NANNY

— Прямо сейчас появились первые данные результатов выборов президента республики Южная Корея от Центральной избирательной комиссии. На наших экранах данные опросов из участков для голосования. Итак, Ён Ёсон набирает 51,9% голосов, то есть фактически 52%! На втором месте Мун Джеин, у него 12,6%, на третьем месте Хва Дохван. Да, практически результат разбивки мест уже констатирован! Новым президентом, а также первой женщиной-президентом, республики Южная Корея становится 42-летняя Ён Ёсон! — Ура, это победа! — мать и дочь, внимательно слушавшие вечерний выпуск новостей, подскочили с дивана и стали радостно прыгать, обнимая друг друга. Телефон нового президента уже разрывался от звонков. Каждый из ее команды хотел поздравить с победой. Наконец-то закончился тяжелый период предвыборной агитации и выборов. Мама чаще будет появляться дома, а не засиживаться в штабе с сотрудниками. Можно было искренне радоваться успеху и не заботиться о завтрашнем дне. Так решила ученица старшей школы Ёка, а теперь и дочь первой леди страны по совместительству. Однако, все оказалось совсем не так. \\\ — Дорогая, скорее вставай! Мне надо спешить на работу, я ужасно опаздываю! Потерев кулачками заспанные глаза, Ёка увидела маму. Она была одета в строгий костюм из юбки и пиджака, а накрахмаленная блузка слепила своей белизной. Женщина собрала волосы в аккуратный пучок и сделала легкий дневной макияж. Она уходила на работу. Сегодня был ее первый рабочий день в качестве президента республики. — Что случилось? Почему так рано? — девушка заметила, что за окном только начинало светать. Она была уверена, что до сих пор работают уличные фонари. Посмотрев, на будильник, она ужаснулась, было только 6 часов! — Ну, а как ты хотела? — женщина уже не стояла над кроватью дочери, а проверяла прическу у зеркала в комнате. — Я теперь всегда буду так рано уходить. Работа такая. Она обернулась на дочь, потому что та не отвечала. — Солнышко! Не обижайся, — она поцеловала дочку в лоб, заключив ее личико в свои ладони. — В холодильнике есть кимбап. Извини, сама знаешь, у меня не было времени приготовить что-то. Но я обязательно найду нам домработницу! Так что потерпи немножечко, хорошо? — Угу… — Ёка понимала, что не имеет права обижаться. Отныне ее мама, во-первых, президент, а во-вторых, уже человек со своей семьей. Мама Ёки ответила на звонок, потрепав на прощание волосы дочки и подмигнув у двери, она скрылась в коридоре, а через пару минут хлопнула входная дверь. Ёка осталась одна в пустой квартире. Шестнадцатилетняя Ён Ёка училась в старшей школе School of Performing Arts Seoul на первом году обучения. Данная школа была специализирована на искусство, поэтому в нее мечтали поступить все ученики средней школы, которые впоследствии планировали связать свою жизнь с музыкой, танцами, живописью, кинематографом и так далее. Особенно мечтали туда попасть стажеры развлекательных компаний в сфере музыки, будущие айдолы. Ёка мечтала стать дизайнером, правда пока еще не определилась — дизайнером одежды или архитектурным. Поэтому брала во внимание все курсы школы, относящиеся к этим направлениям — черчение, рисование, физика, экономика и далее по списку. Чтобы начинать собираться в школу, было еще слишком рано. Поэтому девушка решила просмотреть новостные аккаунты, на которые она подписалась в социальных сетях благодаря маминой работе. Открыв страничку в инстаграм, она увидела более тысячи оповещений. На нее продолжали подписываться всё незнакомые люди — каждый хотел дружить или просто следить за дочкой первой леди. Это было неизбежно. Все свежие записи в ленте Ёки были лишь о выборах, в каждом посте красовалась мамина фотография. Девушке быстро это наскучило, по большей степени из-за обиды, и она, отбросив телефон в одеяло, отправилась на кухню. Маленькая Ён быстро определила, что кимбап, упомянутый ее мамой как завтрак, был просроченным. Но это и не расстроило девушку. Из-за частого отсутствия ее мама и не знала, что Ёка завтракает только йогуртами с трубочкой, которые в холодильнике все-таки были, и даже не с истекшим сроком годности. Ее мама в последнее