Вызов

Беллами всем своим нутром ненавидел Коллинза. Этот парень, казалось, до сих пор находился в пубертатном периоде и не собирался выходить из него в ближайшие тридцать лет. Только глупый любопытный подросток мог полезть в водоем для собственного самоутверждения. Финн не задумывался о том, пригодится ли его смелость и отвага, если от него самого не останется и пальца. Поэтому, когда нечто, похожее на огромную морскую ящерицу, вцепилось мощной челюстью в бедро бестолкового парня и потащило его на дно, Коллинза спасло только то, что Блейк и Миллер оказались рядом. Нейтан со всей силы ударил чудовище по морде, и оно отпустило свою жертву. Однако на этом все не закончилось. Когда ребята вытащили Финна на берег и пытались оценить его состояние, ящерица вернулась и с ревом высунулась из воды. Она взмахнула передними мощными перепончатыми лапами и ударила одной по спине Блейка, что оказался ближе всего к воде. Парень упал на колени от острой пронзающей боли, а чудище, глухо рыкнув, скрылось в глубине озера. Беллами не знал, откуда у него взялись силы на то, чтобы встать на ноги и помочь дотащить еле живого Коллинза до лагеря. Единственное о чем он думал всю дорогу, так это о том, что Гриффин устроит ему серьезный выговор. И какое удовольствие ему доставило то, что первым делом Кларк бросилась осматривать его, а не придурка Финна. Однако ситуация Коллинза требовала немедленного внимания. Парень потерял много крови и находился в бессознательном состоянии. Поэтому Гриффин приказала Блейку ждать ее в палатке, а сама отправилась на челнок. И сейчас Беллами сидел на своем матрасе, устало потирая костяшки рук испачканных кровью, и ждал ту самую белокурую бестию, что еще пару дней назад невероятно его раздражала, а сейчас не могла и на секунду оставить его мысли. Блейк не верил в любовь. Это было для него ни чем иным, как простой выработкой дофамина — гормона целеустремленности и концентрации, заставляющего добиваться своей цели, стремиться к полному обладанию. Влечение, как поощрение своего внутреннего эго. Беллами был убежден в том, что в мире полном ненависти, отчаяния и зла нет места для собственных чувств. И так было до тех пор, пока он не встретил одну девушку, что перевернула всю его жизнь с ног на голову. Их отношения не были романтическими, даже не дружескими и не товарищескими, но в них было что-то, что было почти жизненно необходимо для Блейка. Это не было привязанностью, зависимостью и даже платоническим желанием — легкой тягой к чему-то запретному и прекрасному. То, чем хотелось владеть. Беллами был обязан верить в то, что случай с Кларк Гриффин был точно таким же, что и с десятком других девушек, но не хотел. Возможно, принцесса была интересным трофеем, а, возможно, соперником. Упрямым, умным, невероятно сильным и достойным. Парень вздрогнул, когда услышал шелест ткани, служащей дверью. Кларк, оказавшись в палатке, взглянула на него и тяжело вздохнула. Девушка выглядела очень уставшей. Её волнистые светлые волосы были спутаны и запачканы кровью и грязью. Руки едва заметно дрожали от напряжения. Блейку совсем не нравилась такая Гриффин. Осунувшаяся, слабая, истощенная. Она вызывала больное сочувствие и желание помочь, которые Беллами старался ни к кому не проявлять, кроме Октавии. Не дождавшись приглашения, Кларк прошла вглубь палатки и остановилась за спиной парня. Она поставила на пол таз с водой, а на кровать кинула чистую тряпку. Девушка рвано вздохнула и провела рукой по оборванному краю футболки. — Что произошло на озере? — спросила она, помогая Блейку снять верхнюю одежду. Беллами глухо простонал, когда её пальцы задели одну из ран, но не подал виду. — Космонавт решил испытать судьбу, — с усмешкой сообщил он. — Он, видимо, еще не понял, что это планета хочет избавиться от нас так же сильно, как и сотню лет назад. — Видимо… — задумчиво протянула Гриффин. Блейк вздрогнул, когда её холодные пальцы коснулись его спины. Кларк медленно обводила каждую царапину, задерживаясь на плечах и пояснице. Беллами был уверен, что это не входило в медицинскую помощь, но останавливать девушку не собирался. Её прикосновения приносили ему непонятное облегчение, поэтому, когда она вдруг отдернула руку, наверное, опомнившись, все тело Блейка напряглось, мышцы заныли от боли, а раны стало щипать. — Тебе повезло, Беллами, что это существо тебя только задело, — тихо проговорила Гриффин, смачивая тряпку в тазу. — Возможно, стой ты чуть ближе, царапины были значительней. — Волнуешься за меня, принцесса? — насмешливо поинтересовался Блейк. — Не больше, чем за любого человека в этом лагере, — спокойно ответила девушка, обрабатывая особенно глубокую рану на плече Беллами. — Ты врешь