Так нужно по закону

На окраине Лондона с виду типичный спальный район несколько веков хранит одну тайну. На крохотной площади, в которую упираются многочисленные узкие улочки, располагается огромный дом, или скорее поместье, которое принадлежало древнему роду Блэков - чистокровных волшебников и волшебниц. Из-за того, что все члены семьи, кроме одного, давно умерли, дом долгие годы пустовал. Случайному прохожему он бы показался заброшенным и ничем не примечательным. Теперь же, надежно спрятанное между домами под номерами 11 и 13 на площади Гриммо, родовое поместье Блэков служило местом встречи тайного, подпольного объединения волшебников - Ордена Феникса. На кухне люди толпились вокруг огромного кухонного деревянного стола. Собрание Ордена было в самом разгаре и стол был завален перьями, бумагами и картами. Над огнём кипел тяжёлый чугунный котёл, в котором томилось говядина с овощами, источая вкусный аромат на весь дом. Кухонные шкафы были заполнены старыми тарелками и кубками, с гордостью сиявшими гербом семьи Блэков. Висевшие на стенах при прежних хозяевах тёмные гобелены с изображениями змей заменили на новые гобелены с ярко-красными фениксами, разбавляю и без того мрачную атмосферу в доме. Северус Снейп каждый раз неодобрительно морщился, бормоча, что раньше было намного лучше, но нынешний хозяин дома пропускал это мимо ушей, как в общем и всё, что говорил декан Слизерина. Молли Уизли внимательно слушала, нахмурив брови, и наблюдала, как мясо перемешивается на огне большой деревянной ложкой. Кингсли Брутсвер стоял у двери, оперевшись плечом на косяк и охраняя вход. Снейп сидел за столом и бросал злобные взгляды на Сириуса Блэка, качавшегося на стуле, и раздумывал, как бы незаметно выбить две оставшиеся ножки стула из-под его высокомерной задницы. Гарри Поттер посмеивался над выражением лица Снейпа, прожигающего взглядом его крёстного. Рон Уизли также сидел за столом и со скучающим видом перекатывал вперёд-назад карандаш. Тонкс стояла за спиной своего мужа, сложив руки на груди, и всё сильнее хмурилась, пока Ремус Люпин читал свежий номер Ежедневного Пророка: - Министерство Магии заявляет, что этот закон вступит в силу с полуночи двадцать восьмого сентября... - Это же через два дня! - взволнованно воскликнула Молли. - Я знаю, - ответил он ей и, вздохнув и посмотрев на Северуса, продолжил читать, - Каждая грязнокровная... - Я не могу поверить, что они напечатали это слово! - снова перебила Молли. Еле сдержав слёзы, она отвернулась обратно к котлу. Ремус нервно сглотнул и продолжил: - Каждая грязнокровная ведьма должна выйти замуж за чистокровного для продолжения рода. - А иначе что? - спросил Гарри дрожащим голосом, поправляя очки и подходя к Ремусу. - Иначе она будет отправлена в Азкабан за предательство Министерства. Гарри, я знаю, что это несправедливо, - Ремус положил парню руку на плечо, пытаясь хоть немного его успокоить. - Это всё дело рук Волан-де-Морта! - он отшатнулся, не скрывая свою злость. Сириус, всё ещё покачиваясь на стуле, усмехнулся и обратился к Гарри: - Дорогой мой крестник, всё, что сейчас происходит в волшебном мире - дело его рук. Боже, Гарри, это и так понятно! В Министерстве полно его сторонников, продвигающих подобные бредовые законы. Заставлять маглорожденных ведьм вступать в брак с единственной целью размножения? Они же всегда были так озабочены чистотой крови! Что за дерьмо? - И кого же, следуя закону, нужно выдать замуж? - Снейп вздохнул, как будто это была для него наименьшая из забот во всём мире. - Так, секунду... - Артур задумался, прикрыв глаза, - О, Мерлин, в Ордене только одна нечистокровная ведьма, - сказал он, подрываясь со стула. На кухне на несколько минут повисла тишина, которая была нарушена всхлипами Молли: - Гермиона. Её родители - маглы. - Её могут заставить обручиться с кем-то из Пожирателей Смерти, и кто знает, кто ей достанется... - подлил масла в огонь Снейп, вполне удовлетворенный таким исходом. По крайней мере, он будет не единственным шпионом для Ордена. Но тут же вспомнил о Лили Эванс, так же маглорожденной, и ему стало совестно за свои мысли. - Возможно, Малфой. Этот придурок точно захотел бы владеть Гермионой как собственностью, - Рон хмыкнул, понимая, что ей придётся обручиться с кем-то из них для её же безопасности. - Я женюсь на ней! - воскликнул Гарри, горя желанием защитить свою лучшую подругу. После всего, что она для него делала все эти годы, это было самое меньшее, что он мог сделать для неё. Он скорее умрёт, чем отдаст её Малфою или любому другому, кто хоть как-то связан с Волан-де-Мортом. - Гарри, ты не можешь, ты полукровка... - вздохнул Ремус. Тонкс крепко сжала его руку, - Брутсвер женат, Фред и Джордж оба помолвлены, Чарли в Румынии, Рон... ну, я не думаю, что Лаванда позволит тебе даже взглянуть на Гермиону теперь, когда вы снова сошлись. Северус? - Он не может! - начал Поттер, получив острый укоризненный взгляд от бывшего преподавателя, - Он не может, потому что он тоже полукровка! Северус недовольно кивнул, так как это было правдой. - Люпин, Вы должны жениться на ней! - не унимался Поттер, оглядываясь по сторонам. - А ещё кто кому что должен?! - ревниво вспылила Тонкс. - Всё в порядке, - Ремус успокоил свою жену, нежно погладив пальцем тонкое запястье, - Гарри, даже если бы я был свободен, я не могу. Хоть я и чистокровный, я - оборотень. Во мне течёт испорченная кровь... - Она НЕ испорченная! - вставила Нимфадора, чьи волосы уже стали алыми от негодования. - Есть лишь один вариант, - взглядом Ремус медленно обвёл всех присутствующих и остановился на мужчине, покачивающемся на стуле всё собрание. Сириус слушал, как они спорят, но участия не принимал, и со стороны казалось, что он заинтересован ни капли, - Сириус Блэк. Крах! Как и надеялся Снейп, Сириус упал с грохотом вместе со стулом. Весьма довольный, профессор зельеварения наблюдал, как мужчина выбирается из-под стола. В шоке Сириус смотрел на своего лучшего друга с таким лицом, как будто его приговорили к смерти - в очередной раз. Затянувшееся молчание нарушилось, когда Гермиона Грейнджер вбежала в кухню. Слегка оттолкнув Кингсли, она быстро бросила на стол принесённые со второго этажа бумаги и книги. Её заплетенные в косу волосы растрепались, лицо покраснело, и сама она никак не могла отдышаться: - Так, что я пропустила?