время много чего не знала о жизни дочери. — Отстой, — размахивая свешенной ногой, «выплюнула» девушка в пустую квартиру. У Ёки не было отца. Он бросил ее маму еще, когда она даже не родилась. Поэтому семья Ён состояла чисто из женского коллектива, а у девушки была фамилия матери. Стоило наконец-то начать собираться в школу. Об этом напомнило и сообщение от одного из телохранителей Ёки, что они ожидают ее на парковке у дома. Последние несколько месяцев за ней были приставлены два телохранителя в гражданской одежде, потому что девушку очень бесили эти смокинги, и машина. Телохранители были желанием Ён Ёсон. В данной ситуации ее поведение понятно, никто не хочет, чтобы пострадали члены твоей семьи, особенно если ты в этом будешь виноват. Они сопровождали ее на улице на приличном расстоянии, однако на территорию школы не входили. Это было необходимо для соблюдения личного пространства. Ёка управилась быстро, что в ванной комнате, что и в спальне. Форма еще была не одета после химчистки, поэтому на глажку времени не требовалось. Подхватив портфель и телефон, она быстро натянула кеды и вышла из дома. \\\ — Приехали, Ёка-щи, — констатировал один из охранников. Девушка заканчивала макияж. Обычно Ён красилась по дороге, это экономило не только время на сборы, но и бонусные минуты сна. (за исключением сегодня, когда ее подняли с рассветом). — Уже иду! — выходя из машины, бросила мужчинам. — Удачного дня. Машина уехала. Сегодня президент попросила доставить дочку на территорию парковки школы, чтобы ее провели через черный вход. Ожидался ажиотаж как студентов, так и репортеров. Президент Ён о столпотворении прессы возле ворот учебного заведения узнала еще до выхода из дома, поэтому все предусмотрела. Ёка шла по коридорам школы и чувствовала себя неудобно: с ней здоровались студенты старшекурсники, преподаватели, обслуживающий персонал, и просили передать поздравления маме. Добравшись до класса, она с облегчением уселась за парту рядом со своими подругами — Мун Гаин и Ан Миной. — Утречка! — Мина была очень веселой. Нескончаемый позитив делал ее безумно обаятельной. Она с младших классов знала, что хочет стать дизайнером костюмов для фильмов и сериалов, особенно исторических, и поэтому уверенно шла за своей мечтой. — Доброе, — Гаин же была намного спокойнее. Ее родители являлись крупными акционерами, поэтому у девушки было море возможностей, но она все не могла определиться, чем хочет заниматься в будущем. Она поступила в эту школу только за компанию с Ёкой, с которой училась вместе в младшей школе. Ёка тяжело вздохнула. Она не выспалась, теперь еще этот балаган в школе. Она понимала, что через пару недель все утихнет, все успокоятся и не станут создавать бум. Но до этого времени надо еще дожить. Прозвенел звонок. Ён нехотя начала этот ужасный день. \\\ Как и предполагала девушка, столовая гудела. Ложка риса не лезка в горло, за ней наблюдало несколько десятков любопытных глаз. Гаин и Мина понимали это тоже, поэтому старались вести разговоры на отвлечённую тему — кино. Они давно не ходили на новинки, а сейчас вышел новый фильм с актером, который безумно нравился Мине. Ёка понимала и была им благодарна. Раздался рингтон электронной почты, а затем звонок. На экране девушки высветилось «мама». — Да, ма? Что-то случилось? — как можно тише ответила девушка, чтобы не слышали за соседними столами. — Моя команда составила список кандидатов и выслала тебе только что на почту, — профессиональные нотки в лексиконе женщины расстраивали дочь, не было в них чего-то родного и теплого. — Ты еще маленькая, поэтому я думаю, что не смогу уделять тебе столько внимания, как раньше. Я переживаю за тебя. У меня же будут и командировки и работа допоздна. А ты еще даже в школе учишься. — Ма, если ты сейчас о домработнице, то все в порядке, не надо так стараться. — Что? Домработница? Нет, — на другом конце провода раздался добрый женский смех. — Нет, послушай. Это, ммм… Что-то вроде, няньки? Да, няньки, которая будет тебе помогать с режимом дня. Так что выбери, кто больше понравится! — Какая нянька, блин?! Алло! Алло! — послышались гудки, после