мне, принцесса. Я знаю. Парень улыбнулся и положил свою ладонь на руку девушки. Он не видел её, но мог чувствовать её смятение. — Не знаешь, — через некоторое время тихо ответила Гриффин. Она попыталась освободиться, но Блейк лишь сильнее сжал её запястье. — Докажи мне, Кларк. Беллами заметил, как легко сошло её имя с его губ, словно оно было единственным словом, которое он знал и повторял изо дня в день, как мантру. В этом было что-то строгое, собственническое и невыносимо приятное. — Ты не думаешь, что это глупо, Беллами? — раздражённо спросила Гриффин. — Это третий раз, когда ты бросаешь мне вызов, и это третий раз, когда это все ещё не имеет смысла. — Это не имеет смысла, потому что ты боишься, — невозмутимо ответил Блейк. — Чего? — фыркнула Кларк. — Ты боишься, что наш спор зайдёт слишком далеко, не так ли? — серьёзно сказал парень, взглянув на Гриффин. — Ты не столько боишься, что это случится, сколько его последствий. — Не будет никаких последствий, — нахмурившись, произнесла девушка. Она рвано вздохнула и перевела взгляд в сторону, словно рюкзак в углу палатки был единственным, что её интересовало. Блейк пробормотал что-то грубое под нос и отвернулся от Кларк. Они сидели неподвижно пару минут, и, когда Беллами решил, что не получит сегодня должного медицинского ухода, и хотел было потянуться за футболкой, почувствовал холодные руки на своих плечах. Кларк оставила аккуратный поцелуй между его лопаток, а потом несколько на плечах и тыльной стороне шеи. Её пальцы плавно опустились по его рукам к пояснице и проскользили к прессу. Блейк, казалось, не дышал, боясь прервать девушку. Гриффин придвинулась к нему ближе и влажно поцеловала парня в бок шеи. Беллами тяжело сглотнул и слегка наклонил голову в сторону. В голове сильно шумело, мысли путались, и, казалось, единственное, что он слышал это глухой стук собственного сердца. — Я не боюсь, что это зайдет дальше, чем я того хочу, — томно прошептала Кларк. Она провела носом по шее Блейка, вдыхая острый запах хвои и заставляя его почти дрожать от ощущений, а затем оставила поцелуй у основания уха. — Знаешь ли ты, Беллами, на что идёшь? Чем рискуешь? Чему поддаешься? Гриффин спрашивала, но парня, казалось, это совсем не волновало. Всё, чего он хотел сейчас это просто чувствовать её так близко, чувствовать её дыхание и мягкие поцелуи. Голову кружил сладкий запах луговых цветов, и Блейк чувствовал себя так хорошо, как никогда раньше. Черт возьми, он был готов отдаться этой бестии прямо сейчас, целиком и полностью, лишь бы продлить эти ощущения. — Боже, да, — он простонал, когда рука Кларк поднялась к его груди и остановилась на сердце. Беллами повернул голову, увлекая девушку в жаркий, чувственный поцелуй и потянулся рукой, чтобы схватить её за подбородок и притянуть ещё ближе. Он никогда не хотел никого так сильно. До дрожи в руках и непонятного щемления в груди. Они отстранились друг от друга только для того, чтобы восстановить дыхание. Блейк увидел сомнение в глазах Гриффин. — Что это значит для тебя, Беллами? — тихо поинтересовалась девушка, сжимая край покрывала. — Кларк, я не думаю, что мы должны сейчас говорить об этом, — с улыбкой ответил Блейк, опуская Гриффин на кровать и нависая над ней сверху. Он оставил короткий поцелуй на её щеке, а затем глубоко поцеловал девушку в губы. Руки Кларк зарылись в его волосы и притянули ближе. Беллами улыбнулся сквозь поцелуй и оторвался, чтобы стянуть с девушки кофту, но Гриффин остановила его. — Ты так сильно хочешь выиграть, — усмехнулась она. Блейк спрятал лицо в волосах Кларк и аккуратно поцеловал её в шею. — Конечно, — прошептал он. — Ты не представляешь насколько. Парень оставил несколько поцелуев на челюсти Гриффин и отстранился, когда Кларк толкнула его в грудь. — Беллами, это несерьезно, — устало проговорила она. — Кларк, это не должно быть серьезным, — озадаченно ответил Блейк. Он перекатился на бок и подпер голову рукой. Гриффин повернулась к нему лицом и через пару секунд натянуто улыбнулась. — Конечно, — кивнула она. Кларк быстро встала с кровати и, поправив волосы и одежду, направилась к выходу из палатки. — Эй, принцесса, — Беллами сел на матрасе и взял свою футболку в руки. — Уходишь так быстро? Гриффин сжала губы и остановилась у самого выхода. — Я не могу дать тебе выиграть, — сказала она не оборачиваясь. — Октавия вылечит тебя, — добавила чуть позже. Девушка вышла на улицу, а Беллами тяжело вздохнул и отбросил одежду куда-то в сторону. Настроение было паршивое, и, к сожалению, он знал из-за чего. Просто в этот раз Блейк отдал что-то большее, чем свой любимый набор ножей. Кажется, он проспорил свои чувства, потому что серьезность в их отношениях стала желаемой.