги. Рамирез. — А это почему? — Потому, что я однажды убью тебя без объяснения причин. Вернее, причины у меня будут, у меня их и сейчас предостаточно, но я вряд ли смогу их объяснить кому-либо из примитивных человеческих существ. — Джо, стой! — Мэнс поймал его за плечо, не давая уйти. Уайт остановился, с видом «ну что ещё», и чуть не вырвался, когда его поцеловали. Лекарством от любви Мэнсон избрал работу и это неплохо помогло. Джорди просто научился скрывать какую-то часть своих эмоций, и пореже вгрызаться в Джессику — только если уж совсем выть хотелось. Но прожжённые циничные чуваки вроде Резнора отлично видели истинную суть вещей. Джорди всё ещё был привязан, Мэнсон всё ещё хотел им обладать. Джесс всё ещё была чем-то вроде сахарозаменителя, а Брэд был в нём щепоткой соли. Пусть она с ним не спала, но она заботилась… Джорди хотелось, чтобы она заботилась только о нём. Впрочем, единственной причиной, по которой он с ней встречался, была очевидная, как день, вещь — она его любила. Его, а не Брэда, так что всех всё почти устраивало. Почти. — Останься… — Ты заебал, вот честно, — тон словам не соответствовал, Джорди говорил мягко и слегка нараспев. Он соскучился, и скрывать это был не в силах совершенно. — Даже не начинал, — шепотом отозвался его личный кошмар. — Ну, прости… Мне было страшно. — Теперь нет? Что случилось? В лесу кто-то умер? — Да, в общем… Нет, мне страшно до сих пор, потому что это не та история, которая может хорошо закончиться. — Ты рано собрался заканчивать, — закатил глаза Уайт. — Между нами почти ничего не было, так, небольшая взаимопомощь. — Хочешь больше? — Ты прекрасно знаешь, что хочу. — Скажи это… — Трахни меня уже, Мэнсон. Устраивает? — Вполне… Контракты с демонами обычно подписывают кровью. Джорди Уайт подписал свой той ночью, в здравом уме и твёрдой памяти. Вряд ли там где-то была кровь, хотя демонам, несомненно, виднее. *** — Ты выглядишь… Как Брэд, — озадаченно сообщил Мэнсон очевидное. — Не было времени придумывать что-то ещё, он неплохо смотрелся, кажется, нет? Джо заплёл дреды и довёл до истерики Джессику, максимально скопировав стиль Брэда Стюарта. — Мне хотя бы можешь сказать, зачем? — Во-первых, я не разбираюсь, как именно я должен выглядеть, чтобы это было уместно в твоём балагане. Во-вторых, Джесс очень разозлилась, в-третьих, её приятель-наркоман очнулся в наш мир обратно, и страшно на меня обиделся. Ещё причины тебе нужны? Они думают, я занял его место, думают, ты незаслуженно выгнал его, преувеличил его прегрешения, чтобы взять меня, типа, я лишний здесь и хуже него по умолчанию. Он же всё-таки записал с тобой грёбаный альбом и несколько лет играл в этой группе, а я типа вообще мимо проходил… Ну вот, я стараюсь, чтобы никто не заметил подмены. — Тебе бы яд сцеживать, отравишься. — Как раз этим и занимаюсь, но кто бы говорил-то вообще. Тебе же единственному нравится, что я это сделал. Он был прав, Мэнсону нравилось. Ему вообще нравилось портить людей, и он постоянно сравнивал в голове подростка, которого когда-то напоил до неожиданно глубокой откровенности, и это… Это создание, в которое Джо превратился. Рядом с ним, и, похоже, благодаря ему. Второй вариант ему явно нравился больше. Джо… Нет, Твигги, теперь — Твигги… На самом деле, он пожертвовал собой. Лицемерные сожаления окружающих о том, что некоторые неблагодарные личности меняют коней на переправе, не то, чтобы слишком угнетали, но нервировали, и Твигги вызвал огонь на себя. Теперь тусовка показательно ненавидела его, а не Мэнсона. Через какое-то время они в любом случае об этом забудут, а так — это было чем-то вроде заявления и циничной насмешки над их лицемерием. Никто из них не хотел бы хоть как-нибудь зависеть от действий героинового торчка, легко сочувствовать со стороны, и осуждать того, кому приходилось это делать, и кто нашёл в себе силы освободиться. Твигги всё это понимал без объяснений, и поддерживал тоже молча, как умел. Отлично получалось. Зато Трент ржал, как проклятый. — Серьёзно, мне сначала показалось, ты не внял моему совету, он же теперь почти точная копия твоего предыдущего басиста! Это же надо, его же ненавидят все теперь, так? По-моему, и так не сильно любили, он такой, себе на уме, никак не тянет на душу компании… Слушай, ты с ним не спишь случайно? Ради просто друзей на такие жертвы не идут. — Может, и сплю, — ехидно отозвался Мэнсон. — А может, кое-кто перебарщивает с цинизмом и он просто хороший друг. — Слишком хороший, — уже серьёзно ответил Трент. — Береги и не злоупотребляй. В этом болоте такое редкость. Не злоупотреблять людьми и их отношением Мэнсон не умел категорически. Люди были его единственной настоящей зависимостью, кажется, каждый, кто проявлял к нему симпатию и привязанность, был обречен страдать от этого. Но он не особенно хотел в этом кому-либо признаваться. Даже себе не хотел.