Горящая сакура.

      Выключив душ, Комаеда укутался в теплое, только что снятое с сушилки полотенце, и пошел в свою комнату. Он жил в трехкомнатной квартире, которая досталась ему от родителей. Спать не хотелось. Хотелось снова коснуться руки демона. Прижаться к его холодной кожаной куртке и вдохнуть запах. Тянувшийся запах табака и горящей сакуры. Слишком сильный контраст. Прекрасные цветы, поглощенные пламенем, отдающие последний запах этому миру. И табак… возможно, это не его запах, а он просто курит.       Парень лег на кровать и зажмурился. Он пытался представить, как… Его щеки загорелись стыдливым румянцем.       Он сидел на коленях демона… снова. Абсолютно обнаженный, прикрытый летним, почти прозрачным, халатом. Камукура лишь ухмылялся, смотря на вид растерянного юноши и потянул к нему свою руку. В начале коснулся щеки, потом медленно спустился по шее до соска. Слегка прищемив его, начал ласкать подушечкой пальца, а второй полизывал языком.       Нагито начал течь. И в своих фантазиях, и в реальности. Он опустил свою руку и проскользнул ею под халат. Касаясь вставшего члена, омега начал медленно его поглаживать, кусая подушку.       Камукура заметил, что на его ноги начало что-то капать. Облизнувшись, демон рывком кинул омегу на кровать и склонился между его ног. Раздвинув их, альфа облизнулся, смотря на маленький стояк омежки. В начале лизнул его, потом взял в рот, не заглатывая, похотливо смотря в глаза Нагито. Юноша начал постанывать еще громче, а пальцы демона тем временем касались его дырочки. Размазывали выделения вокруг нее и пытались войти, пока наконец, один палец с рывком не преодолел тугие стенки. Протяжный стон вырвался из уст парня и тут же утонул прерывистом дыхании. Альфа мастерски орудовал своим ртом, то аккуратно полизывая головку языком, то с силой сжимая ствол в своих губах. Вскоре Комаеда почувствовал, что скоро кончит, но Камукура тут же прекратил и, ухмыляясь, смотрел на парня. — Проси. — Чего?.. — чуть слышно прошептал Нагито. Даже не в своих фантазиях. — Чтобы я дал тебе кончить, конечно, — демон чмокнул губами, вытягивая струйку семени из головки омеги. — П… пожалуйста… — юноша уже терял ощущение фантазии всего происходящего. Это было… определенно неплохо. — Громче, — продолжал издеваться альфа. — Пожалуйста, Камукура… -сан, — раскрасневшись сказал юноша.       Приняв такой ответ, демон снова вобрал член Нагито в рот и сделал несколько резких толчков. Комаеда кончил, запачкав семенем лицо Камукуры. Однако демон лишь слизнул капли спермы со своих губ и склонился над юношей, уже медленно приближаясь к его лицу. — Камукура-сан… — прошептал Нагито и зажмурился. Даже в фантазиях ему было стыдно смотреть на обнаженного альфу. Нет, скорее просто представлять. — Да, — послышалось прямо над ухом Комаеды. Жаркое дыхание обдало чувствительную мочку уха и заставило Нагито раскраснеться еще сильнее. — Пожалуйста, сделайте это со мной нежно. Это… — Твой первый раз. Я знаю. Не бойся, в фантазиях ты не будешь чувствовать боль, — сказав это, демон аккуратно ввел в Нагито третий палец. — Значит, единственное место, где я не буду испытывать боль — фантазии? — усмехнулся омега. Да, он совсем забыл… — Да. Хотя бы из расчета того, что ты — девственник, — пальцы альфы начали толкаться в Комаеде, растягивая узкий вход. — Не только поэтому, — отрешенно сказал юноша и болезненно улыбнулся, — Вы не любите меня. Никто не любит. — Это нормально — — Это нормально. Я знаю, — прервал Камукуру парень и обнял его. Пряча свои слезы за его плечом.       Введя третий палец, демон начал быстрее растягивать Нагито, другой рукой спуская с себя штаны. Тихо постанывая, Комаеда вскоре сам стал насаживаться на пока что пальцы альфы. Когда Камукуре надоело это занятие, он вышел из податливого тела и приставил к сочащейся дырочке уже свой стояк. Но, он вспомнил о словах Нагито, и медленно вошел в юношу, дав ему привыкнуть к своим размерам. Вскрикнув, омега обвил обнаженными ногами альфу и прижался к его телу. — Скажи, когда я смогу начать движение. — Это неважно. Я же не почувствую боли, — чуть слышно прошептал Комаеда.       Рыкнув, Камукура с силой укусил плечо своего партнера. Из раны потекла кровь, а по телу разрасталось неприятное ощущение. Нет, боли не было. Не было крика. Как будто что-то внутри разорвалось, но так медленно, что боль, словно кровь, растекалась по телу. — Как это может быть? — прохрипел Нагито. — Это — эффект данного места. Ты никогда не почувствуешь острую и неожиданную боль. Только отравляющий яд. — Тогда… Не кусайте меня больше… — почти пропищал омега, сжимая в себе член альфы. «Пропищал»? Нет, просто его голос исказился от осознания горячего и большого инородного тела внутри. Не более.       Поцеловав место укуса, демон сделал медленный толчок, определив сжатие Нагито как согласие на продолжение. Потом еще. И еще. Набирая темп, Камукура входил с каждым разом все глубже и глубже, уже давно задевая простату. Громкие и прерывистые стоны заполнили все окружающее пространство. Страсть, желание, похоть и невинность, стеснительность, скованность. Сливались во что-то живое. По-настоящему живое, наполненное чувствами: гордости и ничтожности, смерти и жизни, вечности и момента.       Сделав еще пару финальных толчков, демон кончил в омегу. — Постой, — прошептал Нагито, не выпуская ногами альфу. — Что? — Вы же не сможете меня сцепить, да? — отведя взгляд, спросил юноша. — В этой реальности — могу. — Простите. Выходите, — Комаеда разжал ноги и отвернул голову. — Правильный выбор. Нельзя жить в этом мире. Мире фантазий, — Камукура встал с омеги и сел рядом, — И перейти уже на «ты». — А в каком мире можно жить? «Жить»? Как нормальная омега, Камукура? — прошептал омега и провалился в сон.       Нагито уснул, свернувшись клубком в мокром полотенце. Неровное, прерываемое всхлипами дыхание, нарушало тишину. Кровь засохла на подушке, а плечо покраснело. Лишь рука все еще лежала между сведенных ног и согревалась вязкими выделениями — итогами недавнего оргазма.       Что-то положило руку на голову омеги. И одним движением забрало все переживания с собой. Потом, что-то аккуратно подняло спящего Комаеду переодело в ночную рубашку. Что-то было рядом. — Это нормально, что я не люблю тебя. Ведь демоны не умеют любить.       Что-то ошибалось. И, как будто прячась от своей лжи, исчезло в темноте.