короткого «Люблю тебя, солнышко», и Ёка разговаривала уже с ними. Девушка не понимала, а еще больше была возмущена, зачем в таком возрасте ей нужна нянька. Кошмар! Она уже взрослая девочка и может сама со всем справиться. В некоторых странах люди в таком возрасте уже совершеннолетние и работают полный рабочий день! А у нее будет нянька?! — Что-то не так? — Гаин первой решила нарушить тишину. — Ага, меня записали в детский сад. Обеденный перерыв закончился. Гаин ушла на факультатив по бизнес-планированию, а Мина и Ёка отправились в художественный класс, захватив в своих шкафчиках этюдные ящики. Сегодня рисовали натюрморт. Устанавливая мольберты и принадлежности для рисования, девушки шепотом обсуждали тему няньки, пока преподаватель собирал композицию и давал вводный теоретический материал, подводя студентов к сегодняшней задаче. — Не понимаю, зачем твоя мама так… печется? — Мина старалась подобрать правильное слово. — Ты и вправду уже взрослая и самостоятельная. — Да черт его знает. Она еще прислала какой-то список кандидатур даже, — Ёка подготавливала краски и старалась не думать о состоявшемся ранее разговоре с мамой, сосредотачивая внимание на преподавателе. — А ты смотрела его уже? — Ён отрицательно покачала головой, письмо на почте все еще горело ярлычком непрочитанного. — Так может лучше посмотрим сегодня это «кино»? Ан Мина уже за всех решила и в общем чате сообщила Мун, что сегодняшний кинотеатр расположен в квартире новоиспеченного президента. \\\ Охранники Ёки встретили девушек, где и утром. Приближался вечер, небо уже окрасилось в багряный цвет, бросая малиновый отсвет на окна автомобиля. Когда они доберутся до дома, будет уже поздно. Но это было совершенно неважно. Мать Ёки уже прислала ей сообщение, чтобы она ложилась спать сама, а еду заказала с помощью охранников на дом. По дороге они все-таки заскочили в настоящий кинотеатр, взяли по ведру попкорна и пару пачек снеков и уже отправились точно к дому. Пока Ёка настраивала домашний проектор и открывала презентацию, Мина и Гаин уселись на диван и ждали хозяйку квартиры. В списке мелькали психологи, социологи, психотерапевты, и все со знанием не ниже кандидата наук. Было несколько женщин, занимавшихся воспитанием детей богатых семей. Гаин даже не ожидала увидеть в этом списке свою бывшую няню! Но та работала в семье Мун, когда Гаин было семь, а не шестнадцать лет! «Стыдно», — Ёка тяжело вздохнула, отправляя попкорн в рот. Еще одна анкета — Пак Минхо, социолог, доктор социологических наук, тридцать восемь лет, работает в исследовательском центре при Правительстве. Следующая — Юн Джисон, психотерапевт, кандидат социологических наук, тридцать два года, работает в частной клинике Сеула. И все по кругу. «Кино» оказалось ужасно скучным. Хозяйка квартиры уже хотела побыстрее все это закончить. Она встала с дивана и направилась к холодильнику за водой. — Подождите-ка! Кто этот красавчик?! — Мина отставила ведерко воздушной кукурузы на журнальный столик. Ёке пришлось вернуться на диван, не дойдя за водой. На экране высветилась фотография молодого парня. Симпатичная внешность делала его похожим на актера или балладного певца. Двойное веко и шоколадного цвета глаза гипнотизировали студенток своей магнетической аурой. — Я вижу то же, что и вы? — Гаин думала, что презентация переключилась на какую-то сохраненную фотографию красавчика у Ёки, но оформление было все такое же и блок с кратким досье справа. Имя: Чон Чонгук Возраст: 20 лет Образование: студент 2-го курса Сеульского государственного педагогического университета Особые достижения: занял первое место в ежегодном конкурсе исследовательских работ Министерства труда и социальной защиты республики Южная Корея в 2018 году — Кажется, это нам подходит! — Мина запустила горсть попкорна в воздух словно конфетти. Ёка смотрела на фото и понимала, что это отличный вариант. Ён Ёсон определённо заставит дочь кого-нибудь да выбрать, ей просто нужна галочка на этом задании в своем списке дел. Так она будет ощущать себя спокойнее. А Ёка сможет с этим студентом всегда договориться, если ее матери что-то еще взбредет в голову.